Накал страстей

      — Нет! Пожалуйста, не надо! — хорошенькая клетка напрасно пыталась отбиваться, но силы были не равны.       — Да мы только потискаем тебя чуток, не рыпайся, дуреха! — хохотали Т-киллеры, пытаясь сорвать с нее одежду. Один уже запустил свои грабли под майку, сломал застежку на бюстгальтере, избавился от него и с удовольствием сжимал ее груди так, что та рыдала от боли. Второй в это время задрал ей юбку и стягивал нижнее белье.       — Нет, пожалуйста!.. — умоляла она и дрожала всем телом.       — Мы ж тебя не убивать собираемся, а наоборот, приласкаем, — обещали те, заваливая ее на землю и раздвигая ей ноги, собираясь по очереди надругаться.       Несчастная зажмурилась, чтобы хотя бы не видеть того, что произойдет дальше. И в следующий миг услышала над головой какой-то грохот и крики, большей частью которых была отборная ругань. Она приоткрыла один глаз и увидела, как неведомая сила стаскивает с нее неудавшегося насильника. Открыв второй, обнаружила, что его приятель уже валяется рядом бесформенной кучей.       — Я вас, ублюдки, спрашиваю, что здесь происходит?! — спасший ее орал так, что можно было оглохнуть.       Это был капитан Т-киллеров. Отмутузив распоясавшихся подчиненных, он еле сдерживался, чтобы их не прибить окончательно. Позади него появилась помощница командующего, госпожа Т-супрессор, и огласила ожидающие их взыскания. Поскольку ставшая объектом несанкционированного нападения клетка осталась жива и здорова, было решено ограничиться строгим выговором с занесением в личное дело и угрозой отправить нарушителей в селезенку.

