Система спасения собственной души

Целый день пронёсся мимолетной пеленой перед глазами, да сделал это так искусно, что даже собственный дурдом в голове аплодировал стоя, не понимая, как вообще избавиться от чёртового непринятия ситуации. Так много разных вопросов сейчас у меня внутри. Что же случилось? Зачем же это случилось? Почему же это случилось? И, самое главное, как же это случилось? — я не уверена, что у меня когда-нибудь получиться найти ответы. Но я могу попробовать это сделать. Итак. Что случилось? Я попала в игровую новеллу — именно эта мысль, казалось бы, самая поражающая, но именно она была принята сразу же, как пришла ко мне в голову. Я не стала этого ни отрицать, ни паниковать. К удивлению, в душе было лишь всепоглощающее спокойствие. И это было хорошо. Да, кажется я попала в чёртову новеллу, где мне, в качестве главного героя, предстоит выбрать одну из четырёх девушек, у каждой из которых есть свои скелеты в шкафу. Ну так кто же там был? Нацуки. Типичная и до тошноты банальная девочка-цундере, которая всегда ведёт себя ужасно мило во всех проявлениях, но этого никогда не признает. Она, клянусь, единственная адекватная в этой игре, хотя ее отец — говно, не заслуживающее существовать. Юри. Тихая, скромная, немного замкнутая, типичный социофоб, сидящий в тишине на последней парте, которому комфортнее рядом с книгами, чем рядом с людьми. На самом деле ее кукуха уже давно уехала куда-то на Бали, оставив свою хозяйку резать до ебанного обморока руки и кайфовать от этого. Сайори. Самая энергичная, юморная, весёлая в этой секте, влюблена в главного героя по уши, является его подругой детства. Чертовски милая и приятная девушка, ровно до тех пор, пока ты не узнаешь, что она страдает от депрессии, прячет боль за улыбкой и радостью. И ещё есть Моника. Вроде как была в адеквате до того как встретила главного героя. По велению судьбы, она влюбляется в него, словно истинная дура, и уничтожает других соперниц, играясь с их нервами через код игры, ибо обладает самоосознанием и единственная на районе понимает что жизнь — дерьмо, а мы в новелле. Программист уровня бог, творит всякие зловещие штучки своими шаловливыми пальчиками, вины за это не чувствует. Также была замечена в одном классе с главным героем за год до вступления в Литературный Клуб. И что же было в конце сюжета? Чем же все закончилось? Так вот, в конце все сдохли нахуй. Хотелось бы сброситься с крыши, но умирать — не очень привлекающее последствие. Жить, вообщем-то, тоже не очень, ведь подумать только, меня послали именно в эту игру. Просто, блядь, великолепно. Это же карма, да? Но что же я такого в жизни то своей бренной совершила, что меня так в этой наказало? Я что, настолько сильно грешила? Почему же занесло меня именно в мир с высоким уровнем насилия? Почему не… В Симс… Не знаю… В гости к коту Тому? Стоп, остановились. Вдохнули, выдохнули, вернулись к теме разговора. Второй вопрос. Зачем это случилось? Я очень долго думала об этом, и в голову пришла только одна сомнительная, но в общем смысле логичная мысль. Я не знаю, правильна ли эта цель, но держаться я буду именно за неё, ибо другого у меня нет, а прибыла я сюда явно не случайно. В моей голове это звучит как-то так: «Если вся игра происходит вокруг четырех девушек, трем из которых нужна явная помощь, а никто её им не собирается давать, то… Очевидно, теперь я должна им помочь?» Это имеет смысл. Им нужна моя помощь. Они нуждаются в ней. Я должна помочь защититься от чёртовой Моники, от протагониста, будь он проклят, от самих себя и своих проблем, скелетов в шкафу. Я должна защитить их от смерти. Но это будет ой как непросто. Моника — опытный программист. Она, в буквальном смысле, бог этого места, именно она решает кому жить, а кому умереть. И выбор может пасть на меня. При чем я не знаю какой именно. Я думала, могла бы я что-нибудь поменять в кодах или около этого, дабы Кальмар (Моника — первая часть имени переводится как кальмар) не смогла бы повредить меня в физическом или моральном плане, но… Я тупой, чуть ровный, чуть