Обладатель

Не к месту Снейп вспомнил о том, как будучи студентами, он и Люциус пробирались ночью в Запретную секцию библиотеки Хогвартса, чтобы почитать о Темной Магии. Молодой Северус опасался нарушать внутренние правила школы, а чертов староста Слизерина в лице Малфоя-старшего собственноручно подталкивал его к этому. Он всегда был таким, при всех своих аристократических повадках, склонял Северуса к различным непотребствам. Казалось бы, с тех пор ничего не изменилось. Он только что вышел из тюрьмы и всем своим телом вжимал профессора Снейпа в постель, щекоча своей густой щетиной его кожу и жарко целуя в шею. Северус не мог даже точно осознать, что именно происходит, и когда именно Малфой-старший переместился с ним на плоскую поверхность и так нагло раздвинул ему ноги. — Черт, Люциус, — невозмутимый тон Снейпа подводил его, от жарких прикосновений другого мужчины он невольно пытался отодвинуться и избежать их, но Люциус был требователен и настырен. Солоновато-морской запах окутывал Северуса, не зная, куда деть руки, он с силой сжимал в пальцах бархатный плед, которым была покрыта кровать. Люциус испытывал душевное торжество. Вечно облаченный в строгую черную одежду, Снейп находился под ним в такой непривычной позе, что даже его полное бездействие заводило. — Малфой, — предупреждающе повторил Северус, когда чужие руки легли на его крепкие бедра. Взгляд серых глаз Люциуса пробирал его насквозь. — Я остановлюсь, если ты попросишь, — спокойно сказал он, и Северус напряженно стиснул зубы. — Остановись, — прошипел он, и Люциус мгновенно освободил его из-под своего веса и с тяжелым вздохом откинулся на спину рядом. Снейп все еще остервенело смотрел куда-то перед собой, пытаясь осознать, что это было. Одернув на себе сбившийся плащ, Северус повернул к нему голову. — Ты адекватен? — Абсолютно, — ответил Люциус, унимая собственное возбуждение. Было нелепо рассчитывать на то, что Снейп ему позволит все и сразу. Теперь они просто лежали рядом на постели. Северус пребывал в некотором шоке. — Тогда что ты творишь? — приглушенно выдал он, убирая выбившиеся пряди волос с лица. — Просто очень рад тебя видеть, — усмехнулся Люциус, перевернувшись набок и, пристально глядя на Северуса, подпер рукой голову. — Думал о тебе. Пока сидел в Сиартеке. — Сиартеке? — словно пропустив все остальные слова мимо ушей, Снейп вопросительно поднял бровь. — Ирландская магическая тюрьма. Примерно тот же круг ада, что и Азкабан. Они говорили тихо, словно их могли услышать в любой момент, и в этом была некая интимность. Снейп упорно пытался избавиться от ощущения теплых следов чужих губ на шее и отрезвиться от того, что только что происходило. — В Азкабане мне поставили номерной знак на шее. В Сиартеке на руке. Взгляд Снейпа упал на его кисть, где действительно были крупные черные цифры, безбожно сделанные на таком видном месте. Северус поджал губы. — Я не мог забрать тебя. — Я знаю, — спокойно ответил Люциус. — Как тебе удалось сбежать? — Снейп, вернув себе мрачное выражение лица, холодно взглянул в серые глаза Малфоя. — Всех заключенных из Англии начали готовить к переводу обратно в Азкабан. Я воспользовался этим шансом. И не один я, — усмехнулся Люциус. — Многим удалось сбежать. Малфой казался напряженным. Северус, поджав губы, уточнил: — И? — Скоро в Англию прибудет целый отряд Мракоборцев со всего мира, — тихо и отчетливо сказал Люциус. Эта фраза заставила Снейпа остолбенеть и, приподнявшись на локтях, сесть на кровати: — Что? — Именно так, Северус. Они намерены освободить всю Британию. Снейп смотрел на Малфоя немигающим взглядом, осознавая его слова. Мракоборцы со всего мира объединяются против захваченной Пожирателями Смерти Англии? И Люциус так спокойно об этом говорит? — Тебя это никак не затрагивает, Люциус? — холодно спросил Снейп. Малфой придвинулся к нему ближе, заставив напрячься всем телом. — Я только что вышел из Сиартека, Северус. Единственное, что меня волнует, — губы его приблизились к самому уху Снейпа, и тот механически уперся локтем в чужую грудь, — ты. — Так, хватит, — категорически оборвал его Снейп, отстраняя от себя Малфоя. Наперекор его вожделеющему взгляду, Северус строго сдвинул брови и напомнил. — Твой