Всегда быть рядом

      Несмотря на раннее утро, солнце светит во всю, золоча траву и листья на деревьях. Тепло. Пахнет летом.       Джоэл щурится и отворачивается от света, слепящего прямо в глаза.       Прекрасное летнее утро, обещающее перерасти в теплый день, задает Джоэлу хорошее, умиротворенное настроение, и тот полуулыбается своим мыслям.       После возвращения к Томми на гидроэлектростанцию и, завершив тем самым процесс вечного выживания и борьбы за лучшее место в мире, Джоэл все чаще ловит себя на мысли, что он стал чувствовать себя куда лучше, чем раньше, когда он занимался контрабандой и не знал, что принесет ему следующий новый день в мрачном Бостоне.       Жизнь на электростанции далека от рая, но Джоэлу здесь нравится и он чувствует себя по-настоящему хорошо. Он много трудиться, но в отличие от прошлой жизни теперь его труд законен и не включает в себя постоянную необходимость убивать. Пожалуй, это можно назвать счастьем.       Этим утром у него и еще пары парней назначен патруль: два раза в день колония отправляет отряды на патрулирование прилегающих территорий для поиска следов мародеров и зараженных, а также порой на исследование более дальних дистанций, в целях изучения местности. Для упрощения передвижения дозоры осуществляются верхом.       В основном, в патрули ходят мужчины, но Джоэл разрешает Элли присоединяться к нему время от времени. Условия просты: она должна держаться рядом, чесать языком как можно меньше и, желательно, не впутываться ни в какие неприятности. Каждый раз Джоэл напоминает ей эти три элементарных правила, и каждый раз Элли участливо кивает своей маленькой головкой, чтобы потом обязательно поступить по-своему.       Джоэл сердится, но недолго, и каждый раз разрешает Элли составить ему компанию, да и к тому же никто из других парней в дозоре не возражает.       Этим утром Элли задерживается.       В ожидании Джоэл и ребята из отряда обсуждают план сегодняшнего дозора, когда один из них замечает приближающуюся Марию.       Она приветственно машет им и подходит к Джоэлу.       — Какими судьбами? — Интересуется тот.       — Фух, — Мария часто дышит после быстрой ходьбы по лесу. — Я от Элли… Отправляйтесь без нее. Она просила передать, что не поедет сегодня.       — Почему?       — Говорит, скверно себя чувствует.       — Что-то серьезное? — В голосе Джоэла звучит тревога, и Мария не может сдержать снисходительную улыбку.       — Не думаю, — Отвечает она, гладя лошадь Джоэла по мускулистой шее. — Она выглядела вполне здоровой, когда мы разговаривали, но я присмотрю за ней, не волнуйся.       Джоэл не очень удовлетворен ответом, но делать нечего. Он кивает и дает парням знак отправляться.       Патруль, как и предполагалось, проходит спокойно, но Джоэлу, на удивление, некомфортно. До него не сразу доходит, что причина кроется в отсутствии мельтешащей под боком говорливой девочки, так и норовящей вляпаться в какую-нибудь проблему.       Он ловит себя на мысли, что без Элли ему скучно и неуютно и даже стерильная, дикая красота природы вокруг и солнечное утро, которому он радовался буквально только что, уже не успокаивают, а наоборот действуют на нервы.       Он облегченно выдыхает, когда патруль наконец подходит к концу и, расседлав лошадь, спешит в общую столовую, где уже во всю идет завтрак.       Он заходит в просторное помещение, заполненное жителями колонии, здоровается и перекидывается парой слов с несколькими мужчинами, но постоянно скользит взглядом поверх чужих голов, чтобы отыскать Элли. Он ищет ее за их обычным столом, но ее место оказывается пустым.       Джоэл хмурится.       Вдруг кто-то резко хлопает его по плечу, и он оборачивается.       — Доброе утречко, — Томми радостно улыбается. В одной руке он держит поднос с завтраком. — Как патруль? Пошли, я уже взял тебе паек.       Джоэл следует за братом к тому самому столу, где они обычно все вместе завтракают, но в отличие от всех предыдущих дней, место Элли рядом с Джоэлом пустует.       — Где она? — Спрашивает он Марию, как только садится.       — Была здесь за пять минут до вашего возвращения, потом куда-то ушла.       — Она болеет?       — Да не похоже. Хмурая какая-то. Она со мной не особо разговаривала, если честно. — Мария пожимает плечами.       — Смотрите-ка, Джоэл разволновался! — По-доброму восклицает Томми, запихивая в рот кусок хлеба и тыча в брата вилкой.       — О, заткнись ради бога, — Рычит Джоэл, отчего Томми смеется.       Джоэл принимается за завтрак, но ест без удовольствия.       