Время

Пробираясь по коридорам в полумраке Петра шла в столовую, чтобы заварить себе кружечку того отвратительного чая, который так напоминает прелую траву и продолжить ночное дежурство, это уж лучше чем ничего. Рал старалась контролировать каждый свой шаг, чтобы не создавать лишнего шума и не разбудить крепко спящих товарищей. Волнующееся от всякого малозаметного шороха, пламя свечи слабо освещало длинные старинные коридоры замка. Минуя арсенал и склад, Петра добралась до столовой, в которой остался легкий запах ужина, а именно постной картофельной похлёбки и черствого хлеба. С тихим скрипом девушка открыла дверь на кухню и осмотрела помещение. Ей раньше никогда не доводилось дежурить на кухне, так что она не знала где и что находится. Обшарив все шкафчики и полки, Петра не смогла найти ничего, что походило бы на чай. И тут взгляд пал на покоцанную дверь в конце комнаты. Размеренным шагом девушка подошла и дернула за резную ручку из темного (?) дерева, дверь слегка пошатнулась, но не открылась. Рал сделала возмущенное лицо и пробежалась взглядом по комнате в поисках ключа. С прибытием только выпустившихся кадетов повара стали волноваться о пропадающей провизии, которую ворует ненасытная новенькая по имени Саша Блаус. Еще раз обшарив все полки рыжая не обнаружила ни ключа, ни то, чем можно было бы открыть дверь без последствий. Петра разочарованно вздохнула и уже собиралась вернуться обратно на свой пост, как тут взгляд зацепился за поблёскивающую вещицу в деревянном ящике с мелкими клубнями картофеля. Вытаскивая по несколько штук, Рал добралась до маняще блестящей вещицы, коей оказался медный ключ с тонким шнурком. Поднявшись с коленей, янтарноглазая отряхнула руки и подошла к двери, просовывая в замочную скважину только что найденный ключ. Медленно повернув ключ, дверь с тихим звуком отворилась, пропуская рыжеволосую в узкий чулан доверху набитый джутовыми мешками и ящиками с провизией. Петра принялась за прощупывание мешков: тут картофель, тут лук, тут свекла, тут морковь, а тут крупа. Последний мешок, до которого дотронулась Рал, тихо зашуршал от ее касания, девушка поспешила его открыть и там оказались корявенькие «чайные» листья. Засыпав их в чайник, девушка двинулась на кухню, чтобы зачерпнуть немного воды из деревянной бочки. Петра с четвертого раза разожгла печь и поставила на нее покрытый копотью чайник, а сама прошла в обеденную зону, садясь за ближайший столик к кухне. Подперев голову руками, девушка начала коротать время за считыванием стульев и столов. Примерно на двадцать шестом глаза предательски начали закрываться, а голова опускалась все ниже и ниже. Не ясно сколько времени прошло с того момента как Петра задремала на сложенных руках, но чуткий слух солдата уловил тихий свист из приоткрытой двери. Подорвавшись как по команде, девушка широким шагом последовала на кухню, попутно разминая затекшую спину. Прихватив с собой чайник и металлическую кружку, Петра зашагала обратно на свой пост. Тихими шажками она взбиралась вверх по винтовой лестнице, держа путь в смотровую башню Легиона Разведки. Примерно на середине пути она услышала тихие шорохи с третьего этажа, где находились кабинеты командора Эрвина и капитана Леви. Замерев, как цапля на одной ноге, Петра плотно сжала зубы и навострила слух. Спустя несколько секунд звуки стихли, и снова воссоздалась кромешная тишина, нарушаемая лишь тихой трелью сверчков. Дойдя до своего поста, рыжеволосая поставила чайник и кружку на подоконник, принявшись передвигать лавку ближе к окну. Рал облокотилась на подоконник и вглядывалась мерцающие звезды. Взглядом она искала известные ей созвездия, о которых в далеком детстве ей рассказывала мать: лира, лисичка, большая и малая медведица, лебедь и орел. Сделав еще один глоток чая, Петра перевела взгляд на качающееся во мраке дерево и покинутое птицами гнездо на нем. Перед глазами сразу поплыли воспоминания о Хлорбе, о родном доме и об отце, который остался совсем один. Он до последнего не желал, чтобы его единственная дочь пошла в Легион Разведки и была съедена титанами на очередной вылазке за стены. Мистер Рал всеми силами старался уговорить Петру идти в гарнизон, как его брат, или в Лейб-гвардию, чтобы жить роскошно и безопасно за стеной Сина. Но сердце юной девушки жаждало свободы, она хотела познать мир за стенами, вылететь из этой каменной клетки и чтобы крылья Легиона распахнулись за ее спиной. Миновал кадетский корпус южного подразделения, второе место в десятке лучших и пламенная речь командора, от которой кровь кипела в жилах. По прибытию на базу Петра не могла дождаться сложных тренировок, но вместо них выпускники по несколько часов сидели в классных