Сорок три заката

Иногда Антону даже нравилась его жизнь, правда, в такие моменты он обычно в стельку пьяный, а на следующее утро просыпается с мыслями о том, каким же долбоёбом был вчера. Не в этот раз. В этот раз, слыша будильник, он чертыхается в кровати, запутывается ногами в одеяле и падает на пол, попутно собирая с него свою одежду. Спешит он вовсе не на летнюю отработку и даже не к своим друзьям. Спешит потому что отец обещал выделить из своего времени пятнадцать минут и подвезти сына самостоятельно. Парень спускается по лестнице, придерживая ладонью разболевшуюся голову, и поворачивает на кухню. — А где отец? — интересуется Антон. Евгений опускает взгляд в пол, а потом смотрит на антоновскую мачеху. Они молча выясняют, кто же скажет Антону не самую радостную новость. — Он на собрании акционеров, — говорит женщина, оборачиваясь к парню. — Давай я отвезу тебя, — предлагает она, легко улыбаясь уголками губ. — Но он же обещал… — Это было до того, как ты вернулся домой в стельку пьяным. Давай, пошли, — женщина миролюбиво хлопает парня по плечу. — Жень, собери пожалуйста все документы за первую половину месяца в одну папку. Антон молча садится в машину мачехи, скрещивая руки на груди и устремляя свой взгляд в окно. Он пытается вспомнить, что вчера происходило, но головная боль путает все мысли и Антон злится ещё больше. — Он правда хотел тебя отвезти, даже встречу отменил, а потом… — Наташа выдыхает, — ну ты сам знаешь, что потом было. — Я опять облажался, — высказывает Антон свою версию того, что же было дальше. — Антон… — Нет, — прерывает Шастун, — ты сама винишь меня, но не хочешь этого показывать. Не парься, я знаю, что виноват. — Главное ведь не это, а то, попытаешься ли ты это изменить. Антон какое-то время смотрит на мачеху, а потом отворачивается обратно к окну, собирая обрывки воспоминаний в общую картинку. Получается паршиво, но Антон не перестаёт пытаться. Парень быстро вылетает из машины, даже не попрощавшись с мачехой. Быстро расписывается в журнале на вахте, проставляя время на пятнадцать минут раньше — никто не будет проверять. А потом бежит по лестницам, переступая через каждую вторую, чтобы поскорее присоединиться к друзьям и рассказать о том, что же вчера произошло. Точнее то, что удалось вспомнить из всего того, что произошло вчера. Антон залетает в триста пятую аудиторию и проверяет, нет ли в ней взрослых. Убеждается в том, что тут лишь Оксана и Эд. Девушка сидит на стуле за одной из парт, листает ленту в телефоне. Парень, покрытый татуировками возится у стены, время от времени выдавая тихие матерные слова. Не то, чтобы Выграновский горел огромным желанием до блеска отмывать плинтуса в аудиториях, нет, вовсе нет. Он просто проиграл Оксане в камень-ножницы-бумага. Четыре раза подряд. Потом отмыл плинтус вдоль длинной стены и попросил реванш. А потом понял, что удача сегодня не на его стороне — проиграл ещё четыре раза подряд. — Я переспал кое с кем, — говорит Антон, комками выдыхая слова из-за сбитого дыхания. — И мне прямо пиздец как понравилось, — признаётся он и садится на стул перед партой, за которой сидит Фролова. — И кто это? — заинтересованно спрашивает она, убирая телефон в сторону. — Я не помню, — пожимает плечами Антон, не договаривая. Он просто не думает, что друзья положительно воспримут новость о том, что переспал