Приручая тьму

      На Трафальгарской площади всегда многолюдно. Особенно в Рождество.       В этот день Натан Деламар совсем замотался: с самого утра его выдернули на работу — он работал в Международном бюро магического законодательства и занимался вопросами трудоустройства иностранных граждан. И именно сегодня в Рождество какому-то иностранному гражданину приспичило приехать в Лондон и искать работу. Натану пришлось оставить свою прелестную жену и двоих ребятишек готовиться к Рождественскому ужину без него.       Мечтая о шоколадном пудинге и бокале какого-нибудь горячительного напитка, Натан, спустя несколько часов монотонной работы, подписывал последние документы, торопясь выпроводить навязчивого клиента. Уже застегивая пальто на округлившемся в последнее время животе, мужчина подумал, что неплохо было бы купить жене подарок-извинение за свое отсутствие. Повинуясь внутреннему чутью, он трансгрессировал в магловский квартал, заглянул в пару еще открытых магазинов, где успешно приобрел маленький кулон в виде сердца и несколько магловских сладостей для детей.       Всюду царил дух приближающегося праздника: все вокруг украшали разноцветные гирлянды, на каждом углу стояли блестящие ели, звучала рождественская музыка и Натан успел увидеть целых трех Рождественских дедов в красных одеждах. Все это великолепие кружило голову. Словно сливаясь с радостным настроением, Натан вдруг обнаружил, что уперся в колонну Нельсона на Трафальгарской площади. Сам не понимая, как его туда занесло, чертыхаясь, мужчина уже искал взглядом неприметную улочку, откуда мог бы трансгрессировать домой, как вдруг его взгляд нашел до боли знакомую светловолосую макушку.       Амелия Боунс.       Та самая Амелия, с которой они учились в Шармбатоне, сидела на скамейке посреди магловской площади, держала в руке кофе в бумажном стакане и что-то рассказывала мужчине, что сидел рядом с ней. Этот мужчина показался Натану смутно знакомым: весь в черных одеждах и с черными волосами до плеч, но он отмел эти мысли.       — Амелия! — Натан буквально подбежал к давней подруге. Девушка вздрогнула, услышав свое имя, но увидев, кто ее звал тут же вскочила с места и утонула в объятьях бывшего однокашника.       — Нат! — только она его так называла, девушка тепло улыбнулась, — Мерлинова борода, сколько лет…       Они отпустили друг друга и только сейчас до Натана дошло, что было не так. Он во все глаза уставился на девушку.       — Ты выглядишь…       –Великолепно, как всегда, — не дала ему закончить Боунс, наигранно поправляя край волос и бросая быстрый взгляд на своего спутника.       Ее внешний вид, вот что смутило Деламара. Ему, как и Амелии, в этом году исполнилось 37, ведь они вместе учились, но если Натан вполне выглядел на свой возраст, то девушка словно только покинула порог школы.       — Ты совсем не изменилась, — усмехнулся мужчина, — говорил я тебе, что зелья твои до добра не доведут.       — А ты, — Амелия многозначительно посмотрела на его округлившийся живот и раздавшееся лицо.       — Пополнел, да? — смеясь продолжил Натан, похлопывая по своему телу, — да, забросил я спорт.       Повисла неловкая пауза и загадочный спутник девушки, который все это время молча наблюдал за разворачивающейся перед ним сценой, встал.       — Позвольте представится, — он протяну руку для рукопожатия, — Северус Снейп.       — Натан Деламар, — ответил на рукопожатие мужчина.       — Мы с Натом вместе учились, — вставила свою реплику Боунс, и вновь обратилась к своему другу, — Как же тебя занесло в Лондон? Не ты ли мне все уши прожужжал, что Париж твой истинный дом и ни за какие деньги мира оттуда не уедешь?       — Да и не в деньгах то дело, — улыбнулся мужчина и поднял левую руку на уровень глаз, демонстрируя кольцо на безымянном пальце, — я ведь женился. Даже уже двумя детьми обзавелся.       Он говорил это с гордостью, но в тоже время в голосе слышалась едва заметная грусть, словно он ждал от жизни чего-то другого, а получил лишь счастливое семейство.       — От того то и спорт бросил, да? — поддела его Амелия.       — В Англии есть прекрасные квиддичные команды. Вы могли бы попробовать играть за другую страну, — вставил свое слово молчавший до этого Северус.       — А квиддич, — отмахнулся Натан, — это вы британцы только два вида спорта и признаете — квиддич, да шахматы. В Франции популярно плавание.       — Я помню, как ты на спор переплыл Сену, — попыталась разрядить нарастающее напряжение Амелия.       — Да было время, — Натан хотел сказать еще что-то, но часы на колонне пробили 9 вечера и мужчина, распрощавшись со старой подругой отправился домой к жене, детям, шоколадному пудингу и горячительному напитку.       Зельевары сидели молча какое-то время. Северус крутил в голове слова Натана, что Амелия совсем не изменилась. Так и этак повертев эту мысль, он все же решил заговорить:       — Интересные у тебя знакомые, — Словно прошипел Снейп. Он уже успел пожалеть, что вообще пригласил Амелию погулять по магловскому Лондону. Она так воодушевилась этой идеей. Несколько часов они бродили по старинным улочкам, наблюдали за праздничной суетой и искренне наслаждались компанией друг друга. Немного передохнуть решили на скамейке на площади и Северус никак не предполагал, что и этой части города девушка может встретить одного из своих многочисленных знакомых. Тем более бывшего сокурсника.       — Он не просто знакомый, — Амелия откинулась на спинку скамьи, понимая, что он объяснений она не отвертится, и прикрыла лицо руками, — поверить не могу, что рассказываю это. Мы с Натом были любовниками.       Она произнесла это так тихо, что Северусу подумалось, а не послышалось ли это ему.       — Значит мы встретили твоего бывшего. И долго вы встречались? — сам не знаю почему, зло спросил он.       — Мы не встречались. Мы были любовниками. Это разные вещи. — Какое-то время девушка молчала, разглядывая рождественскую ель, –У нас с ним было что-то вроде соглашения. Он был моим рыцарем. Я не хотела связывать себя любовными отношениями, но попробуй объяснить это подросткам. В школе меня часто пытались затащить в укромный уголок, делали непристойные предложения и все в таком духе. Нат меня защищал от всяких извращенцев, научил обороняться. А взамен мы удовлетворяли физические потребности друг друга. Ему не очень-то везло на любовном фронте, вот мы и пришли к такому сотрудничеству. Поэтому нет, мы не встречались, мы только спали друг с другом.       — И долго у вас было это сотрудничество?       — Два года. После выпуска мы впервые увиделись. Я ведь уехала из Франции.       — Сколько тебе лет? — очень неожиданно резко сменил тему Северус. Девушка сильно смутилась, прекрасно понимая, что он имеет ввиду. Натан и Амелия выглядели далеко не одногодками.       — В этом году исполнилось 37. — на выдохе прошептала Боунс и отвела взгляд.       — 37? Но ты выглядишь… — Северус даже слов не мог подобрать. Она была ему почти ровесницей.       — Как подросток? — девушка все же посмотрела на Снейпа, который обескуражено вглядывался в молодое лицо, — это далеко не веселая история.       — Что с тобой случилось? — словно не слыша ее спросил Северус.       С неба стал падать крупными хлопьями снег. Людей на площади становилось меньше: все спешили домой. Девушка ловким движением отправила кружку с остывшим кофе с ближайшую урну и потянулась к своей сумочке, но в последний момент одернула руку, передумав.       — Ритуал, — наконец выдохнула она, — со мной случился ритуал. Помнишь я рассказывала, что была на раскопках в Египте, где нашла рецепт зелья, над которым мы сейчас работаем. Так вот, там был не только это. В Египте магов, как и обычных людей, хоронили в саркофагах вместе со всеми его трудами жизни. Я наткнулась на один саркофаг, от которого несло наитемнейшей магией. Жуткое ощущение. Явно не здоровый магический фон. Этого человека называли Дьявольским лекарем. Он был невероятно умным, но явно не здоров психически. И зелье от всего — это лишь малая часть его труда. Он был маниакально помешан на путешествиях во времени. Тогда еще не придумали Маховиков времени, поэтому он изобретал ритуалы. Я изучала его дневники, где он описывал все свои действия. У него получилось перемещаться во времени, и я…       Амелия тяжело вздохнула и вытерла тыльной стороной ладони слезы со щек.       — Я лишь хотела, чтобы она жила. Я хотела вернуть сестру. Вернуть Катарину, — девушка обняла себя руками, словно пытаясь согреться и невидящем взглядом уставилась перед собой, — Помнишь, ты как-то спросил, кто учил меня временным заклинаниям. Я сама научилась. Долго, упорно, спотыкаясь на каждом шагу, но научилась. Ритуал, который описывал этот Дьявольский лекарь, невероятно сложен. Проводить его только в полнолуние, в определенное время, в определенном месте и еще под сотню ограничений. Этот ритуал перемещает твою душу в твое же тело, но в прошлом. Я спасала Катарину, но она все равно умирала. Чтобы я не делала, она умирала. Я проводила этот ритуал тринадцать раз. Я тринадцать раз видела ее смерть. В конце концов, я пришла к выводу, что ей просто не суждено было жить и приняла решение оставить все как есть, но не удержалась. Решила в последний раз посмотреть на нее. Не знаю в чем была ошибка, но я перенеслась не в тот возраст. Не в десятилетнюю себя, а в двадцатилетнюю. Перепугалась тогда страшно и наспех стала сооружать обратный ритуал, вот только снова где-то ошиблась, и до сих пор не понимаю, где, но я перенесла не просто свою душу, перенесла все двадцатилетнее тело в настоящее.       Северус ловил каждое ее слово, боясь услышать продолжение.       — Ты уверена? Уверена, что все было именно так? — почти шепотом спросил Снейп, не до конца веря в эту историю.       — Татуировки. За свою жизнь в разном возрасте я делала татуировки и перенеслись только те, что были у меня до двадцатилетия. Вот почему я выгляжу так молодо.       Северус предполагал, что такая девушка как Амелия могла попасть в передрягу, могла за свою жизнь натворить всякое, но такую страшную историю услышать он не был готов. На сколько же нужно быть умной и безумной, чтобы решиться на такое. Амелия вытирала подступившие слезы и сминала край своего пальто.       Они долго сидели в молчании: Северус осмысляя услышанное, а Амелия заново переживающая страшные события своей жизни. Зельевары вздрогнули, когда часы пробили полночь.       — С Рождеством, Северус, — тихо проговорила девушка, глядя на мигающую гирлянду ели.       — С Рождеством, Амелия, — также тихо ответил Снейп.       — Я же совсем забыла, — вдруг оживленно громко заговорила Боунс, — Подарок!       Она раскрыла сумку и стала увлеченно там копаться. Через пару минут и вытащенных на скамейку с десяток странных вещей вроде гранитного камня, корня какого-то растения, смычка?! и прочего, Амелия достала небольшой пузырек с янтарной жидкостью и протянула его Северусу.       — Помнишь, ты как-то говорил, что у тебя перебои в магии, так вот, я тут поколдовала немного и сварила стабилизатор магии. В моем усовершенствовании.       Амелия с улыбкой от уха до уха протягивала пузырек. Северус скептически принял подарок и, нахмурившись, стал рассматривать жидкость.       — Если ты хочешь меня отравить, то хотя бы скажи, это будет быстрая смерть? — полушутя, проговорил Снейп.       — Если бы я хотела тебя отравить, то ты был бы уже мертв, — пожала плечами девушка и растянула губы в улыбке, — Можешь это выпить, или выкинуть в урну, тебе решать.       С минуту рассматривая этот странный подарок, Северус решил: была ни была! Легко сняв пробку, одним глотком влил в себя янтарное зелье. Все тело словно окатило ледяной водой, от чего зельевар неприятно поежился.       — Сработало? — с опаской спросил он. Амелия во все глаза смотрела на него.       — Лучше подождать несколько часов. Выглядишь также, значит реакции в организме прошли успешно.       — Значит я для тебя подопытный кролик. — зло усмехнулся Снейп.       — Я бы никогда не стала бы давать тебе непроверенное зелье. — очень серьезно сказала Амелия.       Ничего плохого и правда не происходило, лишь кончики пальцев приятно покалывало, как бывает, когда долго и сосредоточенно колдуешь.       — У меня тоже для тебя подарок, — сказал Северус и извлек из внутреннего кармана маленькую черную коробочку, перевязанную красной лентой.       Девушка с замиранием сердца разворачивала подарок. Внутри оказался браслет из изумрудных бусин и серебряной оплеткой. Изящный и аккуратный. Снейп взял браслет и застегнул его на запястье девушки.       — Это экстренная связь со мной, — пояснил он, — если что-то случится, просто сожми браслет и я смогу тебя найти.       Амелия дотронулась кончиками пальцев до бусин, которые были на удивление теплыми и увидела крошечные руны на каждой. Сохранение тепла. Умно.       — Спасибо, — шепотом проговорила она, заворожённо рассматривая браслет.       Люди вокруг праздновали: распевали Рождественские песни на углах, обменивались подарками, громко поздравляли друг друга, а с неба медленно опускался на замерзшую землю пушистый снег.