Тайные увлечения мальчика-зайчика

      Акааши смахнул пот со лба и устало посмотрел на неутомимого Бокуто — неужели его вообще ничего не проймёт? Вечером, после изнурительного дня тяжёлых тренировок и матчей, тот с удовольствием остался отрабатывать удары, умудрившись затащить с собой в зал Акааши и одного из игроков Некомы — второгодку по имени Куроо.       Кстати, о нём. Куроо в данный момент что-то увлечённо доказывал Бокуто, и Акааши показалось подозрительным, что они то и дело подглядывали на него, поэтому он, наплевав на вежливость, подошёл ближе. Парни тут же замолчали, причём Бокуто неловко захихикал, почёсывая затылок, а Куроо оскалился, как гиена. Акааши поднял одну бровь, переводя взгляд с одного на другого и ожидая, чтó они ему скажут.       — Акааши, не мог бы ты принести нам воды? — наконец выдавил из себя Бокуто. — Прохладную, а то наша вся тёплая, мерзость такая…       — Конечно, Бокуто-сан, — с готовностью кивнул тот и отправился за водой.       Ушёл он, впрочем, недалеко, поскольку подозрительное поведение этой парочки вызывало смутно-нехорошее предчувствие. Акааши прислонился к стене спортзала рядом со входом и решил немного выждать. Как он и предполагал, буквально через минуту те уже разговаривали в голос, не скрываясь.       — Поверить не могу, что ты завалил своего миленького кохая, — рассмеялся Куроо, судя по звукам, пихая Бокуто в плечо или в солнечное сплетение.       «Ах вот оно что!» — подумал Акааши, немного расслабляясь. Недавно они с Бокуто действительно начали встречаться, но никто пока что никого не «завалил», вне зависимости от того, чтó там понапридумывал себе Куроо.       — Тише! Говорю тебе, ничего такого не было. Мы только целовались и обнимались, никаких поползновений ниже пояса, — прошипел Бокуто. — Не то чтобы я не хотел этого, просто… просто… — Бокуто явно замялся от смущения. — Акааши очень милый и невинный, я не могу с ним так поступить!       — Ойя-ойя, только не говори, что будешь ждать его совершеннолетия, — наигранно простонал Куроо. — Тогда он первым над тобой и надругается!       Акааши приподнял бровь. «Как интересно», — подумал он, скрещивая руки в замóк. Значит, эти два раздолбая, в то время, пока Акааши до седьмого пота собирал мячи, обсуждали секс и его самого.       — Говорю тебе, — горячо продолжил Куроо, — твой кохай — типичный яндере: с виду этакий стеснительный мальчик-зайчик, а в шкафу дилдо и плётка, которыми он тебя оприходует!       — А это разве не садодере? — озадаченно спросил Бокуто. — Нет, не думаю, что Акааши на такое способен, — задумчиво протянул он. — Скорее, он хинедере, потому что со мной наедине Акааши мягкий и ласковый, очень нежный, а вот с типами вроде тебя — холоден и циничен.       — Ты выдаёшь желаемое за действительное, — хмыкнул Куроо. — А именно — цундере за яндере. Не спорю, бро, появись рядом со мной кто-то с виду холодный и саркастичный, а внутри — милый, я бы первый на него запал и отгонял от неё или от него всех ухажёров. Но чую, твой Акааши — тот ещё садист внутри, и мой тебе совет — завали его первым, покажи, кто в доме папочка.       — Возможно, ты прав, — легкомысленно согласился Бокуто.       Стоящий за дверьми Акааши чуть не закашлялся от возмущения и резкого вдоха, ненароком поперхнувшись воздухом. Значит, Бокуто считает его извращенцем и готов трахнуть по совету придурочного Куроо из соперничающей команды? «Ох, милый, как же тебе не поздоровится», — подумал Акааши, тихо отходя от спортивного зала за водой, которую попросил Бокуто.

