Падшая

Майклсон лежал на кровати. Он боялся своих чувств. Изабелль. Одно имя, а столько эмоций закипали в нём! С одной стороны, он хочет, чтобы этот ангелок был его. Прошлый Кол говорил, что ему не нужно это чувство. Оно ломает. Он видел, как его сестрёнка страдает. Прикрыл глаза и достал телефон. Забил в поиске «Архангел-Изабелль». Клацнув на верный сайт, он принялся читать:

«Святая Изабелла была первым архангелом, кто познал любовь. Это светлое и непонятное чувство. В легенде гласит, что невеста Лиара и жених Ренацент на собственной свадьбе молили её благосостояния. Над ними расцвела омела. Из ниоткуда все говорили, что это послание на их благословение. С того момента поцелуи под омелой стали своеобразным путём к бесконечной любви. Те, кто предавали любовь, не смогли найти новую. Они были обречены провести остаток жизни без любви в одиночестве. С тех пор Изабелла считается посланием искренней любви».

Кол хмыкнул и откинул телефон. Ему это ничем не помогло. Разве что он узнал, что традиция целоваться под омелой пошла от неё. Прикрыл глаза, нахмурился. — Почему же так сложно-то?

***

Кол шёл по школьному коридору и увидел Изабелль, что клала учебники в свой шкафчик. — Привет, ангелочек. Изабелль закатила глаза и стала искать нужную тетрадь. — И тебе привет. — Может сходим куда-нибудь? — Приглашаешь меня на свидание? Кол, ты ли это. Не заболел? Изабелль даже аккуратно притронулась к его лбу. — Вампиры не болеют. Так что? Занята вечером? — Если кому-то из дорогих мне людей не приспичит умереть, то нет. Я свободна. А что? — Ну, сходим в кино или в кафе. А может просто погуляем по парку. Изабелль улыбнулась и посмотрела на Джереми. — Тебе стоит рассказать ему. И лучше это будешь ты, нежели его сестра. Признайся, что он стал тебе другом. А вот над твоим предложением я подумаю. Изабелль закрыла шкафчик и пошла куда-то. Кол провел её взглядом и пошёл к Джереми. — Нужно поговорить. Младший Гилберт кивнул, и они пошли в пустой кабинет. Кол сел на учительский стол. — Перед тем, как ты захочешь обвинить меня или убить, я признаюсь, что ты стал для меня другом. И я не причиню тебе вреда. — О чём ты? — Я — Майклсон. Кол Майклсон. Первородный вампир, которого послали следить за тобой. Но мне ты стал другом. Поэтому я решил сознаться. Гилберт нахмурился. — Ты играл с нами? — Только в начале. Вы мне сильно понравились. Ты и Барри — первые люди, которые смогли расположить и завести дружбу с опасным древним вампиром. — А Изи? Она же человек. — Ошибаешься. Наша малышка Из — ангел. Правда, падший. Она попросила меня сознаться, чтобы не стало поздно. Так что… Если ты не захочешь общаться со мной, то я пойму. Мой брат слишком психованный и причинил вам много боли и вреда. — Почему ты такой человечный? Елена говорила, что ты монстр. — Я и есть монстр. Изи делает меня человечнее. Как бы я не хотел, мне нравится быть таким. Чувствую себя таким, каким был до обращения. Джереми подошёл к нему. — Я тебе верю. Но клянусь, если ты сделаешь что-то не так, я сам всажу кол из белого дуба тебе в сердце. — Я стал таким сентиментальным. Саму аж противно. Пора возвращаться в образ самовлюблённого придурка. Джереми засмеялся. — Ты пригласи её куда-то. — Уже. Уверен, она пойдёт. Никто не сможет устоять передо мной. На лице Майклсона появилась фирменная ухмылка. Он поправил челку и, похлопав Гилберта по плечу, пошёл на урок. Главное, чтобы его не отправили на коврик директора за опоздание.