Этот безумный мир сводит меня с ума!

Дом семьи Кумахира наполнился тишиной, каждый член семьи занимался собственными делами, хотя по факту трое из них находились в игре. Сачико любила подобное время, ведь в этот момент шанс того, что они пересекутся в игре, был минимальный. У домохозяйки всегда довольно много времени, дела клана ее не касались, ведение счетов и прочего много времени не занимает. Участие в деятельности улицы, где собираются такие же как она. Там иерархия от достижений семьи, но если ты туда ходишь. Вот и Сачико надоело общение с подобными «соседками», зато появилась возможность попробовать себя в игре. — Цундере… вот не думала, что окажусь именно ей. — вздохнув Сачико откинув голову, на благо ее волосы завязаны в полотенце и ей не нужно волноваться по этому поводу. Сегодня она полностью следовала воле Куро, причем не только она, Каеда даже предугадывала его пожелания. Нет, они понимали всю важность этого ужина, и последствия, которые будут для их семьи. Ведь для многих именно неофициальный ужин имеет значительно большее значение, чем простой прием. А еще Сачико была зла, но внучка Геньши-сама ей не понравилась, слишком уж красноречивый взгляд она бросала на Куро. Слишком плотоядный, когда они прощались «проблема» Куро уже была во всей красе и не будь там никого, Сачико не была уверенной, что та только повторила «подвиг» учителя физкультуры. О своем «подвиге» она не вспоминала, там его практически не было. Да он просто насадил ее голову и все, да она провоцировала его, но если бы он попросил. А если бы он еще вежливо попросил то она все бы сделала. Но этого не произошло, но их отношения подошли к краю, а зная упрямство Куро, Сачико не была уверенной, что тот не покинет их дом. Чувство вины, надежда и та теплота в сердце, Куро занимал там слишком огромный пласт. Блуждающий взгляд зацепился за бритву, первая промелькнувшая мысль — покончить с собой. И вина в этой цепкой мысли была за ее традиционным воспитанием. Несмотря на все у женщин не так много прав, да есть исключения и их положение лучше, чем даже век назад или три, когда дочь, жену, племянницу могли отдать в доходный дом за уплату долгов. Тогда даже голову снести могли для проверки остроты меча, но подобное ушло, а традиции остались. И для нее, воспитанной особы, значение имели успехи ее детей. Причем отвечать ей нужно было перед тем, кого она ни обмануть, ни оправдать не могла — это она сама. И успех Куро она могла объяснить только успехами самого Куро, она только всячески вредила ему. Начиная с беременности и с младшей школы, но тогда ей хотелось чтобы он вновь потянул к ней ручки прося защиту. Если бы он это сделал, она позволила ему бы все, даже последнее ее предложение было таким. Подчинись он ей и Сачико подарила бы ему себя. Да, ей нравилось бы наблюдать за его просьбами, но проблема была бы в том, что Сачико в этом случае потеряла бы всяческий интерес к нему. — Цундере… — вновь проговорив подобное Сачико знала, что он должен подчинить ее… Резко выдохнув Сачико вновь посмотрела на бритву, нет она не будет резать себе вены, а вот темный треугольник внизу ей стоит сбрить. Правда потом она не сможет ходить в общественные бани, правда после одного случая Сачико и так перестала туда ходить. И нет, проблема была не в том, к ней приставали, о нет. Она тогда брала с собой Куро и тот когда увидел женщину которая прикрывала грудь небольшим полотенцем спросил, а эта тетенька — извращенка? И ему было все равно на треугольник волос, на который указала пунцовая женщина. Куро тогда было пять и этот карапуз стукает кулачком о ладошку, говоря правильно, что она пришла мыться в общественную баню ибо из-за волос там все грязное. Не выдержав смущения женщина выбежала, Сачико сжимая ноги под полотенцем хотела последовать ее примеру, но Куро на ее руках искренне не понимал всей подоплеки. Это было стыдно. Значительно позже на родительский день она ее встретила, причем этой женщиной оказалась классный руководитель Куро. И сама Сачико ее может и не вспомнила, но та ее запомнила, а когда вас видит незнакомая женщина, которая начинает стремительно краснеть — то нужно извиниться. — Не стоит… С того времени Куро-кун не капли не поменялся… — именно так она ей сказала с легким румянцем, но Сачико уже занесла ее в черный список. Слишком необычен Куро для многих, при довольно неплохой внешности и подобным поведением не только студентки, но и учителя… В этот момент перед глазами у Сачико возникло воспоминание, как учительница физкультуры урча от удовольствия заглатывала. И пусть она сама также урчала, но просто так сдасться… — Брить или не брить?.. — прежде чем она окончательно решила, ее