14. Сплетаясь нитями
16 мая 2020 г., 18:33
"Вы мне сейчас — самый близкий, вы просто у меня больнее всего болите" Марина Цветаева
Люцифер перенес меня в комнату под утро, пока Мими еще спала. Мне не хотелось ее будить и, по правде говоря, хотелось избежать расспросов, по крайней мере хотя бы сегодня. Позже я ей все расскажу, скорее всего. Не знаю, это ведь не только моя тайна. Да и что, собственно говоря, рассказывать? Что я очередная подстилка Люцифера? Так себе перспектива. Но все равно, внутри присутствовало еле ощутимое тепло. Может все не так уж и плачевно? Это утро было не таким как все. Кое-как разлепив глаза, я тут же застыла, осмысливая произошедшее ночью. Я и Люцифер... Стоп, я и Люцифер?! Щеки невольно залились румянцем от смущения, а на лице растянулась идиотская улыбка. С момента, как я попала в школу, это был первый раз когда я улыбнулась настоящей, ненатянутой улыбкой. Вспомнив свое нелепое падение, я захотела провалиться сквозь землю, но не в Ад, а куда-то подальше. После того как я убила себя и попала в это место, существование которого я даже и допустить не смогла бы в пьяном виде, а в трезвом и подавно, я превратилась в ходячий комок депрессии и страданий, не всегда обоснованных, преследуемая прошлой жизнью в виде воспоминаний об отце, Райане, учебе и работе... Сейчас же я чувствую себя намного лучше, хотя все еще думаю, что незаслуженно. Гедонист из меня иногда так себе. Сложно наслаждаться чем-то хорошим в своей жизни, когда у других происходит невообразимый кошмар. Дино. Как он там? После последнего разговора я опять убедилась в том, что он невероятно сильный ангел, самый что ни на есть настоящий. Пропускает все сквозь себя, при этом не срываясь на других. На мне. Я бы стерпела все. Но он даже не винил меня. Надо бы вставать, собираться на очередные занятия, от которых толку нет, как мне кажется. Ну или просто я не стараюсь, потому что слишком погружена в кашу, которую я же и заварила, а расхлебывают другие. Надо бы стараться лучше, чтобы пробиться в этом мире, а не быть никчемной Непризнанной, выполняющей пустяковые задания на земле. Тело приятно болело, ноги слегка подкашивались. В голове вновь всплыли подробности ночи, из-за чего то лицо наливалось краской, то вырывался неловкий смешок. Боясь, что я так и не смогу нормально накраситься, я решила просто освежиться и ограничиться тушью и нюдовой помадой. Румяна мне явно не понадобятся... Стоп, а где Мими? Подумав о ней и Итане, я с улыбкой закатила глаза и умчалась на занятия. POV Мими 7 утра. Солнце только просыпается, а у меня сна уже как полтора часа ни в одном глазу. Вики как обычно крепко спит, что мне на руку. Храпит как албанская полевая девка! Люблю эту крошку, хоть иногда мне и хочется ее убить. Последнее время она сама не своя, а я не уделяю ей столько же времени как раньше. Чувствую себя из-за этого погано, но ничего не могу сделать с собой, это все он... Все свободное время хочется быть с ним, а если не с ним, то сидеть где-нибудь, наслаждаясь тишиной, и думать. О нем. Лежу под одеялом уже одетая, как бы платье не помялось. Хочется быть красивой. Самой красивой для него. Совсем скоро мы увидимся, дорогой. Все, нужно бежать! Вылезаю из под одеяла, тихонько пробираюсь на цыпочках к двери, медленно и аккуратно закрываю ее, и мчусь пулей в сад. Уже почти рассвело, и у нас как обычно будет целых два часа, чтобы побыть вместе. Два часа, которые я жду каждый день. Два часа, которые меняют все течение дня. Два часа с тем, кого я люблю больше всего на свете. Осталось только ему об этом сказать. Лишь бы не спугнуть, лишь бы не оттолкнул. Мчусь со всех ног. На улице еще