он с парнем. — Что?! — удивляется Выграновский, бросая губку, пропитанную моющим средством, и подходит ближе к друзьям. — Бля, да реально, так напился… пиздец просто, — выдаёт Антон. — Ну там… цвет волос, — Оксана пожимает плечами, — тату может? — девушка оглядывается на Эда. — Нихуя не помню, — Антон протирает глаза ладонью. И ведь действительно не помнит. — А номер не взял? — интересуется Фролова. Антон подскакивает на ноги и быстро шарит длинными пальцами по карманам. Нащупывает что-то бумажное и молится на то, что это не чек. Блять, смешно. В существовании Бога усомнился ещё лет десять назад, а молится. Чеки никогда не берёт, но теперь сомневается. Ебучий диссонанс. — Блять, — достаёт мятый листок. — Ну-ка, давай, — произносит Оксана и Антон передаёт ей листок, как самое дорогое, что только есть в этом мире. Девушка кладёт бумажку на стол и осторожно разглаживает пальцами, чтобы не порвать и не смазать цифры. — Двух цифр не хватает, — говорит она. — Видимо, вы слишком увлеклись, что ты даже дописать не дал. — Ладно, — Антон подходит к девушке из-за спины и набирает имеющиеся на листе цифры в телефон, — буду пробовать все по очереди, может, наткнусь на нужный. — И что говорить будешь? — интересуется Окс, когда Антон уже слышит гудки по телефону. — Здравствуйте, — воодушевлённо произносит Шастун, — извините, я тут это… узнать хотел, мы с вами не трахались вчера? Эд с Оксаной переглядываются, пока Антона посылают куда подальше трёхэтажным матом. — Совсем ёбнулся, — шепчет Выграновский, а потом возвращается к недомытому плинтусу. — Точно, — подтверждает Оксана. И пятнадцати минут не проходит, как у Антона кончаются деньги на телефоне, а в аудиторию заходит один из преподавателей. Мужчина скептично осматривает помещение и недовольно цокает. — Оболтусы, я-то думал, вы уже закончили, — говорит он. — Господи прости, — нервно потирает переносицу. — Шагайте в сто десятый разбирать коробки с хламом. Все, что не работает, поломано, нельзя исправить — выкидывайте. — А как понять, что нельзя исправить? — провоцирует Оксана. — Разберётесь, — фыркает мужчина и уходит. Ребята медленно спускаются в сто десятый. Точнее, Оксана медленно перебирает ногами ступеньки, а парни быстро скатываются по перилам друг за другом и между вторым и первым этажами почти падают друг на друга, а потом долго смеются. И так громко, что вахтерша на первом этаже что-то ворчит в их сторону — ребята не смогли разобрать и предположили, что она наслала на них проклятье или обматерила на древнегреческом. — Охренеть, это что, калькулятор? — первое, что Выграновский достаёт из своей коробки — большой настольный калькулятор. — Ага, — подтверждает Оксана, обернувшись на друга. — Ну-ка набери ноль целых девять тысяч девяносто три десятитысячных, — говорит Антон. — Что? — мозг Эда не успевает обработать всю полученную информацию, а Оксана уже тихонько смеётся, мысленно представив результат. — Ткни на ноль, — тяжело выдыхает Антон, начиная постепенно рассказывать Выграновскому план действий, — потом на точку, дальше девять, ноль, девять, три. — Сразу бы так, — говорит Эд, а сам делает все то, что сказал Шастун. — Дальше что? — Переверни, — улыбается Антон. Эд переворачивает калькулятор и смотрит на экран калькулятора, а потом закатывает глаза и недовольно цокает, а Антон с Оксаной несильно смеются.