***

      Тренировочный лагерь закончился, а вместе с ним и каникулы, и снова началась учёба.       К чести Бокуто, надо признать, что, несмотря на ту душещипательную беседу с Куроо, он не пытался соблазнить Акааши и никак не намекал ему на секс, только так же, как и раньше, ласково целовал его, провожая до дома, лишь изредка позволяя своим рукам спускаться ниже поясницы, робко прикасаясь к затянутым в джинсы ягодицам.       Этот ритм развития отношений очень нравился Акааши, и на какое-то время он даже забросил разработку плана по вправлению и очистке мозгов Бокуто от тлетворного влияния Куроо… Пока не увидел это.       Они как раз закончили с дополнительной тренировкой и принимали душ. Бокуто всё ещё плескался под водой, пританцовывая и зажигательно горланя какие-то весёлые песни, а незаметно улыбающийся Акааши, обернув полотенце вокруг бёдер, сушил волосы.       И тут он краем глаза заметил, что экран лежащего рядом на скамейке телефона загорелся, высвечивая непрочитанное сообщение. Автоматически и без задней мысли, он взял телефон и только тогда понял, что ошибочно принял мобильник Бокуто за свой. Акааши хотел было вернуть его на место, но пришедшее из мессенджера сообщение от Куроо зацепило взгляд.       «Уже дефлорировал свою нежную фиалку? Поторопись, бро!». И следом:       «Навяжись к нему в гости и захвати то, что мы обсуждали».       Акааши аккуратно отложил телефон на место, продолжив сушить волосы. Конечно, он знал, что заядлые бро-на-веки активно общаются между собой, и не намеревался становиться причиной разлада столь крепких дружеских отношений. И всё-таки Бокуто не только друг Куроо, но и его, Акааши, парень, и меньшее, что он мог ему предложить — это доверие. Мягкость и ласка в обхождении с ним со стороны Бокуто указывали на то, что придурь Куроо не передаётся воздушно-капельным путём, поэтому Акааши призвал на выручку своё спокойствие и сделал вид, что не читал чужую переписку.       Когда Бокуто, наконец, выбрался из душа, одетый и причёсанный Акааши уже сидел на скамейке, уткнувшись в учебник. Воровато оглянувшись по сторонам, Бокуто в два шага приблизился к Акааши, приподнял его лицо за подбородок и чмокнул в нос, роняя редкие капли с мокрых волос на раскрытые страницы.       Акааши внутренне умилился нежностям своего парня, но не стал об этом говорить вслух, лишь вздохнул и полез в сумку за салфеткой, а Бокуто взял телефон и зарылся в переписку, читая сообщения и недовольно хмурясь.       — Знаешь, — внезапно обратился к нему Бокуто, — я тут подумал… Может, я мог бы как-нибудь зайти к тебе в гости? Мы ведь уже почти полгода встречаемся, а я ни разу у тебя не был, — вконец смутился он, исподлобья бросая короткие взгляды на Акааши.       Тот застыл в полудвижении, рассматривая содержимое сумки и в то же время ничего не видя. Вот оно что. Значит, Бокуто не отказался от дурацкой затеи и решил послушаться советов местного придурка со спермотоксикозом.       «Что ж, сам напросился», — мстительно подумал Акааши. Он тонко улыбнулся и невинным взглядом посмотрел в горящие золотом глаза напротив.       — Конечно, Бокуто-сан, с удовольствием приглашу вас в гости. Может, завтра после школы? — предложил он, на ходу добавляя в план мести пару пунктов.       Это посещение Бокуто запомнит надолго.

