Рокурокуби

Чимин знает, что завидовать плохо. Знает, но ничего не может с собой поделать, с нескрываемой завистью и искренним негодованием наблюдая за тем, как где-то в толпе монстров веселятся его друзья. И, с одной стороны, он мог бы к ним присоединиться. Тэхён вряд ли возразил бы, ведь он изначально и планировал провести этот вечер и ночь в компании Пака. А Чонгук, очевидно, повозмущался бы для приличия и в конечном итоге смирился бы. Но, с другой стороны, Чимину банально совестно отвлекать парочку соулмейтов друг от друга. Те выглядят до одури счастливыми и влюблёнными, кружа по танцполу и не обращая внимания на удивлённые взгляды остальных монстров. Чимину невыносимо завидно, потому что ему хочется так же. Но Намджун сейчас даже не присутствует на вечеринке, чтобы оборотень смог осуществить свои желания: на Кима неожиданно обрушилось несколько отчётов, связанных с подготовкой к этой самой вечеринке, и эти несчастные бумажки должны быть заполнены и перепроверены уже к завтрашнему утру. Здесь Намджун, увы, ничего не решает, так что ему пришлось отказаться от веселья со всеми. — Несправедливо, — бурчит Чимин в свой бокал и делает очередной глоток, чуть морщась. Коктейль, который он пьёт, вопреки всем ожиданиям, неприятно горчит, обжигая глотку. Но Пак настойчиво игнорирует это, ставя перед собой только одну цель, — напиться так, чтобы в голове не осталось ни единой давяще грустной мысли. Поэтому, когда бокал ожидаемо пустеет, Чимин неспешно бредёт к ближайшей барной стойке, слегка пошатываясь от столкновений с несильно соображающими студентами. — Мне чего-нибудь покрепче, — Пак буквально кричит, перевешиваясь через барную стойку, чтобы его было лучше слышно сквозь беспрерывно громкую музыку. Бармен понятливо кивает и начинает весело что-то колдовать, смешивая самые разные жидкости прямо в воздухе. Пусть это и выглядит достаточно эффектно, Чимину нет до этого никакого дела. Он и не такие фокусы видел без всяких там барменов. — Спасибо. Крепко держа свой бокал двумя руками (на всякий случай!), Пак собирается вернуться в свой одинокий тёмный уголок, когда кто-то резко хватает оборотня за вздрогнувшее плечо. Почему-то чужая рука вызывает непонятный прилив раздражения, так что Чимин поворачивается к неизвестному с желанием прописать ему люлей. — Ёнджун? — Пак от неожиданности округляет глаза, но почти сразу же хмурится, из-за чего младший неловко улыбается и убирает руку с его плеча. — Ты чего это тут забыл? Разве ты не должен быть с Намджун-хёном? Чхве, который изначально вполне уверенно держался, заметно сдувается под чужим острым взглядом. Он вообще-то выше старшего почти на полголовы, но прямо сейчас ощущает себя маленьким нашкодившим щенком, не больше. — Хён разрешил мне уйти. Сказал, что сам со всем справится, так что… — демон опускает голову, мысленно жалея, что решил подойти к Чимину. Тот, кажется, если умел бы, то с радостью испепелил бы младшего своим взглядом. — Я пойду, пожалуй… Очевидный побег совершенно не устраивает возмущённого Пака, потому он хватает Ёнджуна за плечо, не позволяя тому слиться с толпой других студентов. — Погоди-ка! Ты ведь не просто так ко мне подошёл. Ты что-то хотел? Демон выдыхает, понимая, что теперь от него уж точно не отстанут, и смиренно кивает головой, вновь поворачиваясь к ожидающему ответа Чимину. Чтобы не кричать лишний раз, он наклоняется к чужому уху и только тогда начинает говорить: — Хотел предложить тебе пойти к Намджун-хёну. Так как он и остальных ребят с совета отпустил, то он сейчас совсем один. Ты тоже, как я заметил, не особо весело время проводишь, так что… вот. Чимин так и застывает с открытым ртом, во всех красках представляя, как его соулмейту грустно и одиноко в компании одних лишь скучных и бесполезных бумаг. Хотя где-то на подкорке сознания Пак понимает, что для Намджуна подобное — привычная рутина, но в данную секунду опьяневший мозг воспринимает происходящее как нечто слишком печальное и ненормальное. — Чимин-хён? — Ёнджун наблюдает за тем, как мгновенно перевоплотившийся Пак улетает куда-то в сторону выхода, бодро размахивая своими крылышками. Чхве цокает и опускает взгляд вниз, рассматривая цветные осколки чужого бокала под своими ногами. Убрать бы их по-хорошему, пока на них никто не наступил. — Ты почему тут застрял? И где наши напитки, которые ты должен был забрать ещё минут десять назад? Ёнджун от негодования закатывает глаза. Почему сегодня все считают, что он что-то кому-то должен? Однако вслух он не возмущается, а лишь берёт своего любимого ангелочка за руку и тянет поближе к барной стойке. Самое время расслабиться. Наконец-то.

