Фотобудка

Одиннадцатое августа стал для Драко особым днём. Это был день её рождения. По знаку зодиака — храбрый львёнок, под стать своему факультету. Если бы Малфою из прошлого сказали о том, что он будет беспокоиться, когда Джинни Уизли родилась, в каком часу, что гриффиндорке нравилось, с какой начинкой её любимый торт и придётся ли по душе его подарок — слизеринец бы отправил людей, сообщивших ему подобное, прямиком в больницу Святого Мунго. Однако жизнь внесла свои определённые коррективы. И теперь Драко Малфой готовился к празднику Джинни уже пару месяцев. Парень никогда прежде таким не занимался — с отцом мог выбрать подарок матери, всем остальным обычно заведовали домовики. Для Джинни он хотел всё сделать сам, как она и любила. Разумеется, по понятным причинам, её семья и окружение относились к нему очень напряжённо, с недоверием, но всё же согласились помочь. По словам Молли её дочь души не чаяла в медовиках, а Гермиона утверждала, что Джинни терпеть не может этот торт и ела их только, чтобы маму не обижать. Грейнджер чётко сказала, что подруга обожает шоколадные торты с вишнёвой начинкой. Желательно, чтобы вишня была пряная и без косточки. Уж кому-кому, а зазнайке в вопросах предпочтений Джинни Драко верил. Ещё она любила квиддич, своих друзей, хлопушки из магазина близнецов Уизли, вино из бузины, воздушные шары золотого цвета. Для грядущих девятнадцати у Джинни складывалась довольно успешная спортивная карьера в мире волшебников. Она была охотницей популярной команды по квиддичу "Холихедские Гарпии" и именно её броски приносили множество побед. Так что один из подарков для девушки, слизеринец выбрал, связанный с квиддичем. Драко же отошёл от данного вида спорта, так как желание стать ловцом было больше детской мечтой, а ещё несвершёнными амбициями отца. Малфоя привлекали международные отношения в Министерстве Магии. Поттер и компания вступились за него в суде, рассказав, что его вклад в победу стал одним из важнейших. После этого, дела Драко начали постепенно налаживаться. Они наконец могли быть с Джинни вместе. На самом деле, всё это завертелось ещё в школе, но лишь через некоторое время после войны, они объявили об отношениях в открытую. Парень впервые столкнулся с такими сильными чувствами. Он был поражен тем, как сильно его могли любить. Просто так, за то, что он есть. С теплом, поддержкой. И Драко любил также сильно в ответ. Сперва, всё их окружение было в шоке от того, что Малфой и Уизли стали парой. Впоследствии оказалось, что их история тянулась уже давно, ещё с шестого курса. Им было сложно. Не только по началу. Существовало множество разногласий, отличающихся взглядов на мир и трудностей. Различные взгляды, вспыльчивые характеры… но чувства этих двух оказались намного сильнее. Они поглотили их с головой. Конечно же, Гарри и Рон были решительно против такого неожиданного романа Джиневры. Гермиона отнеслась лучше — с пониманием. У них с Драко в отношениях был определённый нейтралитет. Блейз и Теодор поддержали друга. Прошло уже несколько лет после войны и все начинали постепенно привыкать к их отношениям, смирившись с этим невозможным, но ставшим реальностью фактом.

