Еще один запретный плод или искуситель Карлайл.

      Эсме долго расхаживала по комнате, заламывая пальцы от волнения. Всё её хорошее настроение было испорчено новостью о том, что завтра состоится её выписка, и она навсегда потеряет связь с доктором. Конечно в её голове промелькнули мысли о том, чтобы пойти и поговорить с ним об этом. Но Платт пошла другим путем.       Толстая деревянная дверь отделяла её комнату от ванной, в которой еще вчера девушка чуть не удушилась. Руки тряслись от переизбытка эмоций страха, но ей нужно было это сделать, дабы получить еще немного времени. Больная нога аккуратно опустилась в проем между стеной и дверью. Рассчитав угол удара, мысленно Эс отметила, что это будет самый глупый поступок в её жизни. С глухим ударом дверь прижала ногу Эсме в части больной лодыжки. Болезненный вскрик раздался в комнатной тишине, после чего девушка рухнула на пол, трясущимися руками поглаживая сильно ушибленное место. Слезы застилали глаза, мешая ей осматривать нанесенный ущерб. Нога онемела, что заставило Платт испугаться, но она ведь этого и добивалась: нанести себе сильную травму, дабы остаться в больнице еще. А главное, чтобы повреждение было внушающим, поэтому она вложила всю силу, когда толкала дверь. Из-под наложенной повязки выглядывало сильное покраснение, которого раньше не было, и Эс, не переставая рыдать от нестерпимой боли, старалась шевелить пальцами ноги, дабы продолжать чувствовать конечность за пеленой боли. Зажав рот рукой, сдерживая рыдания, Эсме медленно начала подползать к кровати. Единственное, о чем она не подумала: как ей позвать Карлайла на помощь. Оставаться беззащитной перед лицами коварных медсестер она не хотела.       Тяжело дыша, Платт оставалась в кровати на протяжении длительного времени, пока нога сильно распухла. Боль не проходила, как и слезы. И тут из коридора донёсся знакомый голос, нет, не мягкий мелодичный голос Каллена, но этой женщине она тоже была рада. Та сиделка, которая везла её на осмотр к врачу в первый день пребывания в этом здании. Она была старше многих медсестер и даже не обращала внимание на Каллена, наверно поэтому она добро отнеслась к Платт.       Волоча за собой поврежденную собственноручно дважды ногу, Эсме доковыляла до двери и, распахнув её, увидела сиделку, что не громко отчитывала какого-то старичка-пациента. Как только карамельная головушка выглянула из-за прохода вся в слезах, женщина заметила её и, отвлекаясь от пациента, быстро направилась к Эс.       — Солнце моё! Что случилось?! — Немного пухлая та выглядела словно добрый пирожочек с кремом. Мда, сравнение года, Эс. При первой встречи девушка не смогла разглядеть её, ибо была слишком угнетена, направляясь на осмотр, зато теперь у неё достаточно времени.       — Я споткнулась… — Невольно жалея себя, Эс снова начала плакать. — Нога.       Сиделка ахнула, когда увидела сильно распухшую ногу Эс, и поспешила помочь ей зайти в комнату.       — Как же ты так? Ты развязывала бинт? Кто твой лечащий врач, нам надо позвать его? — Женщина явно перепугалась красноты, что выглядывала из-под бинта, но сама трогать рану не стала. Эсме попыталась скрыть искорки радости в глазах, когда та спросила про лечащего врача. Всё складывалось куда лучше, его самого приведут сюда! Осталось только, чтобы Карлайл оставил её в больнице…       — Доктор Каллен… мой лечащий врач — На слове «Мой» сердечко Эс затрепетало. А сиделка, соскочив с места, понеслась к двери, наказав Эс сидеть смирно на кровати и даже не пытаться вставать.       Вставать то она запретила, но никто не говорил, что нельзя трогать бинт на ноге. Нужно было убедиться, что повреждения хватит и выглядит оно устрашающе. А если нет, то нужно будет что-то придумывать. Но второй раз Эс придавливать больную ногу дверью не решилась бы, она всё-таки хочет остаться в больнице, а не инвалидом. Стиснув зубы, девушка начала снимать ткань с ноги, шикая от боли, до крови прокусывая губу. Синяк от падения с дерева еще не прошел, а новое покраснение, в виде широкой полосы на всю лодыжку, выглядело болезненно. Главное, чтобы это шокировало Каллена, а еще необходимо было придумать ситуацию, при которой он точно поверил бы, что всё произошло случайно. Ведь врач, в отличие от сиделки, явно поймет, что это не обычное падение, а характерная полоса от удара чем-то может её выдать. Не успела Эс начать придумывать себе алиби, как вернулась женщина.       — Доктора Каллена сейчас нет в здании. — А вот эта новость уже разочаровала девушку. — Как и твоих бумаг, поэтому другие врачи не смогут тебя осмотреть, не зная твоего точного диагноза. — Что же они собираются сделать со мной тогда? Не буду же я ждать Карлайла тут…. — Хотя если доктор Каллен говорил тебе о твоей травме что-то, то ты можешь рассказать это доктору Фаусу, и он поможет, м?       «Растяжение связок голеностопного сустава» прозвучало в голове Эсме приятным голосом доктора. Но это нельзя было говорить, ей не нужен другой доктор, ей нужен её доктор.       — Я не помню точно… что-то с лодыжкой…       — Ох, дорогая моя, с лодыжкой может быть всё что угодно. Значит надо искать адрес доктора Каллена и везти тебя к нему. Ох. не дай бог что-то серьезное… — И женщина снова покинула комнату, не заметив каким счастьем наполнилась Эсме, узнав, что отправится в гости к врачу.       Позже та же самая женщина, которая представилась как миссис Хаффлл, помогла Эсме переодеться в её одежду из больничной, и привезла кресло, чтобы Эс могла без усилий на ногу дойти до машины. Прохладный воздух заставил кареглазую заулыбаться, давно она не находилась на улице. Водителем оказался худенький паренек, что долго улыбался, разглядывая девушку в коляске, и это напрягало. Миссис Хаффлл, как сопровождающая, вызвалась проводить Эсме до двери доктора Каллена, и девушка была рада, что не будет оставаться с водителем-пареньком наедине.

***

      Дорога была долгой и, как Эсме успела понять, блондин живет на окраине города в собственном домике без соседей вокруг. «Любитель уединений» подумала Эс, представляя, как они вдвоем могли бы жить также вдали от всей суматохи. На неровной дороге машину трясло, и боль в ноге усиливалась, заставляя Платт ахать, а миссис Хаффлл вытаращивать глаза и спрашивать о самочувствие.       Боль в ноге ушла на второй план, когда перед ними показался мрачноватый, но уютный, домик. Мрачным он казался из-за обилия черных и темно-коричневых цветов. Сердце, казалось у всех трех, забилось быстрее, когда на пороге появился блондин, одетый хоть и в рубашку, но выглядящий по домашнему. Светлые волосы были немного растрепаны и придавали ему сонный вид. Увидев Эсме за стеклом машины, он резко двинулся в её сторону, забывая хотя бы прикрыть дверь в дом. А кареглазая, словно в ступоре, сидела, забывая даже причину приезда, пока Карлайл, поздоровавшись с сиделкой, не остановился напротив её двери, смотря девушке в глаза через стекло.