there's no rescue

Билли была одета в свой самый откровенный наряд, благодаря которому фигурное тело, что вечно скрыто под тканью огромной одежды, демонстративно показывалось из-под него. Эйва могла отчётливо разглядеть светлую кожу спины и выпирающие ключицы, хотя грудь (по крайней мере, ей хотелось в это верить) была надёжно скрыта. Да, как только Аслан исчезнет, попав под полный контроль их дяденьки, она начнёт свои попытки вернуть Айлиш себе, и ради этого девушка даже готова продолжать скучно сидеть в лейбле, раскручивая и помогая звёздочкам, чья музыка, быть чесной, взаправду ей понравилась в последнее время. Особенно музыка такой молодой певички, как Билли Айлиш. – Билли, я буду рядом, и если что - сразу прийду, хорошо? – она уже и потеряла счёт, сколько раз это было сказано за последний час. – Всё пройдёт хорошо, Эйва, – Айлиш неуверенно раскрыла свои руки, куда брюнетка тут же залезла, сомкнув пальцы на спине и позволив себе прикрыть глаза, просто чтобы откинуть все мысли и проблемы на задний план хотя бы на несколько секунд. Или минут. Аслан сидел перед своим телефоном, не отводя от него взгляда и допивая первый, за сегодняшний день, энергетик. Парень позволил себе передремать четыре часика, как только Ашира ушла, ведь был абсолютно уверен в себе и, что главное, в действиях сестрички. Он всю свою жизнь верил, что она, одного дня, поймёт его желания заполучить весь мир, взяв под контроль главную отрасль, которая контролирует мозги людей - шоу-бизнес. Но Эйва, выслушав всё это, тут же подняла шуму, говоря мол это неправильно и он подлый засранец, а потом и вовсе сбежала к его главной целе - Айлиш. И всё бы ничего, если бы потом она, как кажется Аслану, специально не затащила её к себе в постель, не забывая оповестить его об этом. А потом милая сестрица ещё и подло присвоила место дяденьки в лейбле, которое изначально призначалось ему. Так что теперь она получит своё, сначала убив все свои нервы переживаниями за Айлиш, тобишь морально, а потом и физически. – Она звонила? – Калеб, даже не постучав в дверь, зашёл внутрь его томного «кабинета», состоящего из старого, убитого стола, ноутбука, стула и четырёх голых стен. – Думаю, позвонит с минуты на минуту. – он поднял свои тёмные глаза на него. – Ты крутой, Аслан. – блондин улыбнулся, уже готовясь выйти. – Спасибо тебе за всё, Калеб. На этом наше сотрудничество, думаю, должно закончиться. Парень резко развернулся, смотря прямо на сидящего напротив «боса». В его голове начали вертеться те злополучные кадры с того злополучного вечера, который он не желал забывать только из-за присутствия в нём Аслана, что спас его от, наверное, смерти? А потом, после того как уйти с этого ужасного места, они ещё долго сидели на бордюре, смотря на сотни проезжающих мимо машин и разговаривая на самые разные темы. Молодой и юный Калеб рассказал двадцатилетнему Аслану всё от и до: и про болезнь мамы, и про то, как его кинули на деньги, будто он самый последний лох, и про то, как же сильно он желает просто взять и исчезнуть с этого мира, начав жить в своих мечтах. Но от него не последовало осуждения или чего-то подобного, нет. Он поддержал Калеба, помог устроиться на работу журналистом (с его милой внешностью и прирождённым обаянием парниша быстро продвинулся) и помогал во всём, будь то закончившийся аспирин после очередной вечеринки или какие-то проблемы с какими-то шишками. Аслан всегда видел в нём только парня, у которого огромный потенциал и который, одного дня, как вот сейчас, пригодится ему в его планах. Но Калеб... Себе он говорил, что считает обаятельного брюнета напротив лишь чертовски близким и, почти что, братом, но его подсознание, время от времени, отрицало это, даря незабываемые эротические сны, после которых парень обычно будил ту, которая спит рядом, и жарко её трахал, вспоминая лишь кадры со сна. С Билли, правда, эту лавочку пришлось закрыть, но и сновидения, очень вовремя, прекратились. Может ему и не хотелось обманывать действительно добрую девчушку, но ещё больше он не хотел подводить Аслана. – Уверен? – Да, Калеб. Я помог тебе, ты помог мне, мы в расчёте. Желаю тебе лишь счастья, журналистик. – Ты прав, – он улыбнулся, скрывая разочарование