Dead girl in the pool

Хотелось бы начать рассказ с чего-то более приятного, но жизнь, к сожалению, повернулась иначе. Этот день запомнился для всех не самыми добрыми новостями, а именно объявлением об очередной пропаже. Весь Мадрид сострясался каждый раз, когда в новостях в очередной раз появлялось фото с характерной подписью «внимание, пропал человек». За три месяца это было уже пятое исчезновение. На расспросы журналистов полиция лишь разводила руками и не могла дать точного ответа ни на один вопрос: ни кто похититель, ни, самое главное, где все пропавшие и все ли с ними в порядке, поэтому в городе разрасталась паника. Надо бы упомянуть, что в основном пропадали молодые девушки в возрасте от 16 лет, однако, несмотря на вроде как складывающуюся статистику, туда абсолютно не вписывалось исчезновение девятнадцатилетнего парня, и это сбивало с толку. Казалось, что ещё немного и логическая цепь будет выстроена, ощущение близкой разгадки трудной задачи уже словно витало в воздухе, но стоило лишь приблизиться к ней, как та ускользала из рук. Многие жители, опасаясь за жизнь своих близких, закрывали дома, запрещали детям выходить на улицу, скупали в магазинах всё, что могло сойти за средство обороны, и в принципе их можно понять. Однако больше всего волновались те семьи, чьи дети подходили под основные приметы пропавших, т.е. были подростками. Никто не знал, по какой причине и для чего похищали детей именно такого возраста, поэтому оставалось лишь надеяться, что все они вернутся домой живыми. Этим утром семья Сото, как и многие другие граждане Мадрида, сидела у телевизора и слушала новости. На этот раз эфир гласил о пропаже школьницы по имени Сара Альваро: девочке недавно исполнилось пятнадцать лет, она училась в той же школе, что и предыдущие жертвы. Среднего телосложения, невысокого роста, каштановые волосы, зеленые глаза — среднестатистическая девочка-подросток. Днем ранее она не вернулась домой после дополнительных занятий по английскому языку. Диктор оповестил слушателей, что последний раз ее видели в красной куртке, темных джинсах, а также у девочки с собой был розовый рюкзак. Далее на экране появился список жертв, которые официально считались пропавшими, а также номера телефонов, по которым можно было позвонить в случае какой-либо имеющейся информации. Если провести небольшое исследование, посмотрев на этот список, то можно было заметить, что… Вкус у похитителя крайне разнообразен и словно не поддавался логике. Казалось, будто его цель состояла в создании некой «коллекции», в которую он пытался собрать как можно больше видов, чтобы потом перелистать альбом с чувством приятной ностальгии. Однако с обывательской точки зрения похититель лишь нагло издевался, играя и путая следы, словно заяц, убегающий от охотников. Возможно, именно поэтому полиции было так сложно найти хоть какие-то зацепки, которые могли бы сложиться воедино. Отсутствие единой версии порождало слухи, поэтому большая часть населения была напугана и ожидала наихудшего исхода событий. Кристина Сото Пена была в так называемой «группе риска»: симпатичная внешность, юный возраст и, самое главное, та же школа под названием Изабель-ла-Католика, по дороге из которой предположительно выкрали двух предыдущих жертв. Помимо этих данных существовали и более личные, скрытые от большинства посторонних: девушка вела разгульный образ жизни и, по правде говоря, не сильно переживала о своём будущем, иногда действуя под влиянием момента. Стоит упомянуть, что, конечно же, это напрягало ее семью. В школе пока ещё не отменили занятия, поэтому Крис (а девушка предпочитала именно такой вариант своего имени) приходилось посещать уроки и выходить из дома дальше, чем за несколько кварталов, заставляя мать страдать от сердечных болей. Однажды у Сото разрядился телефон, и та не смогла оповестить родных о своём намерении задержаться. Ситуацию усугубило то, что Крис пришла на два часа позже чем обычно, тем самым практически спровоцировав