***
В кабинете все сидели, переживали за коллегу, за друга, все кроме Гнездилова, он благополучно раскладывал очередную партию в косынку. — Да, что вы за него переживаете, умрёт и умрёт все мы когда-нибудь сдохнем. — сказал Гнездилов, когда ему уже порядком надоела эта тишина. — Что ты сказал?! — прорычала Оксана, схватив капитана за горло. Девушка буквально вскипала от гнева. — Нич…чего… — прохрипел он, еле дыша. Тут к ней ринулся Лёша и, пытаясь её оттащить, сказал: — Оксан, отпусти его, это же Гнездо. — ринулся к ней Леонидов, пытаясь оттащить девушку от Игоря, которого она вот-вот могла придушить, хотя и сам был не прочь прибить его, но всё-таки у Лёши не такой вспыльчивый характер, как у Макса и Оксаны, например. — Отпусти, Лёш всё-всё. — девушка успокоилась и была отпущена. — Но, если я ещё раз услышу хоть слово из твоего поганого рта о моём муже, которое мне придётся не по душе, то я лично вышвырну тебя вот в это окно. — после сказанных слов она присела на диван, а Пёс лёг рядом, подле хозяйки. Он зло поглядывал на Гнездилова и, если бы не Оксана, держащая его то уже бы, загрыз того за хозяина. — Ну, перейдём к делу, раз уж сегодня никто ехать домой не собирается… — начал было Леонов, но его перебил Гнездилов. — Нет, почему? Я еду домой, — сказал Гнездилов, и, взяв свою шляпу, он вышел из кабинета. Но на это никто не обратил внимание, так как все начали обсуждать дело. — Оксан, Оксана, ты меня слышишь? — спросил спустя минут двадцать активных обсуждений Леонидов. — Да, что? — спросила она, распахнув глаза. — Оксан, с тобой точно всё хорошо? — спросили всё хором. — Ага, я, наверное, пойду, водички попью. — девушка поднялась, но не дойдя до двери пошатнулась и упала. К ней тут же ринулась Лена, несмотря на ссору между ними. — Лёш, ты что стоишь?! Вызывай скорую! — крикнула Жарова, её голос был взволнованным и яростным. — Ага, сейчас. — он начал набирать скорую. — Лен… прости, я… узнала, что тебя тогда подставили, — прошептала Оксана и отключилась.***
— Доктор, как она? — спросила Лена у только что вышедшего врача. — С ней всё будет хорошо, даже лучше. Поздравляю, ваша подруга беременна. Срок около двух недель. — врач улыбнулся. — Можете пройти к ней. — он пропустил Жарову в палату. — Как ты? — спросила брюнетка, прикрыв за собой дверь и присев рядом с кроватью Оксаны. — Всё отлично, правда я переживаю… Как Макс отреагирует. — девушка перебирала волосы, накручивая их на пальцы — явно нервничала. — Уверен он будет безумно рад. — Лена улыбнулась и обняла Максимову. — Прости меня за… — начала было извиняться Оксана, но Жарова её перебила. — Ты не должна извиняться, мы обе виноваты. Но я надеюсь, что мы сможем восстановить нашу дружбу. — улыбнулась девушка.— Конечно.
***
Нет никого красивее беременной женщины… В глазах — счастье… В сердце — любовь… На щеках — румянец… А внутри — маленькая жизнь…***
На следующее утро Оксана покинула палату и пошла к Максимову, дабы сообщить ему о том, что вскоре они будут уже жить не втроём, а вчетвером. Подойдя к двери, ведущей в палату Максимова, она замерла, с протянутой рукой к ручке. Вздохнув и выдохнув, девушка прошептала сама себе «всё будет хорошо, не стоит переживать. Он наверняка обрадуется…». Успокоив себя наконец, Оксана постучалась в дверь и прошла в палату. — Привет… — прошептала она и, увидев лучезарную улыбку мужа, подошла к его постели и присела рядом. — Люблю тебя, милая. — они поцеловались, но от внимательного взгляда Максимова не ушёл тот факт, что жена очень переживает. — Что-то произошло? — спросил он, выгнув бровь. — Ну… — Максимова отстранилась. — Я-я, б-беременна… — прошептала девушка, по щекам побежали слёзы. Мужчина вначале опешил, а затем схватил девушку и притянул к себе. — Дурашка, не плачь… — Максимов улыбнулся и поцеловал её снова, а затем крепко обнял. — Я безумно счастлив! Слышишь? — он взглянул ей прямо в глаза. — Да… — прошептала Оксана и наконец улыбнулась. — Вот и больше не вздумай плакать по пустякам. — он зарылся в шелковистые рыжие волосы, и вдыхая их сладки аромат продолжил обнимать любимую.