8.
9 мая 2020 г., 12:34
На похоронах Чимина шумно, что не является нормой для таких мероприятий. Чонгука дико раздражает эта показушная роскошь, человек умер, а закатили пир, как на свадьбе. Большие дядьки в дорогих костюмах ведут переговоры, договариваясь о сотрудничестве и прочем. Кажется, будто они вообще забыли где находятся. Есть ли в этих людях хоть капля чего-то человечного? Конечно же нет. Глупый вопрос.
— Как твоё настроение? — подходит сзади Юнги.
— Хм, серьезно? Ты ещё и спрашиваешь? У меня же не умер муж, хоть и не любимый. Он мне был близким человеком, — бесцветным голосом отвечает Чонгук.
— Мало ли, у вас был достаточно специфичный брак, знаешь ли, — хмыкает Юн и стыдливо опускает голову, — что собираешься отвечать репортерам?
— Не хочу с ними разговаривать, — Чонгук, смотрящий вдаль на всех присутствующих, ощущает, как на него начинают падать капли. Даже небо плачет по Чимину.
— А как же власть, деньги и прочее? Он ведь переписал всё наследство на тебя, весь свой бизнес, всех своих людей, — рассуждает Юнги и ловит на себе удивленный взгляд.
— Он что? Наследство… У него даже завещание было? То есть, это было запланировано? — вопросов у омеги много, а ответов нет абсолютно. Юнги протягивает Чону листок, с огромной надписью «Завещание». А после лежит маленькая бумажечка с надписью «for jjk».
Зато Тэхён с Чимином отлично пошли против правил.
Ким Тэхён поменяли его мнение. Но есть ли в этом какой-то смысл теперь?
— Не обманывай меня, — смеется Джин, — я же все заметил. Наша ледяная принцесса всё-таки нашла своё солнце и растаяла, — вот такого он точно не ожидал услышать от друга.
— Что ты хочешь этим сказать? — ухмыляется Чон.
— Я же видел ваши взгляды на друг друга ещё при первой встрече. Видел, как он уводил тебя с мест преступлений и нежно обнимал за талию. Черт возьми, сколько лет я тебя знаю, ты ни с кем так себя не вел. Да и связь между вами трудно не почувствовать, до сих пор недоумеваю, как ты не понял сразу, что он твой истинный. Наивный ребенок, который думал, что его Тэхён просто очень честный. В нашем обществе не бывает честных, — заключает Джин и потягивает коктейль из трубочки.
— Ладно, ты раскусил меня. Я втрескался по уши. Словно я выпал из самолета и врезался со всей силы лицом прямо в любовь. Он такой нежный, красивый, заботливый. Тебе когда-нибудь пекли булочки с корицей? А мне пекли. Только есть одно но. Он чертов убийца. Чего таить, мы все убийцы, но не своих людей. И, всё-таки, мы по делу убиваем, так ведь? — Чонгук, который уже итак хорошо расслабился с помощью алкоголя, останавливаться не собирается. Он достает из кармана волшебные колеса, на что Джин устало цыкает. Спереди показывается знакомая фигура. Увидев Намджуна, Джин расплывается в довольной улыбке, оставляя друга одного.
— Милый, какими судьбами? — бормочет Джин в плечо своему альфе.
— Тебя забирать, детка, — целуя в макушку, говорит Джун.
— Как я могу оставить Чонгука одного, совсем спятил? — вспоминая о друге, Джин поворачивается к столику, на котором Чон уже лежит, — я сейчас.
— С тобой всё в порядке? — голос Джина немного подрагивает, потому что друг в считанные секунды улетел в астрал.
— Он… Он так потрясающе пахнет, — тянет Чонгук, смотря пустым взглядом в потолок.
— Кто? — спрашивает Джин, будто не знает.
— Он, — смакует Чонгук на губах. Одно лишь воспоминание об этом человеке вызывает море эмоций. Особенно в таком состоянии.
— Может тебя стоит отвезти домой, м?
— Я хочу к нему.
«Не думай, Гуки я не суицидник. Я не хотел этого, я просто хотел закрыть глаза и чувствовать, что всё в порядке…».
