Любовь такая разная...

Воскресенье оказался суматошным днем. Проснулись около десяти, вернее Катя не спала часов с восьми и все это время украдкой разглядывала спящего соседа по кровати. Позавтракав, Андрей развел бурную деятельность по уборке квартиры, а Катеньку усадил за свой компьютер печатать послание родителям, после того, как она чуть не разрыдалась, что уже неделю не отправляла рукописных весточек, и, мол, отец может примчаться за ней в Питер. «Надеюсь, твои два свободных пальца легко справятся с клавиатурой, а родители будут рады печатному письму, » — сказал Жданов. Описание выдуманной жизни за последнюю неделю шло медленно, и отчасти виной этому был снующий по комнате с пылесосом и тряпкой Андрей. С пылесосом у них было полное взаимопонимание, отчего порция уборки досталась даже катиным ногам, а вот протирание пыли явно не входило в круг увлечений молодого человека. Зато лень, как известно, двигатель прогресса, поэтому тряпка была ловко прикреплена с помощью резинки к щетке, и таким приспособлением пыль во многих труднодоступных местах на мебели была легко уничтожена. По окончании уборки Андрей поинтересовался, как письмо. «Почти закончила», — ответила Катя. — Катька, я сейчас стричься иду. Может с твоей головой тоже что-нибудь сделать? — Что-о сделать? — Катины глаза стали чрезмерно большими. — Ну стрижку сделать. Я же понимаю, хвостики-косички мне еще недели три предстоит плести, а я как-то в семь утра не способен на такие подвиги, — он развел руками. Катя только учащенно моргала. — Ну ты со мной? — Да, — ее хватило лишь на одно короткое слово. — Что ж так траурно-то. Обычно девушки радуются положительным переменам во внешности. — Для меня не может быть положительных перемен. — Это еще почему? — Разве новая стрижка может изменить человека, если он некрасив? — Человека нет, а вот внешность — да. — Что может изменить человека? — Книги, искусство, самопознание и саморазвитие, — Андрей улыбнулся, а Катя глубоко задумалась. — А пластическая операция? — Пластика изменит только внешность, не всегда в лучшую сторону. — Андрей, а правда, что при помощи пластических операций люди становятся красивыми-красивыми? — Чушь, пластика вообще не нужна нормальному человеку, если нет серьезных дефектов во внешности, произошедших из-за несчастного случая. — А известные люди же прибегают к пластике, чтобы стать красивыми… — Ой, это определенная группа ненормальных людей, предпочитающих мучиться ради славы. — Почему ненормальных? — Да потому что, представь себе, женщина вбила себе в голову, что идеальный нос это прямой, без горбинки и маленький, накопила денег, или у нее их итак было с избытком, и идет к хирургу. Что делает хирург? Ломает ей хрящ, удаляет лишние соединительные ткани, кожу и часть хряща. — Ой…- Катя недовольно зажмурилась. — Вот именно, было у человека все правильно, клетки все на месте, а тут взяли и вырвали кусок. Что станет с домом, если из него вытащат несколько кирпичей? — Упадет возможно. — Верно. Только человек-это не дом, но смысл тот же. Единственное, человеческий организм имеет свойство частичного восстановления тканей, но это все равно что дыру от кирпичей замазать цементом. Катя нахмурила брови и стала усиленно что-то обдумывать. — Катюш, а что ты там говорила про стрижку и некрасивость? Не на себя ли намекала? — Да…- она смущенно ответила и стала смотреть в окно. — Та-а-ак, — Андрей зашагал по комнате. — Интересно, где, вернее стесняюсь спросить, в каком месте мы некрасивы? — Я просто некрасива, — Катя еще больше смутилась. — Черт, просто ничего не бывает, как бы пафосно это ни звучало. –стоящий на тумбе в углу телефон зазвонил. — Катя, мы разговор не закончили, я тебя допытаю… Да, я образно выразился, — Андрей заметил, что Катя испугалась, и крикнул в трубку: — Вот тебя я пытать не буду, не заслуживаешь. Доброго …ээ…-он взглянул на часы, –Денечка, Вано….