Сквозь время или Похождения Великого Классика

***

       — Синельников, к доске! — приказным тоном сообщила наша русичка Татьяна Леонидовна моему однокласснику Серёге.       Забавно: вместо того, чтобы готовиться к экзаменам мы учим стихи. Сейчас мы проходим Есенина, задали учить «Черный человек». В принципе я не считаю это стихотворение плохим, оно мне даже нравится, но давать подросткам стихотворение о том, как известный бабник и пьяница переосмысливает своё бытие, как бы заранее прощаясь с жизнью по меньшей мере странно. В принципе, неудивительно, ведь от нас ожидают немного не той трактовки (совсем не той).       Вот и сейчас, Серега закончил свое повествование и уже хотел было сесть на свое законное место как тут прозвучал нетипичный для училки вопрос:        — А расскажи-ка нам, Серёжа, о чём данное произведение?       Мне показалось, что с этой фразой в кабинете стало как-то холоднее и сзади мимо меня кто-то прошел. Я обернулась — на задней парте всё также сидел Лёша Федотенко. На мой взгляд он покраснел, улыбнулся и спросил:        — Валюх, тебе чего?        — Ничего, — холодно ответила я и отвернулась от парня.       Обратила своё внимание на доску, там как раз подытоживал свои мысли Синельников:        -… таким образом, мы с уверенностью можем сказать, что данное стихотворение рассказывает нам об алкоголизме и одиночестве автора… — дурак, даже гдз нормально прочитать не мо.....       В этот момент наш «Классный уголок», в виде пробковой доски метр на два, висящий на стене, расположенной позади моего ряда, с оглушительным грохотом падает на пол...        Визг и общий шок прервал окрик Татьяны Леонидовны:        - Тишина в классе! Это просто фундамент у школы ходуном ходит, поэтому всё и падает...        - Ага, как же! - ледяной шёпот незнакомым голосом коснулся моего уха.       После такого заявления я очень медленно стала поворачиваться назад, но опять безрезультатно: позади меня сидел Лёша, а за ним разбитая пробковая доска. К сожалению, учительница мои повороты заметила и быстро сориентировалась:        - Агапова, к доске! Живо! - пожала плечами, встала, плавно пошла. На этот случай я подготовила кое-что особенное.       Позвольте представиться: меня зовут Валя Агапова. Мне семнадцать лет. Учусь в пятой школе, в 11б классе. Из себя представляю девушку среднего телосложения и роста, с короткими пепельными волосами и карими глазами.       На подходе к доске расстегнула первую пуговку, чтобы стихотворение произвело нужный эффект на одноклассников, подошла, встала по стойке "смирно" и начала читать:        -

Сергей Есенин. Сыпь, гармоника! Скука… Скука… Гармонист пальцы льет волной. Пей со мною, паршивая сука...

      Татьяна Леонидовна изумленно посмотрела на меня и, задыхаясь от негодования, вопросила:        - В-Валечка, что это т-такое?        - Ну как же? - ответила я, - Это "Сыпь гармоника!...", автор - Есенин! Я учила, можно я дорасскажу?       Получив утвердительный кивок, я продолжила:        -

Излюбили тебя, измызгали, Невтерпёж! Что ж ты смотришь так синими брызгами? Или в морду хошь? В огород бы тебя, на чучело, Пугать ворон. До печенок меня замучила Со всех сторон. Сыпь, гармоника! Сыпь, моя частая! Пей, выдра! Пей! Мне бы лучше вон ту, сисястую, Она глупей. Я средь женщин тебя не первую, Немало вас. Но с такой вот, как ты, со стервою Лишь в первый раз. Чем больнее, тем звонче То здесь, то там. Я с собой не покончу. Иди к чертям. К вашей своре собачьей Пора простыть. Дорогая… я плачу… Прости… Прости...

      Окончание стихотворения встретило меня одобрительными возгласами одноклассников, кто-то даже хлопал. Но меня от этого отвлек теплый ветерок, скользнувший по моей щеке... Подняла взгляд на стену, на которой минут пять назад обретался уголок нашего класса, и с тихим стоном сползла на пол...