сын спит этажом выше. После этого он поднялся с кровати на ноги и еще раз поправил на себе плащ. В голову дал легкий жар. Чертов Люциус. — Ты должен рассказать обо всем Темному Лорду, — мрачно сказал Северус. — О том, что у нас с тобой не заходит дальше поцелуев? — О том, что скоро нужно будет позаботиться о Мракоборцах, а не о построении лагерей для маглорожденных. — Я видел эти лагеря, — вдруг сказал Малфой, изменившись в лице. — Обыкновенные лагеря смерти. Убивают всех, кто не в состоянии работать. Трупы повсюду. Снейп напряженно поджал губы. Массовые убийства маглорожденных. Он искренне рассчитывал на то, что этого можно будет избежать. Люциус пристально проследил за его поникшим видом. — Это закончится, Северус. Сразу же, как только Мракоборцы оккупируют Англию. — А что будем делать мы? — прохрипел Снейп и неспокойно прошелся по спальне взад-вперед. — Сядем в Азкабан? Я не согласен на это. — Официально я все еще отбываю срок, — спокойно ответил Малфой, наблюдая за ним с постели. — Меня никто не посадит. Тебя я ни за что не дам посадить. — А Поттер? — Его судьба намного плачевнее нашей. Северус с подозрением прищурил глаза. Он ни за что не даст посадить шестнадцатилетнего Поттера за решетку. Словно поняв цепочку его мыслей, Малфой-старший устало вздохнул: — Перестань защищать Поттера. Он больше не играет никакой роли. — Поттер — ребенок. Ровесник Драко. Ты бы не дал посадить своего сына в Азкабан, не так ли, Люциус? Малфой посмотрел на Северуса долгим и уставшим взглядом, напоминающим вид побитой собаки. Только Северус видел главу семейства Малфоев в таком обличии. — Ты вечно меня осуждаешь, Северус. — Это не так. — Тогда снимай с себя чертову мантию и иди в мои объятия, — с самодовольным вызовом сказал Люциус. Северус криво усмехнулся, глядя на него. По всеобщему мнению, Люциус Малфой представлял из себя статный и надменный образ, выражающий презрение в сторону каждого, кроме своего Господина. Но в отношении Снейпа Люциус вел себя однозначно и примитивно. Снейп поймал себя на мысли о том, что он был рад видеть Малфоя и терпеть его каждое сальное предложение, как в первый раз. Подойдя ближе, Северус склонился над Малфоем, смотря ему в лицо прямым темным взглядом. — Может, если ты побреешься, — его длинный палец невесомо прошелся по линии челюсти Люциуса, влюбленно смотрящего в его лицо, — то я подумаю над твоим предложением.

***

Не прошло и недели, когда через британскую границу перешли армии Мракоборцев. Захваченная темными силами Англия выла со всех сторон — в каждом городе маглорожденных вырезали целыми семьями, тех, кто был способен и приучен к грязному труду, отправляли в специализированные лагеря. Количество Пожирателей Смерти росло с каждым днем. Но даже если бы все население Англии обратилось в соратников Темного Лорда, то этого было мало. Тревожным звонком было то, что лагерь на западе Уэльса в Фишгарде был освобожден Мракоборцами. Всех находившихся там Пожирателей убивали, задерживали тех, кто сдавался своевольно. Подоспевших авроров было слишком много, все они были вооружены и подготовлены к нападению. Пожиратели бежали в Лондон. После погрома в Уэльсе они неизбежно попадали в пламя ярости своего Господина. Волан-де-Морт рвал и метал, он был готов поубивать всех дезертиров, и его следующим приказом было немедленно убивать всех, кто посмел покинуть лагерь в Фишгарде. — Мой Господин, Мракоборцы неминуемо дойдут до Лондона, — преклонив голову, вещал Люциус. Волан-де-Морт был непоколебим. Он надменно смотрел на Малфоя сверху вниз. — Они будут убивать всех на своем пути, чтобы освободить выживших грязнокровок. — В таком случае, мой скользкий друг, в Лондоне их встречу я лично, — холодно прервал его Волан-де-Морт. — И на этом их бессмысленные терзания закончатся. Со стороны за их диалогом молча наблюдал Северус. Но немая роль его длилась недолго, и он тут же вмешался. — Мой Лорд, — не повышая тона, начал он, — ваши люди погибают. Сейчас правильным решением будет отдать лагеря Мракоборцам. Мы можем начать мирные переговоры. — Мирные переговоры, Северус? — насмешливо процедил Темный Лорд, подходя к Снейпу вплотную. Люциус напряженно следил за его перемещением. — Ты хочешь убедить меня