Дендроцит и макрофаг
18 июля 2020 г., 22:35
От накала страстей страдали все клетки. Незаметнее и тяжелее всех страдал дендроцит. Ему-то не с кем было утолить кипящую в нем ключом страсть. А за его скромной внешностью и вежливой дежурной улыбкой страсти кипели такие, что вряд ли бы нашелся хоть кто-то, способный представить их хотя бы приблизительно.
Дендроцит крепился днем, пытаясь сосредоточиться на работе, и напрасно пытался уснуть ночью. Он лежал, глядя во тьму, потом начинал ласкать себя, чтобы снять напряжение, которое, увы, не становилось ни капельки меньше. Закрыв глаза, он представлял, как чьи-то сильные и в то же время нежные руки гладят его, сперва легонько, потом все настойчивее, как соблазнительный голос, щекоча, шепчет ему на ухо всякие приятности и ласкает слух, как незримый возлюбленный берет в ладони его лицо, как тянется поцеловать…
Ах, этому не суждено было сбыться! В организме, где более тридцати семи триллионов клеток он был так одинок! Одинок и совершенно никому не нужен. Ну как, не нужен… Если не считать полезной работы, что он выполнял, то, верно, что никому. Никого он не интересовал как личность. А ему так хотелось ласки и заботы, что аж плакать от безысходности хотелось. И даже теплое одеяло не спасало его от пробирающего до мозга костей холода, происходящего от глубокой печали и одиночества.
Последнее время многие клетки вокруг него сбивались в парочки. Кто-то любил друг друга нежно, кто-то пылко, кто-то встречался исключительно ради похоти, но они были не одиноки. Не то, что он. Ах, он только мог молча страдать и завидовать! А еще тихонько подглядывать за другими и фотографировать… Не то для документации, не то для себя. Он уже и сам толком не мог понять, для чего.
Пока он фотографировал, ему удалось сделать весьма пикантного свойства снимки, которые он спрятал подальше, ибо, глядя на них, сильно возбуждался. И снова, и снова завидовал. Ему бы тоже хотелось вот так вот поддаться силе любви, найти свою половину и отдаться ей без остатка. Бедный дендроцит едва ли мог думать о чем-то еще и не раз уже ловил себя на мысли, что согласится пойти с первым встречным, кто предложит.
* * *
Первым, кто ему предложил, оказалась, как ни странно, госпожа макрофаг. Она также страдала от одиночества среди своих лесбийских подружек и подумывала о том, чтобы заловить в свои сети какого-нибудь парня, желательно симпатичного. Дендроцит уже давно привлек ее внимание, но от ее наметанного глаза не укрылось, что тот, и это очевидно, имеет иные предпочтения. Однако это ее не останавливало, наоборот, из этого мог выйти весьма увлекательный эксперимент. Госпожа макрофаг выбрала весьма удачный момент: дендроцит был один, сидел без дела и явно скучал, погрузившись в свои мысли. Он поприветствовал ее и автоматически принял предложение выпить вместе чая. Как по волшебству перед ним появились разные вкусности, принесенные ею, тут же был поставлен чайник, а вскоре заварен и потрясающе ароматный чай, о каком даже командующий Т-хелпер мог только мечтать. Дендроцит ощущал приятную неловкость, когда госпожа макрофаг принялась ухаживать за ним, разливая чай, и чуть ли не кормить с ложечки. Он испытывал чувство, похожее на то, которое возникает, когда активируешься. Щеки его порозовели, на душе стало светлее и теплее. Эти милые посиделки словно возвращали его к жизни. Госпожа макрофаг тем временем мило щебетала о всяких пустяках и интересовалась его вкусами. Ничего не подозревающий дендроцит с удовольствием обсудил с ней все любимые сладости, интерьер своего дома и черт его знает еще что. Тут эта коварная особа неожиданно поинтересовалась, какие девушки ему нравятся. Дендроцит собирался было ответить… ну хоть что-нибудь… и завис. Честное слово, он и сам не знал. Да и не думал как-то… как-то конкретно… про девушек… — Ну вот такие… — он силился подобрать слово. — Такие милые, как и вы, — попытался польстить он, чтобы выкрутиться. — Благодарю, — сказала макрофаг, изящно ставя чашку на блюдце. — Вы мне льстите. А еще… — она прикрыла рот рукой, затянутой в белоснежную перчатку. — Даже не знаю, как сказать, — она напустила на себя побольше таинственности, словно собиралась сообщить тайну государственной важности. — Да? — Боюсь, вы можете обидеться, — тянула она все более загадочно. — Нет, что вы, — заверил дендроцит, уже сгорая от любопытства. Она лукаво прищурилась и вдруг