Его день проходит стремительно: Джоэл все время чем-то занят то здесь, то там, но, несмотря на его попытки пересечься с Элли, Джоэл ни разу за день не встречает девочку. Обычно она мешается под ногами, а сегодня будто сквозь землю провалилась.       Это кажется ему странным, но Джоэл практически насильно заставляет себя не волноваться раньше времени и решает зайти проведать Элли в ее комнате при первой свободной минутке.       Однако ему удается увидеться с ней раньше.       Когда Джоэл заканчивает работу в котельной, он выходит на улицу и замечает маленькую фигурку Элли на противоположной стороне двора. Она копошится у входа в жилые помещения и смотрит в противоположную от Джоэла сторону. Она не видит, как он подходит в ней сзади, поэтому испуганно дергается от его неожиданного «привет» прямо над ухом.       Джоэл привык, что лицо Элли при виде него искажает приветливая улыбка или какой другой признак дружелюбия, но этот случай не тот: Элли в испуге округляет глаза и делает шаг назад, выстраивая между собой и Джоэлом ощутимую дистанцию.       Мужчина сразу напрягается.       — Привет, Элли. — Повторяет он, но уже настороженно.       — Привет. — Голос Элли тихий, совсем безрадостный, даже угрюмый, а глаза смотрят куда угодно, но только не на Джоэла.       — Мария сказала, ты плохо себя чувствуешь… — Начинает он издалека, но Элли в ответ молчит и буравит взглядом носок кроссовка, которым ворошит землю. Джоэл чувствует, что начинает волноваться и терять терпение одновременно.       — Может, расскажешь в чем дело? — Спрашивает он, засовывая руки в карманы брюк.       Он ждет ответа или любой другой реакции на его вопрос, но Элли продолжает молчать и игнорировать его взгляд, будто Джоэл ничего не спрашивал.       — Элли! — Вдруг нарочито громко рявкает он, чтобы привлечь ее внимание.       Девочка наконец поднимает голову, жалостливо смотрит Джоэлу прямо в глаза, отчего его сердце невольно сжимается, и делает несколько шагов назад.       — Знаешь, я совсем забыла, что обещала помочь на конюшне, — Элли разворачивается, чтобы сбежать, и говорит быстро-быстро, чтобы Джоэл не успел вставить хоть слово. — Давай поговорим позже, ладно?       Она убегает, не дождавшись ответа, а Джоэл продолжает стоять и смотреть ей вслед.       Эта девочка со своими капризами доведет его в один день либо до инфаркта, либо до самоубийства. Но Джоэлу не нравится ее непривычное поведение, он волнуется и поэтому решает разобраться с этим сегодня же.       Он освобождается от работы только ближе к вечеру и сразу же идет на конюшню в надежде обнаружить там свою подопечную. До этого момента все его мысли крутятся только вокруг нее и он гадает, в чем же причина ее столь странного поведения. Джоэл накручивает себя и перебирает в голове всевозможные варианты, начиная от всяких девичьих проблем и заканчивая подозрениями о том, что ее кордицепс мутировал и Элли умирает.       На конюшне ему сообщают, что Элли и вправду была здесь, но час назад взяла своего коня и ушла, не сказав куда именно. Джоэлу такой ответ подходит.       Он берет свою лошадь и покидает территорию электростанции, углубляясь в лес. Он направляется к небольшому озеру, который они с Элли обнаружили во время одного из дозоров. Озеро, окруженное со всех сторон кустарниками и разросшимися соснами, стало их любимым местом, где Джоэл потихоньку учил Элли плавать. Обычно Элли знает, что ей запрещено соваться за пределы электростанции одной и в большей мере соблюдает это правило, но почему- то Джоэл не сомневается, что сегодня найдет ее именно там.       Еще издалека он замечает ее коня, привязанного к дереву. Элли назвала его невероятно по-дурацки — Пузырь — будто не в силах придумать животному нормальную кличку. Сейчас это вызывает у Джоэла улыбку, и он спешивается, привязав свою кобылу рядом.       Кусты шелестят, когда он пробирается сквозь них, чтобы выйти к озеру. Джоэл не сомневается, что Элли уже давно услышала звуки его приближения.       Он видит ее: она сидит лицом к озеру на поваленном бревне прямо у самой кромки воды. Ее кроссовки испачкались в мокром песке. В руке Элли держит прутик, которым водит по воде и достает со дна водоросли и ил.       Джоэл садится с ней рядом и опирается локтями о колени. Какое-то время они оба молчат: он разглядывает лес и наблюдает за закатом цвета спелого персика, а она, понурив голову, играет с прутом.       Наконец, повернув лицо к Элли, Джоэл говорит:       — Ты не рассказываешь мне, что с тобой случилось, но мне кажется, я не заслуживаю того, чтобы от меня целый день бегали и оставляли в дураках. Ты так не думаешь?       