Откройся мне

Все те же зелёные стены, и все та же решетка, за которой сидит отец. С того раза он не изменился. Его холодные голубые глаза как и прежде леденили душу. Другой бы на моем месте давно убежал сломя голову, но мне нужно знать, когда все это закончится. Уже не было страха, окутывающего с ног до головы. Осталась лишь неприязнь к этому человеку, с которым ее связывала кровь, такая ненавистная ей. — Давно не виделись, Алиса. Ужасно выглядишь, у тебя все нормально? — Наигранное беспокойство так и сквозит в его голосе. Он ведь даже не пытается скрыть свою неумелую актёрскую игру. Хотя она и правда плохо себя чувствовала. Ночью не смогла уснуть и заставила брата посмотреть с ней ужастики, ну чтобы наверняка не отключиться. Под глазами залегли синяки, глаза были красными, а кожа бледная, словно у мертвеца. Такими темпами старое прозвище вернётся. — К чему волнение, давай ближе к сути. Чего ты от меня хочешь? — Сходу начала она, присаживаясь на железный стул. Девушке уже порядком поднадоело это безумие, которое преследует ее. — От тебя мне ничего не нужно. Хотел задать пару вопросов. Не возражаешь? Естественно в ответ ты можешь задать свои. — На удивление теперь мужчина говорил серьезно, не осталось и тени на улыбку. Алиса ожидала подвоха. С самого начала ей казалось, что встреча закончится очередной проблемой. И сейчас, сидя перед сосредоточенным отцом, мозг так и бил тревогу. Но всё-таки она кивнула, и ожидала первого вопроса. — Ты проведала свою мать? — Положив руки, которые сковывали наручники, спросил он. И первым же ходом, отправил девушку в нокаут. Мало того, что Алиса до сих пор не отошла с прошлого раза, так он ещё и вопрос задал, добивающий моральное состояние до нуля. — По взгляду понятно, что проведала. Сейчас твоя ненависть ко мне возросла в два раза. Интересно, а Эмир знает? — Нет, не знает, надеюсь больше никому не будет известно. Это лишь моя проблема, не хочу грузить ею брата, у которого наконец началась нормальная жизнь. — Устало потирая виски, сказала она. Как не странно, но этот диалог походил на разговор дочери и отца, которые в конце концов нашли общий язык. — Теперь мой вопрос. Почему я, а не мой брат? Неужели ты меня больше любишь. — Ухмыляясь, вставила шутку девушка. — Ты очень похожа на свою мать. Такая же строптивая, как и она. А вот твой брат наверно напоминает меня. Особенно в моменты гнева. — Алиса затаила дыхание. В голове сразу возникла сцена их первой ссоры. Тогда она впервые испугалась своего брата, его взгляда, такого же холодного, как и тот, что сейчас перед ней. — В прошлый раз я сказал, ты следующая. И это не просто слова… — Что ты имеешь ввиду?! — Перебила его девушка, подрываясь со стула. Внезапно накатила волна страха, но не за себя. Она испугалась за брата, который может оказаться в опасности из-за этого психопата. — Меня выпустят по условно досрочному. Очень долго все объяснять. Но суд считает, что я более не нуждаюсь в полном отбывании своего срока. — По-любому ведь его знакомые из компании заплатили, подумала розововолосая. Но вслух сказать не смогла. Слова застряли в горле, а тело сковал ужас. У неё началась паника, из-за которой снова становилось трудно дышать. С детства у Лиски были проблемы со здоровьем. А именно дыхательная недостаточность. Из-за того, что во время родов, девушка родилась второй из двойни. Врачи полагали, что с возрастом это пройдёт, и оказались правы. Однако в восемь лет, отец заставил ее пойти на танцы, здесь и начались все проблемы. Пару лет нагрузки были небольшие, но потом Алиса всерьёз увлеклась этим. Ведь только там она забывала обо всем, об отце, о матери, о боли… Вообщем ее перевели в старшую группу, а там все стало в разы сложнее. Порой тренировки настолько изматывали, что она валялась без сил. Да, возможно вы скажете, что там может быть такого сложного? А вы попробуйте и узнаете. Однажды на конкурсе они выступали с танцем, в котором связали три вида. У Алисы закружилась голова и она упала в обморок. Достаточно немного волнения, ведь даже так дыхание уже становится частым. Их преподаватель тогда испытала настоящий страх, ведь она не так давно взялась за это дело, и это первый раз на ее опыте. После того случая, становилось только хуже. В конечном итоге в четырнадцать лет ей пришлось бросить этот вид спорта. Она не смогла пройти диспансеризацию, там все и выяснилось. Вернёмся в реальность, где девушка резко опустилась на стул и стала жадно вдыхать воздух. Но из-за паники она начинает задыхаться. Котов-старший смотрел на все это, как на обычное явление. У него не было жалости, зато оставалось присущее ему безразличие. — Успокойся. Смотри на меня. — Приказным тоном сказал он. — Сделай глубокий вдох. — И замолчал. Дочь так и сделала. Прошло секунд десять, — выдох. — Дыхание потихоньку восстанавливалось, но все также больно. — Зачем?! Зачем ты все это делаешь? — Она снова встала из-за стула и начала ходить по комнате, хватаясь то за голову, то размахивая руками. — Ты убил мою мать, избивал нас с Эмом несколько лет, которые не забыть даже если память стереть, ведь мое тело это сплошной шрам! И даже после всего этого ты продолжаешь портить нам жизнь. Скажи, мать твою, что тебе от нас нужно? — Истерика забрала место у штурвала. Алиса уставилась на своего отца и ждала его