Card debt

— Максим, скажи им что я не спала с тобой! – требовала я от парня с изумрудными глазами, который с сожалением смотрел на меня. — Даже если и скажу, они решат что я просто защищаю тебя. Отношение не изменится, просто все будут говорить это за глаза, – парень виновато опускает глаза. — Это ты им сказал что ты трахал меня? – парень удивлено посмотрел на меня, наверное из-за того как я подобрала слова. — Принцесса, мне это зачем? Я и так популярен, – говорит он и я тихо взвываю. — Тогда кто? Диана? – пытаюсь найти я виновного. — Возможно и она, а может и ещё кто-то, – разводит он руками. — И что теперь делать? Они все смотрят на меня, постоянно! – истерю я. — Мне жаль, но здесь я ни чем не могу помочь, – поджимает он губы. Я растроено вздыхаю и ухожу. Уроки прошли просто ужасно. Кто-то пустил слух что я переспала с Максимом и поэтому мы с Дианой дрались, а Макс ее бросил из-за меня. Весь день они смотрели на меня, шептались и указывали пальцем. Ева назвала меня три раза шлюхой, когда я пыталась ей все объяснить, но она лишь называла меня шлюхой и не желая слушать меня, уходила. Теперь я подавлена ещё больше. Как же я была рада, когда наконец покинула это чёртово здание. Кинув на него ещё один быстрый взгляд, я проклила это место и пошла быстрым шагом домой. Вновь пошёл снег, да ещё и сильный. Я накинула капюшон и ускорила шаг ещё больше. Холодный ветер бил мне прямо в лицо, попутно загоняя бедные снежинки мне в глаза. Я немного съежилась и начала мысленно материться. Через десять минут я уже была в холле на первом этаже, отряхивая мокрый снег с себя. Проходя к лифтy, я заметила Яниса у ресепшена. Рядом с ним стоял охранник и молодая девушка, с длинными вьющимися чёрными волосами. Кроме них троих, в холле на креслах сидело четверо молодых людей, которые что-то обсуждали. Оглянувшись, я пробежалась взглядом по холлу и вызвала лифт. Когда он приехал, из него вышла та самая девушка..Вероника, кажется. Заметив меня, она меня оценивающе оглядела с головы до пят и ухмыльнулась. — К Илье идёшь? – спросила она, зайдя со мной в лифт. Я промолчала, не желая отвечать на ее вопрос, да и говорить с ней не хотелось. Я нажала на шестнадцатый этаж, и вновь спрятала руку в карман. — Надеюсь ты его предупредила о своём приходе, иначе тебе придётся идти обратно, ведь его нет дома, – слащаво проговорила она. Я вновь не стала ей отвечать, смотря прямо на двери лифта. — Ты немая что ли? – начала злится она. Я тяжело вздохнула, сжимая ключи от квартиры Малиновского в руке сильнее. Она начинает меня бесить. — Ты его новая пассия, да? Так вот, можешь не расчитывать ни на что, ведь он любит меня. Мы просто поссорились вот он и мстит мне, – начала она, а я закатила глаза; чёртова лгунья, – Да, любит. И скоро мы помиримся и тебя он вышвырнет. Двери лифта раскрылись и я вышла. Эта шлюха следом за мной и остановилась у лифта, наблюдая за мной. Я взглянула на ее самодовольную улыбку, ведь она считала что мне никто не откроет и я уйду, но я достала ключи и быстро открыла дверь. Посмотрев на ее злую гримасу, я вынула из скважины ключи и перешла порог: — Бинго, – кинула я ей на последок и закрыла дверь. Сняв куртку и обувь, я прошла к себе и стала переодеваться. Настроения не было. Быстро надев футболку с Крошем из смешариков, и спортивные свободные серые штаны, с резинками внизу штанин, я собрала волосы в высокий конский хвост и пошла на кухню, приготовить что-нибудь перекусить. * * * После того как я поела, я села делать уроки. Достав дневник, я достала нужные предметы и тетради и стала по тихоньку делать домашку, но на долго меня не хватило. Уже меньше чем через пол часа меня поглатили мысли и воспоминания о сегодняшнем дне, и о той ночи. Обида ела меня изнутри и я начала плакать. Слёзы стикали по моим щекам неровными дорожками,капая на тетрадь. С каждой минутой мне становилось только хуже и уже меньше чем через пять минут, я ревела навзрыд, положив руки на стол и голову на руки. Я ревела и ревела; то успокаивалась, а то и ещё больше начинала реветь. Происшествия последнего месяца меня по тихоньку убивали морально; не удивительно, если в скором времени я вскрою себя или ещё что-нибудь сотворю с собой. — Почему ты