Lost and Found

      Комната утонула в полумраке. Рассеянный электрический свет очерчивал скромное убранство — диван, несколько полок с книгами, небольшой прямоугольный стол и кресло. Именно там — в мягком, подстраивающемся под форму тела кресле Тим и решил переждать бурю. Буря, если верить прогнозам, затянется ещё на пару-тройку дней. Как оказалось, статические аномалии не обходили стороной Прометею, выводя из строя не только защитные системы и аппараты быстрого перемещения, но всю сколько-нибудь серьёзную технику. Кроме того, снаружи становилось небезопасно — бушующий ветер вполне мог сыграть роль кинетической платформы, а впечататься в стену, разбиться или угодить в воду не совсем приятная перспектива. Так он и застрял в бункере близ космопорта, который директор Атласа закончил обустраивать месяц назад. На сколько метров вниз простиралось это убежище, Тим предпочитал не задумываться, как и над тем, сколько именно здесь было комнат. Куда больше его беспокоила… планировка. Двойник потёр пальцами прикрытые веки — в глаза будто насыпали песка, — и нехотя сфокусировал взгляд на паре цифр в правом углу экрана планшета. — Прекрасно, — проворчал Тим, хмурясь. Бессонница была знакомой, но нелюбимой спутницей, и, прячась от нее, двойник решил забыться в бессмысленном рассказе про путешествия и приключения. Результат удручал. Три ночи, а он, кажется, всё ещё топтался в самом начале, перечитывая один и тот же отрывок в четвёртый или пятый раз. Признав поражение, Тим решил немного размяться и перехватить по дороге что повкусней. В конце концов, что ещё делать ночью, если не есть?

***

Многочисленные комнаты соединялись между собой длинными коридорами, похожими друг на друга, словно братья близнецы. И Тим подумал, что уж здесь он точно не заблудится, но, сначала он каким-то чудом оказался в гараже, затем — в мастерской, откуда спешно ретировался. Устройства и микросхемы выглядели слишком хрупкими, а сломать что-то и расстроить Риза двойнику совсем не хотелось. Минуя ещё один хромированный проход, он, к собственному удивлению, оказался перед деревянной дверью с тонкими полосами позолоты по краям и вычурной ручкой в виде переплетения изящных листьев. — Ох, — Тим сглотнул комок в горле, предчувствуя нехорошее. Внутри — много настоящего дерева и окрашенной под старину стали, плотно подогнанные доски скрипели под ногами. На потолке с равным интервалом расположились небольшие округлые лампы, ровный, мягкий свет как по команде плавно залил комнату, стены которой тянулись далеко вперед. — Опять это место… — кое-как собравшись, он двинулся дальше. Давно, ещё на Элписе, леди Хаммерлок как-то козырнула перед ним с Афиной, что де у неё в турбо особняке несколько этажей отведено под трофеи — чучела и головы исчезнувших (с её руки) животных и птиц. Сейчас же, когда Тим только-только свыкнулся с мыслью, что впустить в свою жизнь ещё одного гендиректора не такая уж и плохая идея — где-то глубоко в душе он догадывался, что даже безобидному на первый взгляд Ризу наверняка есть что скрывать. Правда оказалась пугающей в своей простоте: У Риза был гардероб размером с ангар для космических кораблей — путаный и сложный, как лабиринт при усадьбе какого-нибудь лорда голубых кровей. Ряды стеллажей, полок и полочек. Но самое странное было вовсе не это, а то, что больше половины пространства, куда без проблем могли поместиться пара-другая гиперионских челноков занимали не костюмы, стоившие баснословных денег, и не дорогая обувь из кожи самых страшных и опасных чудовищ. О нет. Перехватив планшет, Тим сглотнул. Звук эха от собственных шагов едва ли придавал сил, а возникшая от заминки тишина показалась зловещей. Ведь он не очень удивился бы, если за следующим поворотом его поджидали стойки с оружием, или жутковатые трофеи, вроде тех, что красовались возле рабочего стола Джека. Пыточная, в конце концов, где гендиректор Атласа в тайне от него избавлялся от надоедливых конкурентов. Правда — куда проще. Носки. Тысячи тысяч пар носков. Крапчатые, в полоску, цветные и черно-белые, с простым абстрактным рисунком и едва ли не детские. Столько, что хватит на несколько жизней вперед. Те лежали рядами на небольших полках — будто выставленные напоказ драгоценности. Стеллажи тянулись и тянулись, от потолка и до пола. Как-то раз Тим плутал здесь полчаса, а может и куда больше — растерянный не то от абсурдности, не то от нелепости открывшейся тайны. Судя по всему, сейчас ему повезло зайти в секцию с промо наборами от корпораций конкурентов. Тим дотронулся до экрана планшета, вызвав кое-как нарисованную схему. От привычки искать путь к побегу он так и не избавился. — Вперёд, направо, и снова вперед… — буркнул двойник. Пожав плечами, он зашагал дальше, лениво скользя взглядом по полкам. Здесь