Безумие

После того, как Азуми молча повиновалась Даби, их путь лёг в сторону окраины леса. Злодей вёл девушек самыми, что ни на есть заросшими дорогами. Не раз приходилось спотыкаться и терять равновесие, но девушки упорно не отставали друг от друга и поддерживали, как могли. Даби не спешил оборачиваться, покинув реальность и затерявшись в пространстве. Он думал о своём, и порой, начинал гневаться сильнее: на Азуми, что выводила из шаткого равновесия, на Эри, что казалась слишком милой и на Шигараки, что не выходил из головы. До самого выхода из леса, троица шагала молча, не решаясь заговорить. Эри то и дело прокручивала в голове слова Азуми, касаемо их с Даби недавних отношений; думала о том, как разгневался мужчина, услышав отрицания дочери Все за одного. Малышка хотела знать, что ждёт их дальше. Как Азуми сможет и дальше противиться правде, а Даби принять её? Эри не могла оставить без внимания и себя. Что делать ей во всей этой истории? Быть обузой или стать кем-то больше? Азуми предпочла смотреть по сторонам, отмечая детали выжженных деревьев и местности; обгоревших кустов и земли. Под ногами хрустела сажа, что сродни иголкам впивалась в сознание, вызывая противный скрежет. Девушка до сих пор представляла лицо Шигараки; слышала его голос и смех. Она нужна была ему, как воздух, но оказалась в пределах недосягаемости. Потерявшись в собственных мыслях, троица вышла на полуразрушенную дорогу, где на обочине стояла чёрная машина. Даби молча прошёл к водительскому сидению и открыл дверь, а девушки молча последовали его примеру и сели на заднее сидение. Спрашивать о дальнейшем направлении не особо хотелось, поэтому Азуми отвернулась и уставилась в окно, всё ещё отмечая ужасные пейзажи. Эри нервно сглотнула и плотнее укуталась в свитер, опустив глаза в пол. Никому не хотелось говорить. Даби завёл машину и со свистом тронулся в неизвестность. Он знал, что нужно делать и куда ехать. План был разработан давно и сейчас можно было смело действовать. На улице уже темнело и нужно было скорее добраться до нового убежища, ведь включать фары опасно. Мужчина прибавил газу и краем глаза зацепил зеркало. Он с сожалением и в тоже время гневом смотрел на Азуми, что была словно отрешена от реальности. Даби нахмурился и переключил взор на Эри. Девушка всё смотрела в никуда, теребя рукава свитер и поправляя мешающие пряди. Мужчина слабо улыбнулся, осознавая в какой ситуации оказался. Девушки не знали, сколько времени провели в дороге и где вообще оказались. Только когда на улице окончательно стемнело, машина остановилась. Даби вышел в объятия ночи и хрустнул шеей, а затем открыл заднюю дверь, выпуская недовольную Азуми. Дочь Все за одного вышла и поправила испачканную майку. — Где мы? — Сухо бросила Азуми. — Там, где никто нас не найдёт. По крайней мере сейчас. Не стой, пошли в дом. Злодей убедился, что Эри покинула машину следом и прошёл вперёд в небольшой домик, сделанный из деревянных срубов. Убежище оказалось вполне уютным и жилым с виду: двухэтажное, окружённое участками не выжженного леса, оно казалось вполне пригодным для жизни. Отворив дверь, Даби включил свет. Яркие лучи ударили в глаза, заставляя поморщиться, но в тоже время сориентироваться в пространстве. Азуми стала внимательно осматривать помещение, в котором они оказались: всё, буквально каждая деталь была выполнена из дерева; большой стол со стульями, диван, телевизор и камин. Двери, очевидно ведущие в соседние комнаты и лестница на второй этаж. — Добро пожаловать. — Тихо произнёс Даби. — Долго мы тут пробудем? — Первой оживилась Азуми. Она обхватила себя руками и задала интересующий вопрос. — Сколько потребуется, Азуми. Можешь сходить на верх, там есть душевая и свободная комната. Сменишь заодно одежду. Дочь Все за одного не стала больше ничего спрашивать, бессмысленно. Она молча направилась в сторону второго этажа, желая и правда отмыться от грязи и сменить порванную, да испачканную одежду. Эри так и осталась