Он не умеет любить

      Учёные выделяют много видов любви. Например, эрос. Это страсть, которая зарождается между людьми, тянет их быть вместе ночью и днём. Такая любовь воспевается всеми, мол, «каждой твари по паре» и «человеку нужен человек». А есть филия. Это дружба. Любовь, которая не рушится после пройденных испытаний, прошедшая огонь, воду и медные трубы.       Тсуна не умеет любить. Точнее, он не может в эрос. Он ценит своих друзей, готов умереть за них. Ценит Киоко и Хару, дорожит ими, как своей семьёй. Но не любит.       Любовь это сложно. Сложно понять свои эмоции к другому человеку. Вот и Савада не мог понять, что же чувствует к Сасагаве. До появления Реборна он думал, что эти чувства — настоящая любовь. Мечтал, как женится на ней. А после всех пройденных испытаний, когда за их плечами были борьба в будущем и снятие проклятия Аркобалено, когда он смог собрать свою решимость в кулак и признаться, любовь-эрос пропала. Он как и раньше краснеет от одного взгляда девушки, но уже потому, что не может понять, куда пропало то теплое ощущение в груди, что грело в минуты сомнений, придавало сил в бою и усиливало его Пламя Посмертной Воли. Со временем он начинает избегать девушку. Отказывается ходить на свидания, а в школе нехотя обнимает.       — Десятый, с тобой всё в порядке? — Хаято, как Правая рука босса, заметил перемены в своем друге. Заметил, как пропал влюбленный блеск в янтарных глазах. И что с каждым днём улыбка на лице Тсунаёши тускнеет всё сильней. А парень лишь пожимает плечами. Ведь он и сам не понимает, что именно не в порядке. Стоя на крыше школы, он впервые курит. Гокудера с пониманием и волнением смотрит на друга, но не задаёт больше вопросов. По себе знает, что душевные терзания это то, чем не хочешь делиться.       Мучить Киоко и дальше Тсуне не позволяла совесть в лице Реборна. Неловко сминая в руках край рубашки, Савада признался в отсутствии чувств и с сожалением взглянул в чужие глаза, прочитав там боль и тоску. Но девушка умело скрывала всё за добродушной улыбкой и тихим «Ничего страшного, Тсу-кун! Надеюсь, ты найдёшь себе хорошую девушку». Но кто же знал, что нужно было пожелать найти не пару, а себя.       Через два года Тсуна сошелся с Хару. Но девушка временами просто выводила из себя своей энергичностью. А как-то раз, когда она с подносом еды и громким «Тсу-кун, обед!» ввалилась на экстренное собрание, где решалась судьба шпиона из враждебной семьи, Небо Вонголы не сдержался и спалил все приготовленные его девушкой онигири. Хару с ним потом неделю не разговаривала, а после и вовсе предложила разойтись. Мол, не так она себе представляла жизнь с боссом мафии. «Будто ты не поняла сложность этого еще во время Выбора», — крутится где-то в уголке мыслей у Тсунаёши, но он насильно запихивает их ещё глубже.       «Ему же совсем не везёт с девушками. Может, он просто по мальчикам?» — шепчутся какие-то дамы на одном из приемов в доме семьи Вонгола, увидев, что её босс снова пришёл без пары. «Вечно в сопровождении этих мужчин, Хранителей своих. Смотря на них любой потеряет свою гетеросексуальность». Шепчутся и хихикают. А Тсуна слушает и понимает, что даже с парнями его любовь-эрос не хочет проявляться.       — Я не могу позволить тебе ехать одному, Десятый. Ты слишком дорог своей семье. И мне, — Хаято стоит очень близко. Металлический холод его зелёных глаз куда-то пропал, уступив искренности и теплу. Кажется, что привязанность Гокудеры переросла в нечто большее, заставляя Тсуну в смущении покрываться румянцем. В этот вечер Савада впервые поцеловался с парнем. Ураган Вонголы вложил в этот момент всего себя, а в ответ мог получить только крупицы дружеских чувств. Тсуна честно пытался превратить свою любовь-филию во что-то, хотя бы издали похожее на любовь-эрос, но безуспешно.       