Интегрированный попаданец

      «Весь мир у нас в руках: мы — звёзды континентов…», — под шум собравшейся на причале небесного порта толпы, промелькнула у меня в голове строчка из песни, услышанной когда-то в детском мультфильме (удивительно, что такие вещи я помню, а своё имя — нет).       Одетый в белые штаны, заправленные в чёрные бархатные сапоги, белый же китель, на спине коего вышито изображение кьютимарки Каденс, поверх которой красуется отпечаток раскрытой человеческой ладони, ну и чёрную шляпу с загнутыми кверху полями, стою перед переминающимися с ноги на ногу пони. Рядом со мной застыли Баттерфляй, в образе жёлтой пегаски в тёмно-синем платье с юбкой-лепестками, а также Фригга, в белоснежном мундире (Сансет уже ждёт у трапа, рядом с принцессами дня, ночи и любви).       — Жора, будь осторожен, — серьёзным тоном попросила Вельвет, в эмоциях у которой было столько грусти, словно бы мы расстаёмся едва ли не навсегда.       — Не забывай писать, — подхватил Найт Лайт. — Особенно, если вспомнишь ещё что-нибудь интересное из культуры своего мира.       — Обязательно посети самые лучшие рестораны, которые встретишь в Котжите, — почти потребовала Пинки.       — Посети исторический центр столицы: там должна быть масса достопримечательностей, — посоветовала младшая Твайлайт.       — Мы будем ждать, — подвёл итоги Спайк.       — Эй… Веселее, — всплеснув руками, смотрю на своих друзей. — Мы ведь не навсегда расстаёмся.       — В прошлый раз мы тоже так думали, — проворчала старшая Твайлайт, но тут же прижала ушки к голове и виновато добавила: — Прости. Я знаю, что это случайность, но… Просто волнуюсь. Вот.       На последних словах кобылка шаркнула правым передним копытцем по ровному покрытию площадки и отвела взгляд. В воздухе же повисло… неприятное ощущение, в котором смешивалось слишком много всего.       «Думай, Жора, шапку куплю… Ещё одну. Как можно развеять обстановку?», — в небе светило солнце, дул ветер, грохотали музыкальные инструменты, галдели провожающие посольство эквестрийцы.       — Пинки, могу я тебя попросить устроить вечеринку ровно через полгода? — обращаюсь к розовой земнопони, поддавшейся общему настрою до такой степени, что у неё кудряшки гривы почти распрямились.       — Агась, — задорно улыбнувшись, подскочила голубоглазая непоседа. — А ты точно будешь?       — Обещаю, — приложив руку к сердцу, заявляю со всей торжественностью. — Буду как штык.       — Оки-доки-локи, Жора, — растянула губы в улыбке кондитер. — Никто тебя за язык не тянул.       — Вельвет, могу я вас с Найтом попросить присмотреть за моим домом? — встречаюсь взглядом с единорожкой. — Ключи вы знаете где.       «Если они, вообще, нужны», — добавил мой внутренний скептик, едва лишь в памяти всплыло умение пони телепортироваться.       — Ты доверяешь нам свой дом? — захлопала ресницами старшая волшебница, в эмоциях коей всколыхнулись радость, гордость, облегчение.       — Конечно, — киваю в ответ. — А то вдруг он заскучает и уйдёт меня искать…       — Хи-хи-хи… Сделаем всё, что в наших силах, — пообещала старшая Твайлайт.       «Вот и чудно», — разведя руки, сперва обнимаю Вельвет, затем — Лайта, Твайлайт, Пинки, а потом и Спайка.       — Мы тоже будем скучать… и всё такое, — изобразила в воздухе неопределённый жест правой лапой грифина.       — Не будь такой букой. Ну-ка иди сюда… — надула щёки старшая пони, после чего стиснула птицу-тигрицу в объятьях.       — Не хочешь поговорить с Флаттершай? — спрашиваю у своей… девушки, слегка кивая головой на группу остальных хранительниц Элементов Гармонии.       — Мы с ней уже попрощались, — прикрыв глаза, улыбнулась уголками рта перевёртыш.       — Ваш выход, — объявила Спаркл, указав копытцем на собрание принцесс.       …Поправив одежду (Вельвет умудрилась помять Фриггу), я, а также мои девушка и телохранитель прошествовали к трапу, где к нам присоединилась и Сансет, одетая в бело-золотой наряд с рисунками солнца. Тут же музыка и разговоры затихли, а Селестия принялась произносить возвышенную речь об ответственности, чести и долге, который возлагается на нас, а также гордости, что она испытывает в эти минуты.       «И ведь я вправду чувствую гордость», — констатирую внутренне, одновременно с тем чувствуя какую-то неуловимую неправильность.       — …В добрый путь! — завершила свой монолог принцесса дня, и музыка снова загрохотала, а пони взорвались восторженными криками (однако же топтать по площадке не стали, видимо, опасаясь её обвалить).       — Жора, Сансет, будьте осторожны и… хорошо отдохните, — пользуясь фоновым шумом, произнесла Луна. — Я загляну к вам этой ночью, так что — ложитесь спать после заката. Желательно — по отдельности.       — Тётушка… — янтарная аликорночка закатила глаза. — Ты читаешь слишком много кобыльих романов, которые не имеют ничего общего с реальностью.       — Разве? — изобразила удивление принцесса ночи. — Двое коллег противоположного пола, отправляющиеся в чужую страну и вынужденные долгое время находиться в тесном пространстве…       — Я не хочу этого слышать, — заявила Шиммер. — И вообще, когда вернусь — потребую от мамы запретить всю эту беллетристику.       — Ты не посмеешь! — ужаснулась тёмно-синяя аликорница, но тут же улыбнулась и подмигнула. — Удачи.       — Спасибо, — отвечаю вместе с Сансет. — Ваши высочества.       Изобразив поклон, поворачиваюсь лицом к кораблю и, глубоко вдохнув, решительно шагаю на трап. Несколько шагов, и вот я уже на надёжной палубе, а не тонком мостике, справа и слева окружённом пропастью. Тут же рядом оказываются грифина и чейнджлинг, и если от первой просто веет готовностью действовать (подхватить меня, если сорвусь вниз), то вторая вовсе ткнулась лбом в ладонь, устремив обеспокоенный взгляд снизу вверх.       — Как-то раньше я не замечала за тобой боязни высоты… Такой боязни высоты, босс, — констатировала птица-тигрица.       — Ну… Можно сказать, что в большей степени я боюсь не высоты, а узких мостиков, с которых можно упасть, — смущённо тру затылок второй рукой, едва не сбив шляпу с головы. — Глупо получилось — признаю.       — Именно, — крылатая хищница высоко подняла голову и выпятила грудь. — Раз уж жучиха тебя смогла поймать, то я точно не позволю упасть с высоты.       — Ничего не забыли? — ехидно спросила янтарная аликорночка, затем кивнула назад и заявила: — Публика ждёт, пока ей уделят немного высокого внимания.       «Точно», — повернувшись к трапу, который уже начали втягивать под палубу корабля, снимаю шляпу и, улыбнувшись во всю ширь, начинаю махать пони ладонью, прижимая головной убор к груди (со стороны, наверное, это смотрится красиво).       — Сансет, я тут подумал… — начинаю говорить не прерывая процесса прощания с Кантерлотом.       — Серьёзно? — полыхнув ехидством, изобразила удивление Шиммер. — Похвально. Продолжай в том же духе.       «Похлопать бы её ремнём по крупу, но — нельзя. Вдруг понравится?», — подавив желание хлопнуть ладонью, но уже по своему лицу, отбрасываю глупые мысли из головы.       — Ты сказала, что поговоришь с мамой после возвращения, — продолжаю свою фразу с самым невозмутимым видом, хоть и понимаю, что мои эмоции уловили все вокруг. — Но ведь Селестия была там?       — Нет, — ответила крылато-рогатая пони, однако же уловив моё недоумение, вздохнула и пояснила: — Нас провожала только тётушка Луна. Принцессы Селестия и Каденс находятся в другом месте. Их роли отыгрывают чейнджлинги.       «Вот ведь… плоское хлебобулочное. Опять туплю. Это же очевидно!», — пока эти мысли формировались в моём межушном пространстве, корабль сдвинулся с места и небесный причал Кантерлота стал отдаляться.       — Можня уже перестать махать, — прозвучал знакомый голос из-за спины, после чего Сабира добавила уже возмущённо: — И долго вы будете стоять ко мне задницами?       — Не задницами, а королевским… хвостом, — отозвалась янтарная аликорночка, поворачиваясь к котжитке передом, чтобы возмущённо спросить: — Почему ты не отстояла с нами всю церемонию провожания?       — Как хорошая хозяйка, ня должна была проверить, что на судне всё подготовлено для приёма гостей, — невинно улыбнулась барс, одетая в широкий красный пояс, скрывающий живот и низ груди, украшенный затейливой золотой вышивкой по краям, пышные жёлтые штаны и красные рукава, начинающиеся на высоте верхней трети плеча, чтобы окончиться широким браслетом на запястье. — Тем более, няльзя же было мешать общению родственников?       Даже если бы мы не ощущали самодовольства кошки, нашедшей способ безнаказанно пропустить большую часть скучной церемонии, выражение мордочки посла говорило само за себя. И пусть я тоже отстоял не всю программу, но как и у Шиммер, у меня возникло желание жестоко отомстить подруге.       — А если я её стукну — это будет дипломатическим скандалом? — задумчиво почесав шею когтем, спросила грифина, оценивающим взглядом пройдясь по фигурке белой кошки (словно бы примеривалась к тому, куда будет удобнее бить).       — Формально, борт дирижабля Северного Котжита может рассматриваться как территория посольства, — подала голос Баттерфляй. — В худшем случае тебя будет велено выслать из страны… прямо за борт.       — Вот-вот, — покивала Сабира. — Оставайся в Эквестрии. У меня есть полномочия и ня не побоюсь ими воспользоваться.       — Ладно, — хлопаю в ладоши, отчего вздрогнули все мои спутницы-подруги. — Пошутили и будет. Сабира, я рад тебя видеть. Есть что-нибудь, что мы должны знать о пребывании на корабле?       — Ничего особенного, — задумчиво нахмурилась барс, затем вскинула правую лапку-руку на уровень груди, направив на нас раскрытой ладонью. — Принцесса Селестия ещё вчера прислала сюда отряд охраны, попросив не раскрывать их личности до отбытия. Сейчас мы можем пойти к ним в каюту, чтобы вы поздоровались, ну или отправиться в мою спальню, чтобы скинуть все эти церемониальные атрибуты и отпраздновать встречу в неофициальной обстановке.       — Идём в каюту охраны, — одарив котжитку скептичным взглядом, приняла решение Сансет. — Мне не нравится то, что мама приставила ещё одну группу стражников помимо оговорённых, но… я смирюсь. Лучше бы уж они с тётушкой Луной использовали редких специалистов на более важных местах.       — Хорошо, — легко согласилась белая кошка, крутанулась на месте и взмахнула в воздухе хвостом, после чего обернулась через левое плечо и усмехнулась. — Заодно и возьмём их капитана с собой, чтобы охраняла нас во время праздника. А то на одну только птичку надеяться нельзя.       «Какое-то у неё уж больно игривое настроение. Неужели так действует факт возвращения домой? С другой стороны… а как бы я себя чувствовал, если бы фактически бежал с родины к соседям, чтобы попросить помощи в грядущей войне, а потом внезапно получилось так, что она не состоялась в виду разгрома главного противника?», — переглянувшись с Баттерфляй, вместе с Сансет начинаем идти вслед за котжиткой, бодро помахивающей хвостом.