Пчёлка Майя любит Ром

Глаза открывались неохотно. Тело давало сигналы, что валяется в неудобной позе и на холодном полу уже довольно продолжительное время. Чуткие уши не улавливали никаких звуков – похоже, его тушку закинули в какую-то комнату, поскольку улицей тут и не пахло. Зато пахло кое-чем другим… Сладким и до мурашек знакомым… Джером принял сидячее положение, сложив ноги по-турецки. Он втянул едва ощутимый аромат глубже и хищно облизнулся, так и не подняв веки. - Оооо… Я так долго тебя искал…- улыбка растянула и без того дикий оскал резаных губ еще шире, - Твой запах просто шикарный… Как хорошее вино, братишка… С годами только лучше, точно?.. Купаясь в предвкушении и волнами накатывающем желании, Валеска все-таки медленно открыл глаза. Чутье как всегда не подвело – он действительно находился в помещении. Небольшая комната, как полностью серая коробочка, без окон и дверей, обхватывала со всех сторон, заставляя приходить на ум что-то явно больничное. Рыжик непроизвольно поморщился от ассоциаций – докторов он не любил, как и сидеть взаперти, собственно. - Сооолнышко! – парень одним движением резко вскочил, уследив на стене нишу, - Я. Тебя. Таки. Нашел. Чеканя каждое слово, он плавно подобрался к маленькой камере, черной точкой свербящей, в этой чистой серости. Губы непрерывно растягивались и причмокивали в возбуждении. Ведь этот мелкий трусливый засранец точно сейчас за ним следит. Какая удача… - Ох, что же ты почувствуешь после стольких лет?..- Джером покружил по комнате в поисках хоть какого-то намека на выход и снова остановился напротив камеры, - Стольких лет, в течение которых я мог бы тебя непрерывно трахать!!! Камера располагалась выше уровня лица, так что, и голодный взгляд исподлобья, и дикий оскал, и фигуру в полный рост, зрителю на том конце должно было быть видно прекрасно. - Это не слишком вульгарно для тебя, братишка?..- рыжик облизнулся, смотря прямо в крохотную черную линзу, - Уверен, что да… Но уж прости, говорю, как есть… Именно трахать, золотце! Так, как тебе понравится… Как любит моя маленькая извращенная принцесса… - Ммм…- сильнее всего пахло у камеры, видимо этот ссыкливый паршивец даже его не касался сам, - У тебя течка скоро… Запах будет еще великолепнее… Валеска потерся носом о стену, утробно рыча и протяжно вдыхая аромат молочного шоколада. - Как же ты справился с моим запахом?.. В детстве он на тебя действовал как парализатор… Парень усмехнулся, вспоминая первые проблески их полового созревания. Сам Джером весьма рано начал проявлять свою сущность альфы. Лет в девять он уже определенно стал формироваться как будущий самец, быстро заимел свой неповторимый запах и принялся оттачивать навыки соблазнения на знакомых омегах. Притом, что обычно второй пол у всех проявляется не раньше десяти лет, старший из близнецов и тут оказался первым. Второй же, очевидно, спокойно ждал своего десятилетия, совершенно не сомневаясь в будущем поле. Близнецы всегда оказываются однополыми, так что Джеремайа по всем признакам ну никак не мог оказаться… - Оооо… помнишь наш первый поцелуй, золотко?.. Усмехаясь, Валеска снова присел на пол, не сводя глаз с камеры. Этот засранец никак не мог не выжечь этот момент каленым железом на своей нежной памяти. Он явно доводил себя до ручки этим воспоминанием. До нервного срыва или, возможно, до оргазма… «В ту ночь Джером вернулся поздно. Мать как всегда наорала на него, срываясь за свою дерьмовую жизнь. Но фразы о его никчемности и даже хлесткая затрещина от пьяного дяди, никак не могли сегодня испортить настроение довольного собой мальчишки. Пальцы