одинаковые

Это странно. Ещё несколько лет назад Кагеяма был единственным, кто пасовал Хинате, и Хината был единственным, кто мог отбить безумную быструю от гения-связующего. А теперь они — соперники. Хотя назвать их «одной командой» было сложно даже в старшей школе. Кто быстрее доберётся до спортзала, кто прыгнет выше, кто выносливее, кто умнее — они в любом действии находили способ посоревноваться. Средняя школа на обоих оставила неизгладимый след. Наконец они достигли вершины — площадки, на которой встретились лицом к лицу со своими слабостями, со своими страхами. Друг с другом. Но это всё равно странно. Доигровщики на позициях, Кагеяма выбирает лучший вариант проведения атаки, и Ушиджима Вакатоши приносит команде очередное очко. Бешеная сила. Приём Хинаты вышел идеальным, но он не сумел справиться с давлением мяча. Кагеяма думает: «Как бы эту атаку провёл Хината, если бы был на месте Ушиваки?» Глупые мысли. Он на другой стороне. Он бежит к сетке, он получает пас от Мия Атсуму, он совершает безумный манёвр и легко отвечает на выпад противников. Хината помнит это ощущение. Ладонь горит от удара. Зрители рукоплещут, они ревут, аплодируют, восклицают. Он слышит комментарии удивлённых болельщиков. «Как же этот коротышка ростом 172 сантиметра провёл такую быструю атаку и обошёл трёх блокирующих?» — знакомые слова. Но сейчас всё иначе. Его глаза не закрыты. Да и мяч не летит прямо в руки, останавливаясь перед ним, как по желанию. Он чётко видит всё, что происходит на площадке: движения блокирующих, направление мяча, положение либеро. Только вот на месте связующего не тот угрюмый черноволосый парень с полнейшим отсутствием умения подбадривать. Атсуму улыбается и отвешивает хлопок по спине. Кагеяма бы бросил очередную колкость и остался бы недовольным даже победным очком. Тот Кагеяма. Из старшей школы. Сегодня он хмурится по другой причине: Хината не намерен уступать победу так просто. Изменились ли они? Наверное, да. Потому что мир вокруг них стал другим. Семпаи, Даичи-сан, Асахи-сан, Суга-сан, Танака-семпай, те, что ругали их, когда они задерживались на тренировке, среди зрителей. Девушки-менеджеры рядом с ними — Ячи-сан, Киёко-сан, или Танака-сан. Вечно недовольный Тсукишима и улыбчивый Ямагучи тоже наблюдают с трибун. Тренер Укай больше не читает нотаций, а Такеда-сенсей не даёт философских наставлений. Некогда сокомандники превратились в обычных болельщиков. Некогда соперники стали соратниками. Мог ли Хината предполагать, что Бокуто-сан будет радоваться полученному им очку? Мир меняется. И они тоже не могут стоять на месте. Хината уверен, что Кагеяма чувствует то же самое. Но всё-таки есть что-то странное в этих изменениях, что-то непривычное. Кагеяме хочется видеть рыжую голову на этой половине площадки в момент его паса, бросающуюся вперёд в минус-темпе. Он всегда желал победить Хинату, но ощущение от их безумной быстрой атаки намного сильнее этого желания. Она только между ними — особенная связь, построенная между связующим и нападающим. Другим вряд ли удастся понять. «Вот бы повторить!» — пасуя другим, думает Кагеяма. «Вот бы снова ощутить это!» — думает Хината, реализовывая очередной пас от Атсуму. И кто мог знать, что в таких разных людях рождаются такие похожие мысли? «Чёрным шакалам» удаётся взять первый сет, благодаря слаженной игре команды и, конечно, удачным атакам Хинаты. «Адлерсы» не позволили удержать позицию победителей своим соперникам во втором сете, взяв его. Каждый из них хотел подольше оставаться на площадке. Оставался последний сет, последний шанс узнать, кто лучше. Финальное соревнование Кагеямы Тобио и Хинаты Шоё. Достаточно одного взгляда — они не собираются сдаваться. Судья объявляет пятиминутный перерыв перед началом главной битвы, из который один уйдёт победителем, а другой — побеждённым. Но в данную секунду их это совсем не волнует. Очки, судьи, сокомандники, обсуждение стратегии перед сетом — всё становится на несколько минут неважным. Бессмысленным. Только они одни в этом дурацком туалете, что после сегодняшнего матча будет ассоциироваться у Хинаты не со встречами со страшными соперниками, а с пальцами Кагеямы на затылке и его тёплым дыханием у виска. В молчании есть своя прелесть. Если Кагеяма что-нибудь скажет сейчас, то им не избежать ссоры. И он просто целует Хинату, чтобы не дать своей ревности вырваться наружу. Несколько мгновений назад тот мило улыбался связующему, Мия Атсуму, а теперь дрожит в объятиях Кагеямы, цепляясь за его светлую форму. Он забирается руками под футболку, касается ладонями разгорячённой кожи, встаёт на цыпочки и тянется за очередным поцелуем. Три минуты до окончания перерыва. Но здесь время остановилось. Напряжение нарастает, а оторваться от столь желанных губ не хватает сил. Может ли Кагеяма ждать до конца матча? Нет. Возможно, из зала они уйдут чужими людьми, незнакомцами и больше никогда не позволят себе подобную слабость. Всего три минуты. У них есть только сто восемьдесят секунд. Ещё сто семьдесят девять прикосновений, сто семьдесят восемь поцелуев, сто семьдесят семь вздохов. Каждая секунда — новый шанс отдать своё тепло другому. Снаружи шум, громкие разговоры, свистки, удары мяча о площадку. — Хэй-хэй, слушайте, а куда делся Хината? — Кто-нибудь видел Кагеяму? А в их маленьком мирке совсем тихо. И исход этой битвы больше не тревожит. То, что им было нужно, они уже выиграли.