Я тебя (не)трону

***

Сеул. Район Йоыйдо. — Мама, уже почти все готово, подожди! — совсем маленький хилый мальчик лет 12-ти энергично бегает от стола к холодильнику, доставая салат за салатом, сегодня главным гостем меню были водоросли в закваске из яблочного уксуса и обжаренные в яйце консервированные колбаски. Чимин заботливо набирает горячий рис пластиковой лопаткой, которую купил в Дайсо совсем недавно за карманные, которые предназначались для чипсов, шоколадных батончиков и пары игр в компьютерном зале, но точно не (снова) для домашней утвари. Мальчик раскладывает на столе палочки на две персоны; палочки легкие, из бамбука, потому что мама не любит металл и скользящие предметы. — Мама! — зовет Чимин и продолжает суету на кухне. Из другой комнаты выходит очень пожилая женщина и ставит на стол потрепанную рамку с фото, та со вздохом глядит на вспотевшего мальчика, а потом на фото, потом снова на мальчика. — Чимин-и, только 7 утра, почему так рано? — бормочет женщина. — Бабушка, ты наконец-то смогла разбудить ее… если не я, она снова пойдет на работу голодная и будет написывать в какаоток, что она ужасно голодна и лучше бы она встала пораньше, чтобы успеть поесть! Женщина берет кончик вязанного фиолетового жилета и дрожащими руками протирает фотографию. Через белый маркер виднеются небольшие потертости на рамке, кто-то очень старательно замазывал их мелом, лаком для ногтей, акриловыми красками, а вот теперь — белым маркером. — Бабушка, я забыл достать еще палочки, почему ты сидишь молча, — ворчит Чимин, скорее шутя, чем всерьез. — Я и сама могу достать, садись и начинай кушать, — отвечает она. Чимин резво поднимается и достает третий комплект палочек — для бабушки, чтобы она не успела встать и не потянула свою спину, как это случалось уже немыслимое количество раз. Фотографию он ставит совсем рядом с собой и протирает еще раз, нельзя, чтобы пылинки закрывали вид на тот шикарный завтрак, который мальчик с таким трудом создавал. — Мама, попробуй первая! Боялся, что бабушке не под силу прожевать мои колбаски, хотя я их слабо прожарил, чтобы не образовалось хрустящей твердой корочки, — мальчик сам с собой посмеялся и положил бамбуковые палочки перед фотографией, и с горящими глазами смотрел на них, как будто бы от положительного отзыва на колбаски зависела его жизнь. Бабушка сидела совсем тихонько в этот момент и медленно достала из тарелки водоросли, а потом положила их на плошку риса и как бы завернула рис в водорослевую трубочку. Женщина поморщилась, видимо любимый внук опять перестарался с уксусом, но все равно продолжала жевать. — Бабушка, я сделал что-то не так? Кажется, маме снова не нравится моя еда… — Чимин виновато посмотрел на фотографию и поставил перед ней тарелку с отборными колбасками, которые были прожарены лучше и красивее всего. Немного бледные или наоборот подгоревшие, коих было большинство, он положил себе на тарелку. — Мам, может завтра я приготовлю твой любимый боккымпаб с кимчи и не буду выдумывать что-то новое? Бабушке хотелось приобнять мальчика и сказать, что, в отличие от водорослей, колбаски в омлете получились очень вкусно и его маме они бы очень понравились, сиди она за одним столом прямо сейчас. Сказать она могла, а обнять, к сожалению, нет. Второе было особой исключительной привилегией его покойной матери и больше никому мальчик трогать себя не давал, даже своей бабушке, любовь к которой он показывал, казалось, ничуть не меньше.