сжимались и разжимались, но не от гнева, как обычно. Руки до сих пор горели от прикосновений к аппетитной омеге. О, он касался этой девчонки повсюду, пока губы непрерывно терзали ее нежные пухлые губки. Стройное тело было неожиданно фигуристым для тринадцатилетней, небольшая грудь уже оформленными бугорками ложилась в жадные ладони, вырывая сладкие стоны и усиливая запах обоих. Феромоны давили на сущность, вынуждая идти до конца, но, когда наглые руки нырнули в кружевные трусики, омежка испуганно отскочила. Тогда, под горящим зеленым взглядом быстро взяв себя в руки, она кокетливо пообещала продолжение чуть позже. Ограничивая рыжика довольно годным минетом. До сих пор витая в приятной посторгазменной неге, Валеска вплыл в маленькую спальню, которую они с братом делили на двоих. Бухнувшись на свою узкую койку, он с улыбкой перевел взгляд на кровать Джеремайи. Этому задроту явно и не снились подобные любовные приключения… Даже после формирования… Из мыслей вырвал странный запах, тонкой струйкой вьющийся в небольшом пространстве. Нос втянул умопомрачительный аромат чего-то сладкого, и мальчик досадливо поморщился. Опять его брату купили вкусненькое, напрочь забивая на второго ребенка. Джером недовольно подскочил с постели, раздраженно сдирая куртку и кидая прямо на пол. Пусть этот чистюля завтра сам прибирает. О, он любил наблюдать за чужими вскинутыми бровками, которые от негодования взлетали выше его дурацких очков. Пусть расплачивается за свои жалкие попытки выпендриться перед семьей и унизить старшего брата. Открыв окно, рыжик с удовольствием проследил как спящая на другой кровати фигура поежилась от ночного холода. Этот мелкий засранец еще получит завтра сладкой жизни… Сладкой… Настойчивый запах почему-то не собирался выветриваться, раздражая еще больше. «Вот паршивец...» Валеска подошел вплотную к кровати брата, грозно нависая сверху. Тонкая фигурка ежилась под коротким одеялом, бессильно пытаясь согреться. Очки покоились на тумбочке, так что беззащитное без них лицо трогательно морщилось, вскидывая бровки и что-то тихо шепча во сне. Пришлось даже наклониться, чтобы различить едва слышные стоны… И кое-что еще… Тот же самый запах резко ударил по обонятельным рецепторам, чуть не выбивая почву из-под ног. Рыжик покачнулся от неожиданности, опираясь дрожащими руками о постель и замирая лицом аккурат над чужим. Теперь, на сравнительно близком расстоянии, он ясно почувствовал, как тело под ним горит в лихорадке. И, если бы не запах, он бы точно решил, что братишка снова простудился. Он бы со злостью думал, что мелкий засранец опять пытается привлечь к себе внимание. Но причина явно была в другом… Невозможно… Джером недоверчиво наклонился ниже, беззастенчиво проводя носом по чужой горячей щеке. Господи, аромат точно исходил от него… Проведя по челюсти и тяжело дыша, Валеска подсунул нос за острое ушко, задыхаясь от осознания. От самой ароматной околоушной железы, только оформившиеся феромоны исходили интенсивнее всего, буквально руша любые разумные конструкции в голове молодого альфы… - Ох…- Джеремайя вздрогнул от странной непривычной тяжести, спросонья не осознавая кто он и где находится,- Что?.. Постепенно привыкая к темноте, расфокусированный взгляд выхватил знакомую фигуру. Но в не особо знакомой ситуации. - Дже…Джером?..