преобладали серый, чёрный и красный — россыпь пятиконечных звёзд, малых и больших; громкие лозунги, часть из которых к собственному удивлению он смог прочитать и понять: — Сражайся-сражайся-сражайся? — Тим цокнул языком. Чего ещё ждать от прямолинейных болванов? За Владофф начинались Тедиор — где светло-серый перемежался с голубым. Рисунок будто распадался на пиксели, когда один цвет перетекал в другой, а местами из-за оптической иллюзии ткань казалась голографической проекцией. — Боже, — Тим поморщился, приметив белую пару с аккуратно вышитыми Клэптрепами. Конечно же, почти в самом конце пути не могло обойтись без неприятного сюрприза. Эту секцию Тим подумывал тайком сжечь, или устроить маленький несчастный случай невезучим элементам гардероба. Он ускорился, в последний момент зацепившись взглядом за то, от чего так старательно убегал. — Блять, — под ложечкой неприятно засосало. Со всех сторон на него смотрели десятки, если не сотни вышитых и выбитых на ткани таких знакомых, и таких ненавистных лиц. Джек. Красавчик Чертов Джек — стоящий на горе трупов (бандитских, каких же ещё?), с тенью Гелиоса за спиной, с оружием наизготове или победной ухмылкой… Тим тряхнул головой и уверенно зашагал прочь. Проклятое чувство страха постепенно отступало. Нет. В следующий раз он точно возьмёт с собой пару стихийных гранат. Или огнемёт. Конечно, — подумал он, не разбирая дороги, — это будет нелепой случайностью, и он хорошенько извинится перед Ризом. — Не, слишком рискованно. Хах? Он осмотрелся, в попытке разобрать, куда привели его ноги. Эта комната была в десятки раз меньше, и потому казалась куда уютнее. Часть полок пустовала, справа — аккуратный ряд из нескольких ладно скроенных костюмов; за ними рубашки разных цветов, ниже — брюки и обувь, а дальше мелочи, вроде комплектов повседневной одежды. Ах да, конечно. Его часть. Все это Риз купил ему, подарил за то недолгое время, что они пробыли вместе — и подобная щедрость сводила с ума. Он не мог избавиться от мысли, что все это шутка, что в этом есть подвох, и что Риз… — Нет-нет-нет… — двойник встрепенулся, отгоняя вспышку вины. Риз был другим. Не лжец, не пустышка в красивой обёртке и не волк в овечьей шкуре. А кто-то, кто не побоялся предложить новую жизнь — и за одно это подобные мысли нужно гнать куда подальше. Поплутав по гардеробу ещё немного, Тим наконец вышел в кухню. Пол здесь отделан бежево-красной плиткой, стены — светлые, такие, что и без того просторная зала казалась ещё больше. За широкой стойкой с рядом барных стульев стояла самая разная техника. Та органично смотрелась бы в пафосном ресторане, а не «скромном жилище» гендиректора. Сюда… он возвращался намного чаще, чем следовало. За семь лет заточения он научился приспосабливаться и довольствоваться малым, но от одного только вида богатого изобилия застаревшие раны болели меньше, а дрянные воспоминания и кошмары отступали. И разве может сравниться старая сумка-холодильник, что он каким-то чудом урвал у одного из бандитов в Казино, с высокотехнологичным монстром размером с полкомнаты? «Сюда разве что трупы складывать» — подал голос «Джек», но Тим, поморщившись, его проигнорировал. Хромированное чудовище скорее походило на шкаф — восемь секций, столько же дверей, и высота в полтора человеческих роста. «Или гиперкомпенсация. Напомни-ка, какой длины у него…» — Заткнись! Волна холода заставила его чуть отойти — двери открывались плавно, подобно дверям шаттла. И если гардероб Риза был вратами в гребаную Нарнию, то холодильник — шкатулкой Пандоры. Как иначе объяснить, что еда там не заканчивалась, и внутри всегда можно было найти что-то новенькое, что Тим никогда не пробовал? Он потянулся к полке с фруктами, но задумавшись, одёрнул руку. От разнообразия едва в глазах не рябило. Вот небольшие сине-фиолетовые луковицы с сахарной мякотью; горсть оранжевых ягод в пластиковом пакете — на вкус те странные, как смесь из огурца, земляники и почему-то дыни. Вытянутые клубни красного цвета, которые выращивали на Дионисе — медовые, а если поджарить — те покрывались хрустящей карамельной корочкой. Слева от них — настоящая экзотика, — закрытые в стеклянной коробке желеобразные разноцветные сферы. Вязкие, с приятным свежим послевкусием, те довольно быстро ему полюбились. — Нет. Не то, — он перемнулся с ноги на ногу, теряясь с выбором. Может, сделать классический сэндвич? Взгляд упал на сложенный аккуратными рядами сыр. Твёрдый или мягкий? С благородной плесенью или без? А мясо? В ломтиках? Спрессованное? Постное или с прожилками жира? Конечно, ничто не мешало просто взять арахисовое масло и джем — но и под них было отведено две полки. — Не то… — Тим отошел чуть правее, присматриваясь к бутылям разных форм и размеров. Сидр, пиво, эль, какие-то настойки с плавающими