руки уже водили острым лезвием по нежной коже, оголяя ее сокровенное место. Довольная Сачико после ванны направилась в спальню, ее муж лежал на кровати подключенным к игре, сейчас и она присоединиться. Одев шлем привычная темнота и ее вновь встречают улицы фэнтезийного города. Правда улицы теперь сверкают чистотой, что не могло не радовать, кинув небольшое сообщение Сачико, направилась к ранее неприметному домику, который после очистки оказался ярко-зеленого цвета. Лет шесть назад только появившись в игре, уже тогда Сачико думала о том, как ей развиваться и пусть первый вход был не сильно удачным, хоть в итоге она получила интересное тело. Но Сачико смогла построить разведывательную сеть, играя она кому-то помогла, кто-то ей и взаимодействуя на свет родилась гильдия «Тишины». Через минут двадцать в главном зале который прибрала уже сама Сачико находились все члены ее гильдии. — Всех приветствую, думаю каждому есть что рассказать. Учитывая, что скорее всего штаб нужно будет переносить в другое строение или менять приход. В ее гильдии было множество игроков, как новичков так и ветеранов, но среди всех них был главный круг из самых сильных игроков. Девять капитанов, семь королей и три лорда (им.ввиду lord, как владыка). Капитаны внимали докладывая королям, а те через лордов, но на таком собрании могли говорить все. — Давайте откроем тут магазин всякой всячины? — вот и сейчас говорил шестой капитан «Сухой» все из-за его класса темного колдуна он был длинным и худым. — Аха-ха конечно, только Сухой забыл, что у тебя он почему-то сразу становиться магазином для взрослых. Или тебя Король слишком дерет? — хлопнув в ладоши, от чего волна холода прошла сквозь всех Сачико недовольно улыбнулась. — Балаган потом будете устраивать. Сейчас не время — докладывайте. «Сухой» вновь поднялся и потерев затылок начал говорить… — Улицы очистил один странный игрок, кто не знаю, он исчез. Но он очистил все улицы, а так же пресек ритуал вызова демонов. Ребята из «Тьмы» не сильно довольны и так же ищут, но некоторых уже повязали. Админам не нравится подобное, а Предвечная молчит, жрецы в ее храме на разговор не идут. Но, я слышал, что кто-то не просто освободил отражение Предвечной, но так же усилил. И светлым очень не понравится отражение с силой равной «Бедствию»… — Погибель… Она на этом уровне. — задумчивый голос Сачико заставил небольшой гомон стихнуть. — Продолжай. — Кхм… Позвольте мне. В гильдии поползли слухи о Возрождении древнего зла. Лес Фей лучшее тому подтверждение. — говорившего звали Теодор, и он был одет в кирасу с изображенными бычьими рогами на нем. — Пожиратель. — слово поддержал другой Сингелот клирик, что работал в госпитале города куда попадали на респаун игроки. — Те несчастные, что попали в руки уже темных фей говорили, что, когда их ловят, связывают, причем довольно профессионально, а после начинают славить «Пожирателя», после чего убивают их перед пустым троном в окружении золота и прочих богатств. — Да-да, только Дори почему-то не говорит, что некоторые идут за богатством, а другие ради того, чтобы их связали. — говорившим был Бадей, что был завсегдатаем баров, бардом. — Да-да, я сам отправился к ним и ни капли не жалею, что потерял несколько серебряных, еще заработаю. Но место изменилось подстать лучшему хоррору. Думаю, скоро будет квест по очистке подобного места… — Не будет. — голос подала девушка в рясе священика, причем сидела она, довольно грубо расставив ноги. Пусть ее поведение было подстать любому хулигану, но Сачико знала, что отыгрывала Берди женщина. Правда все были уверены, что она мужик. — Все святоши сейчас заняты поиском «папки светозарного» — после этого она отрыгнув вновь приложилась к пивной бутылке, что продавали только в этом городе в очень ограниченном количестве. — Поясни… — Сачико должна была спросить иначе, Берди ничего бы не рассказала, хотя уже догадывалась о причине, благо Куро многое рассказывал. — Отражение Светозарного. У папика должно быть подобное отражение, правда, он должен заявить о себе сделав это максимально эпатажно… А учитывая один ролик… — сам ролик появился перед всеми, где только выдержка позволила Сачико не упасть лицом, Куро нужна была разрядка и в таверне тот «старый чулок» не снял даже и капли напряжения. Остальные так же кто с удивлением, кто с непониманием наблюдали за «приключениями» ее Куро. Она догадывалась о увлечениях, но вот судя по закусанной губе Берди ей также нравится. — Хм… Значит-ня, у нас-ня появился «Пожиратель» ням, а так же «папка». Баланс-ня соблюден! — говорившая кошко-девочка выглядела, как девочка двенадцати лет с ушками и хвостиком. Проблема была в том, что Сачико прекрасно