Давай притворимся

faith — the weeknd

      Ричи забросил свою сумку в машину, накинув поверх неё костюм. Сначала он собирался просто сложить его и упаковать в чемодан, но Эдди был так взбешён этим, так что вот он здесь. У Каспбрака также был свой костюм, который был тоже в небольшом кофре, висящий на крючке ручки, за которую обычно держутся, и которая, кажется, была у каждой машины по обе стороны крыши. Ричи жаловался, что если он повесит так свой, он будет мешать ему видеть, поэтому Эдди убедил его, что устранит эту проблему.       У Эдди было абсурдное количество багажа. Ричи не понимал, как в его крошечной комнате общежития нашлось место для двух больших чемоданов. А ещё совершенно не догонял, что Эдди мог взять с собой. Они собирались уехать на выходные! По словам Каспбрака: «Я едва смог уложить три связных лука», а между тем Ричи готов был поспорить, что весь гардероб Эдди был упакован в его чемоданы. — Сэр Спагетти! Пора отправляться в путь! Нам предстоит мучительная поездка, мой дорогой синьор, — сказал Ричи с заурядным британским акцентом. — Клянусь Богом, если ты хоть раз в дороге скорчишь британца, я тебе больно врежу. — Понял, принял. Буду отдавать приоритет другим своим голосам.       Эдди закатил глаза и повернулся, чтобы попрощаться с друзьями. Они все собрались возле общежития, чтобы проводить их, хотя Ричи неоднократно говорил, что их не будет меньше семидесяти двух часов.       Тозиер подошёл к Бев и обнял её, а когда та притянула его к себе, прошептала: — Скажи ему, что чувствуешь.       Ричи только взглянул на неё и отстранился, явно говоря, что не будет этого делать. Затем он подошёл обнять Билла, который на этот раз посмотрел на него понимающе. Ричи уже тошнило от того, что друзья видели его насквозь.       Все вели себя как-то странно по-разному. Ричи не знал, что происходит, но решил не обращать на это внимания. Он не хотел уточнять, потому что, по крайней мере, знал, почему Билл и Бев ведут себя так, и не хотел наступать снова на те же грабли. — Ладно, до встречи, чудики. Мы вернёмся через два дня, так что перестаньте разыгрывать мелодраму, — сказал Тозиер, открывая дверь и садясь за руль. Ричи был не самым лучшим водителем, но знал, как волнуется Эдди, когда ему приходилось ездить на большие расстояния, поэтому не собирался просить его делать это вместо него.       Ричи подключил блютус к машине и включил на своём телефоне плейлист, который сделал для их поездки, под названием «Песни для нашего божественного драйва». Он длился более семи часов, что было идеально. — Так сколько нам говоришь ехать? — спросил Эдди, как устроился на своём сидении. — Около шести часов, если не считать пробок. И нам суждено приехать либо в притык, либо опоздать.       Эдди вздохнул в ответ и вынул свой телефон. Он что-то напечатал, затем посмотрел на Ричи. — Я погуглил лучшие игры для долгих переездов на машине, и мы опробуем их все.       Вот так они и провели все шесть часов и двадцать три минуты езды, соревнуясь друг с другом. Эдди безукоризненно вытер ноги об Ричи в игре с нахождением одинаковых картинок, которые были перевёрнуты, но затем совершил ошибку, бросив вызов Тозиеру в классическую игру в слова. Ричи с лёгкостью называл фильмы, песни, группы, актёров, еду — всё, что угодно. Когда они наконец подъехали к ресторану на репетицию ужина, то увидели, что уже почти опоздали. Они так увлеклись этими играми, что забыли о том, что их время уплывало.       Припарковавшись, они выскочили из машины и выхватили из сумок какую-то подобающую одежду, чтобы переодеться в мужском туалете. Ричи натянул одну из своих лучших гавайских рубашек (можно даже сказать, парадную) и чёрные джинсы. Это была всего лишь репетиция, ему не нужно было готовиться на красную дорожку. Когда он вышел из кабинки и увидел Эдди, его сердце подпрыгнуло и сдавило горло.       На том была светло-голубая рубашка на пуговицах, но рукава слегка закатаны, и верхняя пуговица была расстегнута. Также Каспбрак был в паре тёмных джинс, которые плотно облегали его задницу, а в данный момент он возился с волосами. Ричи подумал, что он сейчас лишится чувств, или может быть, у него взорвётся стояк, а может быть, и то и другое вместе. Ему потребовалось некоторое время, чтобы понять, что он смотрит на его пятую точку, а затем прочистил горло, готовя шутку. — Боже мой, хорошая работа. Мой партнёр здесь определённо самый сексуальный, — выдал Тозиер, закончив фразу свистом. Эдди показал ему средний палец и обернулся. — Мы можем положить всё это обратно в твою машину? — Конечно, малыш, — ответил Ричи, высунув язык. Эдди закатил глаза, а Тозиер последовал за ним обратно к машине. Он шёл, категорически стараясь не смотреть на задницу Каспбрака, но терпение быстро кончилось, так что он шёл, глядя только на неё. Он же не виноват, что его ненастоящий парень выглядит просто восхитительно.       