Дальше у Чонгука не хватает сил читать дальше, потому что это закончиться слезами, которые видеть всем этим фальшивкам ни к чему. — Да, Чонгук. Только никто, кроме него не знал об этом… — Хосок знал, — выпаливает Чонгук и смотрит на Юнги прожигающим взглядом. — Он… — хочет объясниться, но Чонгук сразу же его перебивает. — Он знал, что человек хочет покончить с собой и ничего не сделал, Юнги. Вот, что «Он…». И никаких, но тут быть не может. Он знал и ничего не сделал, просто признай это, — Юнги от такого тона младшего сжимается и обхватывает свои плечи, успокаивая себя. — Ты же понимаешь, что ему нельзя, — оправдывается Юн. — Знаешь, бывают такие случаи в жизни, когда нужно идти против правил. Идти против всего, чтобы достичь какой-то цели. Или в данном случае спасти жизнь человеку. Именно это должен был сделать Хо, а не струсить, — уже спокойнее говорит Чон.***
Раз Тэхён с Чонгуком, по словам Хосока, истинные, значит Чон не может чувствовать ложь Тэ. Вериться ему не особо, хоть Чон и знает про его способность. Поэтому, чтобы убедиться в правдивости словах Хосока, он придумал очень тупой план по вычислению лжи Тэхёна. В голову ничего умнее не пришло. — Ты долго дурачиться будешь? — спрашивает Тэхён, сидящий в кресле детектора лжи. Его руки плотно прижаты к датчикам, а на шее красуется маленький проводок, из которого будут сверкать искры. — А кто сказал, что я дурачусь? — смеется Чонгук, — предупреждаю, что когда ты будешь лгать — тебя будет бить током. Лучше сразу говори правду и мы просто будем наслаждаться светом зеленой лампы. Итак, всё готово? Начнём? — смеется Чон и начинает клацать мышкой компьютера, настраивая детектор. — Начнём, — шепчет Тэхён. И чувствует неладное. По телу проходиться табун мурашек, в горле встает ком. Голова начинает немного кружиться. Осознание того, что сейчас произошло и происходит приходит слишком медленно. — Вопрос первый. Ты как-то связан с Чимином? — Чонгук смотрит на своего альфу холодным взглядом, словно высасывая из него энергию и силы. — Да, — зеленый свет. — Хм, — задумчиво тянет Гук и поднимает голову к потолку, — вы были убийцами? — Нет, — еле слышно говорит Тэхён, а внутри всё сжимается. Он старается успокоится, наивно полагая, что может обмануть детектор. Снаружи он абсолютно спокоен, его взгляд ледяной и нечитаемый. Такое чувство, будто он вообще не здесь. Вспышка тока. У Чонгука из руки выпадает ручка вместе с челестью. Толи от услышанной информации, толи от того, что у него у самого вспышек перед глазами не наблюдается. — Все убийства сделаны были вами? — голос Чонгука предательски дрожит, но он старается казаться равнодушным. Получается у него очень плохо, ведь Тэхён уже научился читать эмоции Чона по щелчку пальцев. — Да, — смысла притворяться уже нет. Зелёный свет. Чонгуку притворяться тоже уже смысла нет и он начинает реветь навзрыд, не скрывая эмоций. Он сидит в комнате с убийцей. А ещё по совместительству со своим истинным. И внутри враждуют два чувства. Теплое чувство, наполняющее легкие бабочками, от осознания того, что они истинные. И чувство страха, обиды и боли, от осознания того, что его истинный — убийца. — Последний вопрос, — нервно сглотнув и направив свой взгляд в сторону Тэ, говорит Чонгук, — ты знал, что мы истинные? — Да, — зелёный свет. Чон громко хлопает дверью и уносится прочь оттуда. О последствиях всего, что было и будет сегодня он подумает потом.***
— Ты, придурок, думал, что просто так сбежишь? — на том конце слышится голос самого лучшего и красивого хёна. — Я это и сделал, а вот придурок тут только ты, Джин, — Чонгук зол, напуган, опустошен. Сейчас он — это смесь всех чувств на свете, которые вот-вот взорвутся в нём, словно динамит. — Куда бы ты уже не ехал, через 10 минут ты должен быть в «Desire», — Джин настроен серьезно и отказов не принимает. А Чонгук и не надеется, что от Сокджина получиться отвертеться. — И что мне от этого будет? — устало выдыхает Чонгук. — Как минимум я не ворвусь к тебе в квартиру и не вытащу тебя насильно, — смеется Джин, а Чонгук думает, что все-таки есть на этой земле то, что держит его в тонусе. Любимый хён. И танцы. В клубе как обычно шумно и тесно, что сейчас даже на руку. Не заметят, не начнут расспрашивать обо всём произошедшем. Не замечая никого, он просто несётся к барной стойке, заливая в себя всё, что только можно. Муж покончил с собой, истинный — убийца. Любой другой бы впал в депрессию, но у Чона вместо депрессии — запой. Он, так и не дождавшись Джина, уже хорошенько выпил и идёт в сторону танцпола. Чонгук начинает танцевать вместе с толпой и, по привычному сценарию, оказывается в центре внимания.Desire — Meg Myers
Desire, I'm hungry, Желание, я так голодна, I hope you feed me Надеюсь, ты утолишь мой голод.
Бедра плавно двигаются в такт музыке, заставляя всех альф вокруг нервно кусать губы. Чонгук сливается с музыкой в одно целое. Он двигается плавно, делая иногда резкие толчки, придавая танцу импульсивности и дерзости. Он чувствует себя живым и нужным, забываясь в танце своих эмоций. Шаг влево, шаг вправо, изящный изгиб и буря оваций поклонников. Прыжок, красивый присед и яростные взгляды врагов. Наклон вперед, красиво прогнуться, пятку тянуть и еще раз прогнуться. Движение за движением, шаг за шагом — он выглядит идеально даже пьяным, а двигается ещё лучше.Baby, I wanna fuck you Малыш, я хочу тебя, I wanna feel you in my bones Хочу чувствовать тебя каждой клеточкой своего тела. I wanna feel you, I want it all Я хочу чувствовать тебя, хочу тебя всего сразу.