***

Тяжело вздохнув, Намджун подписывает очередную важную бумажку и откидывается на спинку своего кожаного кресла. Подобного рода работа никогда не казалось ему сложной или нудной, более того, Ким частенько получал от неё особое удовольствие. Но сейчас немного… иная ситуация. Намджун просто хотел спокойно провести этот вечер со своим парнем. За время подготовки к студенческой вечеринке он так соскучился по родному теплу, что словами не передать. И пусть сама вечеринка не очень подходила для тепла и нежности, Кима это ничуть не смущало. Его в принципе подобное не может смутить нигде и никогда. Ну почти… Снова устало вздохнув, демон прикрывает глаза, чтобы хоть немного взять себя в руки и вернуть мысли в нужное русло. Его хвост лениво покачивается из стороны в сторону, и если бы здесь был Чимин, то он бы точно не упустил возможности ухватиться за него, словно маленький котёнок за дорогую игрушку. Намджун улыбается своим мыслям, но почти сразу же меняется в лице, качая головой. Настрой совсем не рабочий. Не порядок. Ким возвращается к неразобранной стопке документов, когда по помещению раздаётся давно привычный хлопающий звук. Через мгновенье Намджун замечает и своего воробья, который приземляется прямо на отчёт, что-то звонко чирикая. — Мин-и? — Ким аккуратно протягивает указательный палец и чешет воробья у самого основания клюва. Тот явно довольно нахохливается и сам подставляется под приятные прикосновения. — Не ожидал, что ты придёшь. Чимин снова что-то неразборчиво щебечет и перелетает на выставленный кимов палец. Намджун своеобразный намёк понимает сходу, поэтому подносит свою пташку к лицу, мягко чмокая её в макушку. И всё же его воробушек — воплощение очарования. — Что-то случилось? — демон отъезжает на своём кресле на колёсиках чуть назад, чтобы освободить как можно больше пространства. Он наблюдает за тем, как Пак ловко перескакивает на его бёдра и лукаво ухмыляется. — Или ты соскучился? Чимин перекидывается тут же и неловко ёрзает на крепких бёдрах, хватаясь за не менее крепкие плечи, чтобы сохранить равновесие и не упасть на пол. Голова немного кружится из-за выпитого недавно алкоголя, поэтому Пак прижимается к соулмейту ещё ближе и довольно закрывает глаза. — Соскучился, — Чимин утыкается губами в шею Намджуна, благо футболка с глубоким вырезом, в которую сейчас одет демон, это позволяет. Он оставляет ряд мокрых поцелуев, едва ли слышно что-то бормоча себе под нос. — А ещё прилетел скрасить твою печаль. — Скрасить мою печаль? — наигранно непонимающе спрашивает Ким, стараясь не показывать то, сколько удовольствия и расслабления ему приносят такие незамысловатые прикосновения к коже. Вот только непослушный хвост всё равно выдаёт его состояние с потрохами. — Ты думаешь, мне грустно? — Я знаю это, — бурчит Пак и отрывается от любимой шеи. Он смотрит своими сияющими в полумраке глазами так трогательно и преданно, что Намджун едва ли сдерживает желание наброситься на младшего и расцеловать его лицо, особое внимание уделяя пухлым губам и мягким щёчкам. — Тебе грустно и одиноко, потому что мне грустно и одиноко. Поэтому давай грустить вместе! Чимин активно кивает головой, будто бы пытаясь доказать этим свою правоту, а Ким на это умилённо улыбается. Пак, очевидно, далеко не трезв, но даже таким он не теряет своей особенной ауры и очарования. Намджун опускает одну