***

Старшая школа для мальчиков района Йоыдо. — Парни, смотрите какая толпа девчонок перед воротами собралась, — очень упитанный старшеклассник, в маске из прыщей и черных точек на блестящей от всевозможных жиров коже, прильнул к окну и разглядывал каждую душу в юбке. — Эй! Смотрите-смотрите! Они победили наши ворота! — Придурок, сегодня это… как его… 11 ноября, — отвечал кто-то из парней, толпящихся у окна. В принципе, сегодня и правда было 11 ноября, но это самое скудное описание для столь великой для школьников всея страны даты — 11.11 Peppero Day. День, когда ученицы женских школ могут свободно войти на территорию школы для мальчиков и наоборот, для того чтобы передать упаковку с пепперо палочками принцу или принцессе своего сердца. Ради этого великого дня Святого Пепперо маркетологи подготовили специальную задумку — место для письма с признанием на обратной стороне упаковки палочек, которое оформлено в виде розового сердечка. Беспроигрышный вариант для школьника, у которого нет лишней тысячи вон на открытку. — Оу, щит! Гляньте, а та толпа надвигается прямо на нашего Чон Чонгука! — Вах, вон та сисястая явно намеревается задавить Чона не только силой любви и парой килограмм шоколадных палочек… — Ну, она хотя бы богата, раз может подарить пару кило пепперо… — Парни! Вон та миленькая девушка, судя по форме она из старшей школы Ихва! Она склеила сердце из коробок пепперо!.. — И кто этот счастливчик… — высокий парень нахмурился и сжал руку в кулак, готовясь хорошенько ударить по окну, чтобы воображаемо попасть на место с Чонгуком и окружающую его толпу фанаток. — Конечно же Чон, кто же еще может быть, — своим ответом маленький очкарик «слегка» вызвал недовольство высокого парня у окна и, заметив эту реакцию, добавил, — Да, Чон ведь счастливчик на всяких страшил, хахаха! — начал тревожно посмеиваться очкарик и потирать от волнения нос размером с картофелину. Потом парни-наблюдатели резко сменили свой объект зрительского преследования. Из здания школы вышел парень невысокого роста с идеально заглаженными набок волосами и переливающимися от чистоты туфлями, которые так и слепили всех, кто пытался посмотреть в его сторону, всегда до тошноты аккуратен и всегда «с иголочки». Он выходил из школы ровно в 17:15 каждый день, чтобы успеть на курсы корейской литературы к 17:45. Смотрите-ка, учительница по истории остановилась перед ним, чтобы попрощаться и пожелать хорошего дня. Парни сморщились от вида этой училки, ведь ее уже не раз подозревали в домогательстве к ученикам, но никто ничего доказать, конечно же, не мог или просто… не осмеливался. — Пак Чимин, гордость моя, у тебя снова 98/100 по истории Кореи, не хочешь как-нибудь зайти ко мне после уроков и сделать работу над ошибками? Тебе не надоело быть вторым в списке успеваемости из-за своей безответственности? — женщина поправила очки и с какой-то никому непонятной неприязнью уставилась на охапку учебников по литературе в руках мальчика. — Я прошу прощения, но в этот раз я набрал 96/100 по литературе, поэтому, думаю, что мне сначала нужно подтянуть этот предмет, а уже потом я со всей ответственностью вернусь к любимой мною (вами) истории, — Чимин с уважением и добротой улыбнулся учителю и даже успел поклониться, чтобы как-то совсем не задеть чувства педагога. Он очень не любит задевать чьи-то чувства, ведь когда-нибудь в ответ могут задеть его собственные. Женщина засияла, довольно хмыкнула и направилась в сторону входа в школу. Чимин затем быстрее пошел к остановке автобуса, ведь беседа с учителем заняла целых две минуты его времени, так можно и на автобус в 17:20 не успеть. Внезапно перед ним возникает совсем маленького роста девочка, та самая милашка в форме женской школы Ихва. В руках у нее сердце слепленное из 25 коробочек пеперо, шести разных вкусов. На каждой коробочке что-то написано. Она смотрит в песочный пол от смущения и слегка дрожащими руками протягивает свое сердце Чимину, чья голова была занята расписанием автобусов в этот момент. — Я прошу прощения, я бы очень хотел принять твой замечательный подарок, ты так… симметрично приклеила упаковки