что-то ты рано сегодня поднялся… Нет, я уже успел выполнить пылесосные обязанности холостого студента… Почему холостого? Да потому что де-юре я не женат и де-факто кстати тоже, а все остальное не снимает с меня холостых обязательств по уборке жилища… Нет, спасибо, слишком неравноценный обмен… Вано, у меня к тебе деликатный вопрос. Как ты определяешь, красива девушка али нет? …А можно поскромнее, без подробностей?..Я то догадываюсь, только вот сформулировать никак не получается… Зачем мне это? — Андрей оглянулся на Катю и вышел из комнаты.- Объяснить ребенку, что есть женская красота… Нет, друг мой, ошибаешься, совершеннолетие наступает в восемнадцать лет… Знает, думаю, из учебника биологии. Так, мы отклонились от сути вопроса… Вот тут редкий случай, когда либо генетически не передалось, либо было уничтожено вмешательством посторонних лиц или событий… Ну ты загнул, к психологу. Думаю, тут не совсем клинический случай… И все-таки, давай потренируем со сна мозги и сформулируем, что есть истинная женская красота. Что конкретно тебе в девушках нравится, я уже понял… Угу, умный. Вот на этот раз боюсь ошибиться, ты мне друг или кто? И кстати как не нам мужчинам знать, что такое женская красота… Думаешь, Тамарка правильно скажет. Она-то вот как раз рассуждает как пластический хирург или на худой конец, как визажист… Умение дурачить мужчин правильным макияжем… Ха, Вано, твой мозг просыпается. Я думаю, это одно из составляющих, только вот детям об этом знать необязательно, а то научим раньше времени… О, уже лучше… Да я знаю, что необъяснимо и индивидуально, но объяснить-то надо как-то… Так всех мыслителей оставим в покое, мы с ними соревноваться в формулировках никак не можем… Ну они копья пообломали, а у нас получится… Совсем сдурел? Хочешь, чтоб я нанес ребенку психотравму?..Но-но, упади на колени с букетом роз и продекламируй «нет прекрасней вас на свете, человек из подземелья»…Не так, конечно. Ладно, соберись и представь, ты встречаешься с девушкой, а она ноет, что она уродина, а тебе нужно ее убедить, что это не так. Комплименты она не примет. …А ты представь, что может. Ну если хочешь не девушка, а сестра, только я ж знаю тебя. Ты бы издевался над ней, а потом как раз бы произошел клинический случай… Я хорошо помню первый курс и нашу старосту. Ох, и свиньи мы же были, мне до сих пор стыдно. …Да я такой человек, сначала издеваюсь над слабыми, а потом их защищаю… Планы? Красоту пойдем наводить. …Да, для придания уверенности… О, Вано, я кажется понял. Спасибо, друг! Пока. С нами-то не хочешь? …Да знаю я, что ты неотразим… — Дорогой пациент, Катюша…- Андрей вернулся в комнату и увидел Катю, сидевшую с понуро опущенными плечами на диване, — ответьте мне, пожалста, что в вас именно некрасиво? — Доктор, можно я не буду отвечать на данный вопрос? — девушка отодвинулась вглубь и вжалась в спинку дивана. Андрей приблизился к ней, встал на колени на ковер перед диваном и стал смотреть немигающим гипнотизирующим взглядом девушке в глаза. — Андрей, — Катя прикрыла веки и тяжело сглотнула, — я же смотрю в зеркало и вижу перед собой несуразную девушку-подростка. — Почему эта девушка в зеркале кажется тебе несуразной? Катя задергалась, пытаясь выдавить какие-то слова. — Катюш, ты боишься что ли меня? — Андрей положил ей руки на колени. — Почему ты так на меня смотришь? — Хочу, чтобы ты мне ответила честно на вопросы. Не бойся, я помочь тебе хочу. — Я не вру… — Знаю-знаю, — Жданов усмехнулся. — Сейчас не вру. — Кать, ну ты чего такая напуганная? Будто я злой-презлой врач. Я до-о-обрый, -Андрей состроил милую рожицу.- Кать, что в зеркале ты видишь некрасивого у этой девушки? — Раньше была некрасивая одежда и очки. Остались волосы, непропорциональная фигура, ужасно большие глаза и огромный рот, и бледная кожа.