прохладно, свежий воздух наполняет легкие пока я бегу, изматывая меня и заставляя дышать еще чаще. Волосы развеваются по ветру, наверное, со стороны это выглядит довольно красиво. Сердце бешено колотится, кажется, вот вот и я потеряю сознание от адреналина и количества вдыхаемого кислорода. Поворачиваю за угол школы и вижу его. Это место находится на самом обрыве скалы, вдали от чужих глаз. Здесь никто не может нас увидеть и никто не может нам помешать. Под этой яблоней он впервые меня поцеловал, и здесь же впервые я что-то почувствовала к другому существу. Так это все странно. Я ведь демон, черт возьми, а испытываю к нему такой трепет, что ноги подкашиваются, как у неуверенной в себе идиотки. Но мне даже нравится. Нравится то, какая я с ним. Ведь с ним я настоящая! Та, которой не могу быть в обществе. Дочь Мамона должна вести себя так, как того требует демоническое общество. Он не похож на других парней. Я привыкла, что все видят во мне лишь симпатичную мордашку, не более. Я никогда не встречалась с парнями дольше недели, а то и вовсе ограничивалась сексом на одну ночь. Не то, чтобы я была сильно неразборчива в партнерах, скорее я не чувствовала ни с кем связи. Пока не встретила его. Такого красивого и сильного, не только физически, но и духовно. Он сидел под деревом. Ждет меня. Я всегда прихожу позже, хотя выхожу раньше, чем надо, ведь так сильно хочу увидеть его. Я остановилась всего на секунду, чтобы запечатлеть этот образ в памяти. Я тихо сняла босоножки, схватила их одной рукой за ремешки и подкралась сзади, встав за деревом. Бросила обувь на траву, медленно протянула руки за его головой и накрыла его глаза своими ладошками. Он на секунду замер, а потом залился смехом. — Мими, у тебя ладошки ледяные! — он развернулся, продолжая хохотать. — Чего ты ржешь? — я надула губы, а бровь сама полезла вверх от недовольства. Я пыталась быть милой, что мне несвойственно, а он ржал как придурок. Как самый любимый придурок. — Иди, согрею, — обхватив мои ладони, он потянул меня на себя, а я не удержалась и упала ему на грудь. Теперь смеялась и я. Это все было так естественно, так приятно и хорошо. Хотелось, чтобы этот миг длился вечность. Он подносит мои ладони к своему рту и начинает обдавать их теплым воздухом, выпускаемым из его рта. — В следующий раз одевайся теплее, — в любимых глазах проскакивает недовольство. — Я хочу быть красивой для тебя. — Ты будешь красивой, если не будешь мерзнуть и оденешься теплее. Хорошо? — я киваю в знак согласия и удобнее устраиваюсь у него на груди, он отпускает мои ладони, бережно положив их мне на живот, и целует в макушку. Так трепетно, так непривычно, но в то же время правильно. — Почему мы должны делать это? Скрываться в саду рано утром, пока никто не видит? За что нам это? — вздыхаю я, поднимая больную тему. — Я хочу быть с тобой, не боясь смертной казни, не скрываясь. Не хочу встречаться с другим для прикрытия, это противно, — чуть поворачиваю голову и смотрю в любимые синие глаза ангела. Дино вздыхает, поглаживая меня своей рукой по волосам, успокаивая. Кто бы мог подумать. Демон и ангел. Сын покойного Фенцио, упокой Господь его душу. Дино так страдает из-за смерти отца, а я не знаю даже как помочь. Стараюсь быть рядом, но весь его внешний вид заставляет меня сжиматься. Хочется обнять его и забрать себе хотя бы частицу боли, лишь бы ему стало легче. — Не "за что", а "ради чего". — Ради чего? — предательская слеза начинает прокладывать противный жгучий след на щеке. Я подскакиваю на ноги. — Вот скажи. Ради чего все это? Ради встреч здесь каждое утро, пока нас никто не видит? — Без тебя я бы не оправился, — блондин поднимается и