***

— Энгоргио! — взмахнул палочкой волшебник на очередную партию золотистых шаров. Их раздувало до весьма крупных размеров и они взмывали вверх, под потолок. Оставались последние штрихи для создания более праздничной атмосферы в их квартире. Драко и Джинни приобрели просторную квартиру в жилом квартале за Косым Переулком. Гриффиндорка хотела жить поближе к Джорджу и часто наведывалась в гости к нему и Анджелине. Малфой всё понимал и не отговаривал её от жизни в этом довольно оживлённом месте. Джорджу Уизли была необходима поддержка сестры и она делала для этого всё возможное. Молли, скрепя зубы, по просьбе Драко испекла любимый торт Джинни. Естественно, она любила дочь, несмотря на её выбор — но всеми силами хотела, чтобы та одумалась, а ещё справляла день рождения в Норе. Без своего парня-слизеринца. Но также Молли понимала, что если отчаянно будет отталкивать Малфоя, то дружной семьи не получится. Что если она будет против человека, которого любит дочь — то и её потеряет. Молли не оставалось ничего другого, кроме как смириться. Драко также осознавал всё это в стократной мере и пытался делать все возможные шаги к примирению. Загладить вину? В прошлом, между их семействами было достаточное количество тем для склок. Но прошлое стоило оставить в прошлом. Что касалось его отца... То Люциус просто отрекался от подобного и ничего слышать не хотел про отношения сына с оквернительницей крови. Но Драко уже давно было наплевать на его мнение. Время Пожирателей ушло и нужно было привыкать к новому миру. К миру, в котором чистокровные волшебники могли быть в отношениях и с маглорождёнными, и с "осквернителями" крови, если того пожелают. К миру, в котором у всех был выбор и можно было не бояться осуждения. К миру, в котором побеждала любовь. С Артуром было куда легче, да, не без труда, но когда Драко каким-то чудом раздобыл магловский генератор для света и воды, то глава семейства Уизли стал относиться к нему немного снисходительнее. Всё же, Малфою было тяжеловато привыкнуть, что магловские изобретения были на самом деле даже чем-то полезны. Это не совсем вязалось с его изначальным мировоззрением, но Джинни Уизли — была той, кто разрушала все его стереотипы. Джинни вернулась домой после очередного интервью для "Пророка", в воздухе витал приятный пряный аромат, а Драко встречал её с красивыми цветами в руках. Букетом алых роз, практически в цвет огненно-рыжих волос девушки. Если верить Грейнджер, то это были любимые цветы Джинни. Волшебница, сняв с себя мантию со значком "Гарпий", бросилась парню в объятья. — С Днём Рождения, Джинни... — блондин искренне улыбался гриффиндорке, чувствуя, как тепло разливается по телу. Они были в отношениях уже долгое время, но он всё ещё не мог привыкнуть к таким крепким, полным любви, объятьям. Драко, вручив цветы, нежно поцеловал Джинни в щёку. — Ты ушла в такую рань... Но у меня было достаточно времени подготовиться. — И что же вы мне приготовили в сей раз, мистер Малфой? — шутливо подмигнула девушка, вспоминая прошлый праздник. У неё были трудные пробы в «Гарпий», а после скромное празднование в Норе. Без Драко. Её семья тяжело мирилась с выбором Джинни. От такой неожиданно приятной встречи, усталость после интервью, будто рукой сняло. Прежде она праздновала свой день рождения только в Норе и никогда ещё Драко не устраивал для неё подобного — она уже прошла в комнату, удивлённо озираясь. — Ого, сколько тут шаров... Такие золотистые, прям в цвет гриффиндорского знамени. Мой любимый цвет. — Джинни довольно улыбнулась. — Ты сам их надул? С каждым днём Драко открывался для неё всё с новой и новой стороны. Рядом с ней от холодного слизеринца, к которому невозможно было подступиться, не осталось и следа. Раньше он был не такой открытый и искренний. Не такой романтичный и падкий на сюрпризы. Любовь