Служебная семья

— Да что с вами такое, месье Агрест? — недовольно закричал фотограф, опуская камеру. — Вам же все лицо перекосило! Адриан попытался трансформировать свой болезненный оскал в приветливую улыбку. Маринетт Уже-Два-Года-Как-Агрест, под предлогом «я поправлю ему костюм, Огюст» только что обтыкавшая его иголками везде, где только можно, стояла в сторонке, очень стараясь не засмеяться, и наблюдала за мучениями мужа. — Живот скрутило, — соврал первое пришедшее в голову блондин, прищуривась на довольную жену. — Я накажу тебя, Моя Леди, — одними губами пообещал он. Маринетт лишь закатила глаза, скрестив руки на груди.

***

— Ты зачем ойкал-то на фотосессии? — невзначай спросила Натали, заглянувшая в студию как раз в тот момент, когда Маринетт всадила Адриану булавку в ногу. — Мне Мари… мстила за то, что утром я обыграл ее в «камень-ножницы-бумага». — Чего? — опешила секретарь. — Ну, мы каждое утро быстренько во что-нибудь лёгкое играем на ходу, и кто проиграет, моет всю посуду в течение дня. — Умно, — губы Натали невольно растянулись. — Еще умнее, конечно, было бы сразу распределить все домашние обязанности между собой и не играть каждое утро… — Натали, такой эффект неожиданности привносит романтики в нашу жизнь. — Ах, романтики? — Маринетт появилась будто из-под земли, и Адриан вздрогнул так, будто видел не жену, а как минимум армию любвеобильной Зомбизу. — Нормальные романтики своим женщинам стихи пишут и служанок нанимают, ты в курсе? Гордо вздернув нос, Маринетт кивнула Санкер, по-быстрому замаскировавшей смех под кашель, и уплыла по своим делам. — Она же прикалывается, да? — слабо проговорил Адриан, принимая стаканчик кофе из рук Натали. — С таким мужем, как ты, ей ничего другого и не остается, — женщина все-таки не удержалась от колкости. — Выпей бодрящего напитка, Адриан, и продолжай работать. Бьюсь об заклад, твоя супруга уже успела нарисовать десяток новых эскизов и обсудить с Габриэлем очередной показ. К слову, Адриан, твой отец уже скоро начнет ставить тебе Маринетт в пример так же часто, как сына маминой подруги в детстве. — Вот они, минусы работы бок о бок с любимой, — пробормотал Адриан, от души отхлебывая кофе.

***

— Ты до сих пор дуешься? Отступать было некуда — Адриан повернул ключ в замке, запирая себя в кабинете с женой, и ухмыльнулся своей лучшей кошачьей ухмылкой. Маринетт пискнула, подумав о том, что даже у такого идеального мужа-коллеги, как Адриан Чтоб-Его-Агрест, есть недостатки. Например, тот факт, что он по совместительству является Самым Наглым Кошаком Франции. Однако и Маринетт была не только Маринетт, но еще и самая упертая героиня за историю человечества. Поэтому она выпрямилась и отчеканила ледибагговским тоном: — Слушай, Нуар, такое странное поведение подольет масла в огонь. Многие работники и так считают, что я попала в компанию месье Габриэля исключительно через твою постель… — Ну пусть завидуют, — хмыкнул блондин, приближаясь к супруге вплотную. — Адриан! — Тише, Моя Леди, а то весь офис слетится посмотреть. — Я тебя сейчас за ухо отсюда-а-ах… — Все-таки сидящая на заваленном черновиками столе жена — самое сексуальное зрелище! — Нет, милый, — прошипела Баг без маски, стукнув мужчину кулаком в грудь. — Оголенный до пояса… и вытирающий тарелки тряпочкой Адриан Агрест — вот самое сексуальное зрелище! — Намек понят. Я буду мыть посуду неделю. — Две. — Две с половиной, Принцесса, и ты перестаёшь сопротивляться, — ослепительно улыбнулся Адриан. Маринетт мысленно отметила, что порой ее муж невыносимый пиздю… позёр. — Три, Котенок, и можешь звать офис посмотреть. — Я же поймаю тебя на слове! Маринетт звонко рассмеялась — уже в который раз за день. Адриан одним умелым движением расстегнул ее блузку, и девушке стало не до смеха…

***

— Эй, Адрикинс, ты как? Не покалечен? — Не понимаю, о чем ты, Хло? — сказал в трубку Адриан, заводя машину и выглядывая из-за окна. Маринетт стояла на крыльце, отчаянно жестикулируя и что-то объясняя двум девчонкам-моделям. Адриан поймал себя на мысли, что ни одна модель не может быть красивее его жены, удовлетворённо кивнул собственному отражению в боковом зеркале автомобиля и вернул свое внимание телефону. — Ну, синеглазка написала сегодня, что ты бессердечное существо и чертов везунчик… мне прямо любопытно, что ты на этот раз умудрился натворить. — Ой, не волнуйся, мы уже помирились, — томно прошептал Агрест. — Да я слышу. Дышишь так тяжело, будто только что подрался с Бражником и пробежал пять кругов по стадиону. — Хлоя! — вскрикнул Адриан, на автомате прикрывая карман брюк, в котором чудом не заржал Плагг. — Господи, да я же тебя хвалю. В общем, я звоню, чтобы сообщить… я беременна. — А? — Адриан, вновь отвлекшийся, чтобы посмотреть на свою увлечённо болтающую с девицами жену, решил, что ему послышалось. — Бэ! Ты меня не слушал? Я беременна! И хочу, чтобы вы с Маринетт стали крестными моей дочки! — А… а если будет м-мальчик? — Какая нелепость! Типун тебе на язык. Ладно, до связи, Агрест! И отдышись уже там… Маринетт впорхнула в машину, помахав моделям на прощание, и недоуменно глянула на зависшего супруга. — Котик? — Хлоя Буржуа беременна. — О, добилась своего! — внезапно хлопнула в ладони Маринетт, и Адриан окончательно выпал в осадок. — Теперь мы можем называть ее мадам Куртцберг. Официально. У мэра Парижа нет иного выхода, кроме как позволить дочке выйти замуж за какого-то там художника.

