Ты у меня на цепи

      Бум проснулся в той же комнате, в которой уснул вчера. Ничего не поменялось, руки по-прежнему ныли от боли. Он поднялся с кровати. Осмотрел каждый периметр своей комнаты. У него был компьютерный стол, на котором стоял ноутбук, рядом несколько книг про правила дорожного движения. Бум пролистал их, особо не вчитываясь в текст. Он заметил на некоторых страницах заметки почерком, похожим на его собственный. Бум оторвал взгляд от книг и пошел дальше. Рядом со столом была сумка, которую наполняли различные манхвы. Парень взял одну манхву, взглянул на обложку. Это был комикс про спортсмена. Он вернул ее на место. Открыв шкаф, он просмотрел всю одежду — тут был потрепанный костюм, который уже на первый взгляд казался маленьким, следом большое количество футболок, джинсов, толстовок и униформа работника магазина. Он посмотрел на бейдж, что был зацеплен на комбинезоне — «Юн Бум, продавец-консультант «N». Бум понял теперь, что он — учится на права, читает манхву для мальчиков, работает в магазине. Парень не понимал, как реагировать. Он надел джинсы, толстовку и вышел из комнаты. Дальше стало еще страшнее. Это совсем незнакомый дом, и он, кажется, был двухэтажным. Комната напротив — это ванна. Оттуда только что вышла девочка в широких штанах и широкой футболке. Она была почти одного роста с Юн Бумом. Девчушка улыбнулась и сказала:       — Доброе утро, оппа! Как ты спал? Я слышала, ты ночью кричал, приснилось, что не сдал экзамены по вождению?       Девушка усиленно вытирала свои средней длины черные волосы полотенцем. На вид ей было лет девятнадцать, может чуть старше. Юн Буму она казалась какой-то странной, слишком милой по отношению к нему, но с другой стороны он не рассчитывал на то, что она может вдруг нагрубить ему.       — Оппа! — девушка пощелкала у него перед носом. Бум снова пришел в себя.       — Нет, — Буму было странно слышать свой собственный голос, — просто обычный кошмар.       — Какой же? — допытывала его девушка.       — Не помню, — снова лгал Бум.       Она нахмурила брови.       — Врешь же, все вижу, — съязвила девушка, — не буду тебя допытывать, если не хочешь! — она хлопнула его по плечу и ушла в другую комнату, крикнув оттуда: «Иди умойся!».       Бум пошел в ванну. Перед ним была раковина, чуть выше подставка. Там широкий стакан с зубными щетками. Почему-то парень сразу понял, какая из четырех принадлежит ему. Он чистил зубы и осматривался. Это была довольно просторная комната с белой плиткой. Под его ногами был мягкий такой же белый коврик. Юн Бум смотрел на себя в зеркало и недоумевал. Внешне он практически не изменился, но почему эти люди так вежливы к нему. Кажется, сейчас они в самом деле его семья.       Парень умылся, вышел и снова столкнулся с той девушкой в коридоре.       — Мама готовит завтрак, спускайся, а то папа как обычно съест твою порцию, — она хихикала по-детски и резво спускалась на первый этаж по лестнице.       Юн Бум решил немного задержаться на втором этаже. Дверь одной из комнат была обклеена стикерами с корейскими айдолами. Бум заметил несколько самостоятельно нарисованных стикеров с неизвестными персонажами аниме. В середине двери красовалось женское имя «Бао». Бум узнал имя этой девушки, и оно показалось ему довольно мелодичным. Возле комнаты девушки, по соседству, располагалась, как понял Бум, комната родителей. Дверь не была подписана. По понятным причинам. Он собирался спуститься вниз, но вдруг обратил внимание на свою собственную дверь. На ней были наклеены уже потрепанные временем стикеры с супергероями. Он улыбнулся, глядя на них, как на какую-то детскую глупость. Парень спустился вниз.       Он вышел прямиком в гостиную. Было открыто широко окно, свежий воздух наполнил приятным весенним ароматом всю комнату.       — Закрой окно! — послышался голос Бао с кухни. Бум подошел, закрыл окно. На подоконнике стояли горшки с цветами, которые были готовы вот-вот распуститься.       — Тебе лучше? — Юн Бума отвлек мужской голос позади. Его передернуло, он повернулся. Это был вчерашний мужчина в очках — его отец.       — Тебе лучше? — повторился мужчина, вопросительно глядя на парня.       — Да, — фальшиво улыбнулся Бум.       — Как твои руки? — мужчина подошел ближе и осторожно взял парня за запястье. Все-таки Бум зря настораживался, этот мужчина не собирался причинять ему вред, хоть и выглядел строго.       — Заживут, — фальшивая улыбка непроизвольно оставалась на лице парня.       — Ты что-то сегодня какой-то не такой, — мужчина ерошил волосы парня, — приходи в себя, мой милый мальчик. Слишком уж ты задумчивый, непривычно видеть тебя таким.       Мужчина, поправляя очки, отошел от Юн Бума и направился на кухню. Бум постоял еще немного возле подоконника и решил присоединиться к семейству. Парень вышел на кухню, сел на свободный стул, пододвинулся к столу. Мама поставила перед ним порцию яичницы с беконом. Бао уже уминала завтрак за обе щеки, жадно запивая кофе. Мама, глядя на нее, выдохнула и сказала:       — Вот поэтому в нашей семье самый худой — Бум, — она погладила сына по голове, а у парнишки ком в горле стоял. Еда никак не шла. Было слишком тревожно на душе, что-то мешало ему есть, что-то очень ему непривычное.       — Эй, оппа, — окликнула его Бао, — ты слишком обеспокоенным выглядишь, может, тебе сегодня остаться дома?       — Я тоже об этом подумала, — мама садилась за стол рядом с Бумом, — ты вчера меня очень сильно напугал. Возьми отгул, приди в себя. Как раз сегодня будет время, чтобы подготовиться к экзаменам.       У Юн Бума голова была готова взорваться от накопившейся информации. Ему казалось, что он совсем ничего не помнит. Он не помнит этих людей, совсем плохо помнит самого себя. Так сон сказался? Еда выглядела вкусно, но он не мог затолкать в себя ни кусочка. Бум не стал брать в руки ложку, просто облокотился на спинку и тяжело выдохнул.       — На него слишком много навалилось, — рассуждал вслух отец, — люди редко себя калечат, наш Бум вообще всегда ходил с улыбкой на лице, видимо, стресс, взорвался. Отдохни сегодня, сынок.       Отец ел и не замечал, странные взгляды своей жены и дочки.       — Ты прав, — мама согласилась с отцом.       Юн Бум резко вскочил со стула и поблагодарив за еду, бегом вернулся в свою комнату. Бао тоже вскочила и побежала следом за братом. Он хлопнул дверью перед ее носом.       — Оппа, — девушка осторожно стучала в дверь, — можно войти?       В ответ молчание, она снова постучалась и, кажется, не планировала уходить. Юн Бум сам ей открыл и впустил в комнату. Он лег на кровать, уткнулся в подушку. Сестра села на кровать.       — Тебя как будто подменили, Бум, — Бао выглядела очень грустной впервые за долгое время.       Юн Бум перевернулся на спину, чтобы видеть лицо своей сестры. Он взял ее за руку и прямо сказал:       — Мне кажется, я сошел с ума, — голос парня дрожал.       — Что ты имеешь ввиду, оппа? — недоумевала девушка, сжимая руку брата.       — Мне показалось, что это все сон — ты, мама, папа. Я вчера пытался проснуться и вот результат… — взгляд Бума упал на его перебинтованные запястья.       — Я думал, что я умер, — Бум сказал это шепотом, в глазах стоял ужас.       — Тебе это приснилось? — Бао беспокоилась о брате, но понимала, что ничем не может ему помочь. Она в силах только слушать его.       — Я проснулся от удара, — у парня перед глазами встала длинная дорога. Впереди себя он видел светофор, загоревшийся красным светом, — я помню, что не хотел жить, а когда проснулся, эти мысли улетучились…       Девушка чувствовала, как потеет ладонь ее брата.       — Потом я понял, как же сильно я хочу жить…