подходит ко мне. — Кто бы что не говорил о демонах, они обобщают. Видимо не знают тебя, Мими. Самую искреннюю, чуткую и прекрасную Мими, дочь демона Мамона. Все это ради нас. Ради ощущения счастья. Ради отдушины во время этого бренного существования. Его слова, словно теплый плед, кутают мою душу, закрывая от холода запрета. Мы как Адам и Ева. Стоим под яблоней, искушенные друг другом, нарушившие запрет, который, к слову, всего лишь условный. Мы не собираемся рожать ребенка. Мы всего лишь хотим быть вместе без страха за жизни друг друга. Почему же мы не можем? — Мне с тобой очень хорошо. — И мне хорошо с тобой, душа моя, — сказав это, Дино приближается ко мне ближе и целует. Как всегда мягко, нежно и чувственно, заставляя меня ощущать себя самой желанной в этом гребанном мире. У меня такого не было ни с кем. Он подарил мне меня. Я охотно отвечаю на поцелуй, обвивая его шею своими ладонями. Он нежно держит меня за талию. Хочется остановить время, хочется насладиться вдоволь. Парень отстраняется, чем вызывает у меня умоляющий о продолжении вздох. — Я так тебя люблю. Невозможно описать словами мою благодарность тебе. Я здесь и все еще жив только благодаря тебе. Если бы не ты, я бы покончил с собой, потому что меня ничто и никто здесь не держал. Но появилась ты. Такая сочувствующая, такая нужная. В тот день мы встретились неслучайно, я чувствую это. В тот день ты убедила меня жить. Ведь отец не одобрил бы мой уход. Он должен гордиться мной. И я хочу, чтобы мной гордилась ты, самая важная и желанная девушка в моей никчемной жизни. Его слова обрушились на меня как ливень. Сердце пропустило удар, а по телу пробежал табун мурашек. Я не верила своим ушам. Неужели мой слух не подводит меня? Он любит меня! Любит! Слезы счастья наворачиваются на глаза, а я улыбаюсь, обнажая ряд зубов. Вот же оно, счастье! — Я тоже, тоже люблю тебя, — как бы пафосно это не звучало. — За столь короткое время ты мне стал ближе всех. Я и не думала, что такое возможно! Спасибо, что ты такой. Спасибо, что с тобой я та, кто есть на самом деле. Я подаюсь вперед и заключаю его в объятия. Чувствую его крепкие руки, окутывающие меня. С ним я чувствую себя в безопасности. Как за каменной стеной, вроде так говорят люди. — Я с тобой. Всегда, — говорит блондин, прижимая меня к своей груди все сильнее. Слышу его сердцебиение. — Знаю. — Мими, пообещай мне одну вещь, — голос стал серьезным, с нотками стали. Я заметно напряглась. Он выпустил меня из тепла своего тела, обхватил мои плечи своими руками, наклонился, чтобы наши глаза были на одном уровне. Я нервно сглотнула. — Сначала скажи, что ты имеешь ввиду. — Ты должна пообещать. Веет холодом. — Дино, ты должен сказать... — Обещай! — О-обещаю... — нервно закусив губу, чуть прикрываю глаза. Ангел облегченно выдыхает. — Что бы ни произошло, я всегда защищу тебя. Ты не пострадаешь, никогда и ни при каких обстоятельствах. Ты поняла? — киваю, шмыгая носом. Мой Дино, мой самый правильный ангел. Альтруист хренов. — Если ради твоего блага нам придется расстаться, либо мне придется вытерпеть адские муки, то я готов. Я сделаю все для тебя. Ведь ты сделала для меня намного больше. Пообещай, что если что-то случится, и мне придется кануть в небытие, ты не будешь стоять на месте, а будешь жить дальше! Ты обязана, Мими! — Да как же я без тебя? Как?! — голос срывается на крик. Скидываю его руки с себя, отхожу на три шага назад. Вцепившись руками в волосы, я начинаю обводить все вокруг взглядом безумца, которого просят рассказать помнит ли он ночь, когда ему забрались в мозг, перекроив там все на свой лад. Как же я без него? О каком счастье речь? — Ты обещала, Мими... — Я знаю! — Пожалуйста, — он делает шаг навстречу, — не плачь. Я постараюсь сделать так, чтобы ты больше никогда не плакала, — кидаюсь ему в объятия, в эти спасительные руки. Закрываю глаза. Я верю тебе, Дино, верю.***