стоять у входа, чувствуя в некоторой степени не уют, а балласт. После того, как зеленоглазая скрылась из виду, Даби обратил взор на белокурую и ему стало тоже некомфортно. Он чувствовал, что разрывается. — Ты тоже прими душ, на первом этаже он есть. Сейчас повернёшь направо и вторая дверь. — Спасибо, Даби. — Тихо ответила девушка. — Эри, я вижу, как ты не комфортно себя чувствуешь. Прекрати, это лишь виденье, не более. Я не отказывался от тебя, если думала, что в разгар битвы брошу. Мне просто нужно разобраться в этой непростой ситуации. Я ничего не забираю назад, а хочу, чтобы ты была рядом и знала это. Те отношения, что были у меня с Азуми, их тяжело как-то назвать. Разве, что ошибка. — Мужчина усмехнулся и подошёл к белокурой ближе. — Каждое слово, что я говорил тебе — правда, Эри. Я не отступаю и надеюсь на взаимность с твоей стороны. Для начала нам всем нужно собраться с мыслями и успокоиться, а потом уже обсуждать детали и выяснять отношения. Хорошо? Эри впервые за прошедшее время улыбнулась и перестала дёргать рукава. Она, как наивный ребёнок доверилась взрослому мужчине. Девушка кивнула и поторопилась в ту сторону, куда ей указали. Даби прав, нужно прийти в себя. — Я поищу вам подходящую одежду и принесу, можешь не волноваться. — Злодей проводил белокурую взглядом и сунул руки в карманы брюк. Сейчас, под его ответственностью сразу три человеческие жизни и нужно сделать всё, дабы они остались в живых. Даби должен во многом разобраться и решить, как быть дальше. Все органы выворачивало, а нутро пульсировало болью. Самое страшное и непредсказуемое, было впереди. Мужчина не стал долго стоять в холле, а сразу решил подняться и поискать женские вещи. На втором этаже находилось несколько спален, небольшого размера и выполненные по одному дизайну со всем домом. Злодею даже показалось, что он уловил запах хвои свежесрубленных деревьев. Зайдя в первую попавшуюся, Даби принялся шерстить комод и шкаф. Повезло, что Тога не успела забрать все вещи, после своих приключений, и кое-что всё же нашлось. Перед тем, как покинуть город, злодейка и Твайс пережидали не самое сказочное время в милом и уединённом месте. Даби был хорошо осведомлён об их тайном убежище и соответственно сразу же рассмотрел его в качестве запасного плана на случай непредвиденных обстоятельств. Домик был не особо большого размера снаружи, но внутри казался ничего. Большой холл открывал дверь в правый коридор, где находилась ванная комната и туалет. Слева расположилась среднего размера кухня, прихожая и ещё одна гостиная. На втором этаже ванную комнату разбавляли несколько спален, параллельных друг другу. Весь интерьер дома был под старину: висели красивые картины и мечи; на полу лежали тёплые шкуры и стояли деревянные резные вазы. Весь дом был выполнен из аккуратных деревянных срубов, и как успел заметить Даби пропах хвоей. Мужчина не долго перебирал остатки вещей в комоде и отыскав нужные, закрыл ящик. Первой на очереди оказалась Азуми, и тихо приоткрыв незапертую дверь, злодей повесил тёмно-синюю ткань на крючок. Желание, как раньше полюбоваться дочерью Все за одного не было, потому брюнет молча развернулся и ушёл. Он отчётливо слышал звук капающей воды и женские вздохи, но не спешил реагировать на них. Азуми ввела злодея в своеобразный ступор своими словами и действиями; своей безразличностью и чёткой уверенности, что он не отец ребёнка. Даби злился и сильно; мечтал поговорить с девушкой и прояснить неясности, да выяснить и разрешить проблемы. Но прежде, было необходимо позаботиться и об Эри. Даби так же тихо закрыл дверь и спустился на первый этаж. Белокурая уже успела выключить воды и обмотаться полотенцем прежде, чем вошёл мужчина. Первое, что сделал злодей — искренне улыбнулся и протянул девушке белую ткань. Любоваться белокурой было в радость, интересно. Даби внимательно оглядывал её красивые изгибы тела и длинные влажные волосы, что струились по спине. Нутро сжалось, а дыхание спёрло. Может