Маленькая оплошность большого А-Сяня

Вэй Ин, смотря в спину удаляющейся женщине, растрепал посильнее волосы и нацепил на лицо выражение паники и жалости. От павильона Мадам Цзинь до «Дворца лекарей» было далековато, но Вэй У Сянь не был бы собой, если бы не домчал туда двориками и короткими дорожками. Шмыгнув носом пару раз на пробу, мальчик влетел через главный вход, поднимая побольше шума своими громкими шагами. — Дядюшка Гу! Дядюшка Гу! — орал во всю глотку мальчишка, создавая видимость паники. Подняв на уши половину крыла, открывая каждую попавшуюся дверь, он наконец-то нашёл «дядюшку Гу». Старик сидел за письменным столом, что-то вычитывая. Услышав громкий вопль своего имени он невозмутимо поднял голову, смотря на маленького наглеца. Этот старый лекарь был очень почитаемым человеком и подчинялся напрямую главе Ордена. Впрочем, молодых господ за мелкие проказы никто никогда не ругал, тем более сейчас орал «любимчик» Цзинь Гуаншаня. — Молодой господин, что случилось? — с дружелюбной улыбкой спросил старый лекарь, наклоняясь погладить малыша А-Юя. Но, вопреки ожиданиям, мальчик увернулся от привычной ласки и посмотрел в лицо лекарю с очень испуганными глазами. — Дядюшка Гу, отца отравили! Ему очень-очень плохо*! — хватая за край одежды старика, Вэй Ин попытался потащить лекаря за собой. — Отравили? — переспросил Гу Линвень. Не важно, правду ли говорил мальчишка, но… Но вся власть старого лекаря держалась в основном на Цзинь Гуаншане. Не станет главы, не станет и его главенства в «Дворце лекарей»! Другие старики и так руки потирают, желая скорейшей смерти нынешнему главе! — Скорее, дядюшка Гу, — поднажав, Вэй Ин заставил старого лекаря сделать первый шаг. — Да, — кивнул Линвень. — Да, конечно. Сейчас только возьму сундук, — лекарь мигом метнулся к одной из полок, снимая своё хранилище противоядий. — Пойдём, пойдём. Не медля и секунды, двое помчались к умирающему больному.

***

Вэй Ин отстал на половине пути, хотя старик Гу этого и не заметил. Не то, что мальчик не поспевал, просто… Нет, с него хватило матушки и кормилиц! Больше на голых женщин, тем более старых голых женщин ему смотреть не хотелось. Он теперь, если увидит обнажённую барышню, хоть какой бы ни была девушка красивой, восторга не испытает. Да, раньше в голове Вэй У Сяня иногда проскакивали мыслишки о девах и усладах тела, но теперь… Теперь он будет ассоциировать грудь с едой. А еду, вообще-то, сложно «любить» в таком смысле… — Брр, — поёжился Вэй Ин, — голые старухи. У Яо слишком извращённая фантазия! Перед глазами вновь предстал мельком запечатлённый образ полуголой старой сестрички. Мальчишка побелел теперь по-настоящему и сбавил шаг. «Ну всё, Вэй Ин, почаще вспоминай голых бабушек и икота тебе обеспечена» — обречённо вздохнул мальчик, направляясь к покоям Гуаншаня. Как человек, поднявший бурю, он должен появиться в её центре. А как иначе, он же любит папочку и беспокоится о нём. В этом даже Мадам Цзинь не сомневалась. — Что он ему дал? — ещё в коридоре послышался уставший голос женщины. — Госпожа, — как-то удручённо вздохнул лекарь, подбирая правильные слова. Увы, таковых просто не было… — Это был сильный афродизиак. И правда, «младший брат» главы Цзинь всё ещё стоял, аки оловянный солдатик… «Яо, насколько же плохо я тебя знал?! — посмеивался Вэй Ин, никак не решаясь войти. — Такой затейник, оказывается!» Вэй Ин даже не стал бы его выдавать, прибежав известить о мёртвом теле, вот только он узнал много интересных вещей об этом человеке, кровном брате в этой жизни… Теперь У Сянь понял наверняка, зачем душам забывать прошлое… Впрочем, предаться думам Вэй Ину не позволили. Мадам Цзинь снова начала раздавать приказы: — Уберите этого в темницу и оповестите господина Шуана, — обратилась женщина к двум соклановцам. — Пусть вышлет адептов на помощь. Господин Шуан или же Шуан Чжи был главой стражи и отвечал за порядок. Вэй Ин с ним редко пересекался и знал этого человека не слишком хорошо. Мальчик притаился за углом, пропуская своих дядюшку с троюродным братом и только после этого вошёл в комнату. «Они ещё здесь» — без восторга бросив взгляд на толпу старых проституток, подумал Вэй Ин. — Отец, — подбежав к кровати, Вэй Ин взглянул на лицо батюшки. — Дядя Гу? Лекарь опустил голову, тяжело вздохнув. Ему действительно было трудно это признать… — Не больше пары дней, просто сердце не выдержит, — после некоторой паузы он неловко добавил: — И пару часов простоит. Ребёнок не должен был ведь понять, о чём он, ведь так? Лицо Мадам Цзинь стало каменным, Вэй Ин незаметно скосил глаза на верного дружка папаши. Да уж, нелепая была бы смерть**… Но, блин, серьёзно? — Отец, — глаза Вэй У Сяня заслезились от смеха, но мальчик стойко изображал искажённое рыданиями лицо. — Как же я без вас, отец? Стенания длились довольно-таки долго. Приходящий в себя Гуаншань почувствовал, будто реально умер и его сейчас уже оплакивают… Совесть взяла даже сбившихся в кучку проституток. Их же руками (и не только) пытались убить этого «почтенного отца»! А женщины ещё удивлялись, отчего у немощного и больного силы взялись, чтобы «подняться». Ох, вот же настоящая жертва! Вскоре комнату наполнили стражники и слуги. Женщин увели на допрос, затем их расселили в пустующие комнаты слуг и оставили под охраной. Репутация этих людей была весьма плохая, но в первую очередь это свидетели!