Репетитор по биологии

"Ты еблан, Юлик. Ты знаешь, что ты еблан? Конечно знаешь, это видно даже, блять! Поздравляю вас, Онешко. Заявляю, что теперь вы официально педик." Одно и то же крутилось в голове, не давая другим мыслям прохода. За стенкой был Руслан, который так же лёг на кровать смотря в потолок. Оба думали о произошедшем, о поцелуе и своих эмоциях. Будто гипноз, русый почти ничего не помнит. Оба парня были в тупике и абсолютно не знали, что же делать дальше. Да и стоит ли им вообще появляться рядом? Какие эмоции они будут испытывать при виде друг друга? Что надо делать в такой ситуации, и как вообще реагировать на это? Вопросов было много, ответов почти не было. Лёжа на кровати русый старался перейти от этих мыслей на другие, или хотя бы отвлечься в телефон. Ничего не помогало, да и сам парень не знал что делать. Всё было слишком сложно, ещё глубокая ночь и тишина давили на черепушку. Мысли путались, чувства переваливали за край. От стресса Руслан закусил нижнюю губу. Дернувшись от неожиданности и осознания. Он потрогал губы: влажные, потресканные, со вкусом дешевого энергетика и привкуса блондина на них. Покраснев, Тушенцов закрыл лицо подушкой, тихо воя в неё в попытках задушить самого себя. Со временем она неприятно намокала, от слюней, из-за жалких всхлипов парня, слез вытекающих из краешек глаз, из-за безвыходности ситуации. Можно было так пролежать вечность, лишь бы не видеть карие глаза, которые были наполнены сочувствием, непониманием и тревогой как можно было так глупо влюбиться? Тишина. Слишком тихо для такого времени года, да и вообще для этого дня. Вдруг отвлёкся от мыслей из-за шуршаний в прихожей. Щелчок замка, скрип двери, быстрые шаги и хлопок. Шатен неуверенно вышел из комнаты в гостиную, затем в прихожую. Онешко ушёл, просто ушёл. Собрал свои вещи и ушёл навсегда. В гостиной он оставил сложенные вещи Тушенцова, в ровной стопке, из пары футболок и домашних штанов. Молча, не проронив ни слова, оставив за собой лишь жалкий аромат парфюма. Голова просто кипела, часовая истерика отразилась не только на красных опухших глазах парня, на трещащей боли в голове, на голосах, что твердили о ничтожестве парня, о ошибке, о возможно потерянном друге навсегда. Он попытался выкрикнуть что-то в след, дверь которая отлетела в стену, Руслан лишь слышал шарканье по бетонным ступенькам, которые подходили к дверям подъезда. Хриплый голос кричал блондину, но вскоре все звуки затихли. Тушенцов остался наедине со своими мыслями. Перед глазами потемнело, руки и ноги дрожали, он махал головой из стороны в сторону,

—ещё не поздно все исправить.. — я могу, я могу лишь все портить, да —я все испортил, опять.. опять, он ушёл, исчез..я не могу это исправить

Из горла вырывались срывающиеся всхлипы, вздохи на крик. Дышать становилось все тяжелее. Отрывисто глотал воздух, хватался за собственное горло. Он не мог думать ни о чем, мыслей просто не было, только слезы, всхлипы, боль. Юлик оставил его, молча. Разжег огонь в давно холодном сердце и просто сбежал. Зачем он это делает? Зачем оставляет его одного, жалкого и ничтожного, одинокого и никому не нужного. Почему он так поступил, почему Руслан сейчас плачет из-за этого парня, может они и небыли друзьями, Руся точно так не считал. Он чувствовал близость рядом с этим человеком, хотя прошло так мало времени с их знакомства. Он мог довериться ему и поделиться чем-то. У него большие и тёплые руки, он любил обнимать Руслана при встрече и гладить по острым лопаткам. Хоть это и было один раз, но он запомнится на долго. Его смех, запах, до сих пор ощущались прямо здесь, но парня нет. Прошло двадцать минут, тридцать, следы давно закончились, исчезла и надежда, исчез голос. Он выглядел как брошенный котёнок, грязный, дрожащий и жалкий. Лежал на полу обнимая себя, сколько он уже не прикладывал руки, не занимался самоуничтожением, селфхармом. Настал его час, дрожащими руками, закрывшись в ванне он нашёл 3 пачки сильных снотворных, отложенные лезвия. Горячая вода наполняла ванную до краев, упаковка от таблеток валялась где-то около входа в комнату. Выдавил себе на ладошку несколько таблеток, маленькие и белые, но достаточно сильные. Может пока этого хватит, а когда будет становится хуже съест ещё. — Зовёт имя сына, а сына не слышит, сынок лежит в ванной и больше не дышит…— тихо напевает со слезами на глазах. И как он до этого дошёл? Как он пришёл к этому концу. Неужели последние минуты его жизни, пройдут именно так.