пойти на мирные переговоры? — Я считаю, что в этом есть смысл. Малфой переводил взгляд с одного на другого. — Я скажу тебе, в чем есть смысл. В массовом истреблении нечистокровных. Если вы оба уверены в том, что Мракоборцы все же дойдут до Лондона… — спокойно рассуждал Волан-де-Морт. — То я отдам приказ очистить лагеря. Снейп остолбенел. Взгляд его немного помутнел. — Очистить, мой Господин? — осторожно уточнил он. — Убить. Их всех. Люциус знал о том, что приказ убить тысячи человек осуществится молниеносно. Так же он знал о том, как это повлияет на такого благородного и честолюбивого человека, как Северус. Человека, который всегда брал на себя ответственность за жизни всех вокруг. Когда их Лорд удалился, Северус был бледнее смерти. Он ходил из стороны в сторону, охваченный судорожными размышлениями. Люциус сидел за столом, гладко выбритый, и молча трепал высокий воротник своего камзола. — Северус… — ..Молчи, — мгновенно прервал его Снейп. — Ни слова. Он взвешивал варианты событий, пытался принять решения. Он все хотел сделать в одиночку, и одним из его планов было убрать с дороги как Темного Лорда, так и Гарри Поттера в лице его неотъемлемого приспешника. Ребенка. Снейп сам пытался одернуть себя от этой мысли, ведь Поттер не был виноват в том, что попал под влияние сильного темного мага, который строил за собой сотни и тысячи верных последователей. Заслуживал ли Поттер смерти? Снейп молча опустился на стул рядом с Люциусом, задумчиво глядя куда-то перед собой. — Я не знаю, что нужно делать, — сухо сказал он. Малфой-старший глубоко вздохнул, вздернув подбородок. Рядом со Снейпом он точно не был великим стратегом, у которого есть решение. — Подожди… — Снейп, нащупав верный путь, вдруг обратил свой взгляд на Люциуса. — Есть же Поттер. Люциус смотрел в его глаза в ожидании того, когда он разъяснит собственные слова. — Поттер может попробовать убедить его. Внушить ему чувство опасности, дать понять, что нет другого выхода. Заставить его отступить. — Поттер? — с сомнением прищурил глаза Люциус. — Я сомневаюсь, что они настолько близки. Снейп запоздало вспомнил о том, что все это время Малфой-старший провел в Азкабане, что он не видел даже торжественного разгрома Министерства. — Уверяю тебя, что их близость поразительна и уникальна, — скептически ответил Снейп. — Настолько, что Темный Лорд преподнес Поттеру птенца феникса в качестве новогоднего подарка. Брови Люциуса медленно поползли на лоб. — Очаровательно, — без каких-либо эмоций прокомментировал он. — Тебе тоже достать птенца феникса, дорогой? — Нет уж, уволь, — отказал Северус. — Я говорю о том, что Поттер может быть нашим единственным шансом. «Нашим» — Люциусу было даже лестно слышать о том, как быстро он вступил в отряд сопротивления, состоявшего из одного единственного человека, Северуса. Но Малфой был готов идти за ним куда угодно. — В таком случае, нужно убедить Поттера, — подтвердил Люциус. Северус тут же начал вклинивать свои пессимистические взгляды. — Этот мальчишка не просто упрям и заносчив, Люциус, он по уши влюблен в Темного Лорда, и заставить его согласиться будет непросто. — Расслабься, Северус, мы ведь будем действовать во благо него и его семидесятилетнего любовника. — С недавних пор он не доверяет мне. — С каких? Северус сосредоточенно поджал губы. — Я поднял на него руку, — сердито сказал он. Люциус усмехнулся, и ухмылка эта была весьма игривая. — Я же говорил, что у тебя очень специфические методы преподавания, профессор, — ласково произнес Малфой. Его слова не облегчили тяжелую ношу Снейпа. Люциус неторопливо снял со своей правой руки перчатку из черной кожи и галантно протянул ладонь Северусу. Тот вопросительно взглянул на нее и на самого хозяина особняка. — Позволь мне помочь тебе в этот раз, — спокойно сказал Люциус, глядя в его глаза. Снейп, чувствуя себя абсолютно неудобно, молча положил свою руку на его ладонь. В следующую секунду Малфой-старший, не отрывая от профессора проникновенного взгляда, притянул его кисть к своему лицу и невесомо коснулся ее губами. Снейп остолбенел, чувствуя абсолютно спонтанное и неуместное смущение от этого поцелуя. Мысленно он молился о том, чтобы оно не отпечаталось на его лице. — Я позволю.