руку на тонкую талию, окончательно сокращая расстояние между их телами, а другую — вплетает в растрёпанные непривычно тёмные волосы. Чимин же кладёт голову ему на грудь и, наконец-то, счастливо выдыхает. — А зачем нам грустить? — подаёт голос демон, чем совершенно не нарушает царящую до этого момента комфортную тишину. Пак хмурится, словно не понимая, о чём идёт речь, но молча слушает. — Мы сейчас вместе, и нам теперь не одиноко, вроде как. Верно? — Верно, — подтверждает Чимин, однако хмуриться не перестаёт. — Но тебе надо работать, а это грустно. И не спорь со мной! Ты мог бы отдыхать со мной и другими ребятами, а торчишь здесь, как непонятно кто! Ты… Чимин замолкает и растерянно моргает, осознавая, что чужой проворный хвост просто залез к нему в рот, заставляя замолчать. Пак вытаскивает его, оглаживая приятные на ощупь чешуйки, и переводит недовольный взгляд на соулмейта. — Я понимаю, что ты не всегда контролируешь своего дружка, но, блин, имейте совесть, а. Мало ли, где он побывал до моего рта… — Я знаю только одно место, где он может побывать, — Намджун заигрывающе подмигивает и тихо смеётся, когда Чимин несильно пихает его в плечо. — Ну, а разве я не прав? — Вот именно, что ты прав! Так что давай без этого, хён, — Пак неосознанно надувает щёки, а старшему это только в радость. Тот мягко прикусывает нежную кожу, на которой точно останется небольшой след. И пусть завтра Чимин будет возмущён такому посягательству на свои щёки, сейчас он только томно выдыхает, сжимая ладонями ткань чужой футболки. — Джун… — М-м? Да, солнце? — Намджун невинно хлопает глазами, но этот жест остаётся незамеченным. Чимин нетерпеливо целует Кима, чувствуя довольную усмешку в свои губы. Он не спешит углублять поцелуй, зато это делает демон, наслаждаясь мягким ответным стоном. — Тебе же… работать надо, — мямлит Пак, несмотря на то, что вообще-то он это всё и затеял. — А работа подождёт, — хмыкает Ким и опускает свою ладонь на упругую ягодицу, под которой красуется судьбоносная метка, — или ты против? Чимин не отвечает — лишь набрасывается на любимые губы, чувствуя, как горячие ладони пробираются под его тонкую рубашку. Всё происходит ужасно спонтанно, но это именно то, что хотят и любят оба. Не зря же они соулмейты, да? — Джун-и, сними футболку, — просит Пак, капризно хныча. Руки его не слушаются от слова «совсем», а должным терпением он, к сожалению, не обладает, — давай же… — Сейчас, малыш, погоди немного, — Намджун успешно избавляется от мешающей вещи и уже собирается откинуть её в сторону диванчика, но… — Джун-хён, Джун-хён, там тако-о-ое, ты не представляешь! — громко хлопнув дверью, в кабинет врывается тяжело дышащий парень. Он хочет продолжить свой эмоциональный рассказ, но так и замирает на месте, мгновенно осознавая то, какую сцену он почти застал. — Я… ой. — Что-то срочное? — несмотря на очевидные нотки раздражения в голосе, Намджун говорит холодно и сдержанно. Он поглаживает сжавшегося Пака по плечу, чтобы передать ему хоть чуточку своего спокойствия. — Там… у нас… студенты подрались, — хрипит парень, рассматривая потолок. — Кажется, один из них тот монстр… который соулмейт Ким Тэхёна э-э… — Чон Чонгук? — Чимин аж подскакивает на месте, не обращая внимания на то, как тихо шипит соулмейт из-за нежелательного сейчас трения. — Д-да? Он ещё с длинной шеей такой… Вот и повеселились.