это и есть истинные чувства симпатии, что способны перерасти в нечто большее? Эри даже не вздрогнула, когда дверь в комнату отворилась. Она просто обернулась и застыла, глядя на слегка потрёпанного мужчину. Улыбка тоже коснулась её губ, а руки потянулись к предложенной ткани. Эри успела освежиться и прийти в себя, поэтому сознание вырисовывало чёткие картины и не было пелены перед глазами. — Спасибо. — Поблагодарила девушка и прижала ткань к груди. — Должно подойти. Смотрю водные процедуры пошли тебе на пользу? — Стало гораздо лучше и свежо, думаю, тебе тоже не помешает искупаться и сменить одежду. — Белокурая потупила глаза, смущаясь и считая, что сказала глупость. «И с каких пор я стала такой стеснительной и боязливой? Страшно сказать пару слов мужчине, когда такое было? Я устраивала погромы и создавала проблемы, а тут. Нужно успокоиться и ровно дышать, сердцебиение может выдать моё волнение, а этого лучше не делать. Не могу сказать, что буду не рада, если Даби заметит моё влечение и отношение к нему, просто… в свете последних событий это немного лишнее» — Ты права, как раз услышал, что ты освободилась и подумал принять душ. — Ухмыльнулся брюнет, явно рассматривая на девичьем лице смущение и красноту щёк. — Может мне поискать и принести тебе одежду? — Любезно предложила девушка и снова залилась краской. А ведь подумать, не так давно они с Даби целовались и испытали идентичные чувства. — Не стоит, малышка. Я справлюсь, лучше отдохни и приведи себя в порядок. — Снова «малышка», от чего замирает сердце в груди. Эри мило улыбается и всё ещё прижимая ткань к груди, выходит из комнаты. Проходя мимо мужчины, белокурая тяжело и томно выдыхает, на самом деле желая остаться рядом, и возможно — повторить недавнее. Даби манит и привлекает, особенно его в некотором роде отрешённый взгляд и растрёпанные чёрные волосы. Девушка рвано дышит и не может больше находится в такой опасной близости. Поворачивая в нужном направлении, Эри покидает первый этаж, оставляя мужчину в одиночестве. «И с тобой я тоже хочу поговорить, Эри. Так много хочется сказать и понять, но… Как же всё запуталось, мать твою!» — Мужчина захлопывает дверь и подходит к зеркалу. Рассматривает своё отражение, которое выглядит уставшим и слегка потрёпанным: бирюзовые глаза больше не блестят, как раньше; выражают потерянность и толику отчаянья. Белая футболка испачкалась в пыль и грязь, а на некоторых участках виднелась кровь. Шигараки здорово потрепал брюнета, оставив ни одну ссадину и царапину; порез и след от малой доли распада. «Как же всё запуталось. В данный момент, я несу ответственность за них: за Азуми, что носит моего ребёнка; за Эри, что стала дорога мне. Как бы странно это не звучало, но так и есть. Не знаю, как быть в подобной ситуации. Но для начала необходимо обеспечить их безопасность и не позволить ублюдку явиться по душу Азуми. Азуми… что же ты творишь?! Чувства к Шигараки сведут тебя в могилу и лишат жизни нашего ребёнка. Ребёнка… не могу поверить, что стану отцом. Это подарок, который преподнесла судьба; появился шанс изменить жизнь и её понимание. Я могу стать другим, тем, кем всегда должен был быть. Но… с Азуми не будет понимания, она уже сейчас доказывает обратное! Пытается сказать, что ребёнок не мой! Идиотка!» Даби нагнулся ближе к зеркалу и облокотился о раковину. Пальцы с силой сжали керамику, ещё пара мгновений и пошли бы трещины, но мужчина остановился. Не время рушить дом. Вместо этого, злодей принялся снимать грязные вещи и откидывать их на влажный пол. Только когда тёплые струи воды зашумели и начали обволакивать тело, Даби смог расслабиться; отдавая всего себя во власть покоя и тишины. Капли нежно обдавали паром каждую клеточку и мышцу, проходили по всем изгибам, даря долгожданное наслаждение. Даби тщательно растирал участки со шрамами и мечтал отмыться от следов недавней бойни. Шигараки и правда стал слишком силён и без должного контроля, распад способен уничтожить все надежды.