***

Крошечный, такой неуклюжий феникс Том уже уверенно держался на ногах. Передвигаться у него еще не получалось, но он научился спонтанно исчезать и тут же появляться в нескольких метрах от исходной точки. Эти крошечные перемещения сопровождались вспышками яркого пламени, и Гарри боялся, что таким образом он может устроить в особняке Малфоев пожар. Поэтому Гарри принял решение периодически выводить его на улицу. Холода птенца совершенно не пугали, несмотря на его тонкое красное оперение, он с удовольствием зарывался в самые глубокие сугробы. — Слезы феникса — это невероятно ходовой товар, — заявил Драко, составляющий компанию Гарри во время прогулок с птицей. — Немного мучений малыша Тома, и галлеоны летят в карман как грибной дождь. — Ты серьезно хочешь выдавить слезы из птенца? — возмутился Поттер, помогая Тому прорывать себе путь через слой снега. — Посмотри на него! К Тому Малфой относился весьма скептически. — Да я видел его уже сотню раз. В тебе нет никакой предпринимательской жилы, Поттер. — Я вырву твою чертову предпринимательскую жилу, если ты пальцем прикоснешься к Тому, — пообещал Гарри. На улице стоял мороз, и он плотно натягивал шапку на уши. Малфой был более устойчив к погоде и даже не обращал внимания на холод. — Если бы у меня был феникс, я бы назвал его Альмандин, — задумчиво сказал Драко. — Это очень яркий красный гранат. Тонкие перья Тома у самых корней были огненно-рыжей расцветки, ближе к концу они становились кроваво-красными. Смотря на то, как они переливаются на свету, Гарри ответил: — Да, здорово. Снежинки попадали на его очки, и Гарри механически протирал их ладонью. — У него может быть два имени. Томас Альмандин, — солидно озвучил он. Драко хохотнул. — Слишком много суеты для такой крошечной птахи… И я сказал, что это я бы так назвал феникса, если бы он у меня был. Ты только что нагло использовал мою идею. — Да мне вообще плевать, Драко. Попроси своего отца достать тебе феникса. Зачем ты мне все это говоришь? — Да я шучу, Поттер. Гарри сидел на корточках, наблюдая за тем, как птенец пытается неуклюже переставлять лапы. Нормально шагать у него не выходило, он отвлекался на то, чтобы внезапно встрепенуться и смахнуть с перышек снег. Малфой опустился рядом с Поттером, тоже наблюдая за этой картиной. Когда малыш Том все же сделал свой грандиозный шаг и при этом чуть не шлепнулся, издав тонкий писк, и Малфой, и Поттер одновременно умилительно хохотнули. — Какой смешной маленький уродец, — очарованно сказал Драко, и Гарри, до этого расплывающийся в улыбке, уже был готов плюнуть ему в лицо. — Я уверен, что твой отец так говорит о тебе, — ядовито отозвался Поттер. — А твой отец вообще никак о тебе не отзывается, — тут же злобно прищурился Драко. Встретившись с остервенелым взглядом Гарри, он тут же добавил. — Ладно, извини. — Да черт с тобой. Давай отнесем его в дом. Гарри аккуратно сгреб птенца в охапку и поднялся на ноги. Они направились обратно в особняк. Драко продолжал давить ему на нервы: — Теоретически, если вдруг твой мелкий пустит слезы абсолютно своевольно, я могу собрать их в отдельную емкость? — Если ты сделаешь какую-то гадость, то ты свои слезы будешь собирать в емкость, — сердито ответил Гарри и замер, когда на их пути возникли две высокие мужские фигуры: профессор Снейп и отец Драко. Им явно было что-то нужно. — Драко, иди в дом, — холодно сказал Люциус. Драко, испытывающий к отцу страх, граничащий с уважением, без лишних вопросов оставил Гарри и последовал в особняк, но с опасением оглядывался назад. — Нам нужно серьезно потолковать с тобой, Поттер. Гарри, держащий в руках птенца, напряженно перевел взгляд с одного на другого. Почему-то вид крошечного феникса вызвал у Люциуса быструю незаметную ухмылку. — Я слушаю, — тихо сказал Гарри. — Прямо сейчас через британскую границу перебирается огромная армия Мракоборцев, — как можно спокойнее и доходчивее произнес Люциус, не отрывая от мальчишки пронизывающего взгляда. — Они намерены избавиться от всех Пожирателей Смерти, оккупирующих Англию. Включая самого Темного Лорда. Гарри медленно менялся в лице. В глазах его отразился немой ужас. — Как?.. Что теперь делать? — на одном дыхании промямлил он, и тогда заговорил Снейп. — Темный Лорд намерен убить всех грязнокровок, загнанных в лагеря. В течение дня. Речь ведется о жизнях тысяч людей, Поттер. Даже не тысячи, а тысяч. В его голосе была очень требовательная интонация. Гарри не понимал, чего от него хотят. — Исхода будет два, — спокойно продолжал профессор, — после того, как Темный Лорд уничтожит заключенных в лагерях, а Мракоборцы истребят Пожирателей Смерти… Темный Лорд либо окажется в Азкабане, либо в очередной раз утратит свое материальное тело и будет слоняться по миру в виде невидимого сломленного духа. Что касается твоей судьбы Поттер, у тебя тоже будет два варианта: смерть или тюрьма. Птенец тихо запищал в его руках. Гарри остервенело смотрел на Снейпа. Тучи стремительно сгущались вокруг мальчишки. — Но есть и третий вариант, — добавил Люциус. Поттер обратил шокированный взгляд на него. — Если тебе удастся убедить Темного Лорда в том, что необходимо отступить и сдать лагеря Мракоборцам, то судьба может повернуться к вам намного более светлой стороной. — Мне? — Гарри неуверенно нахмурился. — Только тебя Темный Лорд будет слушать, Поттер. Если не тебя, то он не будет слушать никого. Северус, серьезно сдвинув брови, сделал шаг к Гарри вплотную и наклонился к его лицу. — Это нужно сделать, Поттер. Это необходимо. У тебя есть шанс спасти тысячи жизней, и ты должен им воспользоваться. У Гарри взволнованно забегали глаза. Медленно он вникал во все сказанное ему, и тревога в груди нарастала. Ничто, ничто не говорило о том, что есть хоть малейший шанс, что ему удастся повлиять на Волан-де-Морта и убедить его оставить Англию чертовым Мракоборцам. Волан-де-Морт был охвачен идеей очищения мира от предателей крови. Охвачен намного сильнее, чем их странными отношениями с Поттером.