И вообще все.а еще я очень неуклюжая…- глаза у Кати стали влажными. — Волосы мы скоро исправим, как одежду и очки. А вот все остальное о-очень спорный вопрос. С чего ты решила, что у тебя что-то непропорционально? — Я же вижу какие мои сверстницы и вижу, какие девушки нравятся парням. Я не такая, как они. — Ну так это же здорово, Катенька, что ты не такая. Представь, как было бы скучно, если бы все люди в мире были одинаковы. И я, как специалист, заявляю, что ты полностью отвечаешь канонам женских пропорций, могу в книжке доказательство показать. Еще подрастешь, и вообще идеально все будет. — Люди итак неодинаковы, одни красивы, другие нет. А картинки из учебников никому и не нравятся, нравятся картинки из журналов. — Кому это никому? Твоим недоразвитым одноклассникам, которые и книжек-то не читали? — Андрей, ты хочешь сказать, что я красивая? — Катя покраснела. — Кать, красота –штука относительная и не поддающееся описанию и объяснению, но я хочу сказать, что ты симпатичная. Катя старалась не думать, какого оттенка красного у нее сейчас лицо. — Я хочу тебе сказать на ушко, по секрету, что красивым делает человека уверенность в том, что он красив, а когда он красив, то и другие считают его таковым. И красота, ведь это не только внешнее… — Андрей…-Катя смотрела на него с восхищением. — Спасибо тебе! — Да не за что. Ну что пойдем за порцией уверенности в твоей неотразимости? Ты ведь втайне мечтаешь покорить сердца всех одноклассников? — Это неправда. — Ну-ну, мечтаешь-мечтаешь, — Андрей ткнул ее пальцем в нос. Парикмахерская казалась Кате волшебным местом, наполненным огромным количеством приятных ароматов, шумом от машинок и щелкающих ножниц, а также переливом отражений из бесчисленного множества зеркал. — ЗдорОво! — Андрей жал руку какому-то парню с прилизанной стрижкой, который с любопытством смотрел на Катю. — У вас в женском зале с руками из нужного места кто-то есть? — Обижаешь, моя зазноба там работает. — Вот и чудесно, нам красоту нужно навести. — В каком масштабе? — Головы хватит, –Андрей склонился к парню и заговорил тихо. –Девочка, отличница из элитной гимназии, пятнадцать лет, считает себя некрасивой, нужно исправить. — Извини, но мы пластикой не занимаемся. — Ты сейчас не показал себя как профессионал. — Понял! — И, запомни, ключевое слово — девочка! Не надо там…сам понимаешь. Очень надеюсь на профессиональные руки твоей дамы сердца. — Все ясно, а с тобой что делать будем? — Все как всегда. Катю проводили в другой зал с лиловыми стенами, усадили в удобное крутящееся кресло и спросили, чего она изволит сотворить со своими волосами. Она растерянно покачала головой. — Совсем никаких идей? — спросила пухлая блондинка с безупречными мелкими кудряшками на голове. — Андрей сказал, что не сможет заплетать мне косички еще три недели. — Бедная, что у тебя с руками-то! — воскликнула блондинка. — Значит коротко стрижем? — Нет-нет, коротко не надо, папа не поймет… — Батя –это опасно, значит стрижем не коротко, но и чтоб косички не заплетать? Тонировать или красить будем? — Ой нет, не надо. — Есть очень хорошая маска у нас, волосы после нее становятся густыми и шелковистыми… — Как считаете нужным. Расплывчатые очертания в зеркале стали четкими, после того как неловким движением блондинка одела очки Кате. Девушка недоверчиво крутила головой и разглядывала себя в зеркало. — Непохоже на меня. — А на кого похоже? — сзади подошел Андрей с тем парнем-парикмахером. — Какая-то девушка… — Инопланетянка с каре, — усмехнулся парень. — Это не совсем каре, — защебетала блондинка. — Непосвященные все равно не поймут, — остановил ее парень и спросил. — Ну как, угадали? — Немного повзрослела, — Андрей изобразил пристальный взгляд. — А так очень замечательно! — Я рекомендую сменить девушке шампунь и пользоваться вот