* * *

      Госпожа Т-супрессор доложила о происшествии командующему Т-хелперу. Тот молча выслушал доклад и только вздохнул, печально и устало.       — Вообще, подобные случаи недопустимы, — сказал он. — Любые виды несанкционированной аутоиммунной агрессии должны караться смертной казнью. Ты и сама знаешь. Но в свете последних событий, — он вздохнул еще тяжелее, — мы не должны так рубить с плеча… — он снял очки, протер краем рубашки стекла, и тут помощница заметила, что командующий как-то неестественно весь вспотел, хотя в помещении было прохладно. — Последнее время, — продолжил он, собравшись, — в организме сильно увеличился приток половых гормонов. Это, конечно, все естественно… и было бы неопасно, если бы они так или иначе не воздействовали на клетки. — Т-хелпер обмахнулся оказавшейся у него под рукой папкой и протянул помощнице последнюю статистику с данными выработки половых желез, которую получил недавно по своему запросу.       — Ого, — сказала помощница, разглядывая цифры. — Я не сильно в этом разбираюсь, но показатели довольно высокие. Чем нашей работе это грозит, помимо инцидентов вроде сегодняшнего? Командующий? — она с недоумением уставилась на краснеющего, покрытого испариной шефа. — С вами все в порядке?       Т-хелпер мотнул головой, он крепился, но ему уже было нехорошо. Он тщетно пытался успокоиться уже целый вечер. Поскольку сейчас они находились в офисе штаба одни, он решился признаться в своей проблеме:       — Боюсь, они действуют и на меня тоже, — сказал он, чуть не плача. — Я совершенно не могу ни о чем думать и командовать! Вот этим оно нам и грозит! — с этими словами, резко выдохнув, он кое-как встал враскорячку из-за стола, искренне надеясь на деликатность и понимание помощницы. И та увидела приличную оттопыренность в его штанах.       Всего пару секунд она была в замешательстве, потом взяла себя в руки. В конце концов, ее работа заключается в том, чтобы регулировать работу других Т-клеток. Если командующий не в состоянии нормально работать, ее обязанность — помочь ему.       — Вам нужно снять напряжение, — сказала она как можно более невозмутимо. — Я могу помочь.       — Не стоит… — ответил начальник, но как-то уж очень неуверенно. И обессилено плюхнулся обратно в кресло.       — Вот уж неправда, — спокойно сказала Т-супрессор. Она положила папку обратно на стол, подошла к двери, заперла ее изнутри и, вернувшись, облокотилась о стол и внимательно посмотрела Т-хелперу прямо в глаза. — Так я могу помочь?       — Будь добра, — сдался командующий.       У нее было мало опыта по части соблазнения. Но тут соблазнять и не требовалось: объект был уже на взводе. Не имея пока четкого плана, регуляторная клетка приблизилась к нему, стратегически зашла за спину и стала массировать ему плечи. Командующий сперва прибалдел и даже начал расслабляться, но потом перевозбудился еще пуще и напрягся так, как будто проглотил черенок швабры.       «Да, так дело не пойдет», — подумала она и решила все же не торопиться и начать с малого. В крайнем случае, поработать руками. Однако случай был не тот. И пусть в ней было немало уверенности и умения воздействовать на начальство, подавляя его излишние импульсы, тут она просчиталась, явно его недооценив.       Т-хелпер вскочил как ошпаренный, развернулся, притянул ее к себе и резким рывком усадил на стол, сметая документы. Она аж опешила от такого напора, но не стала возражать, позволяя завалить себя. Она слишком хорошо его знала, буквально вплоть до каждой молекулы. Ей стало совершенно ясно, что легкими эротическими играми, на которые она рассчитывала, здесь все равно бы не обошлось. Остудить его пыл и насытить могло сейчас только главное блюдо. Так что Т-супрессор героически раскинула ноги, обтянутые черными кружевными чулками, но сперва помогла разгоряченному начальнику расстегнуть брюки самому и стащить нижнее белье с себя. Что ж, если родина просит…       Т-хелпер был уже на пределе терпения. Ему было стыдно от всего происходящего вообще и от того, что так груб со своей помощницей в частности. Он столь стремительно засадил ей, что она даже охнуть не успела. Не подозревая, что делает ей больно, он начал торопливо ее драть, не размениваясь на ласки, а она попыталась расслабиться и терпела. Она привыкла стойко переносить невзгоды, она же настоящий боец, а не просто миленькая помощница-секретарша.       Он вжимался в нее так сильно, так плотно… Она прикрыла глаза, чувствуя, как горячо внутри, и заливалась краской от накатывающих волн жара. Т-хелпер подхватил ее под зад и начал насаживать еще сильнее, словно желая проткнуть насквозь. Она закинула ноги повыше, подстраиваясь под него и давая ему возможность не сдерживаться, думая о том, что рано или поздно это все равно бы случилось, и нечего переживать из-за таких пустяков. В конце концов, они не первый день знакомы, и он ей вполне так симпатизирует. Немного. Ну хорошо, даже не немного.       Они оба ей нравились еще со времен обучения в военной академии Тимуса: будущие командующий Т-хелпер и капитан Т-киллеров. Пускай, она делала вид что это не так, и те ей безразличны. Глупые мальчишки, за ними глаз да глаз нужен! И помочь, и осадить, и приласкать когда надо… Не то работа, не то призвание.       Правда, она всегда воспринимала их обоих скорее как друзей или коллег, и даже никогда не думала о том, что станет с кем-то из них встречаться. Но так уж сложились обстоятельства. На командующем лежит большая ответственность. Безопасность всего организма зависит от его здравых решений. И сможет ли он их сейчас принимать, зависит от нее. Здесь уже не до личных симпатий или ненужной стыдливости. Она должна сделать все, чтобы его действия были адекватны ситуации. Если надо — успокоить, образумить, проследить, чтобы он хорошо питался и вовремя отдыхал, а то и приласкать и разделить с ним ложе. Помощница, нянька, любовница в одном флаконе. И она делает это по своему собственному выбору, потому что знает, что должна и нужна. И, пускай, мужчины наивно полагают, что сильны и независимы… Нет, она знает наверняка: без нее они пропадут. Особенно командующий. Да, он самый умный, самый сильный и прочее, но ему как никому другому нужна поддержка. Она даст ему ее и все, что еще сможет.       Он тем временем быстро достигал пика наслаждения и очень возбуждающе кричал, предчувствуя разрядку. Страсть, с которой он ее любил, ей льстила. И пусть торопящийся выпустить пар Т-хелпер даже близко не довел ее до оргазма, она чувствовала себя вполне удовлетворенной. Чувством выполненного долга.       — Полегчало? — спросила она, когда обессиливший Т-хелпер, наконец, слез с нее.       — Можно еще разок? — выдохнул он, ощущая, что вскоре снова будет готов продолжить.       — Тебе мало? — Т-супрессор приподнялась со стола и задумчиво-томно глядела на него. Обычно на службе она соблюдала субординацию и обращалась к нему на «вы», продолжая делать это по привычке и в неформальной обстановке, а тут вдруг подумала, что в свете данных обстоятельств это как-то даже глупо.       — Учитывая произошедшее… — начал он и обвел взглядом соблазнительно развалившуюся на столе помощницу, с задранной по самое сокровенное юбкой и с распахнутой блузкой, открывающей вид на ее изумительные груди. — О-о-о!.. — он забыл сказать, что собирался, и покосился на вновь рвущийся в бой член. Тут только он увидел на нем кровь и запаниковал, мгновенно теряя настрой. — Что?!.       — Ничего страшного, — сказала помощница, спускаясь со стола, — с девушками такое бывает в первый раз.       — Я, что, лишил тебя невинности?! — сообразил он, хватаясь за голову. — Прости! Прости! Я такой дурак! Я не подумал…       — Что я могу быть еще не тронутой? — она улыбнулась. — Ты же знаешь, это не каждому под силу — тронуть меня. Я, конечно, размякла тут на офисной работе, — она кокетливо поправила растрепанные волосы, — но я все же боец спецназа, если ты не забыл.       — Но ты же наверняка берегла себя для любимого, — всхлипывал герой-любовник, протягивая ей салфетки.       — Ничего, — она вытерла себя и его, — все нормально. — И она ласково чмокнула его в лоб, успокаивая, и добавила, вздыхая: — Мужчины как дети, честное слово. Я должна приводить вас в чувство. Не зря же я — регуляторная клетка. Ну так, что, тебе полегчало?       — Можно еще разок? — оживился Т-хелпер, сгребая ее в объятия. — Ну пожалуйста!       — Ну хорошо, — кивнула она, гладя его по голове.