Barbaro

В комнате было темно, единственным источником света были свечи, стоящие на тяжёлых позолоченных подсвечниках. Тишину разрушали лишь тихие причмокивающие звуки. Сан лежал сверху на жертве, вцепившись зубами в яремную вену на шее, его подбородок был уже полностью в крови, но он продолжал жадно вытягивать из неё жизнь. Сидящий рядом Сонхва уже отпустил бедро жертвы - он выпил достаточно, предоставляя возможность младшему совершить последние самые сладкие глотки - это было сродни мощнейшему наркотику, он хорошо это знал. Сан оторвался от уже мёртвого тела и повернул голову. -Тс, как не аккуратно, Сан, я много раз говорил, что твоя жадность лишь мешает тебе. Так или иначе, Сонхва видел расфокусированные глаза младшего и понимал, что вряд ли его нравоучения будут впрок: Сан выглядел абсолютно не адекватным, впрочем, как всегда после ужина. Глаза младшего были прикрыты, грудь тяжело вздымалась от глубоких вздохов - неистребимой привычки человеческого прошлого - а бёдрами он слегка потирался об остывающее на кровати тело. Сонхва небрежным движением столкнул тело с кровати, пододвигаясь к Сану вплотную и беря его за подбородок, заставляя посмотреть на себя. Широким движением высунутого языка Сонхва начал слизывать кровавые потоки с лица Сана, тот лишь застонал от прикосновения и подался вперёд, вцепляясь в старшего руками и прижимаясь всем телом. Сонхва оторвался от его лица. -Мой мальчик хочет десерт, верно? Сан прикрыл глаза и простонал, впечатавшись движением бедер в пах старшего. -О, я вижу, тебе не терпится, Сан, - старший отодвинулся и начал стягивать с себя одежду, чему младший скорее мешал, чем помогал, руками прикасаясь к оголяющимся участкам мраморной холодной кожи. Руки же самого Сана были горячими - последствия последнего выпитого глотка. Обнажившись, Сонхва влез на кровать и откинулся на подушки. Сан смотрел на него дикими, горящими глазами. -Раздевайся и иди ко мне. Сан разделался со своей одеждой в мгновение ока, старший даже слышал треск пуговиц, оторвавшихся от резких движений. Младший оседлал бедра Сонхва, его член был уже очень возбужден и истекал смазкой, но Сонхва пока что не прикасался к нему, протягивая Сану руку запястье вверх и говоря: - Три глотка, Сан. -Но, Сонхва! -Ты слышал меня, Сан. Сан вцепился в его руку прижался губами к запястью, расцеловывая и вылизывая его, а затем выпустил клыки в кожу. Сонхва простонал. Сан послушал его и сделал ровно три глотка, как ему и велел старший, после этого снова облизывая запястье, лаская языком ранки, выстанывая и делая непроизвольно движения бёдрами, его член уже подергивался, а смазка стекла, капая на живот старшего. Сонхва тоже стонал, его член уже был порядком возбужден. Быстро перевернувшись, Сонхва оказался сверху на Сане, оказываясь между его ног и делая движения бёдрами, отчего члены потерлись друг о друга и они дружно застонали. Продолжая двигаться, Сонхва приблизился к шее Сана и сделал укус под громкий стон младшего. Руки Сана обняли старшего за шею и прижали к себе. Пить Сана - это все равно, что пить чистое возбуждение, Сонхва понадобилось всего два глотка чтобы понять, что он скоро кончит. Он оторвался от шеи, хорошенько зализав её. Младший стонал, не переставая, вскидывая бедра наверх и усиливая трение. Сонхва приподнял голову и спился поцелуем в приоткрытый рот Сана, проталкивая в него язык и исступленно целуя. Сонхва просунул руки под Сана и приподнял его над кроватью, прижимая к себе так сильно, как это возможно, и двигая бёдрами в быстром темпе. Сан обнял старшего ногами, помогая движениям. Они кончили одновременно, застонав в рот друг другу, переплетясь руками и ногами. Сан открыл глаза и посмотрел на старшего - его лицо было таким прекрасным, что Сану захотелось прикоснуться к нему. Высвободив одну руку, он прикоснулся к его щеке нежным прикосновением, и Сонхва открыл глаза, вглядываясь в младшего. -Вечность вместе, - прошептал Сан. -Да. Вместе.