х

Вечер выходит совсем не таким, каким Антон его себе представлял. Думал, сходит к Оксане или ляжет спать пораньше (пусть этот вариант и смешно звучит). В любом случае, ужина в компании отца с мачехой Антон надеялся избежать. — Антон, ты как Шалтай-Болтай, — заявляет Андрей. — Что ты делаешь помимо вечных пьянок и вечеринок? Что ты вообще из себя представляешь? — мужчина злится на сына. — В девятнадцать трудно из себя что-то представлять, — усмехается Антон, пожимая плечами. — Я в девятнадцать содержал семью и ещё учиться успевал. — Но я — не ты. — И, очевидно, не твоя мать, — бросает мужчина. — Андрей, — окликает мужчину Наталья, давая понять, что в своих высказываниях он далеко не осторожен. Антон молча смотрит на отца с полминуты, а потом поднимается из гостиной в свою комнату. Заваливается на кровать и обнимает руками подушку, сворачиваясь калачиком. Он не собирается плакать — нахуй оно надо. Обидно? — Да. Наверное даже слишком обидно, что в итоге похуй становится. Слышит, как дверь в комнату со скрипом открывается, но Антон не оборачивается. Знает, что там Наташа. Потому что она единственная, кто после подобных ссор пытается примирить обе стороны. — Антон, ты собрался спать? —тихо спрашивает она, не включая свет. — Я не хочу никого видеть, — предупреждает Антон. — Я принесла тебе какао. — С зефирками? — Антон слегка ведёт головой в сторону. — И шоколадным сиропом. Антон переворачивается на спину, пододвигается ближе к изголовью кровати и включает ночник. Летом пусть и поздно темнеет, в комнате Антона всегда занавешены окна шторами из плотной ткани, которая не пропускает свет. Наталья садится на край кровати, а потом отдает Антону его кружку с напитком — Ему трудно найти с тобой общий язык, — сообщает она всем очевидный факт. — Он даже не пытается. — Каждая его попытка заканчивается провалом, — она пожимает плечами. — Из-за моих косяков. — Ты слишком сильно привык во всём себя винить, — замечает она. — Конечно, я ведь виноват. Кого ещё-то винить, если не меня? — Антон несильно пожимает плечами, а потом осторожно отпивает какао из кружки. — Никого. В конфликте всегда виноваты оба, а отсюда следует, что вина не имеет смысла, ведь в компании виноватых — виноватых на самом деле нет. Антон задумчиво отводит взгляд в сторону и делает ещё пару глотков какао. — Ты ничего не понял, да? — догадывается женщина. — Ну… суть в том, что вина не имеет смысла, — выдаёт Антон и Наталья подтверждающе кивает. Антон чувствует, как телефон вибрирует в кармане джинсов и быстро достаёт его, читая сообщение на экране. Окс Эд залез на дерево! и этот дурень не знает, как спуститься Антон несильно усмехается

Антон Ну он и ебик.

Эд Я вообще-то тоже в этой конфе есть!!! — Ладно, я пойду, а ты допивай какао и если захочешь поесть, там ужин ещё не убрали, — говорит Наташа и покидает комнату Антона.

Антон Нахуй ты вообще на дерево полез?

Эд Мне показалось это прикольным. Окс В общем, нам тут, видимо, помощь нужна Он вна2ре боится спускаться

Антон Геометку скинь, сейчас приду

Антон даже не просит Женю подвезти, шагает по улице, наблюдая за тем, как солнце с каждой минутой становится всё мягче. Мягче светит, мягче касается кожи, мягче ложится на листву деревьев.

Антон Пришёл уже почти

Окс Всё уже. Под ним ветка сломалась и он упал

Антон ХАЗХВЗАХВЗ экспресс доставочка блять

Антон поворачивает за дом в конце улицы и видит то самое дерево, с которого упал Выграновский. На несколько бы секунд пораньше и Антон лично увидел бы эту чудесную картину своими глазами. А сейчас может лишь стоять рядом и смеяться над тем, как Выграновский пытается выпутаться из ветки, на которой какое-то время назад сидел. — Руки давай свои, — говорит Антон и протягивает руки Выграновскому, чтобы тот за них ухватился. Антон вытаскивает Выграновского из текстур и ставит на ноги, а Оксана быстро осматривает парня и подсчитывает царапины. — Вот угораздило же… — выдыхает она.