К своему двадцатилетию он сдался. Больше не искал любви, стараясь игнорировать чувство одиночества внутри. Все его попытки завести серьёзные и длительные отношения не увенчались успехом. Было непередаваемо радостно и больно смотреть на друзей-Хранителей, что находили себе пару. Те же Реборн и Бьянки. Девушка почти вечность ждала, когда проклятье Аркобалено спадёт и ни на секунду не позволила своей любви к сильнейшему из киллеров угаснуть. А сейчас она кормит своего возлюбленного виноградом и протирает его свежие раны ваткой. Все близкие люди счастливы, но удовольствия это не приносило.       Иногда парень лежит у себя в кровати и думает, что же с ним не так. Почему его любовь-филия не может стать чем-то большим? Почему он умеет ценить только как друга? Заботиться и беспокоиться, сражаться и защищать друзей, а не возлюбленного или возлюбленную. Почему в борьбе с Бьякураном одна только мысль о том, что Киоко пострадает придавала ему сил? Почему раньше он любил её не как друга и что повлияло на такие перемены?       Тсуна сворачивается на кровати калачиком и жалеет, что рядом нет его репетитора Реборна, который привычно крикнет «никчемный Тсуна, не разводи нюни», а потом лишь парой фраз поставит его на ноги. В комнате только он. Один. Скорее всего, на всю жизнь. От мысли, что все последующие ночи будут проходить в такой давящей тишине и абсолютном одиночестве захотелось плакать. А перед глазами картинки — вот ему тридцать. Он босс самой сильной и многочисленной мафиозной семьи, а вокруг никого. Хранители со своими парами, воспитывают совместных детей. Реборн и Бьянки в Италии, тоже живут душа в душу. Киоко и Хару нашли себе достойных женихов и счастливы в браке. А Савада — один. Никем не любимый, никого не любящий.       — Тсуна, берегись! — широкая спина и голубое Пламя. Такеши едва успел остановить выстрел, который наверняка убил бы Десятого босса Вонголы. Кто же знал, что семья того шпиона, которого пришлось устранить, будет такой злопамятной и решится на ночную атаку. И она была бы успешной, если бы не Хранитель Дождя. Тсуна коротко кивает, благодаря, переходит в Гипер Режим и летит защищать своих друзей. Наверху звучат взрывы, снизу — пальба, впереди — скрежет металла, а сзади давят иллюзии. Савада надеется, что все во время заметили нападение и никто не пострадал. Спешит помочь каждому. Относит раненых в комнату Рёхея, под надзор его коробочки Солнца. Борется за каждую жизнь. «Только бы все были целы», — в голове только эта фраза, а на руках и одежде кровь противников.       — Им повезло, что они вовремя решили свалить. Мы бы их всех уничтожили, — восклицает Хранитель Урагана, а после болезненно шипит, держась за спину. Им удалось выиграть эту битву с минимальными потерями — обошлись только ссадинами и ушибами. Сейчас они сидят в гостиной и обмениваются шутками. Такеши как всегда радостно улыбается, за что получает от Хаято по голове подушкой. Хром заботливо накладывает повязку Хибари, а тот даже немного улыбается, когда девушка обматывает бинтом еще и его птицу. И всё выглядит так, будто они просто подростки, которые успели подраться за школой. «Прямо как пять лет назад, когда я только-только нашёл их всех». Смотря на радостные, хоть и побитые лица друзей, Тсуна осознаёт кое-что важное для себя. Эта мысль заставила его улыбаться, держа лёд у саднившей щеки.       Его любовь-филия — всё равно любовь. Да, она не романтическая. Но его друзья — самые близкие его люди. И даже если каждый Хранитель найдет свою вторую половинку, если все они разойдутся в разные стороны, в конечном итоге их дружба никуда не денется. Савада будет неизменно любить их. Ведь в трудные минуты его вытягивали не мысли о возлюбленной, а друзья. Сегодня в бою его решимость, как и всегда раньше, была в друзьях. А он, почему-то, до этого считал по-другому.       Тсуна не умеет в любовь-эрос. Но его любовь к друзьям не имеет равных. И только ради них он будет существовать.