Добро пожаловать в Ад

На следующий день, ровно в шесть вечера, как и было обговорено ранее, мы встретились на выезде из деревни. Солнце всё ещё ярко светило, поэтому страха перед предстоящей поездкой я не испытывала. Наоборот, всем сердцем радовалась неожиданному приключению. — Может, мы всё же никуда не поедем? Этой ночью я видел кошмарный сон, — Кёнсу предпринял последнюю попытку нас переубедить. — Тебе приснилось, что ты завалил экзамен? — охнул Бэкхён, и они с Чанёлем тут же громко заржали. Бо Рам лишь закатила глаза и вытащила из рюкзачка уже знакомую карту, сверяясь с составленным маршрутом. — Я впервые обманул бабушку, сказав, что буду ночевать у Чанёля, — проворчал Кёнсу, явно испытывая угрызения совести. — Мы все обманули бабушек, сказав, что ночуем друг у друга, — постаралась я успокоить парня, но он лишь горестно вздохнул, глядя на горизонт. — Хватит трындеть, поехали! — уже оседлав велосипед, Бо Рам сердито зыркнула на нас. — Или вы хотите приехать на кладбище затемно? Этой фразы было достаточно, чтобы мы уселись на средства передвижения и покатили за нашим храбрым предводителем. Впрочем, долго Чанни и Бэк не выдержали и покатили наперегонки, оставив нашу троицу далеко позади. — Вы помирились с Бэкки? — спросил Кёнсу, спокойно крутя педали. — Мы и не ругались, — хмыкнула я, печально опустив глаза. — Просто он совсем не разговаривает со мной. Друзья ответили молчанием, но это даже лучше, чем если бы они что-то сказали. Около пятнадцати минут мы ехали по шоссе, изредка сворачивая на обочину, когда мимо проносились автомобили. Неожиданно притормозив у едва заметной грунтовой дороги, проходящей сквозь поле, Бо Рам позвала отъехавших далеко парней и призывно махнула рукой. — Э-э-э, а куда эта тропинка ведёт? — насторожился Кёнсу, пока мы ждали возвращения неразлучной парочки. — На кладбище, — развела руками Бо Рам. — Или ты хочешь ехать вдоль шоссе и быть сбитым грузовиком? Лицо парня перекосилось, но менее доверчивым от этого не стало. — Кёнсу-я, пойми, если мы поедем по шоссе, то доберёмся до склепа, когда окончательно стемнеет! А если по этой дорожке… — То мы рискуем заблудиться! — парень прервал Бо Рам и сердито нахохлился. — Вот же зануда! — разозлилась девчонка, тыкая картой в лицо друга. — Видишь, вот она! Едем прямо, никуда не сворачивая, и выедем к кладбищу! — Кажется, кто-то боится, — насмешливо протянул Чанёль, клацнув зубами у самого уха Кёнсу, и тот ощутимо вздрогнул. — Да что вы к нему пристали? Я тоже боюсь, — честно призналась я и первой свернула на ухабистую дорогу. Оставшуюся часть пути мы проехали молча, даже Чанни с Бэком перестали дурить. И чем дальше мы углублялись в бесконечное поле, тем больший страх нами овладевал. Казалось, что даже природа чувствовала приближение места скорби — трава становилась всё суше, птицы пролетали реже, а сумерки с каждой минутой сгущались. Когда на горизонте показался лес, Бо Рам облегчённо вздохнула и с улыбкой посмотрела на нас. — Вот оно! — восхищённо крикнула девушка, указав пальчиком в нужном направлении. — А вы ныли, что мы заблудимся! На этот раз гонку устроили Бо Рам и Чанёль — нарочито громко визжа и смеясь, они покатили в сторону леса, подпрыгивая на многочисленных кочках. Бэкхён неторопливо двинулся следом, но не услышав скрипа педалей, удивлённо обернулся — мы с Кёнсу стояли как вкопанные, глядя вперёд немигающими взглядами. — Чего вы такие бледные? — насторожился парень. — Боитесь привидений? Или оживших мертвецов? Хах! Тогда оставайтесь здесь, девочки! Когда Бэкхён окончательно скрылся за деревьями, а на поле остались лишь мы вдвоём, я немного пришла в себя и глубоко вдохнула, беспомощно покосившись на бледного Кёнсу. Первым желанием было уехать, но бросать друзей одних на кладбище тоже было нехорошо. — Подождём их здесь? — с надеждой предложила я, и парень согласно кивнул, покрепче вцепившись в руль. Наши взгляды остановились на солнце, катившемся к линии горизонта, и мы одновременно поёжились от наступившей прохлады. Ещё минут двадцать — и на землю опустится темнота. Страшно представить, куда мы забрались, если даже на карте Бо Рам это место обозначено бледной точкой. Ни света фонарей, ни проезжающих машин, лишь пугающая тишина, наполненная резкими неожиданными звуками. — Не думаю, что они там надолго задержатся, — пробормотал Кёнсу, закатив глаза к небу. — И зачем мы только согласились на эту авантюру? — Иногда мне кажется, что этим троим и без нас было бы так же весело, — понемногу расслабляясь, грустно улыбнулась я. — Ты не замёрзла? Я захватил запасную толстовку! — Предусмотрительный Кёнсу потянулся к рюкзаку и выудил из него нужную вещь. — Спасибо, — поблагодарила я, поспешно натягивая кофту поверх тонкой майки. — А что за сон тебе приснился? — Ну, — замялся парень, неуверенно