творила с людьми чудеса! — Немного "Энгоргио" конечно же помогло ускорить процесс. На то мы и волшебники, — Драко незамысловато пожал плечами, приподнимая бровь. — За то у меня есть ещё парочка сюрпризов. Один из них съедобный. Думаю, тебе понравится. Джинни тут же с важным видом подошла к холодильнику. У них было много споров с Драко по поводу этого агрегата. Слизеринец утверждал, что это бесполезная магловская штуковина и что практичнее применять к продуктам заклинание холода. Джинни же (по совету Гермионы) очень хотела себе холодильник, чтобы прятать еду в красивом серебристом шкафчике, так подходящим под интерьер квартиры. В конце концов, Драко сдался, впоследствии, он признал, что холодильник очень даже функциональный агрегат. Например, можно было замораживать лёд для огневиски разных, но забавных форм. Блейз, когда был у них в гостях, одобрил, со знанием дела. — Это мама испекла? — Удивлённо спросила она. Драко, подтверждая её догадку, деловито кивнул. — Как ты это сделал? Ну, в смысле ты сам договорился и остался в живых? Изумлению Джинни не было предела. Бывший слизеринец нашёл общий язык с её мамой? — Так это же твой день рождения. Ради него, можно попробовать сделать что-то из рук вон выходящее. Например, уболтать твою маму на шоколадный торт. Немного слизеринского обаяния... — объяснял Драко, вспоминая диалог с Молли. На сегодня это была не последняя неожиданность для девушки. Он очень хорошо подготовился. — Кстати, моя мама тоже передавала тебе поздравления и звала на чаепитие. — Ну ты даёшь, — протянула Джинни, съедая сладкую вишенку с верхушки торта. Интересно было бы посмотреть на разговор мамы и Драко со стороны. Но то, что Нарцисса также отреагировала на её праздник — свидетельствовало о многом. — А она говорила что-то про медовики? Или про празднование в Норе? — Конечно говорила. Грейнджер убедила меня отказаться от этой затеи. Что за история с медовиками? Меня распирает от любопытства, — парень намеренно растягивал слова, усмехаясь. Джинни округлила глаза. — Ты и с Гермионой говорил? — Драко нечасто общался с её друзьями. С Гермионой он, в принципе, мог пересечься в Министерстве. — Да, ма перекормила меня медовиками в детстве. Терпеть их не могу! А мама уверена, что я их обожаю. Вот такая вот история. — Разбойница. — Серьёзно сделал вывод Малфой, заглядывая в ярко-карие глаза Джинни. Заботливо заправляя прядку выбившихся из причёски рыжих волос за ухо. — Ещё я купил твоё любимое бузиновое вино. — Прошептал он, наклоняясь к ней. Девушка, почувствовав, как покрывается мурашками, прильнула к нему, легко целуя в губы. Этот поцелуй был полон нежности и любви. Она прикоснулась лбом о его. — Спасибо тебе за сюрпризы, Драко. — Тихо сказала она, после игриво взъерошивая его до боли идеальную причёску. Малфой, до этого улыбавшийся, закатил глаза — он не особо любил, когда Джинни так делала. — Мне очень приятно. — И это ещё не всё, Джин. — В ответ на взъерошенные волосы, Драко назвал её тем именем, от которого гриффиндорка так сильно бесилась. Также как, когда мама звала её Джиневрой. — Сегодня твой день и мне бы хотелось, чтобы после него у тебя остались только приятные воспоминания в памяти. Перед тем, как вручить ещё один подарок, Драко поцеловал Джинни, страстно и напористо. Наслаждаясь каждым моментом их любви и счастья. После Малфой подал девушке красиво упакованную бархатную коробочку. Джинни было очень интересно, что же там — она, затаив дыхание, быстро справилась с пёстрой лентой и распаковала подарок. Гриффиндорка изумлённо уставилась на... её фигурку? Это была миниатюрная статуэтка с ней самой — её копия была в квиддичной форме "Холихедских Гарпий" и восседала на метле. Подобно живому оригиналу, фигурка была обладательницей огненно-рыжих развевающихся на ветру волос. Когда Драко легонько прикоснулся