***

Ближе к двум часам дня был освобожден весь Уэльс. Близкий круг последователей Волан-де-Морта находился в Малфой-Мэноре, все они ожидали приказов своего Господина. В своей жестокой натуре Темный Лорд был непоколебим, но слова двух самых верных соратников не были для него пустым звуком. Поступить опрометчиво и подвергнуть опасности всю армию, набранную в течение долгих лет? Сдать свою позицию и уберечь Пожирателей Смерти от гибели означало бы полное отсутствие смысла в длительной борьбе. Таким образом Волан-де-Морт поступать точно не собирался. Он собирался спуститься в приемный зал и отдать приказ зачистить все оставшиеся лагеря. Из мучительных размышлений его выдернул мальчишка, осторожно опустившийся прямо на его колени. Волан-де-Морт медленно моргнул, фокусируя взгляд на его лице. Зеленые глаза мальчишки за стеклом очков буквально светились от бесконечной любви и преданности. Он был готов услышать от Волан-де-Морта любой приказ, любые слова. И безоговорочно принять их. Волан-де-Морт молчал. Теплые руки Поттера аккуратно обнимали его за шею. Темный Лорд не видел ничего и никого, кроме его юношеского лица и растрепанных темных волос. Не произнося ни слова, Волан-де-Морт медленно приобнял рукой его стройную поясницу. — Мы в безопасности? — прямо спросил его Гарри, безотрывно глядя в глаза Темного Лорда. Этот вопрос прозвучал в голове Волан-де-Морта несколько раз. Малфой-Мэнор не был в безопасности. Именно по этой причине здесь давно не жила Нарцисса Малфой, именно по этой причине Люциус отправил Драко обратно в Хогвартс раньше окончания рождественских праздников. Именно по этой причине дом был окружен дезиллюминационным заклятием. Пока Гарри смотрел на него таким тоскливым душераздирающим взглядом, Волан-де-Морт не мог сказать, что они в безопасности, и не мог гарантировать того, что чертовы Мракоборцы не окружат Малфой-Мэнор через несколько минут. Именно это произошло через несколько минут. Звенело стекло в окнах, Пожиратели мгновенно аппарировали и исчезали на глазах, опасность приобретала для них глобальный масштаб. Кто-то пытался драться, Беллатриса, готовая сражаться за Темного Лорда до последней капли крови, была скручена тремя американцами, окруженными защитными чарами. Люциус и Северус остались на своих местах и сохраняли ледяное спокойствие. Мракоборцы врывались в каждое помещение, осматривали каждый угол, один из них направил палочку в сторону Малфоя и громко приказал встать на ноги и показать руки. — Что за отвратительный акцент? — усмехнулся Люциус, поднимаясь со своего места и держа руки поднятыми над головой. Мракоборец не сводил палочку с него и Северуса и продолжал надрывно повышать голос. Северус встал следом за ним, так же невозмутимо и неторопливо поднял руки к затылку. — Ты даже сейчас не можешь вести себя подобающе? — Ты слышал, как он разговаривает? — продолжал нагло давить улыбку Малфой. Словно ему было совершенно плевать, что прямо сейчас происходит в его доме, что буквально на его глазах рушится целая империя. От его поведения Северус ощутил раздражение, но почему-то еле сдержал смешок. — Поразительная клоунада. Мракоборец не сводил с них взгляда, продолжая удерживать перед собой волшебную палочку. Люциус и Северус спокойно стояли рядом друг с другом, держа руки над головой. Малфой пристально смотрел в его лицо. Из коридора и с верхнего этажа постоянно доносились громкие шаги и голоса. Снейпа всего сводило от напряжения. Он был готов к тому, что весь дом обрушится после одного оглушительного заклинания Бомбарды, сотворенного Темным Лордом, как только его покой кто-то потревожит. — Выбью у судьи огромный штраф за нанесение материального ущерба, — задумчиво сказал Малфой-старший. — Тебе не хватает сбережений? — холодно спросил Северус, не отрывая испытывающего взгляда от Мракоборца. — Нет, это банально дело принципа, — невозмутимо ответил Люциус. Не опуская рук, он неторопливым движением поправил собственные волосы. — На вырученные деньги приобретем пару фестралов, оседлаем их и направимся в США разбивать окна уже в домах этих уродов. Северус молча обдумывал эту мысль. В конце концов, терпеливо прикрыв глаза, он не сдержал легкую улыбку. — Люциус, нас прямо сейчас задерживают за преступления международного масштаба, — удивительно добродушно напомнил он. — А я обещаю тебе, Северус, что я сдерну с них огромный штраф, — спокойно ответил Малфой, после чего повернул голову в сторону Снейпа и обворожительно ему подмигнул. Тот пораженно покачал головой в ответ. Несмотря на их затруднительное положение, напряжение Северуса постепенно спадало. Сверху до сих пор доносился шум и громкие голоса, но не было слышно ни заклятий, ни угроз. И это было удивительно, ведь Мракоборцы наводнили дом стремительно, как тараканы, и всех обитателей должны были уже обнаружить. Из доносящихся слов Северус разобрал только то, что они не нашли никого. В доме было пусто. Не было ни Поттера, ни Темного Лорда, и первой мыслью Снейпа было то, что они неосознанно покинули Малфой-Мэнор в очень нужное время. Но позже оказалось, что все было совсем иначе. Спустя двое суток состоялся повторный суд над Люциусом, где его участие в деятельности Пожирателей Смерти отныне никем не признавалось и не подтверждалось, а по этой причине он был абсолютно невиновен. Северуса отпустили без всяких разбирательств, при этом Снейп подозревал, что Малфой-старший заплатил за его спокойствие огромные деньги напрямую судье. Маглорожденные в лагерях были нетронуты и постепенно вернулись в родные дома к семьям. Англия пережила действительно темные времена цветущего царства Волан-де-Морта. О Гарри Поттере никто и нигде не слышал. Он и Темный Лорд исчезли именно в тот день, когда Малфой-Мэнор штурмом взяли Мракоборцы. Проходили недели и месяцы, Северус давно вернулся в Хогвартс, но тревожные мысли о мальчишке не покидали его. Вопросы о Поттере периодически задавал ему Дамблдор. Снейп нейтрально отвечал, что знал не больше, чем сам директор. И это была правда, Северусу хотелось рассчитывать лишь на то, что Поттер был жив. Закончилась зима.