***

Pov Юлик

Я сам не хотел этого, я боюсь, я просто боюсь, что же я натворил... Сложил свои вещи и просто ушёл, а когда Руслан своим прокуренным голосом кричал, и умолял меня вернуться, я чуть ли не сдерживал слезы, прости меня Руслан, мне нужно время. На улице шёл снег, хлопья падали на растрепанные в гневе на самого себя волосы, на лицо и голые руки, надо было одеться. Повсюду стоял дикий мрак, даже фонарей не было видно. Я лишь поморщился ускоряя шаг, уходил от подъезда. Я ничего не слышал и не видел, гудит голова. Мне нужно собраться с мыслями, поэтому я побежал в поиски места, где можно укрыться от снега, но бежать мне некуда, домой я не собираюсь. Универмаг, я забежал в тесное помещение поднимаясь по табличкам, в кармане было около двух тысяч и паспорт. Бродил между пустых стеллажей, бутылка коньяка, сигареты, вот все мои покупки. Я стоял за стеклянными дверями смотря на метель за ними, задумался. В моем сердце что-то ёкнуло, я напрягся. Чувство, будто бы я что-то упускаю, чувство страха, будто сейчас должно что-то произойти. В ушах зазвенело. Мне надо бежать, но я не понимаю куда, меня тянет блевать, а ноги не слушаются меня и бегут по направлению в дом Руслана. Я не помню, как бежал сквозь снег с бутылкой коньяка, и как я забегал в подъезд. Помню лишь подходящее чувство страха, а потом я вспомнил Русю, маленького настырного мальчишку, дерзящего мне в первый день. Я вспомнил атмосферу его комнаты и первые слёзы, но когда я спросил почему он плачет, он почему-то молчал, мне было жалко его поэтому я остался с ним. Помню как впервые столкнулся с ним в библиотеке... Я влетаю в незакрытую дверь квартиры, стоит пугающая тишина, из ванны доносятся тихие всхлипы и звук воды из под крана...

***

Онешко бил по двери в ванну, кричал Руслана. — Боже мой блять... Руся я хочу объяснить, просто ответь мне...— молвил облокотившись на дверь, он оказался в безвыходной ситуации, от отчаяния просто тихо плакал в коленки. — Что ты хочешь мне объяснить?— доносится из-за двери, и вода выключается. — Руслан. Руслан прошу тебя открой, я хочу все объяснить, пожалуйста, прошу— ответа не последовало. голый руслан просто лежал в ванне, в воде, и смотрел в потолок вслушиваясь в звуки за дверью. — Я побоялся. — Почему ты вернулся? — Я боюсь, очень. Я совершил ошибку, я не должен был убегать. — Зачем? — Слушай. Я не знал как ты отреагируешь, тот поцелуй. Тишина. — Он был не случайным, я хотел этого, очень. Руслан просто выслушай, ты дорог мне, с самого начала. Это странно, да. Мы знакомы всего то ничего. Я не хочу оставлять тебя, я не хочу чтобы ты делал это с собой. Знаешь, я очень привязался к тебе, я не представлю, я не выдержу, Руслан я люблю тебя, я люблю твои ебанные изрезанные руки, люблю твои омерзительно жалкие глаза, люблю твой истерический смех надо мной, я люблю каждый миллиметр твоего ебанного тела, тушенцов если ты убьешь себя я.. наверное я выпрыгну из окна или.... Послышался много обещающий щелчок. Точно дверь открылась. Юлик подскочив с пола забегает в небольшое помещение. Таблетки на полу, лезвие, вода, кровь. Руслан сидит в розовой воде, с изрезанными предплечьями, голый, положил голову на коленки, красными глазами смотрел на Юлика. Блондин молча садиться у ванны беря руку Руси в свою. Тушенцов молчал, он дрожал, ему было холодно и страшно. Юлик вынул затычку из ванны давая воде вытечь. Включил душ, и не торопясь начал поливать парня, его руки от крови. Принёс парню одежду, начал убираться в ванной, пока Руслан вылезал и одевался. — на улице пошёл снег, а у тебя окна открыты— бубнит парень поднимая пачки таблеток и кидая те на раковину. — простудишься— принёс парню плед укрывая того и наконец выводя из ванны. — я так спешил что не разулся... завтра помою полы, а ты... иди в комнату, я сейчас приду Руся молча кивнул, выглядел тот более чем подавлено и устало, поэтому блондин отправил того в постель, а сам пошёл на кухню, по рюмочке коньяка. — пей— протягивает русому садясь на кровать рядом. — сколько таблеток выпил?— залпом выпивает все что налил ему Юлий,

— 3—

— болит что нибудь?—

— всё—

— раздевайся—

— что?—

— раздевайся говорю и под одеяло— Парень приносит целую бутылку коньяка, щедро отпивая прямо из горла. Сам снимает штаны и закрывает окна. — у тебя есть сигареты?— тихо спрашивает у Юлия.— просто ты все у меня забрал... Юлик тихо потрепал парня по голове садясь справа, — ты не злишься на меня?— юлик пожимая губы смотрит на глубокие, усталые глаза напротив, —я просто хочу забыться, влюбиться и все, может пропаду, утону, ведь я наивный, пожалуйста налей мне ещё— — даже в самую темную ночь, ты был и надеюсь будешь со мной…— Юлий понимающе кивает парню напротив, сам того не заметив приближается к искусанным до крови губам, сухим и бордовым. Аккуратно приобнимая того сокращает расстояние меж губ, соприкасаясь и сливаясь в долгом, тихом поцелуе, который казалось длился вечность. Под шум скрежета снега, тихо вихря, машин проезжающих в темноте, людей входящих в подъезд и топот соседей сверху. Час ночи, почему они не спят? Ах да, глупый вопрос. Наверное за прилюдиями парней застывше наблюдал весь дом. Точно фильм, где концовка всем известна. Размыленный фон, субтитры. Теперь они вместе, они любят друга друга, точно молекулы соединяются в одно, проживая остаток жизни вместе.