My Hot New Roommate

3 недели спустя.

За три недели, прошедшие с тех пор, как Лиса грациозно трахнула меня своим ртом, между нами стало меньше общения. Так продолжалось некоторое время, пока я не отлизала Лисе и наконец назвала ее "дорогая", что ей, видимо, не понравилось. Я почувствовала, как она напряглась, и когда она кончила дала повод уйти, а когда пришла, я уже спала. Мы также почти не разговариваем. Минус в том, что когда у нас что-то происходит, это не упоминается. Это и правда раздражает, но я не хочу говорить ничего об этом. Я была одна, в нашей комнате. Было уже за полночь, так что я выключила свет, практически упрашивая мои мозги заткнуться, чтобы я уснула. Вместо того, чтобы показать, что я не сплю, когда услышала шум у двери, я отвернулась к стене, делая вид, что уже давно уснула. — Так, тебе лучше быть тише, моя соседка возможно спит. С кем, твою мать, она разговаривает? Тогда я услышала хриплый смешок, мужской смешок. — Хорошо, но ничего не могу пообещать, когда мой член будет в тебе. Думаю, меня сейчас стошнит. Я немного повернулась, так, что теперь смотрю на них, с немного закрытыми глазами, чтобы они все еще думали, что я сплю. Я вижу, как Лиса ведет его к кровати, стягивая с него трусы, и падает на колени, беря его твердый член в руки. Я смотрю, как она ему отсасывает, и могу сказать по звукам, что он действительно наслаждается тем, что Лиса делает ее ртом, ртом, который я тренировала. К черту, его с его большим членом. Фу, очевидно, что он кончил, когда он пытается сдержать стон и вместо этого скулит как собака. Это так отвратительно видеть, как его член падает. Я вижу, как они сдвигаются, и парень падает, пока Лиса снимает ее футболку, как приглашение отлизать ей. У меня начинают течь, я не могу это остановить. Он начинает лизать ее мокрую, не такую мокрую, как когда она со мной, киску своим языком. Я смотрю, как он ей лижет, а она едва издает звуки. Не знаю, это из-за того, что она думает, что я сплю, или это просто не так приятно. Я слышу, как он для нее стонет, делает вещи, которые я бы ей говорила, спрашивает, приятно ли это или нет. Обычно Лиса была очень громкой, но сейчас она была тихой, едва кряхтя, она не говорит ни слова. Я издала звук, громкий. Лиса посмотрела на меня. Я знаю, она видит меня, знает, что я смотрю на нее, но по какой-то причине, кажется, это вдохновляет ее. Она хватает голову парня и грубо тянет ее к себе. Она не прерывала зрительного контакта со мной, бормоча, как ей хорошо, и как ей нравится его рот. Мне хотелось кричать, плакать и блевать, я не знала, что из этого выбрать. Я вижу, как она дает знать, что скоро кончит. Она снова смотрит на меня и кончает, заставляя парня слизать все, пока я смотрю. Слеза упала с моего глаза до того, как я смогла ее остановить, и Лиса видит, как я потянулась ее вытереть. Ее лицо смягчается, и она хмурится, абсолютно игнорируя парня, который стоит на коленях, спрашивающего, готова ли она к сексу. Потом Лиса просит парня встать, благодарит за веселую ночь и провожает его, чему я удивлена. — Прости. Она шепчет, когда я поворачиваюсь к ней спиной. Я не отвечаю ей. Я просто не могу. — Прости, Дженни... пожалуйста, повернись. Я не поворачиваюсь, я не могу. Я слышу, как она вздохнула и легла в кровать, пока я лежала и плакала.

***

Сказать, что все это не было странным, было бы преуменьшением. Я пыталась проводить все мое время где-то в других местах, приходя в общежитие только помыться и поспать. Лиса пытается поговорить со мной, но я просто игнорирую ее. Сегодня мне было уже некуда идти. Я пошла в нашу комнату, она сидела на полу и читала. Лиса выглядит грустной, но я не собираюсь спрашивать, почему. Она посмотрела на меня. — Привет, Дженни. Как ты? Я просто пожимаю плечами и иду в мою часть комнаты. — Ты вообще собираешься со мной разговаривать? Я извинилась. Я не знаю, что делать. — Ладно, — это все, что я сказала. Я собираю все мои вещи для душа и направляюсь в ванну, но остановилась, когда она схватила мою руку. Я резко отстранилась, и ее лицо выглядит так, будто я только что дала ей пощечину. — Дженни, прости, я прошу тебя. Поговори со мной, накричи на меня, ударь меня, если хочешь, но, пожалуйста, хватит игнорировать меня. Я просто смотрю на нее. Я хочу столько всего сказать, но не могу. Поэтому все, что я ей сказала: — Я не могу. Лиса выглядит так, будто сейчас заплачет, и это делает меня разбитой. Но потом я напоминаю себе, что она сделала, и не должна чувствовать себя разбитой. — Я сказала, прости. Правда, прости. Я не знаю, о чем я думала. Я была сбита с толку. Я не знаю, о чем я думала, но мне уже все равно. Пожалуйста, Дженни. Дай мне еще один шанс... пожалуйста. Я слышу ее голос и знаю, что где-то внутри для нее это было смутное признание, но неважно, что это было для меня, потому что этого недостаточно. — Я смотрю на тебя, Лиса, и вижу эту сцену как на повторе. Ты практически кинула мне тот факт, что я не единственная, кого ты хочешь. Поэтому просто дай мне уйти. Она хмурится и отворачивается. — Но ты та, кого я хочу... Это было тихое бормотание, которое я не должна была услышать, я думаю. Но я услышала, поэтому я просто решила проигнорировать это и выйти за дверь подальше от нее.