Обольстительное счастье

– Позаботьтесь о нём, прошу вас. Спасибо. – Столкнувшись у входа в медпункт с очкариком, Сугавара не мог и подумать, что Кей тоже окажется у этих дверей. На вопрос Коуши, почему Цукишима сейчас здесь, он ответил, что ему стало плохо и он решил сразу же обратиться к медсестре, чтобы та помогла ему. Третьегодка не стал задерживать своего младшего, поэтому лишь похлопал по плечу того и сказал Кею, чтобы тот не переусердствовал. Цукишима мог бы пропустить эти слова мимо ушей, однако когда Сугавара сказал, что с Шоё всё нормально, бета почему-то выдохнул с облегчением, что удивило самого Цукки. «Он понял, что я пришёл только по этому вопросу?», – глянув на товарища, который скрылся в коридоре, это было единственное, что пришло ему в голову и о чём подумал блондин. Даже если и так, то парень всё равно соизволил пройти в медпункт, а то возвращаться сейчас было равносильно раскрытию своей маленькой лжи, о которой никто не должен был разузнать. Хоть Коуши и узнал об этом, у беты была уверенность в том, что он никому ничего не расскажет, так как это было не в стиле третьегодки команды Карасуно. Медсестра, которая была в данный момент в медпункте, повозмущалась тому, что дети травмируются и приходят сюда, что не есть хорошо, но всё равно оказала помощь блондину и попросила его прилечь отдохнуть. Кей присел на кровать и глянул на соседнюю койку, на который спал Шоё, которому было гораздо лучше, если судить по внешним признакам. Поинтересовавшись, что случилось, Цукишима не услышал от женщины чёткого ответа, так как она сама не знала, в чём причина такого состояния омеги. Прекрасно видя, что эти двое были в спортивной форме, медсестра решила рассказать, что случилось несколькими минутами ранее, ведь они с Цукки были в одной команде и подробности знать стоит. Когда Коуши привёл первогодку в медпункт, она сразу же сказала положить его на койку, однако, когда она захотела посмотреть, что случилось с бедным ребёнком, она заметила, что он уснул. Не желая будить его, женщина попросила Сугавару зайти чуть позже, чтобы тот смог узнать чуть поподробнее о состоянии Шоё. Кей не торопился ложиться, а лишь продолжал сидеть и смотреть, как Хината спал напротив него. Не зная точной причины того, что случилось с парнем, очкарик невольно начинал всё больше переживать. Лицезреть то, что Хината недавно был в таком отвратительном для себя виде, было не очень приятно для Кея, однако, это никак не было связано с теми переживаниями, которые были у беты. Сидя напротив Хинаты, он чуть-ли не на иголках находился, не находя себе должного места. Даже когда Шоё привстал с кровати, эти волнение и переживание никуда не делись. Мальчишка попросил живо принести ему ведро, так как он чувствовал себя не совсем хорошо. Его всего воротило, что было заметно по его выражению лица. Жадно схватив ведро в руки, Цукишима даже отвёл свой взгляд, чтобы не видеть всего того, что Шоё собирался делать. Когда же Хината закончил, он заметил, что в медпункте находится и его товарищ по команде. Удивившись тому, что Кей сейчас не в зале и не играет с командой противника, он лишь отвернулся от блондина и проговорил: – Ты был прав, Цукишима, когда говорил, что может случиться что-то непредвиденное... – залившись горькими слезами, Шоё было уже не остановить, так как в его исполнении это была, чуть-ли не истерика. – Т-Ты оказался прав! Прав во всём, что говорил мне! Можешь спокойно злорадствовать надо мной... – Смотря на Шоё, который чуть-ли не через силу говорил все эти слова, Кей понимал, что его худшие опасения подтвердились, и с Хинатой точно что-то случилось, пока он был в туалете. Подозрения сразу же пали на Тобио, как и было это изначально, от чего блондина даже вздёрнуло от такой мысли. Однако идти и разбираться куда-либо он не желал. Оставлять омегу в таком состоянии было бы настоящим преступлением, что и понимал Цукишима, наблюдая за тем, как Шоё продолжал рыдать, уткнувшись носом в одеяло. Резко подскочив с кровати, Кей прижал к себе Шоё, который на мгновение прекратил плакать, глянув на своего товарища. Однако, тому было не до удивление парня по этому поводу. Смотря куда-то в пустоту, Цукишима крепче обнял Хинату, который продолжал всхлипывать носом, но уже не так рыдал, как это было несколькими секундами ранее. Блондин совершенно не хотел видеть то, как вечно радостный Шоё страдает от всего того, что с ним произошло. Не за этим парнем он вечно наблюдал из тени, позволяя ему сиять на площадке. Он просто не хотел терять того весёлого Хинату, который вечно докучал ему со своими глупыми вопросами и непонятными выплёскиваниями переполняющих его эмоций...