***

Брак Нарциссы и Люциуса потерпел крах еще тогда, когда Малфой-Мэнор стал приютом для Темного Лорда. Их семейные отношения перестали быть таковыми, но тем не менее, они не стали разрывать супружеские узы, они сохранили брак и формально не вызывали ни у кого лишних вопросов. Не возникло вопросов и по поводу того, что Северус играл роль очень близкого друга семьи: он не вызывал никакой неприязни у Нарциссы. Она относилась к нему тепло, и была очень занята, выбирая ему подходящий костюм для торжественного выпуска Драко из Хогвартса. Это был последний день седьмого курса, и родители выпускников имели право появиться на этом праздничном мероприятии и гордо смотреть на то, как их дети становятся взрослыми квалифицированными волшебниками. — Никак не пойму, Северус, почему ты так настойчиво отказывался от смокинга? — искренне удивлялась Нарцисса, поправляя темную бабочку на таком же темном воротнике Северуса. Тот зловеще молчал, и за него ответил Люциус, ласково отодвинувший свою супругу от профессора: — Я скажу тебе, Нарцисса: никаких белых рубашек, никаких фраков, никаких кружев и бабочек, только черный цвет и ничего вызывающего для нашего друга, — галантно объяснил он и, подойдя к Северусу со спины, так же невозмутимо расстегнул и снял бабочку с его воротника. Снейп признательно кивнул ему. Окруженный гостями со всех сторон, Люциус позволил себе лишь ласково задержать руки на его плечах. — Все в порядке? — Да, — спокойно ответил Северус. Он не был в восторге от подобных мероприятий, но не мог пропустить награждение сына Люциуса. Сам Малфой, в свою очередь, просто сиял: его статный и надменный вид притягивал к себе напряженные взгляды людей, знающих о его прошлом, и восторженные взоры молодых девушек. — На тебя все смотрят. — Я невероятно красив, — пояснил Люциус, и Снейп еле сдержался от того, чтобы закатить глаза. Отрицать это, в любом случае, было бесполезно. — Драко идет к Дамблдору. В этот момент Малфой-младший, уже вполне взрослый и состоятельный молодой человек направлялся к директору Хогвартса, чтобы получить свой выпускной свиток. Что было удивительным: в последний год Драко серьезно занялся учебой, чтобы сдать Ж.А.Б.А. на высшие баллы и тем самым удовлетворить своего отца. — Вы становитесь просто невероятно похожи, — с некоторой задумчивостью высказал Северус. Люциус источал невероятную гордость, глядя на своего сына. Староста Слизерина. Разумеется, между ними было просто колоссальное сходство. Награждение проходило в Главном зале Хогвартса. Окрыленный собственным успехом, Драко тут же пробился сквозь студентов к своим родителям. И Северусу. — Поздравляю, Драко, — сдержанно кивнул ему Снейп. — Спасибо, профессор. Отец, ты не мог бы? — Драко передал ему свиток, заверенный толстой красной печатью Дамблдора, и Люциус понимающе кивнул. — Сегодня планируется еще какая-то чушь вроде бала. — Речь, Драко, — предупреждающе посмотрел на него Люциус, и Драко тут же испарился в толпе. Северус невидимо усмехнулся. — Ты так строго следишь за тем, что говорит твой сын, — с некоторой насмешливостью произнес он, — но сам весьма хлестко чертыхаешься. Малфой посмотрел на него долгим укоряющим взглядом. Северус намекал на то, что происходит между ними в постели. Так не сказав и ни слова, Люциус вновь взглянул на Драко сквозь толпу. Высокий и светловолосый, он с обворожительной улыбкой пожимал руки своим однокурсникам. — Думаешь, ему понравится дом в Сент-Олбансе? — задумчиво спросил у Северуса Люциус. Снейп неслышно хмыкнул. — Не каждый отец дарит своему сыну личный дом. Я считаю, что Драко оценит твой подарок. — Он может отказаться покидать Лондон. Маленький избалованный мерзавец, — беззлобно произнес Малфой-старший и вздохнул, — но невероятно красив, не так ли? — Да, все больше вижу сходства между вами, — мрачно прокомментировал Северус. В тот момент, когда Драко, весь сияющий от непонятного торжества, пожал руку очередному молодому человеку, Снейпа едва ли не передернуло от увиденного. — Люциус… Люциус, ты видишь это? Малфой, поначалу не понимая причину хрипотцы своего любовника, вдруг тоже замер на месте. Драко пожимал руку Гарри Поттеру. Гарри Поттеру, пропавшему два года назад. И лицо его сияло от их встречи. — Ни