Жить в Сентфоре

«Бей» «На агрессию — отвечай агрессией» Всю сознательную жизнь слышал Джон Ортон. Он рос в неполноценной семье. Его мать Джулия умерла при родах, так и не услышав первого крика своего малыша. Отец Роберт, чуть не сошёл с ума от горя, он безумно сильно любил свою прекрасную Джулию. Горе затуманило его разум, в своём сыне Джоне — он видел убийцу любви всей его жизни, а не продолжения своего рода. Маленький Джон рос без любви, ласки, заботы и родительского тепла. Всё, что он видел — это безразличие и презрение отца. Роберт Ортон так и не смог полюбить снова, душевную пустоту он заполнял алкоголем, шлюхами и одноразовыми связями. Джон видел, как его отец выставлял женщин за порог дома, иногда тащив за волосы, иногда пинками под зад. Ребёнку тоже доставалось, он мог дать ему подзатыльник и весьма увесистый. Джон изо всех сил старался завоевать внимание отца: делал открытки, поделки, учил стихи и песни, но отцу было плевать. С десяти лет Джон Ортон начал подрабатывать на каникулах и выходных, и все заработанные деньги отдавал отцу. Роберту было всё так же плевать. А вот когда ему исполнилось двенадцать — всё изменилось. Его отца вызвали в школу за драку. И тот просто сиял от радости, когда увидел, что соперник Джона был вдвое старше, шире и выше, но был побит сильнее. И тогда, он вспомнил о своей мечте — быть боксёром. И Роберт стал тренировать сына. Джон же, не хотел драться, не хотел заниматься боксом. Ему нравился футбол. Но если бы его отец был без ума от балета, Ортон-младший непременно нацепил бы пачку и пуанты. Сначала, соревнования между Джоном и кем-то из школы. Дальше — больше. Соревнования между школами, районами, а дальше городские. Джон выигрывал не всегда, но отец продолжал тренировать его и возить на соревнования. Когда его сын проигрывал, Роберт обвинял Джона. Хотя сам толком ничему и не научил. «Бить и отвечать на агрессию — агрессией». Роберт не учил тактике ведения боя, не учил искать слабые и учитывать сильные стороны соперников. Он учил его бить. Джон часто слышал, как на соревнованиях, другие тренера поддерживают юных спортсменов, как говорят никогда не сдаваться. Как отцы обнимают сыновей, говоря, что будут гордиться ими в любом случае. Ортон только и слышал — бей. Победы давались ему с трудом. Каждый выигранный бой окрылял его, он каждый раз надеялся услышать от отца — те самые заветные слова. Но Роберт лишь безразлично говорил, что бой мог закончиться и раньше, если бы Джон бился в полную силу. В семнадцать, его не раскрытый потенциал заметил бывший профессиональный боксёр и предложил учиться у него. Джон согласился, а для отца это стало ударом и он счёл это предательством. Команде было трудно «переделать» Джона. Из машины-убийцы в более или менее профессионального боксёра. Каждый выигранный бой — ровнялся двум проигранным. Тренер учил его тактике ведения боя, правильному распределению сил во время поединка, давал наставления, но не всегда информация доходила до сознания спортсмена. Это было сравни передрессировке собаки, которая участвовала в подпольных боях, а потом её взяли на государственную службы. Сложно, непонятно, и в любой момент собака могла укусить руку. Успех был, но Ортон зарекомендовал себя как недисциплинированный спортсмен, плохо поддающийся тренировке. Он часто опаздывал в зал, даже пару раз опоздал на официальные бои. Джон был несдержан во время спаррингов и боёв. На одной из тренировок, он настолько поддался своей агрессии, что не мог остановиться, продолжая бить уже лежащего партнёра по спаррингу. Во время официальных боёв, он не раз наносил запрещённые удары. И был даже случай досрочного завершения матча и присуждения победы сопернику, так как он просто не смог сдержать себя в руках, без остановки нанося удары ниже пояса и открытой перчаткой. Но всё же, благодаря профессионализму тренера, Ортон смог выиграть молодежный титул, но проиграл его в следующем поединке, просто не явившись на бой. На втором курсе Джон женился на одногруппнице. Он безумно любил Мэйси. Делал всё для её комфорта. Много работал для неё, открыл ресторан с именем супруги, а она сбежала с администратором этого ресторана. Все мечты о семье лопнули как воздушный шар. Тогда появилась неконтролируемая агрессия, не только на ринге, но и в жизни. Карьера Джона не шла в гору, но и не катилась