***

      — Простите за вторжение, — громко и предельно вежливо сказал Бокуто, первым заходя в дом Акааши.       Тот фыркнул, придерживая дверь.       — Можете не стараться так, Бокуто-сан, родители на работе, дома никого, кроме нас, нет. — Акааши зашёл следом, закрывая замóк с самой зловещей улыбкой, которая только была в его арсенале.       Бокуто тем временем сбросил обувь и прошёл дальше по коридору, не замечая многозначительной ухмылки Акааши и рассматривая фотографии на стенах.       — У вас очень уютно, — сообщил он, нюхая ароматические свечи, которые мама Акааши гордо выставила на полку в качестве украшения интерьера. — Спасибо, что пригласил меня.       Бокуто ослепительно улыбнулся, и на долю секунды Акааши даже растерялся, забывая о следующем шаге — настолько сильно запорхали бабочки у него в животе от этой улыбки. Тем не менее он постарался сконцентрироваться, резко себя одёргивая, и уже спокойно попросил Бокуто сначала помыть руки. Тот послушно отправился по указанному направлению в ванную.       Дождавшись, когда Бокуто скроется за дверью, Акааши стремительно побежал к своей комнате. Рывком сдёрнув с себя брюки, он достал из закромов шкафа шорты, хранившиеся со времён второго класса средней школы. Акааши не надевал их с момента, когда резко прибавил за лето в росте, и шорты стали смотреться на нём слишком вызывающе.       Ткань плотно облепила ягодицы, мало что скрывая, скорее наоборот — подчёркивая длинные ноги и подтянутую задницу. Следом Акааши накинул старую, растянутую, застиранную до приятной мягкости футболку, открывающую любопытному взгляду ключицы, и двинулся навстречу Бокуто.       — Бокуто-сан, посидим у меня в комнате или на кухне? — спросил он, находя его в ванной послушно вытирающим руки.       Бокуто буквально уронил челюсть, оглядывая Акааши в непривычной одежде: его рот приоткрылся, щёки стали пунцовыми, а глаза чуть не вылезли из орбит. Добивающим ударом Акааши игриво прикусил нижнюю губу, захлопал ресницами и смял в руках край футболки, якобы в стеснении, но на самом деле оттягивая ворот ещё ниже.       — Что-то не так? — уточнил он после длинной паузы, позволяя взгляду Бокуто перемещаться снизу вверх и обратно в попытке удержать в памяти шикарный образ. — Я странно выгляжу? — Акааши изо всех сил постарался состряпать расстроенную мордашку. — Просто мы вчера постирали всю обычную одежду…       — Н-нет, Акааши, т-ты выглядишь, — хрипло начал Бокуто, пытаясь взять себя в руки, — х-хорошо. Очень хорошо, ага.       Акааши пожал плечами и картинно повернулся вокруг своей оси, демонстрируя обтянутые тонкой тканью ягодицы.       — Точно? — переспросил он, довольно отмечая, что в довесок ко всему у громко сглатывающего слюну Бокуто покраснели ещё и уши. — Может, всё-таки пойдём в мою комнату?       Бокуто закивал, как китайский болванчик, слепо следуя за ним и врезаясь в повороты. А ведь Акааши всего лишь шёл впереди, показывая дорогу и виляя бёдрами чуть сильнее обычного.       В комнате они решили расположиться на полу, так как изначально речь шла о том, чтобы вместе позаниматься. Бокуто послушно достал учебники и погрузился в чтение, стараясь не пялиться на Акааши, который по невероятному везению, не иначе, оказался ещё и его парнем. В обычное время такая нарочитая серьёзность умилила бы Акааши, но сейчас необходимо переходить к следующей стадии плана мести. Печально повздыхав для вида над учебником английского, он зажал пальцем первую попавшуюся страничку и тихонько позвал:       — Бокуто-семпай… Ох! — Акааши аккуратно прикрыл ладонью рот. — Простите, Бокуто-сан, я случайно. Вы ведь не против, чтобы наедине я мог называть вас «семпай»?       Сидевший рядом Бокуто буквально окаменел. Акааши мысленно себе зааплодировал. Он знал, что у Бокуто небольшой фетиш на отношения «семпай-кохай», замечал, как заинтересованно тот поглядывает на него, когда их окружают девчонки-одноклассницы Акааши и обращаются к Бокуто не иначе как «семпай». И вот, наконец, пришло время пустить эту догадку в дело.       — Семпай, вы ведь поможете мне? Не понимаю упражнение. — Акааши со спины навалился на Бокуто, прижимаясь грудью к плечу и показывая на рандомный кусок текста в учебнике. — Вот здесь.       Бокуто ошарашенно перевёл взгляд с непривычного вида надутых от обиды губ на учебник и зажмурился, задерживая дыхание секунд на десять. Шумно выдохнув, он слабо улыбнулся и, глядя на страницу, на грани обморока переспросил:       — Что это вообще за язык?       — Английский? — то ли спросил, то ли насмешливо уточнил Акааши и внимательно посмотрел в учебник. — Я не уверен, как это слово переводится в контексте.       — Давай переведем! — предложил загоревшийся фальшивым энтузиазмом Бокуто, трясущимися руками доставая телефон из кармана школьных брюк, ставших враз вдруг узкими и неудобными.       Они с горем пополам перевели предложение, и Акааши на какое-то время оставил Бокуто в покое, позволив преждевременно расслабиться. Но плану мести ещё далеко до финальной стадии.       — Семпа-а-ай, — протяжно позвал Акааши, заставив Бокуто в очередной раз вздрогнуть от обращения. — Я тут думал о нас с вами… — Очень удачно и своевременно голос окрасился томными нотками. — Мы ведь уже какое-то время встречаемся… — Акааши наигранно вздохнул, делая вид, что очень смущён, и затеребил в руках край футболки. — Наверное, нам пора двигаться дальше и стать друг к другу ближе? — коварно спросил-предложил Акааши, завораживая взглядом и медленно подползая к Бокуто на четвереньках.       Тот изменился в лице и испуганно пополз в противоположную сторону, елозя задницей по полу и отталкиваясь пятками. Акааши ловко схватил его за щиколотку и подтянул к себе, несмотря на сопротивление и барахтанье.       — Самое время поделиться некоторыми увлечениями, не так ли? — сладким голосом пробормотал он на ухо и без того шокированному Бокуто. — Тайными увлечениями, так сказать, — загадочно добавил Акааши, прикусывая Бокуто за мочку.       Тот невольно издал короткий стон и отпрянул в сторону, прикрывая ухо рукой. Облизнувшись и подмигнув, Акааши, по-прежнему стоя на коленях, демонстративно развернулся и полез под кровать, выпячивая затянутую в шорты задницу. Из-под кровати он выудил небольшую коробку, размером с обувную, и стряхнул с неё пыль.       — Здесь хранится моя страсть. — Акааши кокетливо взглянул на малинового Бокуто и с придыханием забил последний гвоздь в крышку его гроба: — Этой страстью я могу поделиться только с вами, семпа-а-ай.       Он открыл коробку и протянул её Бокуто. Тот в ужасе закрыл ладонями лицо, совсем по-детски подглядывая за «страшной бякой» через растопыренные пальцы. Недолго полюбовавшись на это ребячество, Акааши недовольно потряс коробкой, чтобы Бокуто убедился — оттуда ничего не выпрыгнет, отгрызая ему пол-лица. Бокуто с непонятным всхлипом выдохнул и со страхом заглянул внутрь.       — Монеты?! — удивлённо спросил он, перебирая заключённые в пластиковые капсулы кругляши.       — Да, я их коллекционирую с детства. Родители всегда из командировок привозили местные монеты, с тех пор это моё хобби, — развёл руками Акааши. — Понимаю, выглядит немного глупо, я будто старик какой-то…       Бокуто радостно засмеялся, откладывая коробку. Он заметно нервничал, стоило только Акааши упомянуть о своём тайном хобби, но ощутимо расслабился, когда взял в руки блестящие монетки.       — Но это не единственное моё увлечение, — заговорщицким тоном сообщил Акааши, вставая на ноги и потягиваясь. — В последнее время я здóрово увлёкся йогой, помогает быть в тонусе и отлично растягивает мышцы после тренировок.       — Да? — с интересом переспросил Бокуто, продолжая сидеть на полу, откинувшись спиной на кровать.       — Ага. — Акааши загадочно улыбнулся, радуясь тому, что с ракурса Бокуто всё будет превосходно видно, и тут же продемонстрировал безупречное исполнение позы «собака мордой вниз». — Видите, семпай, никакого напряжения.       Он игриво посмотрел на Бокуто, который, кажется, забыл, как дышать, и сидел пунцовый с открытым ртом. Усиливая впечатление, Акааши начал медленно поднимать левую ногу, становясь в практически идеальный вертикальный шпагат. Слава богу, Акааши остался в хорошей форме после того, как бросил балет в средней школе. И он больше никогда не будет обижаться на мать за то, что та отдала его учиться «девчачьим танцулькам».       — Я очень гибкий, — поделился он «секретной» информацией. — И это далеко не всё, что я умею.       От переизбытка данных мозг Бокуто взорвался и отправился на перезагрузку. Но, к удивлению Акааши, из его носа не хлынула кровь, как у последнего извращенца. Бокуто просто отключился и сполз на пол.       «Как удачно. Самое сложное позади», — подумал Акааши, доставая из тумбочки заранее припрятанный скотч.

