Да какого ... Биджу здесь творится?!

      Привычное солнечное утро посетило жителей города Намимори. Робкое пение птиц переросло в полноценный хор пернатых обывателей. Люди просыпались: кто-то торопился на работу, кто-то опаздывал на учебу, кто-то беззаботно посапывал в подушку, наплевав на обязанности.       Тсунаеши не относился ни к одному из них. Прошло уже достаточно много времени и Савада решил, что прочел и узнал об анатомии и возможностях своего тела достаточно, чтобы возобновить попытки овладения пламени Облака. Книги по биологии и биохимии заполонили собой стол, справочники по анатомии взгромоздились на тумбочке. Сам же парень устало облокотился о нее, сидя на полу в позе лотоса. Еле видные тени под глазами указывали на недосып, расфокусированный взгляд карих глаз бесцельно блуждал по комнате, остановившись на настенных часах. 5:45. — Ох… — подросток прикрыл глаза, но тут же открыл их, неспешно поднимаясь с холодного пола. — Пора собираться на тренировку.       Учиха огляделся в поисках легкой куртки, все же на улице было прохладно, несмотря на теплый климат. Найдя искомую вещь, шатен надел кроссовки и беззвучным шагом вышел на улицу.       Свежий воздух вкупе с прохладным ветром сумели взбодрить уставшего парня. Первые десятки кругов дались без особых усилий, Савада бежал скорее по инерции, мысли его были связаны с предстоящими тренировками для раскрытия своего второго атрибута. Помня о своем провале в самостоятельном изменении тела, он пришел к неутешительным выводам — придется практиковаться под наблюдением. Нана мало что знает об атрибуте Облака, кроме его основных функций — увеличения и уплотнения. Реборн является неплохой кандидатурой, по крайней мере, киллер знает об облачном племени куда больше Наны, в чем он успел убедиться лично на тренировках Ямамото. Раз уж он знает о методах тренировок других пламенников, стало быть, что и о фиолетовом пламени он проинформирован.       Нет, Савада не боялся утечки информации. Во-первых, репетитор является его истинным Солнцем и даже при желании — которого, кстати говоря, нет — не сможет предать свое Небо или доложить о нем. Во-вторых, интуиция молчала на его счет, а ей за столько лет он привык доверять. — Савада! ЭКСТРИМАЛЬНО Вступай в мой боксерский клуб! — беловолосый спортсмен начал свою шарманку, только завидев нарезающего n-ный круг шатена.       Савада досадно поморщился, это уже начинает подбешивать. Сначала было даже чуточку забавно, но вскоре приелось и стало раздражать. — Нет — значит нет. — Тсунаеши ускорился, так что растерявшемуся Рехею осталось лишь глотать пыль.       Пока пацан не очухался, Тсуна забежал в дом, попутно сняв обувь и двинулся в сторону ванной. Вот только столкнулся с одной проблемой… — Что ты здесь делаешь? — он с нескрываемым раздражением взглянул на сумасшедшую отравительницу, с коей столкнулся недавно. Дыра в стене была красочным напоминанием ее кулинарных талантов.       Розоволосая оставила его вопрос без ответа, взглянув на него с презрением. Савада постарался внушить себе, что он вовсе не хочет раздробить ей позвоночник. А он может. И нет, ему не будет совестно. Так. Вдох-выдох. Спокойно, она всего лишь наглая девчонка, каких пруд пруди в моей школе.       К сожалению, это мало чем помогло. Савада медленно выдохнул и постарался состроить максимально безразличное лицо, проходя мимо. Весь настрой на допрос улетучился, оставив лишь обжигающую ярость.       Со мной что-то происходит, нужно срочно возобновить медитации, а не то мой самоконтроль окончательно разрушится, чего допускать не желательно. Очень нежелательно. Для окружающих.