этим, — блондинка выставила внушительных размеров бутылку. Жданов с огромным недоверием на нее посмотрел. — Да шампунь дорогой, но он того стоит. — А без него никак нельзя? –поинтересовался Андрей. — Можно, только волосы быстро потускнеют и станут безжизненными. — О господи, — выдохнул Жданов, — прямо как из телевизора. — Успокойся, — остановил блондинку парень. — Девушке то как? Нравится прическа? –обратился он к Кате, но та находилась где-то далеко от происходящего и ничего не ответила. — Ау-у, — Андрей наклонился и крикнул ей в ухо. — Ой, — встрепенулась Катерина, которая на самом деле в это время зачарованно наблюдала в зеркало за Андреем, которому, по ее мнению, безумно шла новая стрижка. Он стал выглядеть мужественнее что ли. — Прическа нравится? — Да. — Девушка дар речи потеряла, все налюбоваться не может, — сказал парень. — А глядите-ка на Андрюху, каков красавец. Только вот, зараза, пробор не захотел делать, говорит, ботаником выглядеть буду. А ему бы пошло, правда котик? — спросил он блондинку. — Конечно, Андрюше все идет. — Можно считать, что я этого не слышал. — Ладно ребята, спасибо большое! — Андрей протянул руку. — Сколько я вам должен? Без шампуня? Парень назвал сумму, Жданов рассчитался и потрепал задумчивую Катеньку по плечу. — Девушка, а девушка, о чем грустим? Позвольте пригласить вас на свидание? — Что? — Катя вскочила и чуть не опрокинула кресло. — Ну кто ж так пугается, когда тебя мужчина приглашает на свидание. — Какое свидание? — Катя, я тебя тренирую. Вот пригласит тебя понравившийся парень на свидание, а ты сразу бац в обморок и грохнешься или убежишь вообще. А он возьмет и подумает, что ты психически нездоровая. Ладно, пошли на свежий воздух, похоже запах лака для волос на тебя плохо действует. И вправду бледная, будто в обморок хочешь свалиться, — Андрей взял девушку под локоть и повел на улицу. В лицо дунул сырой холодный ветер, и Катеньке пришлось зажмуриться. — Так шапочку одеть надо… Эй, Катя, прием! — Андрей помахал у нее рукой перед носом. — Куда смотришь? Ну птичка на подоконнике? — Дом красивый… — Их тут много таких… Знаешь, мы сегодня можем остаться без обеда…и тогда ты точно свалишься в обморок…если мы сейчас же не пойдем в какое-нибудь кафе, а потом кстати можно и погулять, и дома красивые посмотреть. — Этот особенный… — Почему это? Из-за зеленоватой штукатурки? — Он добрый… — Что? — Андрей, который уже подхватил Катю под руку и собирался устремиться вперед по улице, остановился и стал внимательно вглядываться ей в лицо. — От него теплом веет… Вот даже птички на подоконниках сидят, и окна у него добрые, как глаза… — Может быть, может быть… Катенька с тобой все в порядке? — Андрей потрогал ладошкой ее лоб. — Вроде не горячая. — Все в порядке… А что не так? — Да ничего… А дом и вправду какой-то такой… Впрочем ладно, пошли искать обед, вроде за поворотом должно быть хорошее кафе. — Катюша, ризотто — это рис, как правило с морепродуктами… А это типа пельменей… Вот это суп. Ты что будешь? — Пельмени! — Хорошо, нам равиоли, пожалуйста, карбонару и большой круг маргариты…никогда не нравилось это название…и вот этот коктейль две штуки! Спасибо. Что Катюш? — Коктейль две штуки…- задумчиво произнесла Катя. — Безалкогольный, тебе можно. Алкогольный что ли хотела? — Нет! — она чуть не подпрыгнула от возмущения. — Мало ли, — Жданов хитро улыбнулся. — Андрей, здесь очень много людей. — Что такого? Тебе непривычно? — Неудобно.Ты же меня кормить будешь. — И что? Всем плевать. Интереснее бы было, если бы ты сама попробовала есть….