Покорительница Эвереста

       Гермиона выбежала из спальни Драко. Закрыв сзади себя дверь, девушка быстро выдохнула и с улыбкой на лице закрыла глаза. В её голове моментально пронеслись все картинки только что произошедшего, и улыбка быстро спала с лица. Сердце застучало ещё сильнее, чем рядом с ним. Камень грузом упал в низ её живота. Или же это были бабочки, уставшие пархать. Только сейчас до Грейнджер дошло, что только что случилось. Для столь расчётливой девушки, как Гермиона, было сложно переварить то, что она будет целовать Малфоя. Она вообще не думала, что их жизни пересекутся. Хотя, о каком пересечении может идти речь? Грейнджер вообще не планировала даже чуть-чуть впускать его в свою судьбу. Но, видимо, теория о том, что мы сами выстраиваем свою судьбу, верна.        Окончательно потеряв какое-либо желание разбирать, что только что произошло, девушка медленным шагом пошла в сторону спальни. Щеки всё так же пылали огнём, а на губах царило лёгкое покалывание. Гермиона положила пальчики на губы и тихо улыбнулась. Грейнджер прекрасно понимала, что этот союз ни к чему хорошему не приведёт, но ей так нравилось нарушать правила...        Придя в комнату, гриффиндорка повалилась на кровать и ей захотелось закричать в подушку от смущения. Или же от стыда, или же от неловкости. Или же от чего-то настолько прекрасного, что называют любовью. Улыбка не сходила с лица. Если бы кто-то посмотрел сейчас на неё со стороны, то, они бы подумали, что она тренирует роль вечно улыбающегося клоуна. Весь оставшийся день, Гермиона просто хихикала, максимально стараясь не выдать себя за умалишëнную.        На следующий день, на ЗОТи, к Гермионе прилетела маленькая бабочка из бумаги. Она очертила пару кругов над аудиторией и приземлилась прямо на тыльную сторону ладони девушки. Надо было видеть лицо Рона в этот момент. Конопатая мордашка скривилась в гримасе злости, недоумения и ещё чего-то, что известно только ему. Аккуратно развернув послание и скрыв содержимое от Рона, Гермиона принялась читать. Аккуратным почерком было написано:„ Дорогая плакса, я имею смелость пригласить тебя на сегодняшнюю вечеринку на астрономической башне. Приходи часов в 11. Будет весело. Искренне, твой ДМ". Было совершенно нетрудно догадаться, от кого это послание. Лишь один человек во всём волшебном мире, будет называть Гермиону плаксой. Вновь улыбнувшись, Грейнджер продолжила слушать профессора, но лишь одна мысль пугала её, что же за вечеринка и кто будет там, помимо него.        На часах было ровно 22:59 и Гермиона нервно стояла рядом со входом на крышу Астрономической башни. Набравшись смелости, она открыла дверь. Бурый плед растирался рядом с перилами. На нём лежали фрукты, бутербродики с икрой и бутылка сомнительного содержания. А рядом, облокотившись на перила, стоял белокурый парень, томно смотревший куда-то в небо. Он обернулся и нежно, но сдержанно, улыбнулся. От него так и исходила огромная волна уверенности. В его руке была бело-розовая лилия. Он медленно подошёл и вручил цветок, взял за обе руки, посмотрел в глаза и сказал: - Я рад тебя видеть - И где же твоя вечеринка? - Разве не видишь? - Он встал полубоком и рукой указал на помещение, - все здесь. Разве ты хочешь кла ещё кого-то видеть? Иди ты думала, что я позову Поттера или оборвыша Уизли? - Нет, то в моём представлении, вечеринка - это не свидание. - Называй это, как хочешь, смысл от этого мероприятия всё равно не поменяется. Пойдём присядем. Он помог ей присесть и предложил фруктов. Гермиона взглянула