черта не вырос, Поттер, — хохотал Драко, разница в их росте была действительно внушительна, несмотря на то, как повзрослел Поттер и как изменились черты его лица. Не прекращая издевательски смеяться, он притянул Гарри в спонтанные объятия. — Почему-то я так и думал, что ты захочешь сегодня явиться, позер… — Заткнись, — с улыбкой ответил ему Гарри, в следующую секунду крепко обнимая Малфоя в ответ. Даже голос его звучал немного иначе: звучнее и увереннее, чем его запомнил Драко. Поттер довольно похлопал Драко по крепкой спине. — Да ты атлет! Какого черта ты стал выпускником с отличием? — Не поверишь, — с искренним удивлением взглянул Малфой ему в лицо, — я реально учился и готовился к экзаменам, сдавал абсолютно без всяких фокусов. — Не поверю, — подтвердил его слова Гарри и оглянулся по сторонам. — А где гриффиндорцы? — Отбросов твоих сейчас поочередно вызывает Дамблдор, — махнул Малфой в сторону преподавательского стола и сразу же получил оглушительный подзатыльник. — Ты сейчас нарвешься, Поттер. — Семья твоя отбросы, — беззлобно сказал Гарри. — Пойдем со мной, будешь смотреть, как все разрыдаются. На такое заявление Малфой отреагировал с превеликим удовольствием. Они с Поттером пробились сквозь студентов вперед, чтобы видеть, как в этот момент Дамблдор торжественно пожмет руку Гермионе Грейнджер, без сомнения, лучшей и самой талантливой волшебнице своих лет. Казалось бы, заметив в толпе Гарри, она мгновенно забыла о своем обретенном титуле, и вся переменилась в лице. — Гарри! Ее голос прозвучал удивленно и даже отчаянно, она проигнорировала протянутую руку директора и стремглав сбежала в толпу, чтобы наброситься на Поттера и крепко стиснуть его в своих объятиях. — Гарри! — со слезами повторила она, а студенты, слышащие о Поттере, как о приспешнике Темного Лорда, отшатывались от него в стороны. Поттер с улыбкой обнимал в ответ подругу своего детства, которая помогала ему даже в те моменты, когда, казалось бы, весь мир отвернулся от него. Тут же рядом оказался и Рон, здоровый и крепкий парень, который одарил Поттера понимающей улыбкой. Взгляд Гарри пересекся с пристальными глазами Дамблдора. Шум вокруг постепенно затих до практически мертвой тишины. — Не волнуйтесь, директор, — подал голос Поттер. — Я уже ухожу. Он действительно покинул зал, но вместе с ним направились и Рон, и Гермиона, и Драко Малфой, возможно, для того чтобы увидеть его в последний раз. Торжество осталось за дверьми Главного зала. Гарри оглядывал лица друзей, а Рон и Гермиона искренне не понимали, почему среди них был и сам Малфой. — Скажем, до того, как я исчез, мы успели неплохо наладить отношения, — попробовал объяснить Гарри, но Гермиона все равно с неодобрением косилась в сторону слизеринца. — Гермиона, все хорошо. Расслабься. Они стояли в коридоре и болтали без умолку, от взгляда Гарри не укрылось и то, как Грейнджер периодически цеплялась за руку Рона в своих эмоциональных порывах. Очевидно, они уже давно были парой. Драко стоял от них немного в стороне, но не упускал возможности вставить очередной язвительный комментарий. Все трое прекрасно знали о том, что Гарри Поттер считается международным преступником, и никто не задавал ему вопросов о том, где и как он живет теперь. Рон, многозначительно взглянув в его лицо, спросил лишь: — Гарри, у тебя все в порядке? И Поттер уверенно кивнул. — Да, только нам очень долго пришлось сюда добираться. От прозвучавшего «нам» Гермиону едва ли не передернуло, и она шокированно оглянулась по сторонам. — Гарри, он… Он здесь? — она сказала это шепотом, и глаза ее были широко распахнуты. Уизли и Малфой так же замолчали, ожидая ответа Гарри. Тот медленно кивнул. Гермиона пораженно смотрела ему в лицо. — Где он? — тихо спросила она. Поттер, немного подумав, сошел с места и направился к выходу из замка, поманив за собой остальных. Все молча последовали за ним. Четверо прошли через ворота и оказались во внутреннем дворе. Заканчивалась весна, и все вокруг цвело и благоухало, и весь воздух был наполнен сладостным ароматом цветов и пропитан солнечным светом. Во внутреннем дворе школы находился высокий темноволосый мужчина в черном одеянии. Как только ворота открылись, он сразу обратил взгляд в их сторону, словно