Любовь такая разная...

— Ну вот, видишь, Катенька. Все же хорошо. Я говорил, — Андрей, нервно тарабаня пальцами по рулю и нетерпеливо поглядывая на бесконечно долгий сигнал светофора, решил нарушить воцарившееся молчание в машине. После разговора с Анатолем он лишь сухо сообщил, что им пора домой, и Катя без лишних вопросов смиренно последовала за ним. — Угу, — безрадостно отозвалась Катерина, — Андрей, а это же правда странно, что ты заметил Виталия Аркадьевича? —Не то слово! А он раньше случаем охранником в больницах в ночную не подрабатывал? — Не знаю… Алена ничего такого не говорила… —Точно, Алена! — Андрей излишне резко рванул автомобиль с места. — Катенька, тебе предстоит поучаствовать в небольшом расследовании и узнать как можно больше информации у твоей подруги об ее дяде. — Андрей, ты его подозреваешь в каких-то…махинациях, связанных с больницами? — Неуверенно спросила Катя. — Нет, просто любопытство. Слишком уж он непонятный тип. Катерина ничего не ответила, опять погрузившись в свои думы, Жданов беспокойно следил за ней в зеркало заднего вида и снова заговорил: — Катенька, мы сегодня с моими друзьями собирались на дискотеку, так сказать. Побудешь дома одна? Ты в порядке? — Конечно, а в чем проблема? — она слегка улыбнулась. — Ну-у…— Андрей замялся, — ты сегодня в себе немного. Я вижу, что тебе не очень … даются последние события. Ты даже, вон, назад в машине села, — он как-то печально усмехнулся. — Я… — с протестной интонацией почти крикнула Катя и замолчала. — Ладно, желание побыть в себе весьма естественно. Только ты, Кать, там себе ничего страшного не напридумывай, хорошо? — Хорошо, — эхом ответила Катя. Анатоль нервно месил носком ботинка жижу из снега и грязи на полуразбитой брусчатке и постоянно оглядывался по сторонам, но в узком проулке было по-прежнему безлюдно, и лишь в одиноко зажженном огне тускло мерцал свет. — Жданс, черт, ну наконец-то! — зашипел он приближающемуся другу. — Меня уже бабулька чуть не вычислила. — Какая бабулька? — бежавший Андрей неуклюже затормозил на замерзающей жиже на тротуаре и принялся озираться по сторонам. — Вон, — Анатоль ткнул пальцем в горящее окно, — Пошли давай, я уже все нашел. — Ты теперь всех моложе тридцати лет тоже в старушки записал? — хохотнул Жданов и принялся догонять резко рванувшего с места Анатолия. — Че-е-его? Ладно, мне не до шуток. Дверь в место Икс вон за тем домом. Андрюшенька-а-а, — Толя с подозрением оглядел одетого в черное пальто друга, — ты как-то не похож на любителя невинных тел. — Тссс, ты что?! Я же совсем не в курсе. И стой, ты точно уверен? — Андрей остановился и развел руками. — Сейчас сам все увидишь. Только… Жданов, будь как рыба в воде! Это обычный клуб, там девочки. Все хорошо. Дорогу в нескончаемо длинный узкий коридор молодым людям перегородили два достаточно крупных амбала, достаточно в такой степени, что один мог взять обеих друзей и выкинуть на другую сторону улицы. — Нас пригласили! — пискнул Анатоль. — Код! — охранник подозрительно смотрел на него. — Анжелика! — робко вымолвил Андрей. — Хм, ну проходите, — пробасил второй из охраны, — вам зарезервированы? — Что зарезервировано? — не понял Жданов. — Как что? Сегодня привезли совсем молоденьких…ммм… точно вам. Раз Анжелика… Ладно, проходите, проходите, — охранники вмиг подобрели и радушно расставили руки, словно приглашая внутрь. Коридор, наполненный дымом от курева, вел в небольшой зал со сводчатыми потолками. Его точные размеры и обстановку