комнатах и изучали тактику строя дальнего обнаружения, разработанную многоуважаемым командором Эрвином. Казармы тоже оставляли желать лучшего: набитые соломой и покрытые пятнами неизвестного происхождения матрасы, скрипучие двухъярусные кровати из подгнивших досок, а скрашивало всю эту и так неприятную картину обилие различных насекомых. Оно и ясно: только единожды в год комнату оснащали липовым дымом, который потом еще несколько месяцев стоял в помещении убойным смрадом. Но выбирать не приходилось, уж лучше так, чем во сне стряхивать с себя прыгающих и кусающихся насекомых. Прошло два года с поступления в Легион Разведки. Петра не щадя себя бежала сквозь тернии к звездам: кромсала манекены титанов тонкими клинками, не жалела своих товарищей в рукопашном бою, сбивала костяшки рук о набитые песком мешки, наворачивала круги во круг штаба. И все для того чтобы добиться своей цели, а именно стать членом отряда специального назначения под личным командованием самого капитана Леви, который по слухам собираются сформировать. Спустя некоторое время это случилось… слухи не врали и весь этот месяц за солдат досконально изучали и подбирали на эту роль. Наконец! Наконец ее навыки заметили и оценили по достоинству! В казарму зашла смуглая девушка и передала, что некой Петре Рал нужно подойти завтра после утреннего построения в зал совещаний на втором этаже. В на лице рыжеволосой отразилась настоящая гамма эмоций: недоумение, восторг и испуг. Тогда она совсем не подозревала, что ее мечта исполнится уже завтра утром. Утреннее построение прошло в своей обычной манере и все солдаты трусцой побежали в столовую, дабы отхватить местечко поудобнее, да порцию пожирнее. А тем временем Рал нервно мялась перед дверью зала совещаний, не решаясь войти. Стук. Петра неуверенно выглядывает из дверного проема и на трясущихся ногах проходит в посещение, садясь за свободное место. Окидывая взглядом всех присутствующих, девушка заметила, что за длинным столом осталось всего три стула: один во главе стола, один справа от первого и еще один рядом с Петрой. Спустя несколько минут в кабинет тяжелым шагом вошел командор Эрвин, а за ним сильнейший воин человечества, от взгляда которого веяло арктической свежестью. Капитан обвел всех скептическим взглядом, от которого даже у самого бесстрашного человека волоски на шее встанут дыбом. Все сидящие за столом резко поднялись и отдали честь. Смит только успел открыть рот, для того чтобы начать как тут дверь распахивается с оглушительным ударом об стену, а с потолка посыпался мелкий мусор. Лицо капитана, перекошенное в гримасе отвращения запомнится на еще очень продолжительный срок. В дверном проеме стоял некто иной, как Оруо Бозард. Тот, кто лишил Петру первого места в списке лучших, тот, кто бесконечно отпускал несмешные шутки в сторону рыжеволосой. Рал постаралась подавить свой приступ гнева. Бозард тем временем уже отдал честь и вальяжно расселся на стуле рядом с Петрой, на что рыжая инстинктивно отодвинулась от него во избежание неприятной стычки. Капитан посмотрел на Бозарда испытывающим взглядом и как бы намекая: «подними свою задницу со стула и извинись, если не хочешь после тренировки наматывать шестьдесят кругов вокруг штаба, щегол». Встав со стула и коротко извинившись перед вышестоящими, Оруо присел обратно и потупил взгляд в стену. Главнокомандующий поприветствовал всех присутствующих и начал объяснять, зачем и для чего их позвали, тем самым официально подтвердив слухи. Все присутствующие солдаты, включая Петру, поразевали рты и вопросительным взглядом уставились на Эрвина. Так же им сказали, что у элитного отряда свой план тренировок и у каждого своя небольшая комната на втором этаже замка. Жаль, что не особое меню… Покинув зал совещаний, ребята шумно обсуждали свое новое положение в легионе и свои привилегии. Эрд, Гюнтер и Оруо отправились в казармы собирать свои вещи, а Петра в столовую, чтобы съесть остатки от недавнего завтрака. Рыжеволосая думала о том, что ей теперь предстоит и как в дальнейшем будут идти дела. Теперь перед ней стоит новая цель: полностью оправдать ожидания капитана и стать еще усерднее, чем раньше. Уже придя в столовую, Петра увидела пустующие, усыпанные крошками столы и…больше ничего. Заглянув на кухню и тоже не обнаружив то, чем можно перекусить и успокоить разыгравшийся голод. Рал обреченно вздохнула и тихо стуча сапогами, пошла в женский блок, собирать вещи. Открыв дверь только полученным ключом, Петра отметила про себя, что комната в очень хорошем состоянии: почти новая кровать, стул, шкаф, прикроватная тумбочка и письменный стол, хороший матрас и постельное белье бледного голубого цвета. Это ли не рай? Девушка развалилась