х

Оксана с Эдом остаются у неё до позднего вечера, потому что Фролова с огромной ответственностью подходит к тому, чтобы обработать раны Выграновского. Эд уверен, что ему гипс во время перелома не так долго накладывали, даже если считать то время, что он просидел в очереди. А Антон, поскольку остался без ужина, забрёл в первое же кафе, которое высветилось на картах в телефоне. Парень занимает один из столиков у окна, устало сутулится и сначала смотрит в окно, а потом оборачивается в сторону барной стойки, в надежде поймать взглядом одного из свободных официантов. Об этом своём действии он начинает то ли сильно жалеть, то ли безумно радоваться. В официанте, что направляется прямиком к нему, Антон узнаёт того самого парня, в номере которого двух цифр не хватало. Шастун напрочь забывает о голоде и усталости, кладёт подбородок на ладонь и с миленькой улыбкой глядит на официанта. — Ну привет, — говорит он. — Я то думал, ты позвонишь, — улыбается парень и кладёт перед Антоном меню. — Я собирался, но ты не дописал последние две цифры и я потратил все деньги на телефоне, пока перебирал все комбинации. — Ну, — Арсений пожимает плечами. — Я бы дописал, если бы ты полез целоваться на пару минут позже. Антон бесшумно усмехается, открывая меню на рандомной странице. — Вот этот бургер, — наугад тыкает Шастун. — С луком или без? Может, какие-то добавки? — Без, — легко мотает головой. — А прогулка относится к добавкам? Арсений усмехается. — Я-то думал, ты из-за алкоголя такой смелый был, — замечает Попов. — Ты не ответил на вопрос. — У меня смена до восьми. — Значит мне невероятно повезло, ведь ждать осталось всего час? — Значит, что так. Что-то ещё? — Сок апельсиновый есть? — интересуется Антон и Арсений кивает в ответ. — Тогда его, — он отдаёт меню Попову.

х

— Ты оставишь мне свой нормальный номер? — просит Антон, глядя на Попова. — Давай телефон, — улыбается он. Антон достаёт из кармана мобильник, прикладывает палец к сканеру и отдаёт Арсению разблокированное устройство. А сам наблюдает за парнем, пока тот оставляет номер своего мобильного в контактах Шастуна. Арсений все то время, что набирает свой номер, широко улыбается и Антон невольно зеркалит. — Спасибо, — говорит Антон, забирая телефон. — На этот раз, надеюсь, позвонишь, — улыбается Арсений. — Обязательно, сейчас-то я дотерпел, — широко улыбается Шастун. — Дотерпел? — не понимает Арсений. Шастун шагает вперёд, касаясь своей грудью к груди Попова, и прижимается своими губами к его. Антон и не помнит, когда в последний раз целовался трезвым по своей инициативе. Но ему нравится, оченьоченьочень сильно нравится. Он в какой-то момент даже забывает о том, что нужно дышать. Когда пьяный — все происходит само собой, а сейчас Антон ощущает себя неопытной школьницей и щеки несильно краснеют. Когда солнце окончательно скрывается за горизонтом, а единственным освещением узких улиц становятся фонари, Антон словно случайно прижимается правым плечом к Арсению, а тот не отталкивает. Попов выдыхает в улыбке и обхватывает тело Шастуна левой рукой, прижимая ближе. Антон тут же лезет обниматься и тут Арсений опять не против. Они останавливаются посреди пустой улицы и обнимаются, как дети, пока настоящие взрослые укладывают настоящих детей спать. — Я так сильно не хочу домой, — шепчет Антон. — И всё же, тебе нужно домой и нужно поспать, — сообщает Попов. Арсений провожает Антона до его дома, и всё это время они идут держась за руки. Антон подобное всегда презирал и мысленно утверждал, что в его жизни никогда такой хуйни сопливой не будет. А сейчас он лужицей расплывается, когда Попов чуть сильнее сжимает ладонь. — Ты тут живёшь? — брови Арсения взмывают вверх, когда Антон останавливается у дорожки к своему дому. — Ну да, — кивает Шастун. Арсений осматривает дом, удивляется уличным невысоким фонарям, которые установлены чтобы освещать лужайку и сад в тёмное время суток. Даже ночью понятно, что дом просто огромный. — А там… — он смотрит в сторону соседнего строения меньших размеров. — Тоже ваше? — Да, гостевой дом. — Охренеть, — сглатывает Арсений. — Типа того, да, — кивает Антон, потирая затылок. Он это не любит. Он это пиздец, как сильно ненавидит. Свою комнату, конечно, обожает, но оставшийся дом — нет. Будь он немного посмелее и чуть более самостоятельным — съехал бы без вопросов. Антон больше не маленький, он не может надеяться на то, что в один чудесный день потеряется в этом чёртовом огромном доме и его никто не найдёт.