было сложно уловить из-за того же дыма и скудного освещения, но глаза друзей выхватили несколько ало-красных диванов, какие-то огромные люстры без единой горящей лампочки и небольшой бар, возле которого толпились люди. — Добро пожаловать, добрый вечер! — томным голосом пропела не пойми откуда взявшаяся девушка, одетая в короткий латексный ярко-розовый топик и не менее короткую юбку. — У вас зарезервировано? Или может быть находитесь в процессе выбора? Могу вас ознакомить…— щебетала она. — Анжелика, — машинально выпалил Жданов. — Оу, ее еще нет. Но я в курсе сегодняшних прекрасных свежих… — Хорошо, хорошо, — прервал ее Анатоль, — ну так кто же у нас в меню сегодня? — Я могу вас провести в нашу комнату номер двести один, и все показать, — девушка призывно опустила ресницы. —Будьте так любезны! — Анатоль хищно посмотрел на нее. Жданов, продолжая оглядываться по сторонам, молча последовал за ними. В небольшой комнате с совершенно пошлыми бархатными красными шторами, закрывающими какие-то проемы на стенах, вероятно от бывших там окон, на огромном, занимающем почти все пространство, диване сидели три напуганные девушки, одетые в излишне экстравагантные наряды, совершенно не идущие их подростковым фигурам. На вид девочкам было лет четырнадцать-пятнадцать, не больше. У Андрея непроизвольно открылся рот, но Анатоль сначала пнул его, а потом больно ухватил за запястье, что ему пришлось нацепить какое-то подобие безразличной улыбки. — Можно нам всех? И в комнату с большой кроватью. И мы будем с ним вдвоем, — Анатоль вовсю расплывался в слащавой улыбке. — Ну ничего себе, не знала, что вы та-а-кие! — девушка принялась что-то искать в своей записной книжке. — Фрукты, маргариту, а нет лучше пину, так, а нам, Серж…. Жданов чуть было не поперхнулся, но перехватил монолог друга: — Нам виски. И льда побольше, хорошо? — он излишне сверкнул глазами. — Все будет исполнено в лучшем виде. Еще чего-нибудь? — девушка уже грызла кончик ручки и разглядывала Андрея. — Знаете, — Жданов наигранно призадумался, — мой друг очень любит красные шелковые простыни… — Серрррж, — зашипел ему на ухо Анатоль, — ты знаешь, какой счет за это нам выкатят? — Я плачу, — хладнокровно ответил Жданов. Их провели в достаточно просторную комнату с огромной круглой кроватью, застеленной на самом деле красным атласным покрывалом. На стенах висели, похожие на старинные, канделябры, и в них горели настоящие свечи, наполняя комнату дурманящим дымом. Андрей заметил на стене полки, оббитые бархатом, на которых лежали различные предметы… по типу наручников… Он негодующе взглянул на Анатоля. Все три девочки робко семенили рядом с ними, боязливо оглядываясь на молодых людей и пытаясь двигаться более вызывающе под грозным взглядом их провожатой. Официант прикатил внушительных размеров столик с напитками и едой. Анатоль одобрительно хмыкнул, шепнул на ухо сопровождающей их девушке, что они дальше сами со всем разберутся, сунул ей за пояс юбки какую-то купюру и вытолкал за дверь. Жданов обвел взглядом их компанию на нынешнюю ночь и потянулся к бутылке с виски. — А ванна здесь есть? — робко пискнула одна из девушек. — Есть, душ, — уверенно ответил Анатоль, — только мы с ним первые. — Что? — скривился в страдальческой гримасе Андрей. — Ждано-о-ов, сладенький мой, — гневно рычал Анатоль, заталкивая друга в душевую, — умоляю тебя, не делай вид, что сейчас именно тебя девственности лишать будут! Цыц! — он закрыл Андрею рот рукой и включил воду. — Умоляю