Признание

Огненно-рыжий, с зелеными крапинками листок, плавно покачиваясь, упал на землю. За ним последовала первая капля дождя. Затем еще, и еще одна. Вскоре лист плавал в лужице, как корабль в бушующем море. Но кто-то нарушил этот природный замысел, игру воды. Ярко-желтые резиновые сапоги одним прыжком вторглись прямо в середину лужи. Раздался веселый смех. - Эй, смотри! – прыгнули еще два раза – Не хочешь вместе со мной? - В моих белоснежных кроссовках? – раздался второй смех, одновременно похожий и отличающийся от первого, но соединяющийся в потрясающую по своей красоте мелодию. Две девушки, не переставая смеяться, пошли дальше. Кудрявые волосы одной из них развевались на ветру, лезли в лицо, стараясь поцеловать. Маша постоянно поправляла, пыталась собрать их в косу, но ничего не выходило. Она очень завидовала идущей рядом Лене, которая была подстрижена совсем коротко и для которой не существовало проблемы неуложенных волос. Порыв ветра толкнул девушек и попытался вырвать зонт из Машиных рук. Она удержала его, взяла под руку Лену и посмотрела на ее кроссовки. - Да-а, плащ хотя у тебя и непромокаемый, но обувь уже вся насквозь. Это даже со стороны заметно! Пойдем ко мне. – Маша толкнула подругу в сторону, переводя таким образом на другую сторону тротуара. - Я люблю тебя – тихо сказала Лена в ответ на Машину реплику. *** Чай в кружках уже остыл, а печенье так и осталось не тронутым. Косые лучи заходящего солнца, пробиваясь сквозь капли на окне, освещали комнату. Кровать, смятая постель, одежда на полу вперемешку. Две девушки, лежащие в обнимку. Маша поцеловала Лену в плечо и прижалась носом к шее. Вдохнула такой родной и приятный запах. Рядом с Леной было хорошо и спокойно. Ничего не волновало, даже проблемы, висящие мечом над головой. Лена потянулась и крепко-крепко обняла возлюбленную. - Пора вставать. - Зачем? – Маша непонимающе вскинула голову. - Ты хотела устроить мне сюрприз, помнишь? – губы Лены тронула легкая улыбка. - Ничего такого не помню. Я собираюсь пролежать так до конца жизни. – девушка еще больше зарылась носом в шею Лены. - Я люблю тебя. – промолвила Лена и начала щекотать Машу. *** В приюте не было больше людей. Только разноразмерные клетки с животными-узниками внутри. Бесконечные ряды котов и кошечек, маленьких котят, просто выброшенных или попавших сюда из ветеринарных клиник. Их судьбе не позавидуешь: большинство имело какой-то дефект, отсутствующую конечность или навсегда закрывшийся глаз. Маша и Лена прибыли сюда около получаса назад. Они ходили вдоль рядов, старясь выбрать нового соседа для Лены. Их взгляд притянул большой бело-полосатый кот, у которого на лице были шрамы от постоянных уличных драк. - Как он к вам попал? – Лена присела, чтобы заглянуть в глаза животного. - О, его, кажется, сбила машина. Но водитель попался порядочный и отвез кота в клинику. Вот уже оттуда его передали нам. Он у нас недавно совсем, Гошей зовут. – незамедлительно ответила сотрудница приюта. - Гоша. – Маша присела тоже, - а что, мне нравится это имя. Его? Лена, не отрывая взгляда от кота, кивнула. Когда сотрудница ушла за ключами от клетки, Лена обняла Машу и в самое ухо прошептала: - Я люблю тебя. *** Писк аппарата. Казалось бы, такой тихий, но одновременно такой оглушительный. Проникающий в самое сердце, заменяющий собственный пульс. Палата реанимации. Вход строго на полчаса. И они уже истекают. Маша, а точнее уже Мария Петровна, сидит у кровати Лены. Елены Сергеевны. В этих знакомых морщинках скрылись все годы, проведенные вместе, а глаза продолжали гореть по-детски беззаветной любовью. - Я вспоминаю день, когда мы взяли Гошу. Тогда утром был дождь, и мы пошли к тебе. А потом у меня играли с ним, смотрели, как он удивленно изучает новое жилье. И ты осталась у меня ночевать. Завтракали мы мороженным… - сил договорить предложение у Лены не осталось. - Я помню его тоже. Прекрасный был день. Как и любой, проведенный с тобой. – Маша сжала руку Лены и мягко погладила пальцы. - Я люблю тебя и жизнь с тобой. – Лена закрыла глаза. Писк прекратился. Маша быстро нажала на кнопку вызова медсестры и отошла в сторону. Так уже было. В последнее время все чаще и чаще. Скоро, непростительно скоро наступит день, когда пищание замолкнет навсегда. - Единственное, о чем я жалею… Так это о моментах, когда я не отвечала на твои признания в любви. Я люблю тебя. – тихо проговорила Маша и вышла из палаты.