печений, но мне нечем ответить… — Чимин краем глаза взглянул на часы на запястье и подумал, что сейчас не самое идеальное время время думать о чувствах других. Мальчик сделал более низкий поклон, чем сделал до этого учительнице по истории, извинился ровно три раза на словах и пошел в сторону автобусной остановки с еще большей скоростью, почти подпрыгивая в спешке. Внезапно девушка схватила его за край рукава пиджака и потянула к себе, стараясь поймать запястье Чимина. Нельзя, чтобы он вот так вот ушел и не принял ее подарок, который она так старательно клеила и подписывала на протяжении нескольких дней. — Твою ж… — тот чуть ли не заматерился от неожиданности на девушку, но успел сдержаться, и раздраженно отдернул рукав. — Я… эм, у меня важная встреча сегодня, а ты помяла мой пиджак, я очень зол и расстроен, — Чимин успел сохранить свое нахваленное самообладание, хотя внезапное прикосновение вполне могло вывести его из себя, но к счастью, девушка не успела прикоснуться к его святилищу, благодаря чему ушла с места происшествия цела и не с разбитым сердцем, что было для него важнее всего. — А на автобус ты, видать как, опоздал, — хмыкнул Чонгук. — Мистер «Ильбун» (кор.минутка), тебе не надоело вот так вот все минута в минуту делать? И мог бы включить голову, принять сердечко и спокойненько бежать с ним до остановки. — Я не ты, чтобы просто так принимать любые «сердечки» и убегать, — Чимин с легким презрением посмотрел на не пойми откуда взявшегося Чонгука, и на его очередь девочек с коробочками пепперо, и немного расстроился от осознания того, что такие ветреные придурки могут так бессовестно существовать. Чонгук хотел было ответить что-то по-доброму неприятное, но сдержался, ведь Чимин уже и так получил достаточную небесную кару и теперь бежит сломя голову за уходящим автобусом. Его идеальная прическа превратилась в беспорядочную кашу, а отполированные ботинки покрылысь тонким слоем асфальтовой пыли. Смотрите-ка, а автобус в итоге остановился и Чимин, запыхавшийся, поклонился водителю и расплылыся в благодарной улыбке. - Оппа! Прими пожалуйста и мою коробочку! Это не Пепперо, а Покки из Японии, я попросила сестру привезти пару коробочек для тебя, - довольно полненькая девочка, ростом по грудь Чонгуку, ярко улыбалась и была сама безумно довольна своей находкой, которая казалась довольно милой на фоне одинаковых коробочек Пепперо других девочек. Девушка также протянула квадратную открытку с нарисованной на ней чиби-версией парня. Чонгук пристально посмотрел на коробочку Покки. Это же новейший вкус шоколада и банана с посыпкой из миндаля, в Корее такие ещё не скоро появятся. Хм. Тот слегка потер подбородок и потом улыбнулся, как никогда, слегка ошарашенной школьнице. - Божечки, какая милая открытка, - начал тот свою универсальную эстафету комплиментов. - Это ты нарисовала? Очень мило, я безумно тронут, люблю получать подарочки сделанные своими руками, очень милыми руками. С этими словами Чонгук медленно потянулся к открытке, слегка поглаживающими движениями по запястью девочки, тот забрал рисунок и снова отошел на подобающее джентельмену расстояние. Девочка вспыхнула и тут же залилась нежным румянцем, она изначально планировала подарить только две коробочки Покки Чонгуку и оставить одну для своего классного руководителя и одну для отца, но в итоге вынула из сумки все лакомства, что у нее с собой были и без колебаний отдала их парню. Тот только и рад был такому повороту, но перед этим он немного поиграл в скромного парня, которому неудобно принимать так много подарков от девушки. К концу дня, этот мастер комплиментов, заигрываний и напускного джентельменства, набрал пару-тройку пакетов со сладостями и заполнил рюкзак рисунками, открытками и письмами с признаниями в любви от девочек из самых разных школ Сеула. Очень хорошо, что Пепперо дей всего раз с году, не хотелось бы каждый день тащится с таким урожаем от школы до дома. Плюс от сладкого сразу выскакивают прыщи на его идеально гладкой коже, а прыщи это самое страшное, что можно представить человеку, у которого из достоинств не было ничего, кроме лица.