Как только они вошли внутрь, то их направили к столику. Их места были около родителей Ричи, нескольких его родственников и некоторых друзей. Как только Мэгги Тозиер увидела своего сына, бросилась ему на шею. — Рич! Я по тебе скучала. Так рада, что вы приехали. И я ещё счастливее, что вы наконец-то вместе! — она отстранилась, глядя на Ричи, положив обе руки ему на плечи. — О чём ты? — спросил Тозиер. Он был искренне озадачен тем, что она имела в виду. — Ну, это всегда было очевидно, что вы двое должны быть больше, чем просто друзьями! Я всегда задавалась вопросом, а не встречаетесь ли вы и ты просто не сказал мне об этом, учитывая всё то время, которое вы проводите вместе, и насколько всегда были близки.       Его отец также стоял рядом с ней и серьёзно кивнул. Ричи понимал, что краснеет, не мог заставить себя посмотреть на Эдди, не хотел, чтобы тот видел, как он смущён тем, что его мама уже много лет как его раскусила. — Да, но в конце концов мы во всём разобрались, — ответил Каспбрак, поскольку словарный запас Ричи несколько обнулился. Прежде чем Тозиер понял, что происходит, Эдди обнял его за талию и прижался, но всё-таки заставил себя выйти из минутного оцепенения и с улыбкой посмотрел на (не) своего партнёра.       Как только родители перешли к другому разговору, Ричи повернулся к Эдди с извиняющимся выражением. — Прости, что так вышло. Это было очень странно. — Нет, всё в порядке. Просто я думаю, что они действительно правы. Мы всегда были очень близки. И ни один из нас не натурал, так что это не является необоснованным выводом, — у Ричи пересохло во рту, когда до его ушей долетело, как небрежно Эдди говорил об этом. Он пытался придумать, что бы такое сказать, когда Каспбрак продолжил. — И вообще, это просто помогает нам убедить всех, что мы правда вместе. — Да, пожалуй, ты прав. Всё равно прости, — ответил Тозиер, а Эдди закатил глаза.       Их следующий разговор состоялся с немного гомофобными бабушкой и дедушкой Ричи, поэтому всего-навсего избегали темы их отношений. Они были очень трезвыми в своём поведении, следя за тем, чтобы не сделать ничего такого, что могло бы вызвать грубый комментарий от любого из предков. Ричи морщился, когда бабушка снова и снова называла его и Эдди "лучшими друзьями", но у него не было никаких причин для отрицания, поскольку это была правда. Но всё равно было не так прикольно слышать такое. Особенно во время его выходных притворной любви.       Официантам не потребовалось много времени, чтобы выйти с подносами еды, поэтому все заняли свои места. Они подавали какое-то необычное блюдо из пасты, и Тозиер был на самом деле очень взволнован, увидев это. Он был сумасшедшим фанатом макарон.       Как только все расселись по своим местам, начался разговор. Сначала это была просто непринужденная болтовня о том, чем все занимаются в жизни, так что Ричи и Эдди могли просто слушать, но потом один из родственников Тозиера ввёл их в разговор. — Итак... Ричи и Эдди, ребят, с каких пор вы в отношениях? Помню вас всегда вместе, когда бы я ни приезжала, — сказала Элиза. Она всегда была одной из самых любимых кузин Ричи, но сейчас он был в этом не уверен. Прежде чем ответить, он проглотил огромный ком слюны. — Э-э, да, ну, не хочу показаться полным идиотом, но мы сошлись в канун Нового Года. Мы были с нашими друзьями, а я просто устал всё время тосковать издалека, поэтому поведал ему о своих чувствах. И каким-то образом мне повезло, что он чувствовал то же самое. До сих пор не знаю, как мне это удалось, — закончил Ричи с хриплым смешком. Все были очарованы этой историей, и то, как смотрели на них двоих заставляло Тозиера чувствовать одну неловкость.       Следующим заговорил ещё один родственник Ричи, Макс. — Эдди, в чём секрет того, как ты терпишь Ричи? Типа, как он умудрился заставить кого-то в здравом уме встречаться с ним? — Ну, он заставляет меня смеяться. Это всё, что меня всерьёз волнует. С ним я забываю обо всём плохом и искренне улыбаюсь. Но думаю, что он более терпим, когда ты в него влюблён, — ответ Эдди слетел с его языка легко и естественно. Настолько естественно, что у Ричи закружилась голова. Он делал всё, что мог, чтобы Каспбрак был счастлив, но не понимал, что Эдди думал об этом раньше. — Вы такие милые, ребят. Уверяю, что это будет ваш репетиционный ужин ещё до того, как вы об этом узнаете!       Заявление пришло от одного из его родственников, но Ричи не знал, от кого именно, потому что был слишком погружен в свои мысли. Он пристально всматривался в Эдди, всё ещё пытаясь переварить его только что сказанные слова. Он знал, что всё это было лишь притворством, но в глубине души надеялся, что Эдди говорит правду, а не то, что они должны.       