***

Эри не теряла времени и успела просушить волосы, да надеть короткое белое платье, что лишь слегка прикрывало бёдра. Белокурая не сводила взгляда со своего отражения, которое и стало свежим, но отдавало усталостью. Хотелось немного поспать или хотя бы полежать на мягкой кровати, но было необходимо подготовиться. Девушка знала, что встреча с Томурой не последняя и обязательно будет ещё одна. Нужно обговорить детали с Даби, и конечно же, помочь Азуми. — Неплохо выглядишь. — Позади раздался слегка недовольный женский голос. Эри обернулась, заостряя взгляд на Азуми. Зеленоглазая стояла с полотенцем в руках. На ней уже было надето короткое тёмно-синее платье, что имело красивый вырез на спине и длинные рукава. Азуми выглядела более менее бодрой, но в тоже время раздражительной. — Азуми? Ты тоже успела привести себя в порядок. — Эри постаралась ответить с улыбкой на лице, но её выдал голос. Тон дочери Все за одного был не очень приятен. Может так сказываются гормоны, а может всё дело в произошедшем? В том, что девушку буквально выволокли с лаборатории под душераздирающие крики. — Да, стало гораздо лучше. — Азуми, я бы хотела поговорить с тобой. Знаю, это не моё дело, но… — Хочешь спросить о Даби и наших с ним отношениях? О ребёнке и произошедшем? — Азуми подошла ближе и аккуратно положила полотенце на комод. Именно сейчас стали заметны первые изменения, произошедшие с девушкой: цвет её глаз потихоньку менялся, он уже не был таким зелёным, как раньше; кожа порядком побелела, а волосы стали чернее. Азуми смотрела на подругу с добротой, но в тоже время и с подозрением. Будто само нутро менялось. — Если не хочешь говорить, я понимаю. Просто… — Почему нет? Я готова поговорить, Эри, особенно с тобой. Мы единственные, кто остались друг у друга, и непременно связаны. Не хочу, чтобы эта связь терялась. — Азуми выдавила улыбку и присела на краешек кровати, приглашая за собой и Эри. — Не вижу смысла слишком долго говорить обо мне и Даби. Он для меня близкий человек, и я за многое ему благодарна. Даби был рядом, спасал мне жизнь и помогал, как мог. Но мои чувства — принадлежат Томуре. Какие бы я не совершила ошибки, моё сердце будет биться ради него, понимаешь. Мне не хочется делать больно Даби, особенно своими подозрениями насчёт ребёнка, понимаешь? — Азуми опустила глаза в пол, вспоминая не единственную связь с брюнетом. — Первый раз мы переспали на одной вечеринке в Лиге. Тогда, Гиран подсыпал наркотик и никто не контролировал себя. Это получилось неосознанно, я видела перед глазами Томуру, чувствовала его губы на своих; прикосновения к телу и такой родной запах. Но когда дурман начал отпускать — образ Томуры исчез, а на его месте оказался Даби. Второй раз, я дала повод сама. Мне было очень плохо, настолько, что я отчаялась, как никогда раньше. Эри, я расслабилась слишком сильно, не контролировала свои эмоции и поддалась искушению. Мы снова переспали с Даби. Я не могу сказать, что секс был безопасен, это неправда! Но я… я всем своим нутром и сердцем чувствую, что ребёнок от Томуры! — Девушка оживилась и прислонила ладонь к животу. — Я чувствую его внутри себя; знаю, как он развивается и пытается сказать о своём существовании. Эри, не знаю как объяснить, но я чувствую всё, что с ним связано. Это ребёнок Томуры, и он меня меняет. Буквально недавно я страдала и не могла найти себе место, но сейчас — всё иначе. Мои чувства, они стали сильнее выражены и точны; я больше не волнуюсь, как раньше, а полна решимости. Я знаю о чём говорю, и хотела бы доказать свои слова. Только причуда не до конца восстановилась, после препаратов Райли. Без неё, я не смогу убедить Даби. Эри слушала внимательно, ни на минуту