знала, что за этой вот девочкой прячется Таедо. И Сачико, как и Таедо надеялись, что Куро о этом никогда не узнает. Все же для многих игра подарила возможность жить за тех кем они себя считают. Правда такой аккаунт и стоил дороже, но гарантировал конфиденциальность. Причем Таедо занимал должность лорда и достиг он этого самостоятельно, особенно когда узнал, что основная цель их организации это помощь Куро. Сачико даже несколько подозревала Таедо в смене лагеря, но того подобные вещи мало интересовали, ему нравилось вести себя как маленькая девочка. — Вроде система уравновешена, но некоторые гильдии начали свое шевеление. — второй лорд был человек лицо которого было скрыто. Только Сачико знала, что эта скрытая личность была аватаром одной служанки, которую она сегодня уже лицезрела. Айко с ней была очень давно и пусть в жизни они не пересекались до вчерашнего вечера. Причем они обе это поняли при личной встречи. Айко присматривала за своей госпожой, что решила погулять без надзора. — Да некоторые инквизиторы стали странно себя вести. Некоторые сняли постриг, а самые повидавшие виды начали молиться причем у игроков за инквизитора… — Берди залпом осушила бутылку, доставая новую. Все перевели взгляд на молчавшего парня одетого в рясу священника, что всем своим видом показывал отрешенность смотря перед собой. Инквизитора и третьего лорда звали Хартман, и никто не мог заподозрить в этом улыбчивом юноше садиста-маньяка, которому отыгрыш доставлял просто дикое удовольствие. Сачико знала, что о особенностях Хартмана знают и в жизни за ним следят, но там он тихий безклановый который прилежно учиться в университете. А еще Сачико знала, что он участвует в проектах Куро, как и его фанатичность, но тот держал себя в руках. Как-то у них был разговор… — Не беспокойся, в жизни это слишком грязно, да и никто не даст. А тут я могу подобным заниматься с разрешения церкви. Тем более я благодарен Куро-доно, за то, что он поверил в меня. — больше Сачико не спрашивала ничего радуясь, что согильдийцы обязаны помогать друг дружке и не убивать. Куро необходимы были исследования по влиянию на обучение и придя в университет он долго выискивал разработки, про работу Хартмана он узнал, из «смешного» разговора, что кто-то решил разобраться что такое боль. Мало того, что он был бесклановым, так еще странным. В общем под парня копали и скорее всего вскоре бы его отчислили. Куро тогда попросил о встрече с ним и вскоре Хартман получил грант и нового сотрудника. — Хартман, что ты скажешь? — отстраненный парень очень странно улыбнулся от улыбки у всех прошел дикий озноб. — У нас появился святой. Он пришел тихо, как и положено Истинному Инквизитору. Те кто покинул поняли, что они не подходят для этой работы, их слабость. Мои наставники рыдали, просили прощения у еретиков говоря насколько они были не правы. Все инквизиторы увидели работу ЕГО и ощутили лишь малую часть той боли, что испытывал еретик в его руках. Они осознали, что значит «познать ЕГО любовь» и я ощущаю, что «папка Светозарного» так же обладает подобными навыками, а значит он сможет установить наконец порядок и повести людей к свету. Мы все молимся на святого, чьи черты скрыты, но то чувство что он дарит, что мы познали через жертву… — дальше его слова еще сильней начали скатываться в бессвязный фанатичный бред. Вздрогнув, все перевели взгляд на Берди, что уже осушала более крепкий напиток, та сказав «Последняя» допив, выкинула бутылку на небольшую горку. Где-то один маленький львенок стучал головой о стену вопрашая «ЗАЧЕМ?», а сидящий рядом его босс натянуто улыбаясь тер затылок говоря «Ну так, весело!». Но об этом событии игроки не ведали, а другие знали, но предпочитали наблюдать все же это чужое ведомство. — Всем инквизиторам пришел эксклюзивный момент я смогла узнать по двум причинам первое он — кивок в сторону Хартмана — считает, что я подхожу для этой работы и хочет переманить к себе, а второе выходящее из первого в церкви считают, что я проходное звено между ними и церковью. После этого Берди как-то странно вздохнула закинув ноги на подставленный табурет, в ее руке появилась самокрутка. В игре сигарет не было, но никто не запрещал делать самокрутки. Затянувшись, она вновь продолжила. — Видео не видела, оно там с частичным погружением. Толком информацию никто не говорит. Но для меня икона, которая появилась у них кельях выглядит как белое пятно. — Ты сможешь узреть, как только примешь сан и станешь верным псом. — от слов Хартмана, Берди только отрицательно покачала головой. — Кхм… Думаю на сегодня все. Передайте всем членам, чтобы собирали всю информацию о этих двоих и я про «Пожирателя» и «Папку». Войны