к ней палочкой, то маленькая Джинни, державшая квоффл в руке, полетела вперёд и забросила мяч во взявшиеся из ниоткуда ворота. Она была, словно живая и очень забавная. А ещё полностью соответствовала своему оригиналу. Уизли припоминала что-то подобное, когда Рон на четвёртом курсе купил фигурку Виктора Крама на Чемпионате мира. Но она не знала, что с ней продавались такие же! — Вау, Драко... Это очень необычно и просто потрясающе! Где ты такую купил? — Джинни была в восторге. Она так любила квиддич, а теперь у неё будет ещё и фигурка с ней-охотницей! — Это ручная работа, — слизеринец, наблюдая за реакцией девушки, расплылся в улыбке, как довольный кот. — Зная то, как ты обожаешь квиддич, я не мог не подарить тебе что-то связанное с ним. Пусть эта фигурка приносит тебе только удачу во всех матчах и ты всегда будешь помнишь о том, как сильно я тебя люблю. Драко не часто произносил эти слова, больше передавал свои чувства действиями, но сегодня был повод особенный. Сегодня, как и всегда, всё было для неё. Он смотрел на неё проникновенно, как и она него. Джинни невольно залюбовалась глубиной его серых глаз. — Я тоже тебя люблю, — ответила Джинни, чувствуя, как на её глазах появляются слёзы. Подобные жесты трогали девушку очень редко, но не сегодня. В этот день она была самой счастливой и абсолютно точно готова была расплакаться. Малфой нежно провёл рукой по её щеке. Гриффиндорка тяжело вздохнула. Как бы она хотела отметить день рождения в кругу семьи, друзей и чтобы Драко тоже был с ними... К сожалению, это было невозможно. Будто услыхав её мысли, Малфой взял из цветочного горшка горсть Летучего Пороха. Девушка непонимающе посмотрела на него, сжимая в руке застывшую фигурку. От мыслей, которые закрадывались ей в голову, сердце то и дело пропускало лишний удар. — Мы обязательно вернёмся к романтической части вечером, — заверил её парень, показывая на припасённое вино и бокалы на столике. — Но сейчас, думаю, самое время провести твой день с самыми близкими. — А как же ты? — голос Джинни поник. У неё только было появилось праздничное настроение, как тут же стремительно улетучилось. Ей не хотелось оставлять Драко одного и праздновать без него. — А куда я денусь? — хмыкнул он. — Буду с тобой. Я уже говорил, что хорошо подготовился? Там будет вся твоя семья, Грейнджер, Поттер и Чанг, они, кстати объявили о помолвке, слышала? Лавгуд, Долгопупс, Джонсон... — перечислял фамилии Драко, загибая пальцы. Тем временем Джинни присела на стульчик, ведь ещё одно слово и она могла упасть в обморок. — Я несколько месяцев уламывал Молли и Артура на этот рискованный шаг и совместное застолье, договариваясь с твоей семьёй и друзьями. Нас всех объединяют любовь к тебе и твой праздник. Так что... это должно быть легендарно. — Выдал слизеринец, ожидая реакции девушки. Та была, как громом поражённая. Да, парень мог и не рассказывать ей всё это, но тогда Джиневра просто бы лопнула от любопытства. А ему такого не хотелось. Ему хотелось наслаждаться жизнью с любимой ещё долгие годы. — И ты готов на всю эту авантюру ради меня? — Заключила Джинни. От всего услышанного её пальцы немного дрожали и она крепче вцепилась в подаренную статуэтку. Драко с нежностью во взгляде накрыл её ладони своими. — Разумеется. Обещаю, что постараюсь быть паинькой. — Драко сделал характерный акцент на последнем слове, по-слизерински хитро улыбаясь. Что-то Джинни подсказывало, что без каких-то колкостей и происшествий всё равно не обойдётся. В этом не было ничего такого. Так должно было быть. Ведь она — Уизли, а он — Малфой, и иногда многим казалось, что они из разных миров, но это не помешало им однажды сильно влюбиться. Джинни с готовностью подала руку Драко, ступая в портал. В другой руке крепко держала дорогую сердцу фигурку, которую она обязательно покажет каждому гостю.