Ты моя причина жить.

Дазай сидел на подоконнике и читал книгу, пока его внимание не привлек Чуя. – Проснулся?– Осаму отложил книгу и подошел к парню. – Где я? – он бегал глазами по палате и попытался приподняться на локти, но рука предательски заныла. – Не двигайся, я позову медсестру,– он помог ему лечь и вышел из палаты. Через несколько минут вернулся в компании красивой девушки. – Как вы себя чувствуете?– она его осмотрела и поставила капельницу. – Жить буду. – Конечно будете, куда же вы денетесь,– она мило улыбнулась и ушла. — Это ты меня сюда привез? – Ну, а кто же ещё?— в голосе слышалась нотка иронии.– не мог же я оставить своего песика умирать,– Чуя закатил глаза и решил не реагировать на это. – В любом случае спасибо,– Дазай удивился такому мягкому тону Чуи. – Это я должен тебя благодарить,– каждый вспомнил момент до нападения пса, но обсуждать это никто не решился. Вскоре приехала Хигучи, Эйс рассказал ей о случившемся. Дазай решил им не мешать и вышел покурить. – Ты чего?– её глаза были на мокром месте.– не реви, дура. Все же хорошо. – Чуя,– она заплакала и обняла его. Он её самый близкий друг и она безумно перепугалась за него. Он гладил её по волосам, пока та не успокоилась. — Расскажи лучше как там твой Бог,– он ухмыльнулся, заметив как она засияла. –Оххх, мы вчера провели вечер, обсуждая книги, кто бы мог подумать, что у нас схожие вкусы. А перед сном он поцеловал мне руку,– она покраснела от воспоминаний об этом. Чуя рассмеялся. – Еще лет 5 и сможешь рассказать ему о своих чувствах,– она обижено надула губки и сказала, что Чуя слишком злой. – Когда тебя выпишут? – Где-то через дня 3-4. Повезло еще, что это левая рука, а то скоро экзамены,– он посмотрел на перебинтованную руку и на мгновение он подумал, что похож на Дазая. Через час Ичиё уехала, завтра учёба, и ей нужно было подготовиться. Осаму еще немного посидел с ним и ближе к вечеру уехал. Ему еще перед отцом объясняться за штраф и Чую. Сакутаро не следил за жизнью сына, для него главное, чтобы он был жив и здоров, а так же прилежно учился. – Что же, я доволен его работой. Как скоро он поправится?– Сакутаро сидел в своем кабинете, весь погруженный в работу, но его идиллию прервал только что вернувшийся Дазай. Тот кратко пересказал случившееся. – Швы снимут, когда плоть срастается. А из больницы выпишут через пару дней,–Дазай вальяжно разлегся на диване и закурил. – Я просил тебя не курить при мне,– он неодобрительно посмотрел на сына. – Да ладно тебе,– Дазай отшутился и покинул кабинет отца, оставив того один на один с работой. Было уже поздно, но Дазаю не спалось. Он вспоминал выражение лица Чуи. Такое...милое? Он поражался собственным мыслям. Пожизненно он был убежден, что его парни не интересуют. Но встретив Чую, он начал сомневаться. Что-то непонятное притягивало к нему. Что-то необъяснимое. Он слушал своё сердцебиение, что звоном отдавалось в его ушах. – Что же мне делать, мама?– он провел рукой по фотографии, что достал из прикроватной тумбочки. Он безумно по ней скучал, мама была для него опорой. Он её очень любил. Дазай прожигал фото взглядом, они сделали её на его 16летие, а через несколько месяцев её не стало. Прижав фото к груди, он уснул. Утром он как обычно поехал в академию, встретился с Гин и Рюноскэ и пошел на пары. А после них направился в больницу. Чуя был рад его видеть, потому что в больнице было ужасно скучно. – Я привез тебе зарядку для телефона, фрукты и сменную одежду,– он поставил 2 небольших пакета под стол.– будь благодарен, пес. И снова этот надменный тон, но Чуя реагировал на это как-то подругому. Он не злился. Это не значит, что он привык. У него сложилось впечатление, что он начал понимать Дазая, но так ли это? – Как там дела в академии? – Ничего необычного, завтра должны объявить даты экзаменов. – Надеюсь меня выпишут до их начала, не очень хочу ходить на пересдачи, – они еще долго сидели и общались, как друзья, никто не чувствовал дискомфорт, и они открывались друг другу с разных сторон. Вечером Дазай уехал, пообещав наведаться к Чуе завтра.