выдала, подавшись вперед к нему: — Конечно, я могу ошибаться, но мне казалось, вам нравятся парни. Дендроцит густо покраснел. Да, пожалуй, она была права. Ему не раз представлялось, как за ним прискачет эдакий принц на белом коне и увезет далеко-далеко, и будет любить, защищать и оберегать его. Хотя откуда здесь принцы, кони… да еще и белые? — Боюсь, у меня вообще нет никаких вариантов, — вздохнул он. — Вряд ли я кому-то нужен. — Ну отчего же? — улыбалась макрофаг. — Не верю, что не найдется того, кто бы о вас позаботился, — она придвинулась ближе. — И это не обязательно может быть другой мужчина. — Да? — рассеянно спросил дендроцит, который был так отягощен своими невеселыми мыслями, что вконец утратил способность понимать даже самые очевидные намеки. А ведь он всегда был таким прозорливым! — Ну конечно, — она подмигнула смущенному парню. — К примеру, я бы могла вам помочь. Вам ведь нужен партнер в активной роли? — Было бы здорово… — ответил дендроцит и осекся: до него начал доходить смысл сказанного. — Ну так за чем же дело стало? — спросила макрофаг и посмотрела ему прямо в глаза, хитро и настойчиво. — О… — Мы могли бы славно провести время, — сказала она, поглаживая его по щеке. — О-о... — Я подарю вам столько ласки, сколько захотите. — О-о-о!.. — А хотите, я стану вашим прекрасным принцем? — добила она дендроцита. Тот зажмурился, представил принца в кружевной юбке и чепчике, несущем его на руках. А что, макрофаг — довольно крупная клетка, ей такое вполне под силу. В качестве коня почему-то упорно представлялся капитан Т-киллеров, но этот факт дендроцит уже не мог никак объяснить. Тем временем, пока он размышлял, шаловливые ручки макрофага успели расстегнуть ему пиджак и скользнуть под рубашку. Чувствуя исходящее от них тепло в области сердца, дендроцит сдался. Погрузившись в грезы любви и чувствуя приятные прикосновения, он сладко завздыхал и невольно потянулся за поцелуем. Макрофаг наклонилась к нему и целовала, долго и нежно. Дендроцит от счастья обмяк и упал к ней в объятия. Госпожа макрофаг подхватила свою добычу и занесла в домик на дереве, поплотнее прикрыв за собой дверь. Она решила не мелочиться и тут же перешла на «ты»: — Знаешь, а мне всегда хотелось побыть парнем, — игриво сказала она, укладывая его на кровать. — Давай попробуем, что из этого выйдет? — Простите, я не уверен, что что-то выйдет, — пробормотал дендроцит, приподнимаясь. Ему ужасно хотелось любви и ласки, но возможность получения их прямо сейчас почему-то пугала. — Ох, и что же нам делать? — спросила госпожа макрофаг словно бы у себя самой. Она озадаченно смотрела на съежившегося на кровати дендроцита, и вдруг ее осенило. Она прищелкнула пальцами и воскликнула: — Я знаю, что нам делать! — И что же? — затаив дыхание, спросил тот. — Раздевайся, — велела она и сама начала расстегивать на себе платье. Дендроцит обалдел. Он даже зажмурился, хотя ему было ужасно любопытно наблюдать процесс избавления от пышного платья госпожи макрофага, и хотелось бы полюбоваться ее стройным телом. Он открыл глаза только тогда, когда та стала трясти его за плечи. — Ну что же ты? Помочь? — осведомилась она и тут же принялась стягивать с него пиджак. Дендроцит вцепился в него и никак не хотел отдавать, но в итоге вынужден был сдаться. Он и глазом моргнуть не успел, как оказался в одном нижнем белье. — Отлично! — констатировала макрофаг и резко спустила с него трусы. Дендроцит умирал со стыда. Привыкший всегда быть одетым по форме и застегнутым на все пуговицы, он стоял сейчас совершенно без ничего перед леди, закрывая полыхающее лицо руками, когда следовало бы прикрыть кое-что другое. — Боюсь, немного великовато будет, — огорченно сказала госпожа макрофаг, прикладывая к нему свое кружевное белье. — Хотя тебе идет. Дендроцит, не открывая глаз, оперся о ее плечи и послушно просунул ноги в кружевные панталоны. Почувствовав, как мягкая ткань приятно касается кожи в интимных местах, набрался смелости и посмотрел. Неожиданно увиденное им привело его в полный восторг. Макрофаг тем временем стала помогать ему натягивать чулки. Вскоре дендроцит был облачен в великолепный наряд макрофага и посильнее утянут, так как слегка утопал в нем. Госпожа макрофаг кое-как втиснулась в костюм сотрудника информбюро, который был ей особенно тесен в груди. Но в целом вышло даже недурно. Они помогли друг другу завершить