- тело брата нависало сверху, сильно придавливая к кровати и лишая возможности двигаться,- Что ты… что ты делаешь?.. Совершенно игнорируя обращение к нему, старший Валеска наклонился к испуганно дернувшемуся от него лицу и прижался губами к тонкой шее. Его близнец вздрогнул всем телом, пытаясь отодвинуться и непонимающе мотая головой. Джером всегда был странным и непредсказуемым, но это меркло в сравнении с шершавым языком, сейчас скользящим по светлой коже. Мысли скакали бешеным хороводом, никак не желая выдавать адекватное объяснение происходящему безумию. - Отпусти! – он снова задергался, проверяя чужую хватку на прочность и краем сознания с ужасом ощущая скольжение рук где-то в области бедер,- Ты совсем с ума сошел?!! Как под гипнозом Джером провел ладонями по чужим изгибам, отчаянно жалея о наличии одеяла. Между ног наливалась знакомая тяжесть, нависая аккурат над промежностью брата. Он слегка согнул колени, проходясь вставшим членом по жесткой ткани и заставляя младшего чуть-ли не визжать как девчонка в первую брачную ночь. - Господи, отпусти!!!- Джеремайя отпрянул в сторону, вдавливаясь в жесткий матрас еще больше,- Пожалуйста, Джером!!! Язык нагло прошелся по подбородку и скользнул за ухо. Все тело пробило током от усилившегося из-за стресса запаха. Нет, это определенно не конфеты… Что же… Шоколад?.. - Джером… Возбуждение пробило еще раз. Последний возглас «жертвы» прорвал пелену желания, ввинчиваясь прямо в отключившийся мозг. Не возмущение… Поймав наконец чужой запах, Джеремайя задохнулся от ужаса и смущения. Он никогда не нюхал брата, он же не извращенец какой-нибудь. Но временами и до него долетали отголоски запаха. Определить источник не составляло труда, ведь подобный напиток у них в доме никто не пил… А аромат его младший Валеска очень любил… Вот же парадокс… Полностью нырнув в сокрушительно сильный запах возбужденного альфы, он без движения замер, глупо хлопая глазами и тяжело дыша. Крепкий кофе кружил голову, парализуя и еще больше повышая температуру тела. Новообретенная сущность опустила голову, подчиняясь самцу сверху. Тело прогнулось в приглашении, голова медленно повернулась в сторону, открывая шею в беззащитном подчинении. - О, неожиданно…- Джером оторвался от аппетитной кожи, с удивлением всматриваясь в чужое лицо. В потемневших глазах брата плескался ужас и страх перед ним. Такие эмоции от него были частым событием, но впервые они были столь интенсивными и замешанными на гормонах. Тело дрожало, но попыток вырваться он больше не предпринимал. Тяжелое дыхание и расширенные зрачки делало миловидное личико под ним совершенно непохожим на обычно спокойное лицо. Не выдержав, Джером снова наклонился, потираясь носом о бархатную щеку. Рыжик под ним сжался от страха и странно кольнувшего удовольствия. Тихо усмехнувшись и обдавая кожу горячим дыханием, старший близнец коснулся ее губами. Легкие поцелуи покрыли изящную челюсть, щеки, скулы, коснулись лба и вернулись на остренький подбородок. Джеремайя истерично дышал, резко двигая грудной клеткой и силясь закричать. Только вот голос не слушался, пытаясь выдать стоны вместо зова о помощи. Поэтому парень просто молчал, усиленно пытаясь не рехнуться окончательно от горячих ощущений вверху и внизу. Казалось, что Джером находится везде, обволакивая со всех сторон своим телом и запахом. Губы наконец накрыли другие, такие похожие друг на друга, вырывая из обоих прерывистые вздохи. Альфа глухо зарычал, раздвигая плотную линию дрожащих губ и врываясь в рот, сталкиваясь языком с чужим и широко облизывая верхнее небо. Джеремайя задохнулся и тихо заскулил, подставляясь под его напор. Этот поцелуй вышел его первым и сравнивать было не с чем, но почему-то он был уверен, что брат целуется отменно. Разум где-то глубоко внутри отчаянно кричал о море причин сопротивляться, но тело таяло от первого гормонального взрыва.» - Это