***

      Приняв водные процедуры и смыв с себя усталость, Савада быстро перекусил и отправился в школу, по пути прихватив Ямамото и Гокудеру, которые вели себя не в пример тише обычного, но Тсунаеши не сильно акцентировал на этом внимание, полностью уйдя на обретение душевного равновесия. Будем честны, успехов не предвиделось. Мне срочно нужно уединиться и помедитировать, — чем раньше, тем лучше.       День прошел буднично. Вновь высокие оценки, вновь лучший результат, вновь опасающиеся взгляды окружающих и восхищеные — Ямамото и Гокудеры.       Присоединение к их компании И-пин прошло как-то мимо сознания Савады. Все потому, что он пытался абстрагироваться от происходящего, опасаясь взорваться в самый неподходящий момент. Реборн точно заметил его состояние, хотя бы благодаря связи.       Так и оказалось, стоило им только отойти от ребят, как репетитор повел его в глушь, где не было ни души. Наконец-то.       Жажда убийства заполонила собой пространство, не давая двинуться с места. Реборн напрягся, внимательно окидывая взглядом ученика и, по совместительству, свое Небо. Не чувствуй он по связи, что ярость Неба направлена не на него, то непременно занервничал бы. — Тсуна, что смогло так вывести тебя из себя? — аккуратно начал Хранитель Солнца.       Вместо ответа Наследник Вонголы лишь скрипнул зубами, цвет глаз его потемнел, окрасившись в темно-карий, почти черный. — Реборн, — свистящим шепотом на грани слышимости произнес он. — Уходи. Я объясню позже.       Репетитор был в смятении, как Хранитель своего Неба он должен как-то помочь, но… приказ есть приказ и он неоспорим. Владелец пустышки немного отошел в сторону. — Быстрее! — и лишь после рыка, упрямое Солнце покинул поляну.       Когда Реборн ушел, поляна окрасилась в ярко-лиловый, а рев неконтролируемого пламени звучал в ушах, отдаваясь набатом в черепной коробке. Парень пошатнулся, чудом удержав равновесие. Тсунаеши прикусил до крови губу, вместе с облегчением пламя Облака приносило боль носителю Небесного атрибута.       Подросток попытался сесть, но потерпел неудачу. Колени больно ударились о сырую землю, впрочем, эта боль была ничем по сравнению с болью в груди. Он прикрыл глаза, уйдя в медитацию в той же неустойчивой позе, сидя на коленях. Вдох-выдох. Вдох. Выдох. Вдох.       Тело почти окончательно падает на землю, однако его успевают подхватить маленькие, но удивительно сильные ручки. Владелец пустышки аккуратно опускает голову бессознательного юноши к себе на колени.

***

      Тропа привычно легко принимает его, как родного, указывая верный путь. Он уверен, что Чангминг и Лонгвей точно должны знать о причине его недуга.       В покоях Чангминга было светло, чистое небо и свежая зеленая трава, множество крепких деревьев. Неосознанно он сравнил открывшийся вид с Конохой или кланом Сенджу. — Ты не сильно торопился, Тсунаеши. — могучий лев покровительственно глядел на него. — Не было возможности. — немного соврал он. — Тебя наверняка интересуют изменения, произошедшие с тобой за столь короткий срок. Стоит навестить Лонгвея, все метаморфозы происходят из-за Облака. Я говорил тебе и до этого, но скажу еще раз: тебе срочно нужно собрать всех своих Хранителей и как можно скорее. Их пламя сможет стабилизировать твое Облако, действуя через меня. Мы с Лонгвеем взаимосвязаны, наше пламя зависит друг от друга, однако Облако зависит от меня сильнее, нежели я от него. Троих ты уже нашел, не считая Солнце. Троих?

***

      На пути к обители Облака возникла проблема. Большая каменная проблема.       Высокие врата с узором облаков по середине были наглухо закрыты и сколько бы Савада не пытался пробиться внутрь, толку не было. Если бы он мог здесь устать, то непременно свалился бы без сил. Тсунаеши попытался представить, как врата открываются.       Они стояли незыблемо, казалось, они и не собираются сдвигаться, но вот появилась едва заметная щель и…       Медленно отворяясь, они давали доступ к владениям Облака.       Место обитания Лонгвея было едва узнаваемо. Все те же высокие пики, пронизывающее собой небо, которое плотно укрыто белоснежными облаками. Никаких темных цветов, что были раньше.       Лонгвей, огромный дракон, лежал на камнях, укрытый тенью своей пещеры. Его дыхание было сбито, а хвост метался с одной стороны на другую, удары сотрясали всю гору. — Лонгвей… — А, Мадара, ты наконец почтил меня своим присутствием. — даже в не самой лучшей форме дракон умудрялся зубоскалить. — Все не так плохо, как кажется… Я знаю, что я говорю!       Видимо скепсис во взгляде Тсунаеши можно было выводить ведрами. — Мое хладнокровие и самоконтроль трещит по швам. Неужели лишь по причине недостающих Хранителей? — Савада облакотился о каменную стену пещеры, которую перестало трясти от прекратившихся ударов хвоста могучей рептилии. — Пламя Облака является самым своевольным и капризным атрибутом, не считая Туман. Ты запер меня в моей обители, отсек все выходы наружу. Ярость Облака имеет накопительный эффект, как видишь, плотину прорвало. — Мне нужно почаще использовать второе пламя? — увидев ленивый кивок, Тсунаеши продолжил. — Спасибо, и прости…       На что Лонгвей лишь махнул лапой, как бы говоря «что с тебя взять, малец». Врата вновь открыты.

***

      Первое, что он увидел, открыв глаза — красное ципао.