Я пришла на урок слишком рано. Была я и еще пара ангелов. За окном была идеальнейшая для прогулок погода. Вот только прогулки не будет. Будет лишь скучный урок истории с Мисселиной, которая, к моему огромному сожалению, совершенно не умеет интересно преподносить информацию. Но из уважения к ней я никогда не покажу своего недовольства. Аудитория заполнялась студентами, среди которых я пыталась найти хотя бы одно знакомое лицо. Сидеть одной не хотелось. Я отчаянно требовала общения. Желательно с Мими, мы с ней в последнее время отдалились. Я не знаю как у нее дела и что происходит у нее в жизни. Нужно обязательно поболтать сегодня вечером. Вот и Дино. Выглядит на удивление хорошо. Я бы даже сказала, что очень хорошо. Рада за него, рада, что он справляется. Мими появилась буквально за минуту до прихода Мисселины. Запыхавшись, она села рядом со мной и оставила невесомый поцелуй на щеке в качестве приветствия. — Я не видела тебя утром. Где опять пропадаешь? С Итаном? — прищурившись, я поворачиваюсь к Мими. Признавайся, чертовка. — А что? Завидно? — серые глаза сверкают счастливым светом. — Наоборот. Рада за твою личную жизнь. Я скучаю по тебе, мы отдалились... — Да, дорогая, я заметила, — Мими виновато наклоняет голову. — Сегодня я вся твоя. — Наконец-то, — улыбаюсь брюнетке и поворачиваюсь к преподавателю. Боже, дай мне сил, чтобы не уснуть. Обвожу глазами аудиторию, не могу найти Люцифера. Неприятный холодок поселился под ребрами. Где он? Почему не явился? Хоть бы с ним ничего не случилось. Пекусь о дьяволе. Дожила, Вики. По окончании занятия подрываюсь первой, бегу со всех ног в ад. Цепляю ни в чем неповинных ангелов и Непризнанных крыльями. Просто вы попались мне на пути, а я спешу. Такое привычное чувство страха вернулось ко мне. Плохи дела. Спускаюсь по винтовым лестницам школы, сделанным ангелами. Очень красиво и непрактично. Легко споткнуться и сломать себе что-нибудь. Но меня сейчас это не волновало. Пропускала по три ступеньки вместо одной, сердце прыгало где-то в горле, заставляя чувствовать тошноту. Волосы развеваются, что очень раздражает меня. Приходится все время убирать их из глаз и рта. Почему же я так волнуюсь? Казалось, этим лестницам нет конца и края. Не выдержав, я раскрываю крылья и взлетаю. Прямо в школе. Удивленные голоса вокруг доносятся до моих ушей. Но мне плевать, что это нейтральная территория и тут не летают. Мне кажется, что если я не потороплюсь, то произойдет что-то непоправимое. Надеюсь, это ошибочное ощущение. Наконец-то я вырываюсь из стен школы. Спустя буквально два взмаха крыльев оказываюсь у расщелины и прыгаю туда, не раздумывая над этим, как в самый первый раз. В нос ударил запах гари, огненные скалы обжигают перья. Чувствую характерный неприятный запах, но даже не морщусь. Оказавшись перед воротами в Ад, я отряхиваю крылья и аккуратно складываю их. Толкнув руками массивную дверь, прохожу в это царство тьмы. Во всех смыслах этого слова. Так темно, что глазам приходится привыкать минуты две, прежде чем начать различать хоть что-то. Одной рукой придерживаюсь за стены, стараясь игнорировать свои чувства. Чертова эмпатия. Я впитываю в себя все то, что впитали в себя эти стены. Помимо похоти и плотских желаний я ощущаю боль, невообразимую для обычного человека. Она проникает в мое сердце, заставляя согнуться пополам. Не могу удержаться на ногах. Оседаю на пол, сдирая кожу на коленях. Пульс учащается, дыхание