же был твой первый поцелуй…- Джером задумчиво провел по своим губам, вспоминая нежный девственный ротик, - Уверен, что тебе понравилось… Уж стонал ты натурально… Рыжик развел длинные ноги в стороны и коварно вернулся взглядом к камере. Ох, значит этот извращенец хочет представление?.. - Жаль, что нас прервали тогда… Эта ночь могла бы стать незабываемой для тебя… - Валеска провел рукой в перчатке между ног и тихо захохотал, - Наша шлюховатая мамаша просто не могла не подложить свинью в очередной раз! Он засмеялся громче, вспоминая как они всем цирком вытягивали из-под него так и неудавшуюся «добычу». Дорвавшегося до омеги альфу сложно было вообще сдержать, а тем более не всегда адекватного Джерома. Вот надо ж было ей не вовремя зайти… Тогда, еще спустя пару подобных течек и непрерывного домогательства, брата увезли в неизвестном направлении. - У тебя же скоро течка, ммм?..- рыжик мечтательно облизнулся и закатил глаза,- Можешь не отвечать, я итак чувствую… Вовремя же я тебя нашел… А то скоро старой девой останешься, золотко! Небось не подпускаешь к себе никого, а… Трусливая маленькая омежка… Страдаешь в одиночку, вместо того, чтобы уже наконец оседлать чей-нибудь крепкий член… Джером любил грязные разговорчики. Особенно ему нравилось, как братец сейчас определенно точно морщится, ведь его высокопарный слух просто не имеет права нормально воспринимать подобное кощунство. И никогда не мог. - Собственно говоря, крепкий член я с собой прихватил…- пальцы уверенно вжикнули молнией, беззастенчиво вываливая на свет уже вставшую плоть,- Ничего размерчик, а?.. О, я знаю, что ты там слюнями подавился… Уже представил его внутри?.. Валеска победно усмехнулся, сжимая слишком быстро твердеющий орган. Пришлось встать для лучшего ракурса, помахивая членом, как оружием - параллель, повеселившая его обладателя еще больше. Пальцы прошлись по всей длине, сжимая головку, коснулись мошонки и сложились в кулак, пропуская внутрь нетерпеливую плоть. - Хм, думаю ты еще не готов на что-то вроде минета…- рука была не самым желанным сейчас источником удовлетворения, но Джером все-равно собирался показать это своему невинному зрителю,- Скорее всего ты будешь бревном, хнычущим и умоляющим отпустить… Слышал, что слезы лучшая смазка, а, золотко?.. Ну да ты еще тот больной извращенец… Оооо, тебе однозначно понравится… Еще сам будешь задницу подставлять… Тихое рычание прокатилось внутри и ярко вырвалось наружу. Черт, от одних мыслей о подобном он и сам готов был кончить. Как сопливый юнец, ей богу! Парень принюхался, окутывая себя остатками чужого аромата. Однозначно, этот гаденыш на грани и скоро ему снесет голову от гормонов… - Зная твою сентиментальность, ты бы предпочел смотреть в лицо, я полагаю…- фрикции становились все интенсивнее, темные глаза непрерывно сверлили камеру, - Но точно не в моё, да?.. Ооо, мы сможем сделать это по-другому… Я бы взял тебя сзади… Однозначно сзади, да… А потом так и быть, можешь сесть сверху и делать, что вздумается… Заслышав снаружи суетливые шаги уже не таких уж и желанных приспешников, Джером разочарованно вздохнул, с сожалением убирая член в штаны. Он любил так делать – в том была некая мука и удовольствие. Недооргазм, когда все тело от макушки до кончиков пальцев сладостно ноет, концентрируясь на торчащем стволе. К тому же Валеска представлял, ЧТО сейчас испытывает братец, так что разрядке он рьяно предпочел побыстрее выбраться отсюда и добраться наконец до вожделенного тела. - Пожалуй кончу в тебя, золотко…- рыжик стянул перчатку и накрыл уже ставшую родной камеру,- Скоро буду… ***********