глубоко в себе, из-за чего, одного дня, парня, возможно, настигнут огромные ментальные проблемы, – спасибо за всё, Аслан. – И тебе, Калеб. – проводив его взглядом, он вздохнул, готовясь пойти и взять что-то перекусить, но зазвонил телефон. Помещением разлилась песня Квин, оповещающая парня, что мы - чемпионы. – Да, мы чемпионы, – подтвердив это самому себе, он ответил, услышав на той стороне голос Айлиш. Она начала плести басни (Аслан бы поверил в них, не зная правды, так что вряд ли это можно назвать баснями) о том, что узнала о нём благодаря мистеру Мармонтелю, что она недовольна директорством Эйвы и что ей срочно нужно переговорить с ним на эту тему. Брюнет, в ответ, наигранно удивился, а потом, немножко поколебавшись, согласился на встречу через часик в кафешке «Вкусно&Вкусно», которой, очень удачно, владел Мэйсон, третья пешка в его планах. С этим парнишей, в отличии от Аширы и Калеба, которых он спас своим состоянием и статусом, его свела встреча на одном из светских мероприятий мамы. Они, сбежавши от толпы этих идеальных львиц и их мужей, бегали по городу и дорисовывали чёрные усики (в пятнадцать это казалось самым смешный из всего, что можно было сделать) улыбающимся людям, которые, видимо, согласились на рекламу туалетной бумаги лишь через поджимающие обстоятельства. Но сейчас родители Мэйсона, после его очередной проделки, оставили парнишу с одним несчастным местечком, что толком не приносит никакой прибыли, так что получив предложение от старого друга, он сразу же согласился. Сначала роль была в слежке, с чем он удачно справлялся, а теперь очень и очень вовремя пригодится его «Вкусно&Вкусно». Отложив телефон, парень сразу же и выехал в нужное место, по пути убедившись, что грозные охраники Мэйсона готовы. Вот он, момент, которого он так долго ждал. – «Вкусно&Вкусно», серьёзно? – Эйва закатила глаза, что излучали нескрываемое переживание. – Мог бы что-то и посолиднее выбрать, серьёзно. – Может хочет, чтобы поменьше людей было, не знаю. – она глянула на часы. – Можно потихоньку выезжать. Лучше прийти раньше, чем опоздать. – Многие звёздочки не согласны с тобой. Хоть я на месте директора лейбла только недавно, но уже успела пятнадцать минут ждать мисс Кэти Пэрри, и, не поверишь, почти что час Лану. – Однажды твой дядя ждал меня целый день, ибо я перепутала даты, так что... Эйва звонко засмеялась, надевая свой пиджак, который оставался несменным уже третий день. – Давай я дам тебе что-то более удобное? У меня куча вещей, больших за меня на несколько сантиметров. Так что... Твоим ногам точно будет в этом комфортно. – Буду признательна. И, повторюсь снова, я буду рядом с тобой всё это время, хорошо? Билли кивнула, скрывшись и, очень быстро, вернувшись с розовым спортивным костюмом. Прежде чем брюнетка успела выразить своё недовольство, Айлиш сказала: – Знаю, что ты ненавидишь розовый. Но за то, во-первых, в нём удобно, а во-вторых - тебя никто точно не узнает. Певица могла исподтишка смотреть на уже забытые обрисы тела Эйвы, прежде чем они сели в свои машины и, договорившись встретиться на стоянке за семь километров от нужной кафешки, выехали на дорогу, едя друг за другом. Билли, превзойдя ожидания директрисы, очень маневрально объезжала машины, намного удачней продвигаясь в пробках вечно загруженного Эл-Эй, так что ей пришлось ещё и пять минут ждать нужное, серое авто. – Круто ездишь, Айлиш, – Эйва приспустила стекло. – Я поищу место поближе к «Вкусно&Вкусно», а ты езжай. Только не забудь включить свой микрофон, хорошо? Билли поправила маленький микрофончик под рукавом платья, которое хотелось лишь снять и сжечь, прежде чем кивнуть и, громко включив песню прэтти рэклесс, поехать прямо к месту, где уже не находил себе покоя Аслан. Последний, заметив нужную машину, тут же скомандовал всем приготовиться (Мэйсон заставил свой персонал играть посетителей) и присел за свой стол, натянув наигранную улыбку. – Надеюсь, убивать её ты не собираешься в моём заведении, дорогой? – от неожиданного шёпота на ухо брюнет дёрнулся. – Не волнуйся, Мэй, всё будет хорошо. Владелец кивнул и скрылся на кухне, заканчивая блюда от своего шеф-повара последней щепоткой соли. Этот день его кафе запомнит точно надолго.