в них травами — так много, что хватило бы на десять, а то и больше человек. Была здесь выпивка и покрепче, но утром Тим наверняка пожалел бы о своем поспешном решении. Безобидные соки и содовая с красивыми, яркими этикетками тоже не особенно его вдохновили. Как сложно выбрать… — Не спится? Тим вздрогнул, заслышав знакомый голос. Нет, не галлюцинация, позади него действительно стоял директор Атласа собственной персоной. Тот, судя по всему, только-только освободился от дел — даже не успел переодеться в домашнее, а лишь избавился от жилетки и галстука где-то по дороге. — Прости, пришлось задержаться, — Риз виновато улыбнулся и поцеловал его в щеку. — Из-за меня не спишь? Или опять кошмары? — Н-ну, — двойник почесал затылок. — Всё вместе? — Тогда, как насчёт чего-нибудь горячего? Должно помочь! — Подожди, ты наверное очень устал, может лучше… — скороговоркой выпалил Тим, но умолк, приметив как именно Риз на него посмотрел. Было в его взгляде что-то, к чему двойник за несколько месяцев так и не привык. Не похоть, не алчность, и не затаённая корысть. Доброта? Привязанность? Нехотя, двойник кивнул, чуть позже заняв свое любимое место — рядом с навороченной кофеваркой. — Как всё прошло? — нейтрально проговорил Тим. — Неплохо. Ну, — Риз вздохнул. — …Ничего, с чем мы не смогли бы справиться. Если повезет — буря закончится через два дня. — Обнадеживающе… Пара кликов, несколько секунд — и возле двойника появилась чашка горячего латте с пышной молочной пенкой. Мягкий приятный аромат раззадорил аппетит, а когда рядом с ним оказался Риз, всё стало чуточку лучше. — Знаешь, если… — отвернувшись, начал Риз. — Если тебе здесь не нравится — можешь переехать. Я даже могу выделить тебе квартиру, любую какую хочешь. Где хочешь. — Нет. — Тим тихо рассмеялся. — Не надо. — Уверен? Забавно, как Риз старался ему угодить и как ценил его тягу к уединению, даже в такой неподходящий момент. — Уйду — и ты тут точно что-нибудь спалишь, мистер большой-важный-директор, — с издевкой протянул Тим. — Эй! Это было один раз, — тот самый директор легонько пихнул его локтем. — Да-а, как же хорошо горели те маффины. Напомни, сколько они стоили? Риз потешно нахмурился и показал ему кончик языка, следом принявшись за свой кофе. Осознанно или нет, директор то и дело касался мыском ботинка ноги двойника. И когда это произошло в третий раз, Тим хотел было спросить, в чем дело, но сбился. Потому что заметил одну маленькую деталь. Носки. Серые носки — с раскиданными на фоне мятными и оранжевыми звездами, что виднелись в просвет между брюками и обувью. Тим сглотнул, про себя гадая, что лучше — засмеяться в голос, промолчать, или всё-таки узнать, нет ли у директора других скелетов в шкафу. — Хм, — Тим почесал кончик носа. Заметив, куда именно смотрел двойник, Риз стушевался, а скулы его тронуло румянцем. — Что-то не так? — тревожно проговорил Риз. Тим задумался. Была ли маленькая обсессия поводом для беспокойства? В конце концов, это не расставленные в шахматном порядке чучела монстров, не коллекция редких, опасных артефактов и даже не тысяча кошек, которых Риз уж точно не забудет покормить. — Мило, — двойник кивком указал на его ноги. — Где ты такие нашел? — Дионис, я… кажется, рассказывал об этом месте? — Ах да. Где магазинов больше, чем людей. Черт, нужно было догадаться. И в том, что Риз взял его за руку, не было ничего особенного — тем более, когда у вас обоих вместо руки высокотехнологичный протез. Но у Риза в глазах застыла не то неуверенность, не то страх. — Тебе правда всё равно? — Конечно, — Тим пожал плечами и сжал его руку. Всё изменилось когда Риз поднёс к губам его механическую ладонь и поцеловал. И Тим не должен ничего чувствовать, ведь сенсорная эмуляция отключилась ещё несколько лет назад — но нет, с Ризом как и всегда все шло наперекосяк. Нет кожи, нет сосудов или вен, чтобы разнести горячую кровь. Но даже так от простого прикосновения ему стало жарко. Стоило ли простить за секунду этого тепла некоторую экстравагантность? Пожалуй, да. Мысли застопорились, у солнечного сплетения будто взорвалась крошечная сверхновая, опаляя жаром сердце и лёгкие. Шея и щеки вспыхнули — Тим исступлённо уставился на свою механическую руку. Ведь Риз на этом остановился — коснулся губами костяшек пальцев, целуя каждую поочерёдно. Слишком странно, слишком непривычно — директор с такой неподдельной нежностью рассматривал его руку, будто бы ему на самом деле не было мерзко прикасаться к холодному металлу. И не хотелось ничего говорить. Хотелось держаться за руки в полумраке, пока за защищёнными от непогоды стенами бушевал ветер. Непривычно чувствовать себя в безопасности. Но именно сейчас, это казалось правильным. И Тим готов был простить любовь к смешным носкам за один этот момент безмятежности.