не сводя алых глаз с девушки. Все её слова и правда шли от сердца и души, в них не было лжи или притворства. Азуми безумно любит Томуру и готова на всё ради него. Глупо пытаться изменить это чувство и поменять мировоззрение. Каждый человек в этой жизни идёт своим собственным путём, выбирает своё решение проблемы и двигается к цели. Мы все не безгрешны и совершаем множество ошибок, но главное, чтобы в конечном счёте могли их признать и вернуться на выбранный путь. — Я понимаю твои чувства, Азуми. Мне очень жаль, что на твою долю выпало столько бед, страданий и пыток. Никто не заслуживает подобного. Мы не должны постоянно плакать и обсуждать проблемы, пытаясь как-то повлиять на происходящее. Если ты знаешь и уверена в своих словах, то не отступай. Ты — будущая мать и лучше остальных чувствуешь своего ребёнка; знаешь всё, что его касается. Просто Даби, он воспринял эту новость, как подарок судьбы. Я, конечно, не могу судить наверняка, но он очень хочет его. Для Даби — это своеобразный шанс начать жизнь с чистого лица, без профессии злодея, а нормального отца. Он хочет получить то, что у него отнимали. Думаю, именно поэтому он так злится. Тест дал ему надежду, а ты отбираешь её. Но и тебя понять можно, Азуми. Если ребёнок и правда не его, нужно скрепя сердце принять правду и смириться с ней. Так будет лучше для всех. — Откуда Даби узнал о моей беременности? О том, что именно он отец? — К нам приходила Оливия. — Теперь взгляд отвела белокурая. Вспоминать о существовании злодейки не особо хотелось, но её образ так и норовил влезть в сознание. — Она появилась так неожиданно и сразу ошарашила новостью. Даби не хотел ей верить, но Оливия была очень убедительна. Можно сказать, что если бы не она, Шигараки совершил бы задуманное. — Оливия? Как она обо всём узнала? Зачем решила рассказать Даби?! — Азуми не совсем понимала действия и цели, что преследовала Лив, но нутром чувствовала, что ничего хорошего это не принесёт. — Я не знаю, Азуми, но она чётко осведомлена о том, что происходит. Оливия без труда смогла найти тайное убежище Даби, её способности и ресурсы, по всей видимости безграничны. — Может быть она станет нашей новой проблемой? Нельзя так просто списать её со счетов и забыть. — Азуми повернула голову в сторону Эри и вновь улыбнулась. — Тем не менее, мы должны держаться вместе, Эри. — Это самое правильное решение на данный момент. — К слову, я видела, как ты смотришь на Даби, и каким взглядом он одаряет тебя. Если испытываешь к нему чувства, сродни тем, что появляются, когда зарождаются частички симпатии и любви — не отступай. На самом деле, Даби неплохой и из него не вышел такой злодей, как Томура. Уверена, Даби заслужил большего счастья и обретёт его с такой девушкой, как ты. — Это всё слишком сложно, Азуми. Мои чувства, они имеют место быть, но ситуация не позволяет в должной мере их выразить. — Белокурая слегка осунулась и тяжело вздохнула. Её терзали чувства, что неслись в сторону Даби. — Да и я не могу знать наверняка, нужна ли ему. — Судьба расставит всё на свои места, поверь. Главное выжить в том безумии, что заставило нас погрязнуть по самое не хочу. Насчёт сложившейся ситуации, то… У нас немного разные цели, Эри. — Азуми смяла приятную на ощупь ткань и поднялась с нагретого места. — Я хочу узнать правду и освободить Даби от той правды, что он не может принять. Я хочу найти ответы на то, что ждёт меня в будущем. Я мечтаю наконец нормально встретиться и поговорить с Томурой. — Не смею говорить что-то против. Не имею на это права и возможности. Это твоя жизнь, Азуми, и ты вольна поступать так, как велит сердце. Я лишь могу быть рядом и помочь, чем смогу. — Белокурая улыбнулась