на бутылку, подняв бровь, посмотрела на парня. - Малфой, а ты не думаешь, что нам рано ещё пить? Драко в голос рассмеялся и взял бутылку: - Грейнджер, я это пил ещё в 5 лет. От этого ты не опьянеешь, - он вальяжно начал наливать в бокал алкоголь, - ладно, вру, не в 5. Но ты всё равно от этого не опьянеешь, наверное. Он слегка придвинулся к ней и протянул бокал. Он начал говорить: - Знаешь, Грейнджер, я бы никогда не подумал, что всё обернётся таким образом. Не знал, что мы с тобой будет сидеть на башне, пить, кушать и болтать. Это так странно, тебе не кажется? - Я думаю об этом на протяжении нескольких недель. - Да, всё-таки жизнь непредсказуема. Она как лабиринт, только вот выбирается из него кто-нибудь? Гермиона на секунду задумалась, но начала, свою мысль: - Конечно. Мы же не бессмертные, иначе бы пришлось блуждать по закоулкам лабиринта вечно. Я согласна с тобой, что жизнь - лабиринт. И это можно легко трактовать: мы выбираем свой путь. Идём по нему, идём. Бывает, заворачиваем по нескольку раз. И в итоге мы куда-то приходим. Будь то выход или же тупик. Но, как я сказала раннее, мы выбираем свой путь. Некоторые люди, увидев тупик, разворачиваются и идут по другому пути, но всё равно находят свою цель, мечту или что-то иное. Но самое главное, если перед тобой стена из колючих кустов, не нужно садиться рядом и ждать, пока всё пройдёт само собой. Так и до смерти можно засидеться. А выход из бесконечного и вечно меняющегося лабиринта мы находим лишь после смерти, - Гермиона замолчала и взглянула на Драко. - Знаешь, мне нравится тебя слушать. Ты умеешь правильно приподнести свою мысль и голос милый, - его ухмылка снова красовалась на лице. - Люблю рассуждать на филосовские темы, это успокаивает что ли... - Я рад, что тебе спокойно со мной. Гермиона резко обернулась и взглянула на него: - Я не это имела ввиду, дурак. Он с нежностью взял её за щеки, посмотрел в глаза и спросил: - Надеюсь, ты не будешь сейчас плакать, как раньше? Потому что я хочу тебя поцеловать... Не успев, прикоснуться к её губам, пара услышала голос возле входа: - Так-так-так, это как понимать Гермиона? Что вообще происходит? На входе стоял, конечно же, Рон. Малфой резко встал и грубым голосом начал: - Это закрытая вечеринка, Уизли. Тебя никто не звал. - Заткни свой грязной рот, Малфой, я не с тобой разговариваю. - Какие же мы грозные, ступай в своих лохмотьях туда, откуда пришёл. Думаю, место называть не стоит, сам понимаешь. - Слушай, Малфой, если ты ещё что-то скажешь, клянусь бородой Мерлина, я сожгу тебя на костре. - Ну да, на большее ты не способен... Гермионе всё это надоело и она, слегка повысив голос, сказала: - Прекратите вы уже. Рон, что ты здесь делаешь? - Этот вопрос я должен тебе задать. Что вообще, твою мать, происходит? - Сложно объяснить, ну, просто... Малфой решил её перебить: - Это называется "отношения", Уизли. Не удивительно, что ты даже этого не знаешь... Рон с какой-то надеждой в глазах посмотрел на девушку. - Гермиона, неужели ты встречаешься с Малфоем? - Я..я пока не знаю, что вообще происходит. Но, что-то похожее на отношения у нас всё-таки имеется. Малфой вновь вставил свои пять копеек: - Дорогая, ты обижаешь меня своими словами. А как же наша страсть, любовь и тому подобное? - Заткнись, Малфой. Прекрати приукрашивать, у нас всё менее прозаично. - ТА МНЕ ГЛУБОКО НАСРАТЬ, КАК ВЫ ЭТО ОПИСЫВАЕТЕ, - Рон перевёл дух, и с презрением посмотрел на девушку,- Гермиона, ты для меня мертва. Он тут же резко развернулся и ушёл, не сказав больше ни слова.