Элли сосредоточенно молчит, но в этот раз ее молчание неуверенное. Она чувствует взгляд Джоэла на себе и наконец сдается.       — Прости, Джоэл. Ты прав. — Элли кидает прут в воду и повторяет его позу: подгибает колени и упирается в них локтями.       — Тогда, может, расскажешь мне, в чем дело?       Она хмыкает:       — Ты будешь смеяться.       — Сомневаюсь, что буду смеяться над чем-то, что расстроило тебя.       В голосе Джоэла столько уверенности и заботы, что Элли в удивлении поворачивает голову и заглядывает ему в лицо. По нему видно, что он отчаянно хочет докопаться до правды, и это трогает Элли.       — Ладно, — Выдыхает она. — Имей в виду, что, если будешь смеяться, я тебя ударю.       Она ждет еще немного, будто собираясь с силами, чтобы признаться в чем-то постыдном, и в конце концов выдает:       — Мне приснился кошмар.       Джоэл медлит. В его голове хаотично работает некий механизм. Он ожидал услышать что угодно, и готовился к худшему, вплоть до «я умираю», так что слова Элли вводят его в ступор.       — Ээ, — Он трет переносицу и подбирает слова, чтобы быть максимально корректным и не обидеть девочку. — Кошмар — в смысле страшный сон?       — Да…       У Джоэла будто камень отлегает от сердца. Он еле сдерживается, чтобы не хлопнуть себя по ноге и не засмеяться в голос от абсурдности ситуации. Но он не делает этого, потому что видит, как озабочена и встревожена Элли.       — Знаешь, — Говорит он, придвигаясь к ней ближе и подталкивая локтем в бок. — Я слышал, что, если рассказать кому-то свой кошмар, то он не сбудется. К тому же, когда говоришь о переживаниях вслух, становится легче.       Джоэл вспоминает, как Сара, бывало, пробиралась в его комнату ночью и забиралась к нему под одеяло после того, как ей снились страшные сны. Так они и спали вместе обнявшись, а на утро девочка уже не могла вспомнить, что именно за кошмары ей снились.       Сейчас эти воспоминания, на удивление, приносят не грусть, а чувство щемящей радости и ностальгии, и Джоэл улыбается, глядя на солнце.       Элли наблюдает за ним, и его улыбка вселяет в нее уверенность.       Она решается.       — В общем, мне снилось, что мы вдвоем снова в какой-то передряге и ты… Короче, тебя укусил зараженный.       Она ждет от него какой-то реакции, но Джоэл не понимает драматизма.       — Ну, — говорит он. — В реальности-то со мной все в порядке.       — Ох, я так и знала, что ты не поймешь… — Элли сокрушенно вздыхает и опускает голову на грудь. Проходит секунда, и она внезапно вскакивает и сжимает руки в кулаки.       — Дело не в том, что мне приснилось, а в том, что я при этом почувствовала! — Она стоит напротив Джоэла, в глазах огонь, смешанный с отчаянием, и желание достучаться. — Мне было так страшно, словами не описать! Я проснулась… проснулась и не могла понять, правда это или нет. Мне сначала показалось, что ты и вправду умер, тебя больше нет, и я не знала, что делать! Я думала, я опять осталась одна! Это было так страшно! Ты заразился, и я никак не могла тебе помочь и даже во сне понимала, что ты уйдешь, бросишь меня и я опять останусь одна…       Ее поток слов обрывается, когда Джоэл, внезапно поднявшись, притягивает ее к себе и заключает в крепкие объятия. Элли утыкается головой ему в грудь и закрывает глаза, дыша часто-часто.       Ночью она плакала. Она проснулась вся в поту, продрогшая от холода, и резко села в кровати, разумом еще витая во сне, где Джоэла больше не существовало. Ей было так чудовищно страшно, что Элли не сразу поняла, что плачет.       Она ощущает облегчение, которого ей так не хватало целый день, чувствуя, как Джоэл гладит ее по волосам, и постепенно успокаивается. Его подбородок лежит на ее макушке, и Элли чувствует его горячее дыхание на своих волосах.       — Солнышко, — Зовет он, и Элли прижимается к нему еще сильнее. — Почему ты не рассказала мне сразу?       — Не знаю… — Честно признается она. — Мне казалось глупым беспокоить тебя по этому поводу.       Джоэл берет ее лицо в ладони и говорит следующие слова с расстановкой, чтобы она поняла раз и навсегда:       — Элли, любые твои переживания стоят того, чтобы беспокоить меня.       Это сказано с такой уверенностью в голосе и во взгляде, что впервые за день девочка улыбается.       — Спасибо, Джоэл. — Она бодает его в грудь лбом, и Джоэл смеется.       — Хочешь вернуться обратно? — Спрашивает он.       — Пока нет. Давай еще посидим?       — Хорошо.       Они садятся на бревно, и Элли кладет голову Джоэлу на плечо.       Она знает: что бы ни произошло, он всегда будет рядом.