замедляется. Черт. Да что такое? Возьми себя в руки, Вики! Хватаюсь руками за стены, ломая ногти. Пытаюсь поднять свое тело, которое резко стало слишком тяжелым. Духота. Тьма. Крики отчаявшихся где-то в моей голове. — Люцифер... — еле слышно шепчу его имя. Помоги. Мои способности убивают меня. В этот же момент передо мной оказывается знакомая фигура с величественными крыльями за спиной. Он пришел, он услышал! Поднимаю голову, но глаза смотрят в пол. — Какого хрена, Уокер? — от вчерашней нежности не осталось и следа. — Я запаниковала. Страх сковал меня! Я думала ты в опасности! — У тебя плохо получается. Что со мной может произойти в моем же доме? — он стоит с руками в карманах и смотрит на меня, такую жалкую, такую слабую. Я не в силах с этим совладать. — Что происходит? — Я эмпат, черт возьми! Я все чувствую! Все, что есть в этих блядских стенах! После этих слов Люцифер напрягся. — Я не чувствую тебя, — я знала, что он подумал об этом. Поэтому открыла рот первой. Спи спокойно, дьявол. Тебя я, увы, прочитать не могу. Плохо это или хорошо — не знаю. Знакомый звук. Перемещение. Конечно же к нему в комнату. Он придерживает мой локоть, не давая свалиться прямо ему в ноги. Усадив меня на кровать, сам садится в кресло и смотрит на меня, не отрывая взгляд, под которым я ощущаю себя голой. — Раз уж ты тут. Перейдем к сути. Я думал поговорить с тобой позже, как приду в школу. Но видимо ты ударилась головой и заистерила, оказавшись здесь, — голос холодный, такой противоположный его горячей натуре. Бьет как хлыстом. — О чем? — О том, что нам грозит опасность из-за того, что Сатана не смог удержать член в трусах, и зачал проклятое дитя, — желваки танцуют чечетку. Напряжен до предела. — Ты что-то нашел? — от нетерпения ерзаю на кровати, сминая под собой простыни. — Нашел, — зарылся рукой в волосы, прикусил губу, тяжело вздохнул. — Пришлось вновь восполнить свои знания о Каббале, — увидев мой растерянный взгляд, он закатил глаза, мол, вот ты тупица, Уокер. — Каббала — эзотерическое течение в иудаизме. Надеюсь ты знаешь, что это. — Знаю, — огрызаюсь я, — ближе к сути. — Так вот. В каббале есть некий Ангел Смерти, имя которого нигде не указано. Сказано лишь, что он забирает души погибших. Но никто его не видел. Сказано также, что он старейший Серафим, имеющий двенадцать пар крыльев. Это уже вызывает некие подозрения, — Люцифер встал и начал ходить туда-сюда. Я неотрывно смотрела на него. — Сказано, что он охранял Эдем. И именно он ответственен за грехопадение Евы, которая родила от него Каина, первого в мире убийцу. Именно этот Ангел Смерти ввел в искушение Еву, явившись к ней в виде змеи. И именно он сдерживал руку Авраама, когда тот хотел принести своего сына в жертву Богу. В общем, все довольно мутно и противоречиво, но думаю это то, что мы ищем. Думаю, это и есть Мальбонте, сын Сатаны. Я сидела с открытым ртом и не могла переварить это все. — Я... я даже не знаю, что сказать. У меня такая каша в голове. — Я и сам путаюсь. Нашел информацию в запретной секции библиотеки Ада. Проверить это все на правдивость мы можем лишь одним способом... — Каким? — чувствую, это будет пиздец. — По легенде у него была жена. Лилит. Считается, что она была женой Ангела Смерти, после чего стала демоном, досаждающим спящим в одиночку или одиноко бредущим по дороге. Она была слишком сильной и Ангел боялся, что она заберет у него всю власть. Но он слишком сильно любил ее и поэтому не смог убить. Она еще жива. Бродит одиноким духом по земле. Нам нужно будет найти ее, — Люцифер остановился, подошел ко мне и сел на корточки. Мои ладони оказались в его руках. — Ты со мной? — Я с тобой.