тебя, веди с ними себя как мужчина, черт тебя подери, а не чокнутый папаша! Не смотри на меня так грозно и ничего не пытайся рассказать про доблестную милицию. Я знаю, кто тут крыша, поэтому увы и ах. Попытайся просто выузнать как можно больше информации из них, разговори. Ну ты же умеешь. И да, тебя зовут эммм…. Сергей. Сергей Плотвин. Вот! Запомнил? Да, придется принести их психику немного в жертву. А как ты хотел? Ты же не психолог, а гинеколог! Так что расслабься, по твоей части, наверное, все будет хорошо. Узнай, кто их сюда затащил, что обещали и так далее. Ну я тебе тоже помогать буду и подыгрывать. Так, Жданов, срочно успокойся и перестань так смотреть. Руки распускать не будем, клянусь. Угостим коктейльчиками, фруктами там, массаж расслабляющий. Так, и не надо сейчас говорить, что ты его делать разучился. Меня кстати зовут Алексей, вернее Леха. Ты запомнил? Все отпускаю и молю о спокойствии. Андрей перехватил Анатоля за голову и, глядя немигающим взоров в глаза, процедил: — Я все сделаю, как надо, но ты же сделаешь, что обещал? И скажешь? — Я сделаю, все что в моих и не моих силах, но боюсь, что мои силы слишком малы, поэтому просто получай удовольствие. — Девочки, — голос Андрей предательски сорвался, — давайте знакомиться. И да, мы вам не сделаем ничего плохого. Тьфу, то есть мы вам не сделаем ничего, чего вы не хотите. — Мы просто проведем хорошо время и пообщаемся, — встрял Анатоль. Спустя полчаса девочки начали понимать, что взрослая жизнь не такая уж и плохая штука: коктейли были вкусными и дурманили голову, ананас - сладким, молодые люди весело шутили и казались куда привлекательнее их сверстников. Оказалось, что у всех троих девочек были трудности с деньгами в семье, и некая новая знакомая, по описанию напоминающая Анжелику, предлагала им неплохо подзаработать, «развлекая дурных и богатых парней». Девочки причем прекрасно осознавали, как им придется «развлекать», очень надеялись избежать этой участи, но очень хотели заработать. Анатоль чувствовал себя точно как рыба в воде, легко забалтывал девочек, подливал им коктейлей. Андрей лишь периодически вставлял пару слов, томно цедил виски, поклявшись себе не напиться, и оттого казался более загадочным и привлекательным, что повеселевшие девчонки то и дело поглядывали с интересом на него. Он лишь морщился от этого, разглядывая убранство полок на стене. Еще через несколько часов стало очевидно, что содержание алкоголя в коктейлях чересчур велико для юных обольстительниц, отчего их стало клонить ко сну. — Так Жданс, сейчас они уснут, — шепнул ему Анатоль, — а нам надо будет сделать вид, что все было на самом деле. Еще не забудь им оплату куда нужно припрятать. Им она точно нужна. — Куда припрятать? — Ну смотри, в трусы им могут для проверки полезть, так что остается верхняя часть тела. И кстати, — Анатоль извлек из кармана бутылек с темно-красной жидкостью, похожей на кровь, — хоть ты и учишься со мной на одном курсе, ни за что не угадаешь из чего я ее сделал. — Вот ничего себе ты продуманный! — удивился Андрей. — А ты думал, мы как бравы рыцари вены что ли себе резать будем? — Да я вообще до такого не додумался бы… — Жданс-Серж, двойка тебе, и про снотворное ты бы тоже не додумался... Когда нужные декорации в комнате были наведены, а разморенные девочки сладко спали, двое друзей осторожно выбрались из комнаты, обнаружили у входа их сопровождающую, молча заплатили положенную сумму, докинув сверх чаевыми и направились к выходу, но в зале с баром на одном из красных диванов обнаружили их старую знакомую, читающую какой-то журнал.  — Анжелика Сергеевна, — Жданов расплылся в зловещей улыбке, — я, право, не знал, что столь ангельские особи спускаются по ночам в подземелье. — В преисподнюю низвержена гордыня твоя со всем шумом твоим; под тобою подстилается червь, и черви — покров твой, — возведя глаза к потолку, ответила Анжелика. — Уважаемая Люциферия, мы сейчас с другом не в том состоянии, чтобы Библию вспоминать, — прервал ее Анатоль. — Это из книги Пророка Исайи, — Анжелика обиженно поджала губы. — Простите, я ошибся. Друг мой, — он ухватил Жданова за руку и потянул к выходу, — нам пора, такси приехало. Анжелика, — он послал ей воздушный поцелуй, — мы очень благодарны за прекрасно проведенное время. Пока-пока! — Какое такси, черт тебя подери. Ты почему пьяный бегаешь так быстро? — негодовал Жданов, едва успевая догонять друга по узким темным переулкам ночного Санкт- Петербурга. — Сейчас будет такси, погоди ты. Чуть не попались. Вовремя я их увидел. — Кто? — Кто-кто! Крыша этого заведеньица и их друзья. Возможно, одному из них ты все испортил. Ни в коем случае нельзя, чтобы они нас вообще видели. — А Анжелика? — Она по другую сторону, она тут просто подрабатывает. Скорее всего маменьке на операции и на беззаботную жизнь. И так совпало, что благодаря ей мы прошли сюда. — А с нашими ночными, тьфу, бабочками что будет? — Жданс, ты хочешь завести Катеньке сестренок? — Не-не-не… Я беспокоюсь. — От них все зависит, что дальше будет. Им точно еще дадут денег, и их выбор будет никогда сюда не возвращаться или наоборот. Жданс, — Анатоль снисходительно посмотрел на друга, — не строй из себя спасителя всех молоденьких девочек, тебе не идет. Андрей вернулся домой часа в четыре утра, долго стоял в ванне под струями воды, потом проковылял на кухню, нашел тамаркины сигареты и закурил. Таким курящим в темноте и глядящим задумчивым взглядом в окно его обнаружила Катя. Она долго стояла неподвижно и вглядывалась в его темный силуэт, потом подошла и положила руку на плечо. Андрей обернулся: — Катюш, ты что не спишь? Иди спать, маленькая. Я сейчас приду. — Андрей, а почему ты куришь? — она обеспокоенно пыталась поймать в темноте блеск его глаз. — Знаешь, — излишне беззаботно сказал он, — когда тяжелая вечеринка, есть такой способ. Чтобы легко утром проснуться. Тебе не нравится запах? — Мне…— задумчиво протянула Катерина, — да главное, чтобы тебе было хорошо, — и направилась в спальню. Утром она не стала будить сладко спящего мужа, наспех приготовила омлет на завтрак и поспешила в гимназию, где ее ждали неприятные новости от Аленки об избиении Виталия Аркадьевича. Она могла бы воспринять это все куда спокойнее, но события последних дней не способствовали этому, а еще она случайно увидела пятна крови на рубашке Андрея. Катерина едва высидела урок и на перемене в смятенных чувствах поднялась на чердак гимназии, но там уже было похоже занято. — Слышь, знаешь, чего я узнал, — она могла различить голос Дани Крыжановского, — Варкаш оказывается большой крыше задолжал сильно. Вот его и фьюить. Но он тоже не дурак, он хотел кем-то с нашего класса откупиться. — Девкой что ли? — спросил второй незнакомый голос. — Так самый простой способ. Они ж эти очень любят… — Хм, интересно кем? — Не знаю я. Но что тут пошло не так. И однозначно поэтому его избили. — Его избили? — Да, сегодня его племянница рассказывала. — Ничего себе какие