К счастью, разговор продолжился и укатил в другое русло, теперь внимание было сосредоточено не на них двоих. Тозиер попытался сфокусироваться на еде, стараясь думать о чём-нибудь другом. Это было нелегко, особенно когда рядом с ним смеялся Эдди.       Когда тарелки у всех опустели, начались тосты. В основном это были просто забавные рассказы о невесте Миранде, или женихе Адаме, или о них обоих. Все они были похожи на то, что Ричи мог бы сделать вместе с Эдди. Одна история особенно сильно его зацепила.       Одна из подружек невесты поведывала историю о том, как однажды, когда Миранда была больна, ей пришлось отменить своё свидание с Адамом, и как она позвонила своей подруге, заливаясь слезами, потому что это был их первый день Святого Валентина с тех пор, как они начали встречаться, и она ненавидела тот факт, что ей пришлось пропустить его. А потом в середине телефонного разговора она услышала стук в дверь. Она открыла её и увидела Адама с пакетом еды и коробкой мороженого. Видимо, эта подружка невесты подслушала всё это бурное признание Адама в любви.       Ричи не мог не думать о том, что именно это он бы сделал для Эдди. Это мог быть просто обычный день среды, и если бы Каспбрак сказал ему, что плохо себя чувствует, то Ричи, безукоризненно, появился бы у его двери с едой и отвлечениями, чтобы Эдди почувствовал себя лучше. Он на мгновение задумался, не слишком ли очевидна его привязанность к Каспбраку.       Пока продолжались тосты, Ричи то включался, то снова исчезал в рутине. Его мысли постоянно возвращались к мыслям об Эдди. Каспбрак, казалось, внимательно слушал разговор, но ему точно было скучно, поэтому Ричи наклонился и прошептал ему на ухо: — Прости, что застрял здесь.       Эдди повернулся к нему и прошептал в ответ: — Я предложил.       Ричи продолжил: — Всё ещё отстой. Я уверен, что тебе безумно скучно.       Затем Каспбрак сказал нечто такое, чем, Ричи был уверен, будет одержим в течение следующих дней. — Я хочу быть здесь, Рич. Мне весело здесь с тобой.       Тозиер только улыбнулся ему, потому что боялся, что если заговорит, то выпалит «Я люблю тебя», а он ещё не был к этому готов. Он, скорее всего, никогда не будет готов, потому что очень боялся того, что Эдди может сказать в ответ. Он почувствовал, как завибрировал его телефон, и посмотрел вниз, чтобы наткнуться на сообщения от Беверли. Бев. 7:02 PM Как всё проходит?? Бев. 7:03 РМ Вы уже признались в своей бессмертной любви друг к другу???? Ричи. 7:04 РМ Нет, но я изо всех сил стараюсь сохранять рассудок Ричи. 7:04 РМ Он постоянно говорит это милое парное дерьмо Ричи. 7:05 РМ Похоже на пытку. знаю, что для него всерьёз это нереально сделать Бев. 7:08 РМ Ты уверен, что нереально? 😉       Ричи понятия не имел, что за подтекст был в последнем предложении. Так что теперь у него появилось что-то новое, на чём можно было зациклиться. Он продолжал гадать, знает ли Марш что-то такое, чем не делится, потому что кажется ужасно уверенной, что чувства Ричи не односторонни. Но у Тозиера нет никаких оснований верить в это, и если она не расскажет ему то, что знает, то он ничего в итоге не предпримет.       В конце концов, вечер подошёл к концу. К тому времени, как они уезжают, им уже сказали более пятнадцати человек, что «Это так здорово, что вы, ребята, наконец-то вместе!» или какая-то другая интерпретация того же самого. Каждый раз это заставляло Ричи краснеть, смущаться, что его давняя влюбленность была замечена довольно многими. Но Эдди, похоже, это ни разу не беспокоило, поэтому Тозиер изо всех сил старался скрыть свои эмоции.       Они прощались, когда Ричи получил ещё более крепкие объятия от своей мамы, а затем они направились в отель. Все гости остановились в одном и том же месте, так что это было похоже на гигантскую автобазу местного Хилтона. Эдди откинул голову назад, как только сел в машину. — Прости, что так долго. Я понимаю, это не так уж и увлекательно, — сказал Ричи, заводя автомобиль. — Может, ты перестанешь извиняться за всё? Я же говорил тебе, что сам предложил и согласился быть здесь, придурок. Я хочу быть здесь. Я рад быть здесь. Тебе не нужно извиняться и оправдываться за каждую мелочь. Это весело, потому что это с тобой, — ответил Эдди. Сначала его тон звучал раздражённо, но к концу просто искренно, и это заставило сердце Тозиера растаять. — Прости, — извинился Ричи, улыбаясь и наблюдая, как Эдди показывает ему фак в третий раз за этот день. — Просто езжай, мать твою. Я хочу принять душ, — сказал Эдди, и ему не оставалось ничего другого, как подчиниться.