***

На сегодняшнем патруле Кот веселился вовсю. Было не очень понятно, беременность подруги детства ли его так обрадовала или потенциальная беременность жены после случившегося в кабинете… Леди Баг безумно злилась на Нуара (как и всегда). Причины для злости были самые что ни на есть веские — Кот паясничал перед журналистами, показывая на животик супруги и намекая, что, возможно, совсем скоро супергероев станет на одного больше (Маринетт Агрест же решила, что Котяра намекает на то, что она потолстела, и поклялась самой себе похуде… прохвосту-мужу хвост и оторвать. А какой именно — ремень или тот самый, что мог действительно подарить миру нового героя — Маринетт решила придумать позже). — Может, вы на шоу ко мне придёте? Давно же мы у вас не брали полноценное интервью! — выступила вперед из толпы репортёров Надья Шамак. Леди Баг приготовилась к худшему. — Соглашайтесь! Люди хотят знать, как это так получилось, что вы напарники, друзья и супруги одновременно! И прежде чем Баг успела сказать твёрдое «Нет, спасибо, на этот вопрос я сама ищу ответ уже двадцать четыре тяжелых месяца», Кот Нуар возопил: — Мы согласны, мадам! Нецензурщина пришла в голову Маринетт быстрее, чем мысль о том, что нужно в любой ситуации оставаться верной своему имиджу и быть леди…

***

— Пап, ну сколько можно! Ты видишь мою жену чаще, чем я сам! Я скоро ревновать начну! Подняв головы и нехотя оторвавшись от эскизов, Маринетт и Габриэль одарили нервно сглотнувшего Адриана абсолютно одинаковыми убийственными взглядами. — Обручальное кольцо на твоем пальце еще вовсе не означает, что ты можешь отвлекать мадемуазель… мадам Маринетт от работы, — строго проговорил Агрест-старший, пряча руки за спину. — А Кольцо Разрушения означает, что я могу на секунду отвлечь мадам Маринетт от тебя? — тихо фыркнул Адриан. — Как малое дитя, — вздохнула Маринетт, сочувственно сжимая локоть свёкра, мгновенно растерявшего боевой настрой. — Три года прошло, а ты до сих пор отцу не простишь бабочек-капустниц. — Это не капу… — Простите, месье, я на минутку. Маринетт Агрест вытолкнула Адриана в коридор, изогнула бровь: — Ну? Адриан, хмыкнув, чмокнул ее в щечку, решительно развернулся и пошел прочь. Маринетт случайно взглянула на свой сжавшийся кулачок… и поняла, что супруг впихнул ей в него какую-то записку. «Если уйдёшь с приготовления этого дурацкого показа хотя бы на полчаса раньше, обещаю, что Адриан Агрест, моющий посуду, будет обнажён вовсе не до пояса… С любовью, твой Котёнок» — Не котёнок, а ребёнок… великовозрастный и безответственный, — зажмурилась Маринетт, сияя при этом, как пятнадцатилетняя Дюпен-Чен, способная целоваться лишь с фотографиями, а не оригиналом Адриана. — Боже, какое счастье… моему маникюру еще долгое время не будут угрожать грязь и вода. А Хлоя наконец-то перестанет язвить, что руки у меня, как у Золушки до встречи с принцем! Бережно прижимая записку к груди, Маринетт поспешила вернуться к начальнику, уже недовольно постукивающему ногой.

С п у с т я в р е м я

— Адриан, я не могу сегодня прийти на интервью. — Моя Леди, да как так?! — взвыл Нуар прямо в коммуникатор. — Шоу начнется через двадцать минут! — Хлоя только что узнала, что у нее будет сын, — промолвила Баг таким тоном, каким обычно зачитывают смертный приговор. — О нет… — Ты же знаешь, Натаниэль бессилен перед женскими слезами, поэтому в ход идет тяжелая артиллерия. Алья тоже должна появиться в больнице с минуты на минуту… — Но что мне сказать журналистам, Миледи? К сожалению, Кот Нуар не мог видеть, как по ту сторону провода его жена отчаянно улыбается. — Передай им, что они действительно могут ждать появления нового супер-героя. Или супер-героини. Это нам ещё только предстоит узнать, папочка… Адриан? Адриан, приём! — муж что-то счастливо булькнул в трубку, и Маринетт Агрест облегчённо выдохнула: — Живой… Блондинка, хватит рвать на себе волосы! Солнышко, я перезвоню. На вечернем небе Парижа загорелась звезда; Кот Нуар, залюбовавшись этим символом новой жизни, чуть не свалился с крыши. Где-то на другом конце города Хлоя Куртцберг, осознававшая, что услышала из уст беседующей по телефону подруги, восторженно заверещала.