Тонкие руки омеги смыкаются на затылке, а бедра вызывающе качаются из стороны в сторону, вперед назад. Резкое движение вперед, очередной идеальный изгиб, открывающий великолепные виды, которые никому недоступны. Шикарная причёска, идеальные бедра в сочетании с изящными длинными ногами, обтягивающая майка, открывающая вид на тонкую талию и ослепляющая улыбка. Можно и горы свернуть. Песня заканчивается, толпа заливается аплодисментами, а Чонгука тихонько берёт за руку тёплая рука Сокджина и уводит из толпы. — Я смотрю ты уже успел развеселиться и без моей помощи? — смеется Джин, придерживая Чона за талию и видя в сторону их любимого столика. Но, их останавливает голос сзади. — Чон Чонгууук, собственной персоной! Ну какая встреча, как я рад! — тянет незнакомый Джину мужчина среднего возраста. — Как жаль, что я не рад, — кидает Чон и даже не смотрит в сторону альфы. — Ну что ты так сразу, детка. Пошли порезвимся, хватит со своими дружками-омегами зависать. Ни одна омега тебя не удовлетворит так, как альфа. А тем более я, — мужчина приближается к омеге, стараясь прижаться как можно ближе, но его сразу же отталкивает рука Джина. — Я прихожу на вечеринки ради алкоголя и наркотиков. Я не пытаюсь найти друзей или любовника. Так что прекращай свои концерты и вали, — выплевывает слова Чонгук прямо в лицо хаму, разворачивается обратно к Джину и уходит, оставляя мужчину в недопонимании. — И неужели такое происходит действительно часто? — уже сев за столик спрашивает Джин. — Глупые альфы думают, что я нуждаюсь в их члене. Максимум, в чем я могу нуждаться от этих жалких подобий людей — это деньги, — бормочет Чонгук, а в груди жалко колит, потому что с недавнего времени, что это не так. Обстоятельства***
Чонгук просыпается от бьющего в глаза солнца. Он находится в своей квартире и совершенно не помнит, как сюда попал. Справившись с дикой головной болью, он приподнимается и видет на прикроватной тумбочке записку.«Доброе утро, пьяница. Я знаю, что ты сейчас ничего не помнишь, поэтому расскажу. Ты напился, накурился, навклывался, отключился. Я тебя отвез. Конец истории. На второй тумбочке сзади тебя таблетки и вода. С любовью, наилучший, прекрасный, красивый, восхитительный хён Сокджин.»
Чонгук поворачивается и замечает стакан с водой и упаковку таблеток. Как он вообще догадался, что Чонгук сначала посмотрит на эту тумбочку? А в прочем, не важно. Он медленно сползает с кровати, включая телевизор и удаляясь на кухню, чтобы сделать себе завтрак. — Люди продолжают исчезать, — слышится голос репортерши с телевизора, привлекая внимание Чона. — Ещё бы, — хмыкает Чонгук. — Волны жестоких убийств продолжаются. Для этих монстров нет никаких преград, — на этих словах эфир прерывается и на экране появляется Ким Тэхён. Его лицо наполовину в крови, под глазами огромные синяки и дикий взгляд. — Мне очень-очень жаль. Я извиняюсь за своё грубое поведение, — Чонгук видит, что он явно под чем-то и его явно заставили это говорить, — дайте мне второй шанс и я буду плясать под вашу дудку. — Что ты несешь? Говори то, что написано! — еле слышно говорит строгий голос за кадром, на что Тэхён вызывающе ухмыляется. — Что я несу? Полную чушь! — кричит он попутно показывая язык в камеру. У Чонгука глаза на лоб лезут от увиденного, Тэхён явно не в себе, его явно чем-то накачали. И в нём сейчас боряться два чувства: первое — поехать и достать его оттуда любыми силами, второе — дать все улики и посадить за решетку. Но он понимает, каким бы блондин не был бы плохим человеком, Чонгук ни за что его не сдаст. Ему до сих по не вериться, что его альфа на такое. Здесь явно что-то не чисто. Он точно знает, что Тэ делает это не по своей воле. — Уводите его отсюда! — звучит уже громче голос. Тэхёна берут за руки, начинают уводить, грубо толкая и сжимая кисти, но он успевает кое-что сказать. Кое-что, что выбивает из Чона остатки здравого смысла. — Ты можешь притворяться, что не скучаешь по мне, — его голос альфы явно смягчился, стал очень нежным, а глаза наполнялись любовью. Он смотрел на него также в самые первые дни. Его голос был таким же нежным, — ты можешь притворяться, что тебе всё равно на меня. Но всё, что ты сейчас хочешь — оказаться со мной рядом и обнять. Точно так же, как и я, — последнюю фразу Тэхён уже шепчет прямо в микрофон. Далее кадр обрывается и на экране всплывают новости, будто ничего и не произошло. Чонгук сидит и смотрит в телевизор, сил не хватает даже глаз отвести. После нескольких минут он пришёл в себя, закинув голову назад и тяжело выдыхая. Он скоро просто сойдёт с ума. Это просто безумие.
