Вино, оксиды и любовь

      Рюноске влюбился. Влюбился в Ацуши. Вообще, парень не скрывал своей ориентации, но и не особо распространялся. Вот только, когда узнал, что предмет воздыхания тоже входит в голубые ряды, Акутагава приступил к активным действиям. Для начала он выяснил, что Накаджима учится на литературном факультете, любит всех из семейства кошачьих, по утрам покупает в кофейне шоколадный латте, а после учебы подрабатывает в зоомагазине.       Рюноске не думал сталкерить, просто он был очень наблюдательным. Вот только все его попытки подойти и познакомиться заканчивались… Ничем. Стоило только подойти к светлому, как солнце, Ацуши, так сразу все мысли путались. Акутагаве даже казалось, что при его хмуром виде и темных одеждах, «солнышко» пугалось и молилось всем богам, чтобы его не убили, а из оскала улыбки не вылезли клыки с ядом. Да, Рюноске не умел улыбаться, обычно из всего этого получался оскал, делавший его похожим на злого ученого-химика, который вот-вот обольет трифторметансульфоновой кислотой. Он конечно не сделает это, только так выглядит. Честно. Парень вообще за мир во всём мире, он никогда никого не обижает, даже бездомных животных подкармливает.       После очередного неудачного знакомства Акутагава совсем раскис. Ходил весь день темнее грозовой тучи, кидая на людей такие взгляды, что хотелось провалиться сквозь землю. Чуя — его друг с пятого курса — решил помочь влюбленному и предложил одну очень интересную идею: напиться вина.       — Ну что тебе терять? Выпьем по бутылочке. Знаешь, самые гениальные идеи приходят, когда уровень алкоголя в крови достигает хорошей отметки, — сказал Накахара и поставил перед несчастным Ромео бутылку красного вина. — Открывай и пей прямо из горла, — Рюноске помотал головой, — так, пей! Пей! — Чуя поднес бутылку ко рту студента, и тот нехотя сделал глоток, сморщившись.       — Это ужасно невкусно, — пожаловался Акутагава и сделал ещё один глоток. — Почему я не могу с ним познакомиться? Я же сама красота, — ещё один глоток, — он не смотрит на меня совсем. Я же не оболью его кислотой. Глупый котенок!       — Ты просто слишком хмурый и неразговорчивый. Ацуши очень светлый и веселый, а ты как диоксид марганца. Только не психуй сейчас, давай пей дальше.       Минут за двадцать Рюноске выпил всё вино и заметно опьянел. Ноги его не особо держали, а перед глазами всё плыло. Все слова Чуи начали подтверждаться, когда Акутагава сидел и думал, что ему делать дальше. Когда Накахара поставил перед ним бутылку белого вина, студент покрутил её в руках и попытался встать. Получилось. Чуя хотел его посадить обратно, но Рюноске отмахнулся и поплелся к двери, отказавшись от предложения проводить до нужной комнаты в общежитии. То ли с опьянения, то ли с великой любви, ноги привели его прямо к комнате Ацуши. Сегодня утром судьба показывала Акутагаве средний палец, а под вечер раскинула свои объятья, подталкивая парня к предмету его воздыхания. Дверь была открыта.       — Ацуши, солнышко моё, проснись! — Рюноске начал тормошить спящего Накаджиму. — Открывай глаза…       — Рюноске?! Что ты делаешь? — сонно проговорил Ацуши и попытался оттолкнуть от себя химика. — Эй, ты пьян? Ой, пожалуйста, не падай на меня, — парень сполз с кровати и усадил на неё Акутагаву, который сразу потянулся к литератору, утыкаясь тому в шею.       — Твои глаза словно оксид кремния, твои волосы на цвет как смесь изопропилового спирта и ацетона, а пахнут изобутилформиатом, твои губы наверняка на вкус словно дисахарид из группы олигосахаридов, состоящий из двух моносахаридов*, — химик провел кончиком носа от плеча до щеки Накаджимы. Парень сидел и не понимал, что происходит. — Ты ходишь по темным коридорам, словно лучик света во тьме. Я пытаюсь познакомиться с тобой, а ты… — Рюноске замолк, выпитый алкоголь усыпил его сознание. Химик завалился на шокированного Ацуши, который в здравом уме таких слов не выговорит, а несчастный влюбленный, даже будучи под градусом, преспокойно сказал это без запинки.       Накаджима понял, что парень вырубился, поэтому аккуратно положил его на кровать, пытаясь вспомнить уроки химии в школе. Акутагава его только что обозвал или комплиментов наделал. Кто знает. Завтра утром спросит.       — Я знаю, что твоя ориентация как тетрагидроксоалюминат натрия, — донеслось от тела на кровати. — Это комплексная соль голубого цвета, и ты тоже… Завтра утром, а точнее уже сегодня… — Рюноске уткнулся лицом в подушку и окончательно замолк.       «Дам я тебе утром ответ, но не факт, что ты всё вспомнишь, — подумал Ацуши и улыбнулся. — Ах, и перевод твоего химического бреда потребую». Акутагава что-то промычал, но Накаджима уже не смог разобрать. Это было что-то из химической терминологии, причем очень непонятное и страшное по звучанию, трезвый парень даже испугался, не придется ли потом экзорциста вызывать. А то вдруг Рюноске черта вызвал, который потом будет Ацуши оксидами, гидроксидами и кислотами с солями голубого цвета пугать.