образ, поправив прически и приладив головные уборы, а дендроциту еще и был нанесен легкий макияж, в процессе нанесения которого он радовался, как дитя малое. Это было так увлекательно! Когда все было готово, они, смеясь, прошлись под ручку по комнате и поработали немного еще и над походкой. Дендроцита, как оказалось, даже не надо было учить вилять при ходьбе бедрами. Он так быстро вошел в роль принцессы, что оставалось только диву даваться. Дело было за финальным тестом. — А теперь мы немного прогуляемся, — веселилась макрофаг. — Позвольте пригласить вас, юная леди, — она подала дендроциту руку. — Охо-хо, — ответил тот, протягивая ей руку в белой перчатке. Кажется, это все нравилось ему больше и больше. Конечно, ему было ужасно боязно оттого, что его узрят в таком виде (и, упаси все силы гомеостаза, знакомые), но желание «пошалить» вечно играло у него в одном месте. Трудно сказать, в каком конкретно. Возможно, их было больше одного. Так что воодушевленный дендроцит подал ей руку и смело шагнул навстречу неизвестности. Они прошлись по улицам, направляясь в кафе, которым владела госпожа макрофаг. Клеткам было ужасно любопытно узнать у них, что происходит, но никто так и не решился этого сделать. Однако не каждый день увидишь, как одетый в женское платье дендроцит прогуливается под ручку с госпожой макрофагом, облаченной в его костюм. Воистину, удивительно! Для самого дендроцита это было так необычно и будоражаще, что он весь был как на иголках. Макрофаг же чувствовала себя несколько стесненно, но не столько из-за странности их эксперимента, сколько из-за неподходящего по размеру костюма. Когда, наконец, они добрались до кафетерия, они смогли перевести дух и поделиться впечатлениями. А еще немного потанцевать. Пригласив дендроцита на танец, макрофаг кружила его, а он был взволнован и очарован своим прекрасным «принцем». В результате они так разошлись, что чуть не уронили все столы и стулья. После оба не отказались подкрепиться чем-нибудь вкусным и продолжить свое смелое путешествие по окрестностям. Так что макрофаг снова угощала дендроцита своими кулинарными шедеврами и галантно ухаживала за ним за столом, говорила комплименты, от которых тот мило розовел, и делала всякого рода намеки на более близкие отношения. Когда они снова выплыли элегантной парочкой наружу, они столкнулись с кучкой любопытствующих эритроцитов, среди которой была АЕ-3803. Макрофаг, заметив знакомую, хитро ей подмигнула, ухватила свою «даму» под локоток и была такова. АЕ лишь недоуменно моргала им вслед. Макрофаг же, делая вид, что так и должно быть, выгуливала дендроцита еще битый час, активно флиртуя с ним и пытаясь поцеловать тому то ручку, то щечку, а потом затащила его в какой-то укромный угол и начала домогаться, видя, что «принцесса» дозрела. — О нет, сударь, — притворно ужаснулся дендроцит, — вы собираетесь меня обесчестить?! — Такую сладкую и распутную девчонку грех в углу не прижать, — подыгрывала ему макрофаг, задирая юбку. — О нет, прошу, остановитесь, — продолжал ломать он комедию, хотя самому уже не терпелось, чтобы его поскорее «обесчестили». — Сейчас мы славно повеселимся, — пообещала она, стаскивая с него панталоны и раздвигая ему ноги. — Пресвятые капилляры! — только и выдохнул тот. Далее из места, где они предавались любовным утехам, стали доноситься бурные стоны и радостные повизгивания дендроцита, ловящего кайф от соития со своим прекрасным «принцем». Оттого, что их в любой момент могут увидеть, ощущения становились только острее. К их общему везению, случайные прохожие, слыша подозрительные звуки, так и не рискнули заглянуть за угол. Только парочка нейтрофилов, патрулирующая улицу, высунулась сквозь щель между домами, присвистнула и уползла восвояси, не желая мешать извращенцам резвиться.* * *
Это день стал для дендроцита настоящим открытием. Ему так понравилось чувствовать себя нежной, хрупкой и беззащитной… прекрасной и желанной… настоящей принцессой! Ах, это было бесподобно! А как захватывающе было отдаваться в подворотне своему милому принцу! В этот день он нашел для себя то, чего ему так не хватало. В этот день он словно бы нашел себя, вернее, открыл себя заново. И это было прекрасно! В общем, дендроцит не знал, как и когда это повторит, но был абсолютно уверен, что повторит обязательно. А еще он решил пошить себе миленькое платьице с кружавчиками. Вот такая история.