кланов интересны, но за этими двумя будет ивент. На сегодня все. Смотря на уходящих членов гильдии Сачико пребывала в раздумьях, был какой-то момент который не давал ей покоя. И этот момент не крутился вокруг инквизиторов, нет ей не нравился взгляд внучки Геньши. Откуда она знала его, и знала длину "младшего" Куро. Пока фрагменты мозаики не сложились причудливым рисунком. Собрание разошлось довольно быстро пока не осталось двое, что Сачко, что Айко сидели молча, никто из них не начинал. Пока Сачико не решила прервать молчание. — Нет. — именно это она сказала, от слов Сачико, Айко как-то поникла. — Почти согласна. Тело госпожи чистое. — И зачем ему использованная? Ты же видела, не будь нас там и она напала бы. — от слов Сачико, Айко хихикнула. — Ну да, только он вправил ей мозги. Странным образом, но вправил. И я боюсь, что ни вы, ни я не сможем на это повлиять. — на слова девушка Сачико рассмеялась. — Ты не учитываешь желание Куро. Если он упрется, то… — о том, что он может сделать, Сачико боялась даже помыслить. — Я надеюсь, что госпожа найдет ключ к его сердцу. — А что глава? Не думаю, что Куро слишком уж значимая фигура в их глазах. Уверена, что жених уже готов для такой прекрасной партии, думаю, что при должном давлении… Нет, ей укажут и твоя госпожа спокойно раздвинет ноги. — на ее слова та нехотя кивнула, если раньше Айко была уверена, что ее госпожа скорее вскроет себе вены то сейчас она могла сказать, что Айя легла бы под любого. — Семья жениха обанкротилась, и шанс на то, что он вернет былые позиции слишком маленькие. Да и многое грязное белье вылезло наружу. По поводу госпожи не могу сказать точно. В ее голове только он и если подобное не поменяется, то госпожа сделает все, что угодно лишь бы достичь своей цели. — Ты знаешь, как ее назовут. — Ей все-равно. Место жениха вакантно, риски были минимальны. — голос Айко слегка исказился словно она кого-то копировала. Сачико могла только пожалеть, но в свое время ее также хотели сломать, но сделал это ее муж. Для главы крупного клана, иметь гордую наследницу та еще головная боль. Ведь если дочерей много, то они становятся удобным инструментом для политики. А Ивами тот еще клубок, единственное, что удивляло Сачико, что Геньши-сама это допустил. Слишком уж оберегал этот «милый» старичок. — Она его разочаровала. Виновные уже наказаны, но он был уверен в ней, у госпожи остался последний шанс. Былого уже не вернуть, но хоть что-то сможет. И если она упустит свой шанс, то будет желать Куро лишь на расстоянии, лежа под кем-то. Но, я как понимаю у Куро итак много желающих на место под боком. — замолчав фигура явно испытывающая сложные эмоции, и как знала Сачико, Айко любила свою госпожу и любила ее как девушка. Сачико прекрасно зная, что если Куро возьмет внучку то эта девчонка точно пролезет к нему в постель, чтобы ощутить в себе, то что было в ее госпоже. Помолчав, Айко решила продолжить. — Геньши-доно доволен Куро. Ему Куро понравился, эм… ему понравилось, как госпожа реагировала на Куро и как тот к ней относился. Пока так будет продолжаться, он будет негласно присматривать за слишком ретивыми. На этом все. — с этими словами аватар Айко исчез. Сачико тяжело выдохнула, ей не нравились интриги и их семья старалась держаться от политики как можно дальше. Для побочной ветви с самостоятельным источником дохода подобное простительно. Их клан не будет пытаться подмять под себя Куро или как-то ставить ему палки в колеса. Провоцировать будут, пытаться вытянуть на конфликт, но Куро школьник и Император защищает их от влияния политики, но подговорить других на агрессию никому не мешает. Но Куро сейчас дома, а его клан начинает становиться на ноги, процесс не быстрый и противостояния пока не будет. А такие как тот же Хартман, который очень многим помог влиться в клан Куро, сделает все, чтобы этих людей было еще меньше. Многие посчитают новый клан недостойным их внимания. Поэтому ей сейчас не стоит переживать по этому поводу. А вот родители ее мужа могут также оказать поддержку, как и ее. Сачико была уверена, что сейчас у ее мужа голова также болела по этому поводу. И муж использовал игру так же, как и она. Но у него Каеда была в большем приоритете, все же именно она унаследует его дела, а Куро… Он поможет ему найти то, что ему нравится. И это так же заставляло Сачико сомневаться, но факты и анализы вещь упрямая. Проблема в другом, что ни ее ни его родители не сделали своих ходов и о готовящихся «наградах» не предупреждали. — Нет, мне нужно отдохнуть… Нужно найти Куро думаю он не будет против моей компании. М-м-м… Нужно скинуть ему еще один адресок. — коварно улыбнувшись она вышла из пустого дома.