***

      — Семпай, очнитесь. — Акааши ловко похлопал Бокуто по щекам раритетной мухобойкой, которую он решил использовать вместо плётки. — С добрым утром.       Веки Бокуто дрогнули. Несколько секунд он жмурился, мутным взглядом пялясь в пространство и пытаясь понять, чтó происходит. А потом до него дошло текущее положение, и он дёрнулся всем телом, натужно замычав.       — Нет, нет, нет, — остановил его Акааши, обманчиво-ласково похлопывая мухобойкой по груди. — Я вас связал и заклеил рот, так что сказать ничего не получится, — он развёл руки в стороны, словно сожалея о содеянном.       Бокуто побледнел и замычал сильнее.       — Не стоит бояться, больно не будет, — пообещал Акааши голосом прожжённого маньяка. — Может быть, вам даже и понравится… Хотя нравится такое далеко не всем.       Бокуто широко распахнул глаза и начал вырываться сильнее. Он так активно дёргался, что упал на бок; укоризненно покачавшему головой Акааши пришлось повозиться, приводя «свою жертву» обратно в сидячее положение.       — Семпай, вы как ребёнок, честное слово, — вздохнул он, садясь на «пленника» верхом и устраиваясь поудобнее. — Я очень хотел, чтобы наши отношения развивались мягко и плавно, чтобы мы узнали друг друга получше, прежде чем начать спариваться, как кролики. — Акааши покачал головой, удручённо поджимая губы. — Но пару месяцев назад, в летнем лагере, я услышал часть вашего разговора с Куроо, которому вы поверили — поверили, Бокуто-сан! — что я мечтаю отыметь вас дилдо и оприходовать плёткой.       Акааши провёл мухобойкой по телу Бокуто, заставляя того вздрогнуть.       — Это, конечно, не плётка, — подтвердил он очевидное, — но я её продезинфицировал, не беспокойтесь. Вот только дилдо у меня нет… Могу предложить дайкон.       Бокуто в ужасе замычал, окончательно поддаваясь панике.       — Вообще-то, я хотел нежный и чувственный секс, да и представлял вас сверху, — признался в сокровенном Акааши. — Но раз уж ваши вкусы настолько специфичны, против них не попрёшь. Придётся работать с тем, что есть.       Бокуто чуть не заплакал от бессилия, безуспешно дёргая сразу всеми конечностями и отчаянно сигнализируя бровями о чём-то, несомненно, важном.       — Однако есть способ этого избежать, — задумчиво проговорил Акааши, отмечая, что Бокуто перестал шевелиться и превратился в слух. — Повторяйте за мной: «Я больше никогда не буду обсуждать свой секс с Куроо Тецуро, а также во всём обязуюсь слушаться своего парня».       Акааши в одно движение сорвал клейкую ленту со рта Бокуто, и тот, коротко взвыв от боли, сквозь проступившие слёзы мгновенно повторил заветные слова. Трижды. На всякий случай.       Довольно улыбаясь, Акааши разрезал связывающий руки-ноги скотч и рассмеялся, когда Бокуто повалил его на спину.       — Боже, Акааши, ты ужасно меня напугал! — возмущённо завопил тот, прижимая Акааши к полу. — Сначала позвал меня к себе, а потом начал вытворять нечто офигенно развратное и называть меня семпаем… Я чуть с ума не сошёл! — Бокуто самым натуральным образом всхлипнул и шмыгнул носом, на миг прикрывая глаза. — Ещё и поза эта собачья… Да у меня даже мыслей в голове не осталось! — Он вцепился пальцами в плечи Акааши и пару раз несильно встряхнул. — Я отрубаюсь, прихожу в себя, а тут ты… — голос внезапно сел и заиграл хрипотцой. — Такой властный, сексуальный… сидишь на мне, угрожаешь. Что бы ты делал, помри я от возбуждения или ужаса?!       — Это вам за разговорчики с Куроо у меня за спиной, — бесстрастно ответил Акааши, любуясь сменой эмоций на лице Бокуто. — Цундере, яндере… Мы же не в аниме живём!       — У Куроо на этом пунктик, — усмехнулся Бокуто и кивнул, а затем неожиданно прижался к губам Акааши и мягко надавил, увлекая в поцелуй.       После того шоу, что устроил Акааши, Бокуто не то что сложно — нереально! — было сдерживаться. Поцелуй оказался чуть более страстным, чем обычно: Бокуто настойчиво двигал губами и толкался языком в рот Акааши, пытаясь одновременно извиниться за все прегрешения, поклясться в вечной любви и поделиться разгорающимся возбуждением. Его руки полезли под футболку Акааши, дрожащими пальцами прикасаясь к немного влажной и тёплой коже. С головой окунаясь в нерастраченную страсть, Бокуто краем сознания уцепился за мысль, что его парень — самый лучший парень на свете! — настолько сексуален, что с ним он согласен и на дайкон в заднице.       Не менее страстно отвечая на поцелуи, Акааши жался к Бокуто всем телом, обнимая за шею и закидывая ноги на поясницу. Сквозь пелену дурмана и обжигающего возбуждения последней разумной мыслью Акааши было смирение с фактом существования Куроо и признание, что этот придурок не так уж и плох в своих фантазиях и даже где-то в чём-то оригинален.       Надо будет купить дайкон.

***

      Почти год спустя Акааши случайно замечает, как Куроо восторженно пялится на стройного блондина из Карасуно, пихает Бокуто локтем в бок и с безумно-одержимым взглядом бормочет что-то об идеальном цундере-очкарике.       Бокуто косится на Акааши, но тот показательно их игнорирует, делая вид, что подобного рода разговорчики его не интересуют. А на самом деле, давным-давно осуществившийся план мести внезапно возродился в голове Акааши и заиграл новыми красками. Почему бы и нет? Если Бокуто уже сотни раз расплатился за ошибку, то безнаказанность Куроо напрягает и взывает к справедливости.       Губы Акааши растянулись в невольной ухмылке, а взгляд чётко выловил среди карасуновцев высокую фигуру заинтересовавшего Куроо блондина. Если Акааши правильно помнит…       — Цукишима-кун, есть минутка? — Удивлённо приподнявший брови первогодка вопросительно посмотрел на Акааши и подошёл ближе. Что ж, с именем он угадал, остаётся только не промахнуться с ожидаемой реакцией. — Хочу дать тебе небольшой совет касательно капитана Некомы. — Акааши выдержал паузу и едва заметно прищурился, увидев, как напрягся Цукишима. — Тебе наверняка покажется интересным…       К концу разговора в глазах Цукишимы пляшет адское пламя, требующее возмездия. А внешне невозмутимый, но чрезвычайно довольный Акааши со стопроцентной уверенностью понимает, что одним лишь дайконом Куроо явно не отделается.