***

      Проснулся Акутагава от сильной головной боли, пустыни во рту и несильного пинка. Открыв глаза, парень посмотрел по сторонам и осознал, что он вот прям вообще не у себя. Непонимание происходящего усугубляла головная боль и воспоминания. Точно! Он вчера пришел к Ацуши и наговорил ему… комплиментов. Особых, химических, комплиментов. Ну или это был просто пьяный бред. Так, что он там наговорил ему? А, точно… Что-то про оксиды, комплексные голубые соли и изобутилформиатомы.       — Я пришел к тебе с приветом, рассказать, что солнце встало. И не только солнце, — донесся обжигающий шепот со стороны. Что ещё у кого там встало? А, ничего. Накаджима с улыбкой протянул Рюноске стакан с холодной водой и две таблетки аспирина. Тот с благодарным взглядом принял это подношение богов от адского похмелья, и вспомнил всё окончательно. — Очень надеюсь, что вчера ты меня не обозвал и не проклял. А ещё, что это было? — строго спросил Ацуши.       — Это было временное помутнение сознания во время сильного алкогольного опьянения. Ну… Оксид кремния красиво выглядит. Он такой фиолетовенький, как твои глаза. А смесь спиртов белая, как твои волосы, а пахнут они малиной. Можно я не буду дальше переводить? Там про сахар что-то было, — смутился химик и отвернулся, чтобы Накаджима не видел его красного лица.       — Ой, да не парься. Сильно голова болит? — Акутагава кивнул. — Ну, значит, больше пить не будешь. Я же не слепой, видел, как ты на меня смотрел. И как котят подкармливаешь — тоже видел. Только всё стеснялся подойти, чтобы познакомиться. Я Ацуши, — он протянул руку.       — Рюноске. Приятно познакомиться, — парень протянул руку в ответ. — Ещё раз прости за вчерашнее. Мне правда очень стыдно. Я не буду больше столько вина пить. У тебя ещё вода есть? — Накаджима кивнул и протянул второй стакан. — Вот бывает так в жизни, что видишь человека в первый раз, и он кажется странным, а потом оказывается, что ты в него влюблён.       — Я показался тебе странным? Чем же? — задумался Ацуши и положил голову на плечо парня, сидящего рядом. Тот вздрогнул, но не отстранился, а наоборот, даже ближе придвинулся. — Вчера ты назвал меня солнцем. Я правда лучик света? А, ещё Чуя написал, что ты назвал меня котенком. Почему?       — Ты как белый пушистый котенок, — Акутагава улыбнулся и взъерошил волосы Накаджимы. Тот, казалось, замурчал и блаженно прикрыл глаза. — Ты точно на меня не обижаешься? Кстати, ты так и не ответил на мой вопрос.       — Я люблю тебя дольше, чем дней мне дано на земле. Ты один для меня, как вселенная темна. Я тебя полюбил неожиданно, сразу, нечаянно. Да, я люблю тебя, как бледную звезду в вечерних облаках, — прочитал несколько стихотворных строк Ацуши и обнял Рюноске. — Я же сказал, что давно замечал тебя. Ты мне тоже нравишься. Только мы два дурака. Боялись познакомиться, — химик засмеялся и обнял парня в ответ.

***

      — Я же говорил, что они сегодня за ручку на учебу придут, — усмехнулся Дазай, — ты проиграл мне желание.       — Между ними невероятная химия. Это было логично. Ладно, загадывай, — проворчал Чуя и улыбнулся, когда увидел проходящего перед ним друга с его парнем. — Только адекватное.       — Поцелуешь меня? — предложил Осаму, когда Накахара затащил его в пустую аудиторию. — Обожаю химию, она сближает.