кривой ноль в программировании. Я ничего не умею. Полное бревно. Бре-вни-ще. Как я могу, находясь в игре, защищать игроков от человека, который управляет ей? Поэтому, я думаю, простыми почитушками нужных строчек поэм из-под пера участниц клуба и писаниной стихов не отделаюсь. Придётся немного поучиться. Ладно-ладно, может много поучиться. Очень много. Динь-дилинь Из глубоких раздумий меня вырвал звонок, оповещавший о конце учебного дня, который я прожила, сама уже не поняв как это сделала. Оглушительная трель громким звоном врезалась в мою голову, заставляя её в буквальном смысле разбиться на мелкие кусочки. Из груди вырвался стон. Пожалуйста, прекратите звонить. Прекратите. Пожалуйста. Ничего не слышу. Пока я была оглушена и ошарашена звонком и гулом радостных школьников, ожидавших скорого возвращения домой, ко мне со скоростью пули подскочила девушка и проорала мне в ухо, словно мне уже имеющегося не было достаточно. — Алло! Ты чего тут сидишь?! Поднимайся! Поднимайся, я сказала! На автобус же опоздаем, дура! Мест свободных не будет! — Блядь, да не ори так… Почему-то я была уверена, что персона, наклоняющаяся ко мне, не поняла ни слова. М-да, так и было. Здесь слишком шумно, черт возьми. Каштановые волосы лезли мне в глаза — настолько близко была ко мне девушка. Не знай я сама себя, подумала бы, что мы вместе — сладкая парочка нетрадиционной ориентации, ибо кто так близко подносит свое лицо к другому? Я четко смогла разглядеть её радужку под веками, играющую серостью будней и озорным блеском. Красиво Это моя, а точнее не моя, подруга — Харука Карамбэ, чье имя я по какой-то случайности узнала где-то в отрывках окружающих разговоров. Она, видимо, подружка бывшей хозяйки тела, что любезно взяла на себя заботу обо мне в первый же день. Она рассказала что, да как, где я нахожусь, что я тут делаю, кто такая Сайори и как долго мы дружим. И это при том что я не задала ни единого вопроса. Потрясающая женщина, потрясающая, хотя иногда бывает чертовски раздражающей. — Аллооооооо?! Не иногда. Просто чертовски раздражающей. Когда я поняла, что она не слышит меня, подняла палец в знак молчания, на что девушка недовольно изогнула бровь в немом вопросе, однако все-таки встала около меня и стала ждать, когда остальные удаляться. Около трех бесконечных минут заняла эта процедура, и в конце концов мы остались одни в классе. Тишина, как хорошо. — С тобой все нормально? Ты стала вести себя странно в последнее время. — начала она первой разговор. — Да, конечно, я в порядке. Просто голова немного побаливает. — отвечала я с широкой натянутой улыбкой. — Хорошо… Пойдём домой? — Мммм… Ну, помнишь я хотела поговорить с Сайори? Я собираюсь навестить её клуб сегодня. Харука выглядела обиженной. Очень обиженной. Если уж на то пошло, то мне даже стыдно стало от её взгляда. — Да, блин, что с тобой? Ты никогда раньше даже не говорила с Сайори, какие, к черту, у тебя есть к ней вопросы? Почему ты не говоришь мне причину? Мы же с тобой… лучшие друзья… не так ли? А ещё… Еще ты никогда раньше не оставляла меня одну… Что блин с тобой, Хинамори? Что-то происходит? Что-то плохое? Я волнуюсь, черт возьми! — Извини-извини-извини-извини. Мне правда жаль. Ничего особенного, не беспокойся обо мне. Давай… Пойдём домой вместе в следующий раз? Ложь. Не пойдём. Вообще никогда. — Ладно, Хинамори. Допустим я не заметила, как ты съехала с темы. Но я все ещё обижена, так и знай. Девушка хмыкнула, поставив точку в разговоре, и выбежала из класса, оставляя меня в непонятном состоянии. Всё-таки уговорить её было как-то просто. Хоть и немного… неприятно. Но теперь клуб. Я вышла из класса.

Надо им помочь.

Прошла дальше по коридору.

Усмирить…

Завернула за угол.

Уберечь…

Поднялась по лестнице.

Поддержать.

Ещё пару шагов.

Спасти.

Я перед дверью.

Полюбить.

Скрип поддатливой отпирающейся преграды, и… Несколько удивленных девушек смотрят на меня в течении нескольких секунд, явно не зная куда себя деть. Наконец очнулась одна из них. — Добро пожаловать в Литературный Клуб!

***

Скрипт повреждён.