на мягкой постели, которая охотно приняла ее в свои мягкие объятья и так и манила полежать часик другой. Но побороться с внезапно появившейся ленью рыжеволосая смогла и, раскрыв шкаф, принялась раскладывать свои вещи, которых было совсем немного: один повседневный сарафан, сорочка, сменная белая рубашка и потертые зеленые балетки. Ну и конечно предметы личной гигиены расположенные на самой верхней полке. Напоследок поправив воротник рубашки, Петра поспешила на обеденную тренировку, которая начнется через несколько минут. Она несколько раз успела споткнуться о свои же ноги и придя на тренировочную зону девушка увидела только Гюнтера, который стоял и пинал мелкие камушки. Рал поздоровалась с ним и обменялась впечатлением о новых апартаментах, но их разговор прервали подошедшие Оруо и Эрд, а за ними через минуту появился и сам капитан. Его техника и физическая подготовка завораживала, он не щадил никого, беспристрастно роняя всех на лопатки. Всего пара движений и ты уже лежишь в нокауте, лицом в землю и вывернутой за спину рукой. Капитан мог предсказать любое движение, будь то один человек или несколько. Это был потрясающий урок, и для себя Петра уже поняла, что ей еще стремиться и стремиться, капитана ей, конечно, не переплюнуть, но сравнятся с ним вполне возможно. День потихоньку уступил место вечеру, а с вечером пришла и ночь. Элитный отряд разошелся по своим комнатам с громким кряхтением. Плюхнувшись на кровать после душа, Петра раскидала свои мокрые рыжие волосы на подушке и, забыв потушить керосиновую лампу, отправилась в царство Морфея с приятной болью в теле. Пробуждение будет нелегким. Петра на секунду отвлеклась и глупо улыбнулась своим воспоминаниям, сделав глоток уже давно остывшего чая, продолжила пялиться в окно. Прошло еще какое-то время, на улице медленно светало, а девушка все клевала носом и совсем не следила за территорией базы. Краем уха Петра услышала тихие шаги в коридоре. Спустя секунды на лестничном пролете появился невысокий мужской силуэт. Капитан. Такого конечно она ожидать не могла и, подскочив на ноги, отдала честь. Леви в ответ кинул небрежное «вольно» и обвел взглядом помещение, остановив взгляд на чайнике с чашкой: — Как ты пьешь эту дрянь? — он испытывающим взглядом посмотрел на нее в ожидании ответа. А ведь и правда, любой нормальный человек, попробовавший эту бурду, сказал, что уж лучше заварить кипятком сено вперемешку с лошадиным навозом. — Выбирать не приходиться, сэр, — сказала Петра спустя несколько секунд молчания и, помедлив, добавила: — Это уж лучше чем ничего. В ответ капитан неоднозначно хмыкнул, но в его глазах мелькнула толика понимания: в то время когда он жил в Подземном Городе радостей было совсем мало, а точнее их совсем не было. И немного порадовать мог только этот отвратительный дешевый «чай», который придавал атмосферу ложной роскоши. Леви плавно развернулся и бесшумно последовал твердой походкой к выходу. Петра разочарованно вздохнула и продолжила смотреть в окно и тихо попивать холодный напиток. Прошло от силы минуты две, как тут раздались уже знакомые тихие шаги. Капитан вошел в комнату, открыв дверь ногой, а в руках у него были две хрупкие фарфоровые чашки с изысканным голубым узором. Он всунул одну чашку ей в руки и сел на лавку рядом с ней: — Но к-капитан…! — Рал хотела уже отнекиваться и сказать, что это слишком, но ее нагло перебили. — Пей. — Сказал капитан, отпивая немного чая. Петра посмотрела на чашку, пар из которой клубьями медленно поднимался в воздух и приятно обдавал лицо. Сделав небольшой глоток, девушка блаженно прикрыла глаза, наслаждаясь вкусом. Рыжеволосая медленно потягивала обжигающий напиток маленькими глотками, растягивая удовольствие. Капитан с неким умилением смотрел на Петру, которая попивала уже настоящий чай и немного улыбалась. Они сидели в кромешной тишине, нарушаемая лишь редким обменом фраз, но этого было достаточно. Находясь в приятной компании и слов не нужно, так ведь? Проходили часы, а солнце уже окончательно поднялось, обдавая ярким светом все вокруг. Капитан со своего места и, взяв чашки, коротко попрощался и последовал к выходу. Леви не успел даже выйти, как Петра его окликнула: — Капитан, я…! — девушка хотела уже начать говорить, но громкий звук колокола, который объявлял о подъеме, прервал ее. Спустя минуту оглушающий звон стих, уступая дорогу словам. — спасибо за чай и за хорошую компанию. — Пожалуйста. Взгляд отчаянно цеплялся за пропадающий силуэт капитана во тьме коридоров, а в мыслях была всего одна несказанная фраза. Петра уже порывалась побежать за ним, но неведомое чувство ее остановило. Не смогла.

***

— Пятьдесят седьмая экспедиция за стену, вперед!!!