Ладно, прости. Надо телефон будет найти, позвонить в больницу, может тебе уже сегодня одну руку освободят. — Правда? — глаза у Кати засветились радостью. — Да, не болит же? — Почти нет. И завтра в гимназию можно идти? — Ну если ты сможешь что-нибудь калякать левой рукой… — Я смогу, у меня получится. — Хорошо развиты оба полушария? — Нет… Я постараюсь. — Ладно, но тебе все равно нельзя давать на эту руку большие нагрузки. Катя почти бежала по улице, то и дело подпрыгивая. — Катька, смотри не навернись от радости. А еще может вообще рано радуешься, врач сначала посмотрит, все ли в порядке. — Андрей, а мы когда в больницу пойдем? — Катя, улыбаясь во всю ширь, повернулась к нему. — Ой, сколько ж радости от похода в больницу. Я же сказал — через полтора часа. А пока пошли гулять, дай-ка сюда руку, а то точно навернешься. Катя обиженно замолчала и поплелась рядом с Андреем. — Я, когда был маленьким, любил с дедом и бабушкой ходить по этим улицам. Дед очень хорошо знал историю и всегда что-то мне рассказывал, меня правда тогда интересовало больше про войну. Я всегда ждал, когда мы наконец-то выйдем к музею артиллерии, и я увижу шпиль Петропавловского собора. — Мы сейчас выйдем к Петропавловской крепости? — Не совсем сейчас, но скоро. Собор-то меня волновал мало, но в неописуемый восторг приводила сама крепость. Дед мне объяснил ее схему и даже нарисовал на листочке. Меня от одних слов равелин, бастионы, кронверк бросало в дрожь. Я потом расстилал на полу переведенную мною и увеличенную схему крепости, расставлял деревянных солдатиков и начинал бои. Катя слушала Андрея чуть ли не с открытым ртом. — Неужели тебе интересно? — Очень! Я тоже в детстве любила в войну играть, только я охраняла войсковую часть, где служил папа. А у тебя ого какой объект! — Никогда бы не подумал, — Андрей рассмеялся. — Ну дочь военного, что скажешь. А кстати знаешь по какой мы улице сейчас идем? — Кронверская, — прочитала Катя на здании. — Отличные очки! И знаешь, что такое кронверк? — Не помню, что-то в учебнике истории было. — Двойка тебе, Катенька. Это наружное укрепление крепости. Мы скоро к нему как раз и выйдем. Там находится музей артиллерии. Так вот придумывал я различные баталии у бастионов крепости, а потом в школе меня постигло глубокое разочарование. — Какое? — Крепость-то в сражениях не участвовала. Хитрый дед только в детстве мне об этом не сказал и еще помогал придумывать схемы обороны и осады. Обычно даже я чаще был за противника, а он оборонялся. — Ничего себе. А я помню из истории, что Петр I возводил ее, чтобы от шведов обороняться. — Правильно, так и было. Только крепость та была деревянная, а в нынешнем виде она была создана для обороны, но не пригодилась. Зато служила тюрьмой. Когда я изучал историю на первом курсе университета, мне вообще все странным показалось. Зачем было строить такое мощное сооружение, когда согласно истории город уже перестал быть крепостью и вышел за ее границы? Катя недоуменно пожала плечами: — Ну может, чтобы в случае войны люди могли укрыться за ее стенами. — Версия имеет место быть. Только вот мне раньше, как мальчишке, стены на самом деле казались недоступными. А сейчас я смотрю на них и не думаю, что люди в восемнадцатом веке не могли с помощью нехитрых приспособлений вскарабкаться на такую стену. — Может им не давали забраться? — А почему тогда в средневековье строили замки с на самом деле высокими и неприступными стенами? — Тактика боя изменилась? Оружие новое появилось? — Появилось огнестрельное оружие. Но зачем нужны низкие стены толщиной около двадцати метров? — Чтобы ядро не могло пробить. Наверняка. — Катя вопросительно посмотрела на Андрея. — Я как-то читал книгу про оружие восемнадцатого века и понял, что с определенных точек ядра могли перелететь эти стены. А с катапульт-то вообще элементарно. — Не может быть. Это что ли был просчет? — Я не знаю, но что-то здесь не так. И любопытно то, что в Европе очень много похожих крепостей… — Ой, шпиль собора видно уже! Мы пойдем в саму крепость? — Боюсь времени уже мало, а нам еще нужно домой вернуться и машину взять. В другой раз.