пироги. Слушай, Данчик, а ты не знаешь, сколько дают? — За что? — За распространение ложной информации. Да нет, за целку. — Много дают, если понравится. Точно знаю. — Данчик, а что если нам? — Ты что, нет-нет. Я не хочу. — А я тебя спросил? Ты может еще узнаешь, кто в классе у нас чист? Катя зажала рот рукой и бросилась бежать дальше от темного затхлого чердака. На уроке истории она непривычно для себя села за последнюю парту и все занятие скрывалась за широкими спинами одноклассников. Сердце отчаянно колотилось и не хотело никак успокаиваться, мысли цеплялись одна за другую и формировались в какие-то зловещие предположения, но она не хотела в это верить и невидящим взглядом пыталась разобрать текст в учебнике. Даня сидел как ни в чем не бывало на первой парте и улыбался учителю, который радостно рассказывал про времена Екатерины Второй. Паззл в голове не сложился и к четвертому уроку, Катя лишь понимала, что Андрей ей с какой-то целью ничего не рассказывает или не успел рассказать. Ей хотелось срочно поговорить с ним, но ей было страшно, очень страшно. Она поняла, что на последние уроки у нее совершенно не осталось сил, и она сбежала с гимназии. Через полчаса она стояла у дверей квартиры Анатоля, удивляясь как она запомнила адрес, единожды побывав там, и нажимала кнопку звонка. К ее счастью дома оказался сам Анатоль, а не его родители, который был невероятно удивлен ее появлению и было даже испугался, не случилось ли чего с его другом. — Нет, нет, с Андреем все в порядке. Было в порядке. Я хочу знать, — Катя тяжело дышала и пристально смотрела молодому человеку в глаза, — что вы от меня скрываете? — Катенька, проходи, хочешь чаю? — пытался перевести разговор Анатоль. — У меня мало времени, я ушла с уроков, и Андрей мне ничего не рассказывает. Я бою-ю-юсь, — она начинала терять самообладание. — Тише-тише, — Анатоль выставил вперед ладошки, — я не Жданс, не надо плакать, Катенька держись. Андрей тебе рассказывает все, что нужно. — Он мне ничего не рассказывает! Ты же явно знаешь больше меня! — она топнула ногой. — Он сегодня пришел под утро и курил. Он никогда не курит. Я волнуюсь! — О господи, мне бы такую девушку, которая б переживала за мои легкие, — Анатоль все-таки увлек Катю на кухню и наливал ей уже чай. — Вчера мы видели директора школы около больницы, потом Андрей о чем-то говорил с тобой, вы куда-то ночью ходили, а сегодня директора избили, — Катя уже едва держалась, а глаза наполнялись слезами. — И? — Анатоль ей пододвинул чашку с ароматным чаем. — Ты что ничего не понимаешь или ничего не знаешь? — Катя, ты что ли переживаешь за директора? Или думаешь, что мы к этому причастны? — Не-е-ет, — закричала она и все-таки всхлипнула, — Я сегодня услышала, что он продавал девочек с нашей гимназии! Ты что-то про это знаешь? — Знаю только, что такое имело место быть. — А…— Катя отхлебнула горячий чай и закашлялась, — я была в этом списке? — Не могу знать, — Анатоль отвернулся от нее и полез доставать коробочку с печеньем из шкафчика, — на вот, очень вкусное. Покушай и успокойся. — Спасибо, я не хочу. — Катя, я тебе могу сказать одну вещь: тебе и Андрею сейчас ничего не угрожает. Можешь не волноваться. Андрей сделал для этого все возможное, и да, я ему помог. И он за тебя горой. Кто изукрасил вашего директора я не знаю. Доверяй Андрею и ни в чем таком не подозревай его. — Хорошо, ладно, — Катя еще отхлебнула чай. — Давай пей чай, и я тебя отвезу в гимназию, а то Жданс мне открутит голову, если узнает, что ты тут у меня уроки прогуливаешь. Татьяна Алексеевна в гимназии поинтересовалась, почему Катерина пропустила целый урок, но она сослалась на то, что неважно себя чувствовала. После уроков, едва выйдя на крыльцо, она увидела машину мужа и конечно же бросилась к нему.  — Андрей, — Катя, бросив сумку с учебниками назад, забралась на переднее сиденье и пристально уставилась ему в глаза, — Алена рассказала, что сегодня утром кто-то сильно избил Виталия Аркадьевича. — Ничего себе, — удивился Жданов. —А где это было, и кто неизвестно? — Она не рассказывала, сказала лишь, что он пришел утром избитый, ему стало плохо, и она вызвала скорую. — Нечего около больниц шарахаться, — проворчал Жданов.  — Андрей!!! — Катя настойчиво вскликнула и продолжала не сводить с него пристальный взгляд. — Неужели ты думаешь, что я к этому как-то причастен? — он в недоумении вскинул бровь. — Нет, ты что! — возразила она. — Но мне кажется, ты что-то очень важное мне не рассказываешь. — Катя, — он ответил ей таким же пристальным взглядом, — все очень важное я как раз тебе рассказываю. — Андрей!!! — она всхлипнула и бросилась к нему на шею. —Кать, — он осторожно погладил ее по спине, — Кать, а поехали завтра в Царское Село? Давай ты уроки прогуляешь? А? — Давай, — не раздумывая ответила она. «Андрей. Я так люблю его и чувствую себя с ним в безопасности, — Катя почти лежала на столе и аккуратно выводила буквы в своем дневнике. Ужин был съеден, уроки сделаны, посуда вымыта, ее муж ушел уже в спальню, а ее совсем не мучила совесть, что она завтра прогуляет целый учебный день. — Я сегодня посмела усомниться в нем. Как я посмела вообще так думать о нем. Но все события очень запутали меня. Я не знала что делать, хотя сейчас я всего лишь оправдываюсь. Но я приказываю себе впредь больше не думать о том, что мне не дозволено. Я лишь понимаю, что Андрей спас меня от чего-то очень страшного. Мой Андрей. Нет, я не могу говорить, что он мой. Но когда он даже стоит рядом со мной, я чувствую, как он дарит мне частичку безопасности. Я думала, что важнее всего взаимная любовь. Сейчас я понимаю, что это вовсе неважно. Я буду любить Андрея. Любить тихо, незаметно, а он будет дарить мне заботу и безопасность. Я даже представить себе не могла, что в настоящей жизни все настолько страшно…» — Катя, пойдем в кроватку, — услышала она голос мужа, — уже поздно. — Сейчас-сейчас, — она спрятала дневник, достала из косметички подаренные ей крема и отправилась в спальню. Они лежали в одной кровати под разными одеялами. Теплым светом горел ночник. Он читал какую-то книгу, облокотившись на объемную подушку. Она раскрыла баночку с ванильным кремом и намазывала себе лицо, похлопывая себя по щекам. Андрей слегка косился на нее и усмехался: — Ой, ну совсем красивая будешь. Катя наигранно надувала губы, а потом улыбалась ему кокетливой улыбкой. — Кать, а ты знаешь, что я читаю? — хитро подмигнул ей Андрей. Она покачала головой. — О положительном влиянии секса на женское здоровье, — совершенно буднично ответил он, взглянул на нее и уткнулся в книгу. Катя прижала ладошки к горящим щекам и удивленно уставилась на него. — Чему ты удивляешься? Это абсолютная правда. А как ты думала? — он отложил книгу и придвинулся к Катерине. — Я совершенно ни к чему тебя не склоняю, — он слегка щелкнул пальцем ее по носу. — Ой, — Катя смущенно улыбнулась. — Катенька, ты взрослая девочка уже, и ты моя жена, — Андрей продолжал к ней тянуться. — А это точно