Неизвестный Ты напиши, как до дома дойдёшь ;)

Арсений смотрит сначала на экран своего телефона, потом на Антона и принимается набирать сообщение. Арс Договорились)

х

Антон стоит перед письменным столом отца в надежде получить от Андрея хоть каплю внимания. Он знает, что отец вовсе не увлечён бумагами перед собой. Нет, конечно, проверяет данные, подписывает, но Антон знает, что Андрей при всём этом может ещё пару дел параллельно делать. Антон опирается обеими руками о письменный стол и свысока смотрит на отца, который не отрывается от бумаг. — Не хочешь узнать, как у меня день прошёл? — никакой реакции. — Ну, я ходил на отработку, потом погулял с друзьями, поссорился с тобой, потом поужинал в кафе и ещё погулял, — быстро рассказывает Антон. — Скажи хоть что-то, — просит Антон. — Хоть какую-то реакцию, — Антон опускает голову так, чтобы взглянуть на лицо отца, которое всё ещё остаётся каменным. Словно Антона в мире Андрея и не существует. Антон раздумывает над тем, чтобы такого сказать, чтобы точно получить хотя бы малейшую реакцию от отца, а потом его взгляд падает на стакан с виски и всё решается само собой. — Да какого хрена ты творишь? — Андрей тут же вскакивает со своего кресла и принимается поднимать документы, пострадавшие от пролитого алкоголя. Эту затею мужчина быстро бросает, напечатает новые, это всего лишь бумажки. Андрей быстро обходит письменный стол, подходя ближе к сыну. — Я повторю вопрос, — грубо произносит Андрей. — Какого хрена ты творишь? — Пытаюсь привлечь твоё внимание. — Привлёк, поздравляю! — говорит мужчина, несильно толкая Антона в плечи. — И что такого важного ты хочешь от меня получить? — злится он. Чёртово внимание. — Чего вы так поздно шумите? — в кабинет Андрея заходит Наталья, кутаясь в махровый халат. Она даже заспанная быстро соображает. Бумаги Андрея, пропитанные алкоголем; злой взгляд Андрея и его повышенный голос ставят все мысли женщины по своим местам. — Итак, что произошло? — интересуется она, а Андрей с Антоном молчат. — Не хотите говорить? Отлично, просто замечательно, — она взмахивает руками. — Час ночи, что вы устроили вообще? Давайте так, я оставлю вас наедине и вы, надеюсь, перестанете вести себя необдуманно и поговорите друг с другом, как рациональные существа, — высказывает она и делает акцент на последней фразе. — Без повышенных тонов. Наташа из кабинета уходит расстроенная и оба Шастуна это замечают. Оба молча садятся на диван и если Антон просто по нему растекается, Андрей упирается локтями в колени и отстранённо смотрит куда-то вперёд. Сидят они так пару минут точно. В полнейшей тишине, разве что где-то на фоне слышно, как капли виски одна за другой падают со стола на пол. — Она первая, кто не пытается заменить мне маму, — выдаёт Антон, думая, что его размышления насчёт мачехи могут положить начало диалога. — Прости, — говорит Андрей, понимая, что своими криками переходит черту. — Я просто хочу, чтобы ты стал самостоятельнее. Я не всегда буду рядом. — Но я нуждаюсь в тебе сейчас, — Антон сутулится. — А ты каждый раз делаешь вид, словно меня не существует. Понимаешь? Я потерял маму, а ты своим поведением заставляешь меня думать, будто я потерял обоих родителей.

х

Оксана как всегда зовёт ребят на вечеринку в самый последний момент. Просто потому что сама в самый последний момент о них вспоминает. И благо двое её друзей парни — им не нужно думать по полтора часа о том идти или не идти, а потом ещё полчаса раздумывать над тем, каким оттенком теней накрасить веки и в итоге говорить, что они никуда не идут. Антон даже спрашивает можно ли позвать ещё одного друга и Оксана соглашается, добавляя «чем больше, тем лучше».

Антон Пойдёшь со мной на вечеринку есть зефирки у костра?

Арс Когда?

Антон Сейчас.

