Саке и лепестки весенней сакуры

Над чудесным селением листа светило солнышко, прогревая землю своими лучами. Ветерок колыхал весенние листья, создавая неразличимый шелест. Лепестки сакуры витают в воздухе, облепливая землю в парках, выращенных лично первым Хокаге. Стоял запах ранних цветов, которые только только начали распускать свои бутоны. Вообще, всё было прекрасно. Люди наслаждались такими долгожданными мирными днями после войны. Наконец-то, клан Сенджу и Учиха заключили перемирие. Где то на макушке высеченного лица первого Хокаге сидели два человека. На одном из них было светлое бежево — зелёное хаори. На солнечном свете оно переливалось золотистым цветом. На другом же был традиционный наряд клана Учиха, с широким воротником и длинными рукавами. На спине гордо вышит мон клана. Учива — веер для разжигания костра, плотно связанный с основной стихией. Если посмотреть поближе, в этих людях можно было распознать двух основателей Конохи, Учиха Мадара и Сенджу Хаширама. Они мирно о чём то разговаривали, попивая не зря прихваченный с собой саке в красивых золотых пиалах. Если бы Мадаре однажды сказали, что он будет любить Сенджу, он бы покрутил пальцем у виска и безумно рассмеялся. Не сложись так обстоятельства, они бы и дальше воевали между кланами убивая по несколько сотен, или даже тысяч людей. В принципе, оно и должно было так быть, если бы не одно но.

Flashback

Учиха Мадара, весь в ранах и крови лежал на жёсткой земле, бесчувственным взглядом смотря на небо в сплошных тучах. Его спутанные, лохматые волосы небрежно метались по лицу и плечам, пахнущие потом и кровью. Тобирама Сенджу, стоящий рядом с тушей уже готовился вонзить железную катану прямо в самое сердце, заставляя кровь стать в жилах, а зрачки устрашающе сужаться. Но сделать этого не дал старший брат, грозно смотря на любое оружие, поднесённое ближе, чем на десять метров. — Брат! У нас же есть возможность, давно нужно было его прикончить! — Тобирама явно не понимал, чего старший брат ждёт. — Настал мой конец. Давай, Хаширама. Не жди, убей меня. — Хватит! Хватит выпендриваться! Неужели ты не помнишь наши детские мечты о мире?! Неужели ты так хочешь войны? — Вот именно Хаширама, что мечты детские! Вылези то из своих розовых соплей, дороги заполнены трупами! — Мадара, тебе разве не хочется просто сидеть дома, а не убивать людей? Сколько у тебя умерло братьев из-за войны?! Сколько, а?! Не у тебя одного! — Ты предлагаешь мир, после смерти моего брата, Изуны, от рук твоего мерзкого братца? — Давай просто мирно жить, люди устали от войны. — Я заключу с вами мир. — У Хаширамы радостные блики в глазах. —. Если ты убьёшь себя или этого придурка альбиноса! Повисло минутное молчание, значащее задумчивость будущего Хокаге. — Ну, что ж. Себя так себя. Но Тобирама, после моей смерти не вздумайте нападать на Учиха! — после этих слов на под упали Алые доспехи со знаком клана Сенджу. Достав из подсумка кунай, Хаширама направил лезвие прямо на себя, решаясь на отчаянный шаг. — Хватит, я вижу твою решительность.

End flashback

Впрочем, после этого случая война закончилась. Все смирились с миром, и клановые нападки закончились. Конечно, были такие индивидуумы, которые решали всем назло и продолжали пакостить Учихам, но таким быстро промывали мозги. Спустя какое то время и главы кланов подружились, начали доверять друг другу. Хотя, в принципе никто не знал, что отношения между ними чуть крепче, чем дружба. Мадара сидел где то между ног Сенджу, спиной к нему. Первый ласково перебирал на вид жёсткие прядки лохматых волос, слыша довольное мурчание. Локоны лились через руки ручейком, чательно расчёсанные тем же Хаширамой. Учиха блаженно прикрыл глаза, отпивая саке из пиалы. Оно приятно грело горло, отдаваясь приятным послевкусием. Кончик носа неожиданно отдал щекоткой, а рядом с глазами пролетел унесённый ветром лепесток сакуры