полезно? — робко спросила она и тоже придвинулась к нему. — Катюш, — он нежно посмотрел на нее и легко поцеловал в губы. — Андрей, — Катерина крепко прижалась к нему, обхватила руками за спиной и принялась покрывать поцелуями его вздымающуюся грудь. — Шшшш-шшш, — он зашипел ей на ухо, затащил ее к себе под одеяло и принялся медленно стягивать пижаму, — мы никому ничего не расскажем. По ее телу перекатывались миллионы мурашек, когда его руки касались и гладили ее ягодицы, спину, бедра. Она уже почти не помнила в этот момент прошлой ночи, и это было так восхитительно трепетно и нежно, что Катя тонула в ощущениях, словно в пуховом теплом мягком одеяле. Андрей нежными поцелуями приближался к ее груди, не прекращая ловкими и мягкими пальцами исследовать ее тело, а ей хотелось, чтобы это длилось вечно, но вдруг она почувствовала, как что-то плотное уперлось ей в бедро и опомнилась. — Катюш, что такое? — Андрей, вмиг почувствовал перемену настроения. —Ничего, ничего, — она замотала головой и спрятала лицо, зажмурившись на его плече. — Ну ладно, — он принялся целовать ей ухо и продолжал подбираться руками к заветному местечку. Катя чуть расслабилась и позволила его рукам любое бесстыдство. От умелых прикосновений возникали приятные необычные ощущения, к которым Катерина еще не успела привыкнуть и предпочитала пережидать их зажмурившись у Андрея на плече. — Катюш, — Андрей ее положил на спину и опрокинул ее голову на подушку, но она вновь обхватила его за шею и прижалась к плечу, поцеловав несколько раз в крепкую шею. — Ну ладно, — прошептал он, и Катя почувствовала, как твердая плоть вошла в нее. — Тебе не больно? — Нет, — пискнула она, еще крепче обхватив его за шею и еще крепче зажмурившись и сжав зубы. С каждым осторожным толчком внутри нее нарастал приятный ком ощущений, но ей казалось, что сейчас бОльшая часть тела не принадлежала ей, и она не контролировала ее. Она лишь сдерживала то и дело прорывавшиеся слабые стоны и улавливала стоны Андрея, стараясь еще крепче держать его. Мелкие приятные судороги вновь настигли ее тело, она также слышала как рядом тяжело дыша перевернулся на спину Андрей. Какое-то время ее мозг не улавливал реальность, а затем Катя свернулась калачиком и уткнулась лицом Андрею в живот. Ее тело еще слегка дрожало, но в голове не было ни одной мысли. Хотелось просто вот так лежать и не открывать глаз. — Катюш, какая ты еще маленькая, — тепло сказал Андрей, укрывая ее одеялом. — Угу, — буркнула она. — Саму себя стесняешься. Ну ничего-ничего…— он ласково гладил ее по голове, запустив пальцы в спутанные волосы. — Катюш, ты же меня не боишься? — Нет, — она даже отвела голову чуть в сторону и посмотрела на него. — Вот и хорошо, главное, верь мне. А остальное все будет. Катя задумчиво хмыкнула и вновь свернулась клубочком, как маленький котенок. Через полчаса, а может позже Андрей отнес ее сонную в ванну с ароматной пушистой пеной. — Катенька, только не сопротивляйся. Купаю сегодня тебя я, — наигранно приказал он, а она лишь покорно кивнула головой. Крепкие и мягкие руки вновь дарили телу наслаждение, а Катя лишь стояла в ванной, прикрыв глаза и позволяя с собой делать все что угодно. Андрей же бесстыдств не позволял и всего лишь натирал ее тело ароматным мылом, потом смыл свое творчество водой, завернул жену в махровый халат, чмокнув в макушку, и унес в кровать. Сон ночью был сладким, будто Катя тонула в сахарной вате, а дыхание мирно спящего мужа служило ей лучшей колыбельной.