Арс Окей, адрес? Арсению с двумя друзьями Антона общий язык удаётся найти невероятно быстро. Хватает пары зефирок и десяти минут у костра, чтобы Арсений тут же стал частью небольшой компашки. Эд даже уговаривает Арсения сыграть в камень-ножницы-бумага. — Антон, можно тебя на пару минут? — зовёт парня Оксана. — Да-да, сейчас, мне интересно, кто выиграет. — Спойлер: Арсений победит. Без вариантов. — Спасибо, подружка, что веришь в меня, — лыбится Эд, глядя на Оксану. — Тебе очень сильно не везёт в этой игре, — пожимает плечами Фролова, а сама нежно хватает Антона под локоть и отводит в сторону. Когда расстояние между ними и Эдом с Арсением становится безопасным настолько, что Оксана уверена, что никто кроме Антона её не услышит, она начинает говорить. — Это тот самый «здравствуйте, мы с вами вчера случайно не трахались»? — спрашивает она улыбаясь и скрещивая руки на груди. — Как ты поняла? — интересуется Антон, нахмурив брови. — Ты зефир ешь так, словно совратить его пытаешься. — Что?! Неправда, — по-детски протестует Антон, а потом шумно выдыхает и вмиг становится серьёзным. — Это странно? Оксана переводит взгляд с Арсения и Эда на Антона и какое-то время молча смотрит на него, боясь сказать что-то не так. Она понимает, что для Антона это важно, и понимает, что важно не налажать. — Эд недавно навернулся с дерева, а ты перебирал все номера изменяя последние две цифры и спрашивал людей о том, не с ними ли ты трахался, так что — нет, Антон, это совсем не странно. Антон несильно улыбается в ответ и Оксана легко ударяет его в плечо. — Чего ты раскис? Всё же классно. Всё слишком классно.

х

Арсений первый раз ночует у Антона в день посиделок у костра, которые почему-то назывались вечеринкой. Они даже включают кондиционер, а когда становится холодно, прячутся под одеялом, то ли забывая о том, что устройство можно выключить, то ли от нежелания его выключать. — Ты как кот, которого у меня никогда не было, — говорит Антон. — Кот? — удивляется Попов. — Я всегда хотел кота. — А бойфренда ты не хотел? — смеётся Арсений, делая особенный акцент на социальной роли. — А ты уже моим бойфрендом заделался? — смотрит на него Антон. — А ты против? — Арсений несильно вскидывает брови, продолжая обнимать Антона за плечи. — Нет. Но знаешь что, — Антон нависает над Арсением почти касаясь его губ своими, — бойфренд, — горячо выдыхает он, а потом негромко смеётся. — Я хочу пить. Тебе взять? — Да, водички, — улыбается Арсений, приподнимаясь на локтях. — С газом, без? Может, пепси, фанту или колу? — спрашивает Антон, в надежде, что Арсений разделит его любовь к сладким газировкам. — У тебя что, есть и пепси и кола? — удивляется Арсений. — В нескольких вариациях и ещё есть спрайт, если хочешь, — пожимает плечами Антон. — Возьми то же, что будешь сам, — этот вариант Попов считает самым подходящим. Антон на кухне помимо газировки в холодильнике, находит ещё и отца, который сидит с ноутбуком за барной стойкой. Шастун бросает взгляд на круглые часы, висящие на стене, и понимает, что время уже давно перевалило за двойку. В любом случае, отцу он не мешает, пролитого на документы виски было достаточно. — Тебя отвезти утром на отработку? — спрашивает Андрей не отрывая взгляд от экрана ноутбука. Антон достаёт из холодильника две бутылки пепси черри и оборачивается к отцу, вопросительно его рассматривая. — Арсению нужно будет на работу… — Я подвезу. — Хорошо, — кивает Антон. — Спасибо. Шастун возвращается в комнату ещё не до конца осознавая происходящее. Арсений эту перемену на лице Антона заметил моментально. Шастун ставит бутылки с напитком на прикроватную тумбочку, а сам падает в объятия Арсения и зарывается носом в шею. Он не думает, что всё происходящее реально. Думает, что до пробуждения остаётся всего пару минут и эти пару минут он хочет потратить на то, чтобы побыть в объятиях Арсения и задохнуться приятным запахом его геля для душа. И навсегда.