уже долго чего-то ждал. Гарри шел к нему быстрым и уверенным шагом, а остальные трое неуверенно застыли у самых ворот. Они подозревали, кем был этот человек. Но он был совсем на себя непохож. Взрослый и представительный, он выглядел совершенно человечно: голубоглазый, с благородным профилем и широкой челюстью, он встретил Поттера молчаливым проникновенным взглядом. — Господи, Рон, это… — Гермиона машинально зацепилась за рукав Уизли, боясь лишний раз шевельнуться. Ей было плевать, как выглядел этот человек: ведь внутри это был все тот же злосчастно известный волшебник, считающийся самым опасным магом современности. Поттер что-то тихо сказал ему в лицо, они обмолвились двумя словами, и затем Гарри вернулся обратно к друзьям. В руках у него были какие-то свертки. — Я хотел кое-что передать вам всем. Гарри начал с увесистой книги, которую он отдал Гермионе. На обложке не было ни единой надписи, и Поттер пояснил: — Это собрание в единственном экземпляре, примерно шестнадцатый век, в ней собраны самые мощные разрушительные заклинания, которые волшебники применяли в прошлом, — разъяснил Гарри и легко улыбнулся. — Вообще-то это в большей части темная магия, но я сомневаюсь, что тебя когда-либо останавливало посещение Запретной секции. Грейнджер издала довольный смешок. Следующий сверток принадлежал Рону. Гарри долго не передавал его ему в руки. — Это артефакт из лесов Албании, — серьезно сказал он. Рон молчал, не зная, что сказать. — Небольшой сосуд. Что бы ты туда ни налил, Рон, его содержимое в любом случае превратится в сливочное пиво. Уизли некоторое время вникал в суть сказанного. — То есть Гермионе собрание разрушительных заклинаний, а мне бесконечное сливочное пиво, — подытожил Рон и, взяв сверток из рук Поттера, тут же добавил. — Меня, если что, все устраивает. Оба просмеялись. Гарри сделал шаг к Малфою и передал ему в руки последний из своих даров. Это была коробка, с виду довольно небольшая. — Лучше тебе ее не распечатывать, потому что в ней есть некоторые необходимые магические свойства, — предупредил Гарри. Драко с подозрением смотрел на нее. — И что там? — Там яйцо одного весьма интересного вида птиц, — намекающим тоном объяснил Поттер. — Сможешь назвать его Альмандин. Малфой удивленно поднял брови, будто не веря в сказанное. — Ты серьезно? — усмехнулся он и, не зная, что еще сказать, спросил. — Откуда оно у тебя? Гарри с улыбкой пояснил: — Возможно, что в лесах Албании на горной местности можно встретить этот интересный вид, — сделав шаг к Драко, Поттер приглушенно добавил. — А возможно, что малыш Том оказался самкой. Оба при этом хохотнули. Рон и Гермиона смотрели на них с явным непониманием. — Мы еще встретимся с тобой, Поттер? — спросил Малфой. Гарри покачал головой. — Я почти уверен, что Дамблдор уже вызвал сюда отряд чертовых Мракоборцев, — кивнул он и с сожалением оглядел лица друзей. — Поэтому пора бы нам уже расходиться. Я был очень рад вас всех видеть, и… — ..Гарри, ты точно в порядке? — обеспокоенно спросила Гермиона. Взгляд ее периодически падал за его спину, в сторону стоящего позади мужчины. Поттер тут же торопливо закивал головой. — Клянусь тебе, Гермиона, у меня все хорошо. У нас все хорошо. Живем своей мирной преступной жизнью, и… — Гарри, — послышался требовательный мужской голос со стороны, будто тот мог слышать его повсюду. Поттер тут же оглянулся в сторону своего спутника. — ..И я думаю, мне пора идти, — тут же откланялся Гарри. Взглянув на Малфоя напоследок, он с улыбкой выдал. — Ты так похож на своего папашу, просто невероятно. Драко не знал, было это комплиментом или нет, потому что Поттер уже отдалился от них и спешно направился к своему зловещему спутнику. Что удивительно, стоило Гарри к нему приблизиться, как тот мгновенно стал выглядеть менее зловеще, было видно, что он улыбается Поттеру, и в следующую секунду Гарри деловито зацепился за его рукав. Они оба направлялись на мост, к выходу с территории замка. Поттер своевольно держал Темного Лорда под руку. Сверху послышался свист, как будто что-то рассекало воздух, и огромный ярко-алый феникс пронесся над ними, подобно смертоносному торнадо. Подняв голову, Гарри поманил его свистом, и феникс тут же отозвался кличем в ответ.