инфаркт у всей своей семьи. Они сильно поссорились в тот день. После случившегося инцидента Кристине пришлось постоянно отписываться отцу, где она, с кем и как долго собирается находиться. Такие условия выводили девушку из себя, однако та ничего не могла сделать с этим проявлением контроля. Если же большая часть горожан ждала конца ужасных событий потому, что каждый хотел снова вернуться к размеренной спокойной жизни, то Сото не могла дождаться поимки «урода», чтобы избавиться от упреков и каждодневных скандалов. Даже сегодня, выходя из дома, девушке пришлось выслушать долгую лекцию по поводу аккуратности, безопасности и готовности в любой момент получить звонок. «Блять, да когда это всё закончится…» — спросила себя Кристина, завернув за угол дома и закурив втайне от родителей. Вся школа обсуждала последние новости, и от этого практически негде было скрыться. Каждый день на протяжении последних нескольких недель начинался с речи насчет усиленной безопасности, слова которой не успел выучить только ленивый. За два месяца эта тема настолько приелась, что ради разнообразия хотелось услышать что-то не про похищения, однако об этом говорил весь город, поэтому в списке новостей эта занимала первое место. Куда бы ты ни завернул, куда бы ни зашел, люди перешептывались о новой жертве, о своем сочувствии семье, о переживаниях о будущем и негодовании в сторону правоохранительных органов. Казалось, что даже шелестящая листва деревьев обсуждает пропавших вместе со всеми. Во дворах давно не было слышно смеха детей, звуков игры в футбол или просто проезжающего самоката, все стихло. Даже вечно гуляющие подростки прекратили собираться под мостом, где раньше частенько напивались и горланили песни, а это было уже чем-то из ряда вон выходящим. Крис явно не хватало хоть какого-нибудь развлечения, потому что такая тишина уже напрягала и раздражала. Девушка листала ленту своего профиля в инстаграме, вспоминая, как было весело пару месяцев назад, когда она с подругами в последний раз отжигала в клубе. Тогда они рисковали попасться, ведь только одна из них была совершеннолетней, и оттого та ночь запомнилась отчётливее. Эти воспоминания расстроили Сото, и, чтобы хоть как-то развеяться, та написала своей подруге Эве. «Прив, тоже скучная лекция???» «Привет, да, просто умираю. Поедим после урока??? Убила бы за сэндвич» «Да, ок» Сегодняшняя тема про экономические связи в странах мало интересовала Крис, поэтому остаток урока девушка провела, пролистывая различные социальные сети. Возникало ощущение, словно весь мир обсуждал пропавших, и не было ничего другого, кроме них. Кто-то строил теории, кто-то призывал оставаться в своих домах и выходить лишь по необходимости, кому-то было все равно. Девушка оставила комментарий на одном из официальных аккаунтов по новостям об исчезнувших: «Я готова найти этого блядского похитителя, чтобы вы все наконец заткнулись». Прозвенел долгожданный звонок, заставив почти всех присутствующих в классе облегченно вздохнуть. Экономическая теория была последним уроком на сегодня, поэтому Кристине пришлось снова отписаться родным, что она пойдет в кафе с Эвой и задержится там на какое-то время. Также она написала Амире, Вири и Норе, спрашивая о желании присоединиться к ним. На улице шел дождь, поэтому Сото ждала своих подруг под козырьком школы и слушала музыку. Ее телефон завибрировал о полученном сообщении — девушка глянула на экран. Это была мама, которая просила Крис не задерживаться допоздна, а также оповещение о понравившемся комментарии — кто-то лайкнул ее запись в официальном аккаунте. «Неужели хоть кто-то меня понимает в этом сумасшедшем городе…» — подумала она, смахивая уведомление. Кристина обратила внимание на необычный ник оценившего, согласившись, что она тоже не хотела бы сейчас существовать. По крайней мере до того момента, как все успокоятся и жизнь вернётся в старое русло. Девушка встретилась с тремя из своих подруг, затем они подождали последнюю и отправились в кафе.