издеваешься надо мной? Почему избрал мне этот путь, что я сделала не так в этой жизни? – обращалась я к Создателю от безысходности. Наверное это выглядит глупо, ведь ответа я так и не получу. Да и зачем вообще задавать вопросы тому, кого не существует? Или я ошибаюсь? Если смотреть на все с точки зрения нашего Дениса-сатаниста, то.. То, он бы сказал, цитирую, Сатана решил развлечься. Знаете, если они действительно есть, наверное Сатане нереально скучно. Ну вот, теперь я сомниваюсь в не существование этих двоих. До чего же мне паршиво, что я об этом думаю. Часы показывали 17:37, а я всё ещё лежала на столе и шмыгала носом, пытаясь разобраться почему мне приходится все это терпеть. В какой-то момент я поняла, что должна отвлечься от этих мыслей и закрыв все учебники и тетради,пошла в ванную. Быстро умывшись, я вернулась к себе и сев на кровать, включила ноутбук. Я должна отвлечься. Забив в поисковой строке «Ужастики», я стала листать список годных ужастиков и выбрав всеми хваленый «Оно», я посмотрела старый фильм и новый. Вот честно, с детства не любила клоунов. Закрыв ноутбук, я посмотрела в окно, и поняла что уже поздно. Комнату окутал мрак и тишина. Убрав ноутбук на тумбочку у кровати, я легла на бок, смотря в окно в тёмное небо, на котором был месяц и звезды. Очередным рейсом летел самолёт, рассекая ночное звёздное небо. Через пару минут пролетел ещё один, правда уже в другую сторону и выше. Пролежав так ещё немного, я встала и пошла в комнату Ильи не включая свету. Плотно закрыв дверь в его комнату, я подошла к его кровати и аккуратно легла на бок, наблюдая за ночным небом теперь из его комнаты. Чем дольше я смотрела на небо, тем тяжелее ставились мои веки. Кровать рядом со мной прогнулась, и что-то тёплое обвило мою талию, прижимая меня к себе; уткнувшись мне в волосы, горячее дыхание обжигало меня и мне было немного неудобно лежать. Я слегка поёрзала и легла удобнее. Хоть поза и не изменилась. — Что ты тут делаешь? – тихо, с хрипотцой говорит он, рассеивая тишину в комнате, покрытую мраком и светом месяца и звёзд. — Мне стало страшно и я почему-то пришла сюда, – сквозь сон отвечаю я, – Мне кажется, что здесь безопасно... Здесь мне не страшно. — Тебе это только кажется, ведь это берлога монстра. Здесь опасно, – выдыхает он. Я нащупываю его руку на моей талии и сжимаю ее в своей. Такая большая,тёплая... — Мне не страшно, – тихо говорю я и вновь хочу погрузиться в сон. — Напрасно, – сквозь сон слышу я. Яркий свет светит прямо мне в лицо, отгоняя мой сон прочь, но я не хочу этого и перевернувшись, утыкаюсь во что-то тёплое. Сквозь сон нащупываю этот объект и сон как рукой снимает. Я приподнимаюсь на локоть и смотрю на спящего парня. Локон моих волос падает ему на лицо и он начинает морщиться и дергать носом. Сонно подняв руку, парень убирает мои волосы с лица и ложится на бок, закидывая руку на меня, тем самым придвинув к себе. Стоять на локте становится очень не удобно, и я аккуратно легла и теперь его дыхание обжигало мои губы. Я рассматриваю его лицо, каждый шрам, каждую впадинку. Нахожу его привлекательным, хоть это и с самого начала было понятно, и начинаю сравнивать его с Артёмом. Мой взгляд заостряется на его слегка приоткрытых, слегка пухлых губах и у меня возникает желание почувствовать их вкус. Это желание почувствовать их вкус меня пугает. Совсем недавно мне был противен этот человек и я его ненавидела; два дня назад меня жёстко изнасиловал какой-то психически больной ублюдок, а я так просто лежу рядом с парнем который старше меня, который занимается хер пойми чем, парень которого я должна ненавидеть ведь он меня купил;пленил, но нет, я его уже не боюсь и хочу почувствовать вкус его губ. Это ужасно, и это означает, что меня совершенно не волнуют происшествия минувших дней. В следующую минуту мне в голову приходит в три раза больше пугающая мысль. Я что, влюбляюсь в него? Нет, только этого мне не хватало для полного счастья. — Можешь поцеловать, если хочешь, – сонно произносит он, и я вздрагиваю не от неожиданности, а от того что по мне прошелся заряд лёгкого возбуждение от его сонного голоса. Твою мать. Можешь поцеловать, если хочешь, – эхом отдаётся у меня в голове. Хочу. Очень хочу.