искренне. Какой смысл становиться участниками в несуществующих играх? Порой, они приводят к краху и гибели, так может лучше довериться воле судьбы? — Ты не станешь осуждать меня за любовь к чудовищному злодею? — Удивилась Азуми и обняла себя за плечи. — Какой в этом смысл? Твои чувства — принадлежат только тебе. Я не могу вставлять свои домыслы. Считаю, тебе всё же нужно поговорить с Даби, а лучше постарайся ещё раз воспользоваться причудой. Чем быстрее мы проясним хоть один аспект ситуации, тем станет лучше. — Белокурая поднялась следом и аккуратно коснулась ладони Азуми. — Я очень рада, что мы смогли отыскать друг друга, Азуми. Спасибо, что спасла мне жизнь и выражаешь слова поддержки. Надеюсь, это безумие когда-нибудь закончится. — И я тебе благодарна, Эри. Твои слова помогают, а присутствие поддерживает. — Дочь Все за одного улыбнулась, а затем снова присела на кровать. — Попробую ещё раз использовать причуду. Может что-то и получится. — Не буду отвлекать тебя, Азуми. — Эри одарила подругу воодушевляющим взглядом и покинула душную комнату. Пока появилась возможность, девушка хотела поговорить с Даби. Только так можно двигаться вперёд. Как только за белокурой закрылась дверь, Азуми выдохнула и расслабилась. Спина ловко прогнулась, и девушка аккуратно опустилась на кровать, прикладывая вспотевшие ладошки к животу и прикрывая уже необычного цвета глаза. Дочь Все за одного сосредоточилась и попыталась прочувствовать те нити, что связывали её с ребёнком в утробе; с его будущей причудой, которая могла пролить свет. Азуми расслаблялась, как могла, чувствуя, что слабое зелёное свечение проходит через ткани и венки; проходит к налитой груди и обволакивая её — касается живота. Девушка хмурилась, наблюдая за тем, как все те же нити обволакивают ребёнка; как проникают глубже, почти в самое начало. «Я хочу знать. Я обязана»

***

Эри спустилась на первый этаж, как раз вовремя. Даби успел обмыться и стоял возле камина в одном полотенце, что опоясывало бёдра. Девушка почувствовала прилив жара и влечения, что стал будто подталкивать её к распаренному мужчине. Даби сводил с ума. — Тебя долго не было, Эри. Говорила с Азуми? — Злодей повернулся, когда малышка скрестила за спиной руки и закусила губу. Её нутро и каждая клеточка тела сжималась от лёгкого покалывания и того самого влечения. — Да. Она пришла в себя, после недавнего и поговорила со мной. — О чём? Небось о том, что я самый ужасный человек на планете, а Шигараки — ангел? — Даби повернулся всем корпусом к гостье и опустил руки вдоль туловища, чуть наклонил голову в бок и усмехнулся. Сейчас он больше напоминал того злодея, что ранее причинял людям боль и страдания. Единственное, что выдавало — глаза, что более не искрились злобой и ненавистью. Эри внимательно оглядывала каждый сантиметр его тела и кубик пресса; каждый шрам и скобу. Даби совсем не выглядел ужасным, а наоборот — привлекал до мозга костей. — Не совсем. Азуми считает тебя близким, Даби, но её сердце принадлежит Шигараки. Этого ничто уже не изменит, поверь. Ты должен понять, как она верна ему, несмотря на боль и страдания, её чувства к нему нерушимы. — Мне приятно слышать, честно. Но я отец её ребёнка, и Шигараки явно лишний. — Азуми считает иначе и намеренна доказать это. Как будущая мать, она чувствует гораздо больше и готова пролить свет на происходящее. Думаю, стоит немного подождать прежде, чем срываться. — Эри сделала несколько шагов на встречу мужчине и замерла. Ей хотелось сказать, какие чувства она испытывает; как хочет коснуться красивого лица и успокоить его. Но Даби был не намерен давать слабину. Чётко уверенный в своей правоте, он не хотел отступать. — Я не срываюсь, а