покачав головой. — Может, сейчас не лучшее время рассказывать о нём? — Да ладно! Чего нам бояться! — отмахнулась я, выжидательно взглянув на друга. — Ох, — выдохнул он, прикрыв ресницы. — Мне приснилось, что я пришёл в школу, а там никого не было — все классы пусты, в коридорах ни души и такая пугающая тишина, что я услышал звук собственного сердца. Кёнсу замолчал, подбирая слова, а я зябко поёжилась, но прерывать не стала. — И вот зашёл я в один из кабинетов, сел за свою парту, вытащил учебник, открыл тетрадь… Смотрю на доску, а на ней тема написана, переписываю её и вдруг чувствую, что за моей спиной кто-то стоит. Вот прямо дышит мне в затылок, будто укусить пытается и наклоняется всё ближе и ближе. Я хочу закричать, но горло словно судорогой свело — лишь хрипы вырываются. И тогда я обернулся… Завороженная рассказом, я и не заметила, как покрылась мурашками. Молчание затянулось, и я подняла глаза, чтобы поторопить Кёнсу, но тут же вздрогнула и закричала. — Что такое? — всполошился парень, резко оборачиваясь, словно в продолжении сна. — За тобой кто-то стоял, — выдохнула я, закрывая рот дрожащей ладонью. — Кто? — И без того огромные глаза расширились ещё больше. — Нана, ты шутишь?! — Нет! — Я могла поклясться, что мгновение назад видела за спиной Кёнсу огромную чёрную тень. — А за мной ничего нет? Друг испуганно перевёл взгляд и ещё сильнее побледнел, доводя меня чуть ли не до истерики. Будь на его месте кто-то из укатившей троицы, я бы и ухом не повела — они те ещё приколисты. Но Кёнсу слишком серьёзен, чтобы шутить подобными вещами. — Здесь кругом одни тени! — простонал он, ставя ногу на педаль. — Просто поехали следом за остальными, пока к нам не привязалось какое-нибудь привидение! Согласно закивав, я развернула руль и покатила в сторону леса, то и дело вскрикивая, когда подлетала на кочках. Кёнсу ехал рядом и постоянно оборачивался, вздрагивая от каждого шороха. Надеюсь, что с этими придурками ничего не случилось, и они не предпримут идиотской попытки нас напугать. Стоило нам заехать в лес, как с одной из веток громко ухнул филин, заставив нас завопить в унисон. Едва не вывалившись из седла, мы с горем пополам, но всё же добрались до металлической ржавой ограды, вокруг которой валялись велосипеды друзей. Торопливо бросив здесь свои, мы перелезли через невысокое препятствие и, пробравшись через цветущие кусты шиповника, вылезли на узкую тропку, выложенную камнем. — Ничего себе! — выдохнула я, зачарованно осмотревшись. В сгустившихся сумерках отчётливо виднелись могильные плиты, на поверхности которых можно было разглядеть полустёртые надписи о тех, кто был под ними погребён. Из-под земли, тут и там, торчали корни вековых деревьев, окруживших небольшое кладбище со всех сторон. Мне казалось, что в густой листве кто-то прячется и пристально наблюдает за нами, сердится из-за того, что мы посмели нарушить царивший здесь покой. От земли начал подниматься туман, постепенно проглатывая очертания могил, цветущих ярко-алыми лепестками кустов, и даже тропка под нами становилась размытой и нереальной. Друзей, как назло, не было видно, и я робко нащупала руку Кёнсу, пытаясь успокоить и себя, и его. — Здесь пахнет покойниками, — прошептал парень, кривя лицо. Я принюхалась — в воздухе висел неприятный сладкий запах, то ли от шиповника, то ли от давно разложившихся трупов. А вкупе с мерзким ощущением, что за нами кто-то наблюдает, это и вовсе доводило до полуобморочного состояния. — Зато если из могил поднимутся призраки, мы их не сможем разглядеть в тумане! — я попыталась разрядить обстановку, но друг побледнел так сильно, что я пожалела, что вообще открыла рот. — Чанёль! Бэк! Бо Рам! — беспокойно оглядываясь, крикнул Кёнсу. — Да где же их носит? — Могу поспорить, что они сидят под каким-нибудь кустом и ждут удобного момента, чтобы нас напугать, — проворчала я, с грустью наблюдая за тем, как на небо поднимается круглая молочная луна, слегка подёрнутая рваными тёмно-синими облаками. Почувствовав, как наших сцепленных рук кто-то коснулся, мы с Кёнсу одновременно завопили и обернулись — за нашей спиной стоял невозмутимый Бэкхён и недоумённо косился на наши переплетённые пальцы. — Я, значит, бегу со всех ног через кладбище, чтобы спасти от привидений, а вы тут обнимаетесь! — насмешливо фыркнул он, почесав затылок. — Не помешал случаем? — Очень смешно! — прошипел Кёнсу, нахмурившись. — Быстро поехали домой! — Никакого домой! Чанни и Бо Рам нашли склеп, так что дуем туда, пока эта парочка нас не опередила! — коротко приказал Бэк, попытавшись убежать вперёд. — Стой! — завопила я, вцепившись в его ладонь и крепко сжав. — Мы должны идти за руки, здесь темно и страшно! — Как в детском саду, — проворчал Бэкхён, но попыток вырваться не предпринял и упрямо потащил нас за собой.