с неё. Бои, титул молодого чемпиона по версии WBO, но большего успеха и признания он добиться не смог. А вот бизнес приносил доход: рестораны, магазины спортивной одежды и спортинвентаря, франшизы спортивных клубов. Круговорот девушек, которые хотели быть с ним, и в первые пять минут знакомства были готовы раздвинуть перед ним ноги. А Ортон продолжал любить и ненавидеть Мэйси. Во время открытия одного из ресторанов, Ортона познакомили с Сарой Джонс — молодой, красивой студенткой. В окружении боксёра было много таких девушек, но Сара отличалась от них. Во-первых, она была похожа на его Мейси. А во-вторых, девушка не проявила никакого интереса к нему. И Джон решил, что любой ценой добьётся Сару. Она стала для Ортона, как недостижимый — главный пояс Всемирной боксёрской организации, и если титула ему было не получить, расположение девушки он был готов добиваться долго и упорно. Он красиво ухаживал, дарил подарки, цветы, устраивал нереальные свидания, посвящал ей победы и называл звёзды в её честь. А после очередных свиданий, на которых она не отвечала взаимностью, боксёр трахал более сговорчивых девушек. Сара оттаяла и они начали жить вместе. Но Джону было этого мало, он хотел привязать девушку как можно больше к себе. Чтобы не сбежала, как Мэйси. Брак, запрет на очное обучение, а потом и на работу. Сара должна быть только его, Ортона пугала мысль, что супруга может уйти от него. Джон любил её, как ему казалось, хотя, что он знал об этом чувстве? А потом, все его измены и интрижки на стороне всплыли и тогда появилась реальная угроза потерять Сару. И когда она кричала, что подаёт на развод, в голове всплыла забытая фраза отца: «на агрессию отвечай агрессией», и он ударил её. Тогда Джон понял, что Сара никуда от него не денется. Он хорошо помнит тот проигранный бой. Это был завершающий бой в его карьере, Джон должен был выиграть его любой ценой. Но не вышло. Опьянённый своим проигрышем и алкоголем, он вернулся домой, где Сара слишком громко дышала. Он чуть не убил её в эту ночь, вызвал своих парней и попросил отправить её в больницу. Ему было плевать на неё и её состояние, Джон знал, что его не привлекут к ответственности, слишком много у него влияния. Новость о том, что Сара сбежала из больницы, он воспринял спокойно, знал — без него она не сможет прожить и дня. Джон ждал, что Сара появится на пороге их дома или ему сообщат, что её тело нашли в канаве. Но этого не происходило, люди начали задавать вопросы о ней, и он придумал историю о том, что Сара сейчас на реабилитации в психиатрической клинике. Он тешил себя мыслями, что его жена скитается, спит под мостами и что бы не умереть с голоду торгует своим телом. Но всё оказалось иначе. Его очередная пассия оставила телефон с открытой Инстаграм страницей какой-то там Адель. И то, что он увидел на некоторых снимках затуманило его разум. Там была Сара, его Сара. Живая и абсолютно счастливая. Из подписей и геолокаций, он понял, что супруга начала новую жизнь, в каком то захолустье. И вот через пару дней, у него был её номер и адрес. А вскоре, он отправился в Сентфор и сам. Вернуть то, что принадлежит ему. Единственная мысль билась в его голове: вернуть Сару в Нью-Йорк, живой или мёртвой. Она его. И должна быть только с ним. И вот она перед ним, в своей жалкой скромной квартире, вся в слезах и крови. Такая же жалкая, как и её жилище. Ужасный цвет волос и причёска. Дешёвое платье. От его прежней дорого выглядящей Сары, не осталось и следа. Нет ни нарядов от кутюр, ни блеска от бриллиантов. Без него — она никто. Неприятная трель домофона вырвала его из мыслей. Сара вытирала кровь с лица. — Милая, ты завела друзей? — он вскинул бровями. — Я не знаю, кто это, — в ужасе шептала Сара. — Ответь, но будь максимальна убедительна! — Джон подошёл к ней, схватил за волосы и потащил в коридор. — Кто? — дрожащим голосом спросила О’Нил. — Сара, это я! Открой пожалуйста, — запыхавшийся голос Вишни  был лучём надежды. — Ник… я. — Убедительней, Сара! — тихо рявкнул муж, хватая её за горло.  — Я занята, — холодно говорит девушка. — Сара, я знаю про твоего мужа, знаю, что этот урод делал с тобой! — громко произнёс голос в домофон. Глаза Сары распахнулись от ужаса, Джон начал сжимать её горло. О’Нил начала активно мотать головой и шептать «нет». Хватка ослабла. — Нет, Джон… Джон любит меня, а я его. Извини, я должна собирать вещи, — отрешённо произносит О’Нил. И Джон одним ударом сносит аппарат со стены. Схватил Сару за волосы и швырнул в гостиную: — И кто же этот Ник? Ты всё ему рассказала? — он сузил свои синие глаза. В них плескалась ненависть, презрение и злость. — Я ничего не говорила, я не знаю как он узнал, — плачет девушка. — Ты трахалась с ним? — Не твоё дело, — дерзко отвечает Сара, за что получает звонкую пощёчину. — Ещё как моё! Или ты забыла, что ты моя жена? — он снова схватил её за волосы. — Чего ты хочешь от меня? — вопрос смешивается с рыданием. — Какая же ты глупая, Сара, — смеётся Ортон, — Я приехал за тобой. Как ты, бедненькая, живёшь в таких условиях? — Отлично! — зло выплёвывает О’Нил, за что получает ещё один удар по лицу. — Ты настолько тупая, думала, что я не найду тебя? — он навис над девушкой. — Джон, пожалуйста, — сквозь рыдания просит Сара, — Отпусти меня. Я уеду далеко, пожалуйста! — Сара, Сара, ты правда очень глупая, — он продолжает насмехаться над ней, — Думала, перекрасишься, сделаешь эти уродские кудри, сменишь фамилию и я не найду тебя? Твоё место рядом со мной! — Зачем? Чтобы продолжать издеваться надо мной? — Затем, что я люблю тебя, глупенькая, — Джон пытается погладить её по голове. Сара уворачивается: — Что ты знаешь о любви? — зло повторяет она вопрос, который ещё вчера ей задал Ник. При воспоминании о своём любимом мужчине — сердце сжалось. Вот кто по-настоящему любил её, он бы никогда не причинил ей боль. Вишня приехал, вот только почему? И как он узнал про Джона? Сможет ли он помочь ей. Резкая боль в руке выдернула Сару из размышлений. Ортон пытался поднять её с пола. — А что ты знаешь о любви? Где бы ты была, если бы не я? Я давал тебе всё, что ты хотела! А ты, сука, сбежала от меня, — Джон в очередной раз бьёт её по лицу. Сара вытирает кровь с губы, и смотря прямо в глаза мужа спрашивает: — Что ты мне дал? Кроме комплексов и искалеченной жизни? — Заткнись, сука! — он снова наотмашь бьёт её по лицу, — У тебя было всё, шмотки, украшения, отдых на лучших курортах! В дверь квартиры начинают звонить. Супружеская пара Ортон тут же напряглась. Сара начала активно мотать головой, лишь бы снова не чувствовать удары. — Двинешься с места и я тебя убью! — шипел, когда-то любимый муж. Сара покорно кивнула головой. Он прошёл в прихожую, посмотрел в глазок, за дверью стоял высокий брюнет с щетиной в кожаной куртке. — Кто? — узнаёт Джон. — Хозяин квартиры, откройте, я должен проверить счётчики, — спокойно, но властно произнёс человек за дверью. — Приходите завтра, — бросает Джон из-за закрытой двери. — Я вызову полицию! — громко произносит незнакомец. — Твою мать, — шепчет Ортон, и уже громче добавляет, — Минуту. Он идёт быстрым шагом в гостиную, где на полу сидит Сара. О’Нил слышала весь разговор, голос казался ей смутно знакомым, но он точно не принадлежал хозяину квартиры. Жильё она арендовала у очаровательной старушки Миссис Томсон. Сара пыталась вспомнить, чей это голос, но голова болела после ударов. Джон подошёл и грубо схватил девушку за повреждённую руку, зашептав: — Сейчас ты не издашь и звука, — он ведёт её к двери, — Узнаёшь этого мужика? Сара смотрит в глазок и узнаёт. Сердце радостно бьётся в груди, она с трудом сдерживает вопль облегчения. Она видела его всего раз пять, но осознание, что именно он сейчас стоит на пороге её квартиры и представляется хозяином, даёт ей надежду. Аарон Хилл. Сара кивает головой и губами шепчет — хозяин. Джон что-то бурчит про ключи, а сам толкает Сару в спальню, хватая из коробки скотч: — Издашь хоть звук и я убью и его и тебя, — произнёс он, залепляя рот девушки и связывая руки за спиной. Повреждённая рука болела, как и разбитые — губа, голова и нос. О’Нил слышала, как открылась входная дверь, как мужчины о чём-то говорили, но слова она не могла разобрать. Страх за жизнь Аарона, за свою, бесконечные вопросы «что он тут делает?» бились в её голове. Сара напряжённо прислушивалась к происходящему в её квартире, но разобрать ничего не могла. Дверь её спальни начала открываться, О’Нил в ужасе зажмурила глаза, тихие шаги, и кто-то рядом садится с ней, отлепляя скотч с её лица. Знакомый парфюм закружил голову. — Боже, Принцесса… — шепчет такой родной и любимый голос. — Вишня.... — всхлипывает Сара. Слишком громко всхлипывает.