следую правде и тому, что знаю. Райли хорош в этом деле и не мог ошибиться в результатах. Азуми хочет верить в то, что думает. — Она использует свою причуду, чтобы доказать слова. Может тебе не стоит так… — Не нужно, Эри. Я не хочу говорить об этом с тобой, не обижайся. Наши отношения вышли за некоторые рамки, не будем отрицать. Я испытываю влечение к тебе, как и ты ко мне; не будь сейчас всего этого дерьма, я поступил бы иначе. Но увы. Пойми меня, я должен знать, что уготовила для меня судьба и только после этого смогу двигаться дальше. Мужчина сделал несколько шагов в сторону Эри, и остановился прямо напротив её миловидного личика. Даби, как никогда хотелось коснуться её сочных губ и познать сладостный сок; испытать то, чего так жаждала душа. — Малышка, я держу тебя в мыслях с того самого дня, как судьба или безумие свели нас вместе. Я думаю о тебе и хочу помочь; быть рядом и поддерживать. Но у меня появились обязательства, от которых я не могу так просто уйти. Азуми беременна и если хочет доказать что-то — пусть. Я не стану никого принуждать, просто хочу знать правду. Ладонь мужчины коснулась скулы Эри и оставила слабое покалывание. Столько всего нужно сказать и сделать, но время уходит слишком быстро. — Как только мы разберёмся хоть с половиной проблем, станет легче нам обоим. Я смогу сделать и сказать то, что должен. А сейчас извини, Эри, мне нужно выяснить то, что гложет. — Даби прикрыл бирюзовые глаза и подался вперёд. Его влажные губы быстро накрыли девичьи и проникли в рот. Мужчина хозяйничал там так собственнически, что Эри опешила. Алые глаза закрылись стремительно быстро, а тело было готово обмякнуть. Девушка расслабилась, отдавая всю себя чувствам; отвечая на пылкие и страстные поцелуи Даби, что терзали губы и облизывали их; оттягивали и сплетались с языком. Жар так и пылал между двумя телами, но дальше разгореться не смог. Злодей остановился и отпрял от Эри. Большего он позволить не мог, не сейчас. Мужчина ещё раз взглянул в алые глаза Эри и прошёл мимо неё, хватая оставленные вещи на диване и двигаясь в сторону лестнице. Его ждал не самый приятный разговор. Услышав отдаляющиеся шаги, Эри распахнула глаза и подняла в воздух ладонь, нежно коснулась обожжённых губ и улыбнулась. Взаимность есть, и это самое главное.

***

Зелёные потоки продолжали сворачиваться в своеобразный узел, что принимал различные формы. Он был похож на поток энергии, фигуры и человеческие лица. Азуми не знала, как именно её причуда способна показать правду, да и работает ли она вообще. Но те потоки, что разносились вокруг, говорили о том, что всё более, чем хорошо. Препараты Райли ослабли, а значит шанс достаточно велик. Единственное, что могла Азуми это пытаться сконцентрироваться на необходимом и пытаться достать до истины. Девушка продолжала хмуриться и внимательно следить за формой потоков, до тех пор, пока они не вырисовали чёткое лицо Шигараки. Азуми знала, что у неё получилось; она смогла сделать, то что должна. Энергия малыша, и её собственная причуда соединились воедино и смогли отыскать нужные нити. Азуми улыбнулась, окончательно чувствуя превосходство и правоту. Она оказалась верна Шигараки, это его ребёнок и точка. «Как это возможно? Я чётко вижу и знаю, что этот малыш мой и Томуры. Но почему… почему Райли сказал иначе? Не тот результат? Хитрость? Что происходит?» Азуми открыла глаза и не спеша поднялась с кровати. Доказательств больше не требовалось, но вопросы всё же остались. Девушка тяжело выдохнула и подняла глаза. Около двери стоял Даби, что успел надеть чистую футболку и штаны. Дочь Все за одного вздрогнула и прижала руку к груди. Мужчина подкрался совсем незаметно и бесшумно. — Даби! — Не