ответа. — Мне нужна только ты. — Продолжал он свою любимую песню. — Ты следующая. — На его лице снова появилась та безумная улыбка, от которой мурашки пошли по коже. Вот он — единственный человек, ставший кошмаром наяву. Алиса не могла больше слушать этот бред сумасшедшего. Ей было плохо, поэтому она поехала к Тёме. Ты следующая. Ты. Следующая. Всего два слова, а столько всего значат. Она не допустит того, чтобы отец увиделся с Эмом. Да, это глупо поступать так. Проще справиться с этим если тебя будут поддерживать и помогать, но она не хочет подвергать риску своих близких. Поэтому дальнейшие действия Котовой будут идти в разрез со всем. *** Вечер. Любимое время суток и любимое место. В заброшке ничего не изменилось с тех пор, как началась вся эта история. Лиска сидела как обычно на подоконнике и витала в своих мыслях, а вот в руках у неё была пачка сигарет. По дороге обратно Тема снова высадил ее возле парка. Девушка сразу направилась к магазину, чтобы купить зажигалку и сигареты. С той вечеринки она поняла одну вещь. Никотин помогает ей, правда отрицательное воздействие тоже есть. Но об этом она подумает потом. Сейчас есть только Алиса и гора проблем, в которых она тонет. Достав из упаковки одну штуку, она повертела ее в руках, думая стоит ли вообще все это того, чтобы гробить себя окончательно. Но откинув все мысли подальше, она подожгла сигарету и сделала первую затяжку. Назад дороги нет… — Ты что дура? — Из состояния полного отсутствия ее вывел голос Лебедева. Парень подошёл к ней и выхватил из рук никотиновую палочку, а затем выкинул в окно. Он смотрел в безразличное лицо Алисы, но надолго его не хватило. Как только она выдохнула облако дыма, парень психанул и ударил близ стоящий диван. — Я даже спрашивать не буду, зачем ты пришёл. Если будешь мне мешать, сама уйду. — Сказала она и достала новую сигарету. Проделав все тоже самое, перевела взгляд на одноклассника, ожидая реакции. И она последовала. — Моя очередь. Я даже спрашивать не буду, какое дерьмо случилось на этот раз, что ты решила начать курить. А теперь повторюсь, ты дура? — После этой реплики, девушка ухмыльнулась и кивнула, выдыхая очередное облако дыма. — Знаешь в чем отличие слов «хуёво» и «пиздец»? — В ответ на недоумевающий взгляд, она продолжила. — А в том, что первое ещё как-то можно исправить, а вот второе это уже конечная. Так вот. Это не дерьмо, а пиздец. — Закончила свои философские мысли Алиса. Только она поднесла сигарету к губам, как Макс ее выхватил и снова выбросил. — Сделаешь так ещё раз и я тебя ударю. В ее спокойном голосе и скучающем выражении лица не было и намёка на серьёзность этих слов. Но парень знал, что это не шутка. Однако он не стал ждать пока Котова достанет следующую палочку, а просто выкинул целую упаковку в окно. Алиса не заставила сомневаться в своих словах, а просто со всей силы ударила кулаком в живот парня. Но тот лишь что-то прохрипел и сел напротив неё. Ожидая услышать очередную историю приключений. — Его выпустят по УДО. — Тяжелый вздох со стороны друга заставил ее перевести скучающий взгляд с заката на парня. — Что скажешь? — Твой брат знает? — Если скажешь кому-то, то можешь рыть себе могилу. Я сама с этим всем разберусь. Макс засмеялся. Хотя возможно это не смех, а какая-то истерика. Алиса доводит его до лампочки своими выходками. И даже сейчас все кажется каким-то странным. А особенно то, что она сама со всем разберётся. Что за бред? Рядом с ним сидела красивая девушка, предыстория которой может показаться каким-то сериалом. Ее хрупкое тело покрыто множеством шрамов, а глаза хранят в себе столько боли и ненависти на весь этот мир, что хочется защитить ее от всего. Он не понимал как у неё получится справиться со всем дерьмом, что навалилось сразу, но точно знал, что поможет. — Не сомневаюсь в этом, Рапунцель. — Сказал Макс и потрепал ее по голове. Девушка внимательно изучала его лицо. Сначала просто смотрела в глаза, потому что ее всегда приковывал взгляд людей, которые смотрели на неё. Но сейчас она смотрела на лицо, где ещё месяц назад был синяк, и на губу, которую рассек Даня во время драки. Сама того не замечая, Алиса протянула руку к этой самой губе и провела по ней большим пальцем. Макс затаил дыхание. Все это было неправильным, но кому какое дело? Если она сама запуталась в себе и не понимает, чего хочет и кого. Он бы хотел, чтобы этот момент не заканчивался. Чтобы никакого Орлова не было. Но реальность ужасная штука. За пределами этого заброшенного дома были и Даня, и проблемы и Эм. Но сейчас были только они. И к черту все. Лиска поддалась вперёд и накрыла его губы своими, такими мягкими и податливыми. Он притянул ее ближе к себе, почти не оставляя между их телами расстояния. Его объятия были такими тёплыми, что хотелось остаться в них навсегда. Но всегда есть это гребаное «но». Она не хотела пользоваться им. Все было неправильно. Какой же дурой она себя чувствует. Отстранившись, девушка уткнулась носом в шею парня, согревая его своим дыханием. Сейчас она позволит быть себе слабой, а потом снова наденет маску безразличия и все будет как прежде. Слёзы медленно текли из глаз и моментально впитывались в чёрную ткань кофты Макса. Но ему было абсолютно плевать. На его губах до сих пор был вкус сигарет, что недавно улетели в окно…