хотел напугать тебя, Азуми. Видел ты была занята. Как успехи? — Мужчина заговорил сразу же, мечтая поскорее закончить с образовавшимся разломом. — Я наконец смогла использовать причуду, Даби, и смогла выяснить правду. Шигараки истинный отец моего ребёнка, я не знаю, что говорил или делал Райли, но… — Считаешь, он мог солгать всем и каждому? — Неожиданно, Даби дёрнулся и не в свойственной ему манере в последнее время — схватил Азуми за затылок. Мужчина крепко ухватился, чуть сжимая короткие пряди и скалясь. Его вывели слова девчонки и её отрицания. Хотя, брюнет и сам уже не знал чему стоить верить. — Отпусти меня! — Я то отпущу, но сначала хочу прояснить кое-что. Я многим рисковал, чтобы спасать твою жизнь и оказывать помощь; ты использовала меня, когда залечивала раны и топилась в алкоголе, Азуми. Я, конечно, не святой и тоже позволил много лишнего, но по крайней мере стараюсь не отрицать очевидного. Пытаешься убедить и меня и себя, что Шигараки отец ребёнка?! Хочешь вернуться к нему и пасть на колени?! Я не допущу этого, слышишь?! — Гнев в бирюзовых глазах закипал слишком сильно, от чего Азуми стало не по себе. — Этот ребёнок мой, Азуми, и я не позволю причинить ему вред! — Ты тоже обезумел? Моя причуда, она… — Девушка пыталась ответить, всё ещё ощущая сильную хватку на затылке. — Твоя причуда была подавлена! Ты не можешь знать, наверняка! Как только мы окажемся в безопасности, найдём способ выяснить кто из нас прав и что чувствует. А пока, прости, придётся мириться с тем, что имеешь! — Даби с силой тряхнул девушку и легонько оттолкнул её от себя. Азуми приземлилась на кровать и обхватила саднящий затылок. Мысли Даби окончательно переплелись с безумием, он уже не хотел верить чьим-то словам и доказательствам. Похоже, переубедить его не получится так просто. — Спускайся вниз, нужно поесть и просветить вас с Эри по-поводу дальнейшего плана действий. — Холодно бросил Даби и отвернулся. Снова боль на душе. «Что я творю? Веду себя ничем не лучше того ублюдка! Азуми использовала причуду, чтобы выяснить правду, а я не могу поверить ей; просто не могу. Судьба не может быть настолько тяжела и гадка ко мне. Я не могу так возрадоваться, а потом потерять надежду. Но что, если Азуми права? Я насильно принуждаю её и держу рядом? Я не даю ей свободы и угнетаю? Возможно. Но по-другому не выходит. Я даже передохнуть не могу! Нужно увести их ещё дальше, а уже потом разбираться с чувствами и прочим!» — Даби… — Я жду внизу, Азуми. — Мужчина более ничего не сказал и отворил скрипящую дверь. Азуми снова осталась одна, наедине со своими мыслями и печалями. Ей не поверили и сочли слова за ложь. Её хотят увести дальше, увеличивая и так то безмерное расстояние, что образовалось между ними с Шигараки. «Обещаю, что на этом ничего не закончится. Я не смогу так просто встретиться с тобой и рассказать о том, что узнала, Томура, но… мы обязательно отыщем друг друга! Я сделаю всё, чтобы мир стал прежним. Судьба впервые схлестнулась с нашим безумием, и я уверена, что на этот раз всё будет так, как должно. Я не отступлю. Мой ребёнок не познаёт жестокости и печали; не узнает, что такое боль и мир, окрашенный кровью. Томура должен узнать, что станет отцом; должен стать на верный путь, тот, что был ему всегда предназначен» Азуми опустила голову и посмотрела на свои руки, что стали через чур бледны. На мгновение, девушке даже показалось, что по ним прошли чёрные импульсы, а странная и доселе неизвестная энергия окутала клетки тела. Будто электрический ток прошёлся вдоль и поперёк, заставляя Азуми затаить дыхание и ощутить прилив сил. Неужели она и правда меняется? Неужели всё дело в ребёнке? Продолжение следует…