Единственное, в чем я когда-либо нуждалась.

POV Финн. Опять этот день. Каждый год одно и тоже чувство — нежелание праздновать свой день рождения. Снова скопилась гора важных и нерешенных вопросов, о которых я стараюсь не думать, следовательно, ответов тоже нет. Каждое 23 декабря для меня пытка, с этого дня начинается новый жизненный цикл, который повторяется из года в год уже на протяжении восемнадцати лет. А, нет, уже девятнадцати. Этот день каждый раз заставляет меня признавать одну истину: движение жизни неизбежно. В день рождения мне словно предстоит сделать ещё один шаг вперед к взрослой жизни в одиночку, только своими силами. А остальные остаются там же, где были мы все за день до этого. Это, разумеется, иллюзия, но она способна обострить горькое чувство одиночества, даже если рядом друзья. День рождения — это тест на взрослость: насколько мы ответственны, насколько готовы сами заботиться о себе… И о других важных для нас людях, если такие вообще есть, а такие люди были. Я проснулся только в час дня и дома, слава богу, никого не было. Мама и отчим в командировке, а Алекс свалила на ночёвку к подругам. Я стоял у зеркала в ванной комнате и чистил зубы, смотря на себя в отражение. Волосы торчали в разные стороны, а в некоторых местах и вовсе спутались. Расчесав их, стало только хуже, но это последнее, что меня волновало. Они прекрасны в любом виде. Мешки под глазами выдавали мою усталость. День рождения каждый раз напоминает мне о том, что время не бесконечно, и моя депрессивная, нарциссическая инфантильная часть личности, жаждущая всемогущества, сильно страдает от этого. Впрочем, достаточно осознать тот факт, что перемотать пленку назад невозможно и прошлое навсегда утеряно, будущее нам неизвестно и остается только реальность в настоящем. Примерно в таких размышлениях я провёл своё утро. Ну, точнее, уже день. Единственное, что не давало сделать этот праздник совсем бесполезным, так это то, что в шесть часов вечера должны прийти Ноа, Николь и Джейн. А пока, до этого времени, я был вынужден слоняться по всему дому. Вернувшись в свою комнату, я выключил телефон, потому что не мог уже слушать эти звонки и поздравления. Слишком много внимания за один день. Включив ноутбук, я начал смотреть сериал и не заметил, как отключился и заснул. Глухие, повторяющиеся удары с промежутками где-то в одну минуту. Я протер глаза, на электронных часах, стоящих на тумбе, было 18:12. Чёрт, я проспал почти четыре часа! Встав с кровати, я выглянул в окно, ведь звуки доносились оттуда. На улице было очень ветрено, и из-за пурги практически ничего не было видно. Погода олицетворяла моё душевное состояние. На другой стороне окна, выходящего на улицу, остались следы от снега, и внезапно в него прилетел снежок, судя по следам, это был четвертый бросок. Глянув вниз, я увидел фигурку, стоящую на крыльце, которая кидала снежки в моё окно, чтобы попасть внутрь дома, ведь мой телефон выключен и до меня никак не достучаться. Быстро надев свободные черные джинсы и простую белую рубашку, спустившись вниз, я сразу же открыл дверь, запуская снег в коридор. Отряхнув ноги от снега на коврике, в дом зашла Джейн, продрогшая до костей, а её щеки полыхали морозным румянцем красного цвета, как и её помада на пухлых губах. Глянув на её руки, которые были без перчаток, хотелось плакать. Они немного дрожали, а кончики пальцев были вовсе белые, говоря о том, что кровяные сосуды не подавали кровь в эту часть тела. Мне сразу захотелось её согреть, при виде неё, мне самому становилось холодно. Я закрыл за ней дверь, и она мне что-то сказала, но я не услышал из-за воя вьюги и отстранённого состояния. Взглянув ещё раз на девушку, я заметил, что её густые брови, волосы и ресницы были покрыты серебром белого инея и от этого её серо-голубые глаза блестели блеском севера. Я был правда рад её видеть, потому что уже было просто невыносимо сидеть одному в этом ненавистном мне доме. — Привет, — на выдохе сказала Джейн, поднося ладони ко рту и обдавая их горячим дыханием, в попытке немного согреть. — Ну и холодина там! — А ты, как я понимаю, так и не научилась одеваться по погоде за все свои восемнадцать лет, — с привычным мне сарказмом ответил я, получая в ответ недовольный взгляд девушки, и я рукой указал на её обувь. — Ну кто зимой ходит в весенних кроссовках! Ты себе так ангину или грипп подхватишь. — Давай мне врач будет диагнозы ставить, а не ты меня лечить будешь, окей? — сказала Джейн, снимая пуховик и вешая его на крючок. Что меня в ней раздражало, но одновременно и нравилось, так это то, что она всегда может достойно ответить на мои реплики. Но, разумеется, ей об этом совсем необязательно знать. — Так, сегодня мой день рождения, и будь тогда добра обойтись без высказываний, — улыбнулся я, зная свои права на сегодняшний день. Получив легкий прищур от девушки, но затем улыбку, она покачала головой и протянула: — Ладно, день рождения раз в году, один день. Думаю, я перетерплю, — она сняла кроссовки, оставшись только в белых носках. В тепле иней быстро оттаял, и из-за этого на длинных волосах Джейн остались капельки воды, делая их немного мокрыми. Когда ледяная капля снега попала ей за шиворот просторной белой рубашки, похожей на мою, её передернуло. И откуда у неё мужская одежда… — Может, согреешься чаем? — спросил я, глядя на то, как тело девушки не может вернуть себе привычную температуру. — Да, я с радостью, но ничего покрепче нет? — я закатил глаза, но немного улыбнулся. Мы пошли на кухню, и я краем глаза заметил, как она попыталась незаметно протащить с собой какую-то коробку с красной лентой и небольшой пакет, но не подал виду, чтобы не расстраивать её. Я налил ей большую чашку зеленого чая без сахара и поставил перед ней. Я, почему-то, даже не спросил, какой чай она предпочитает, просто сделал так, как обычно делал себе. — Откуда ты знаешь, что я люблю зеленый чай? — спросила Джейн, отпивая из кружки, немного поморщившись, видимо, чай обжигал язык. — Я не знал, — пожал плечами я. — Просто я тоже его люблю. — Да мы, прямо, близняшки, — засмеялась блондинка, оглядывая сначала свою, а затем и мою одежду. — Так, закрой глаза. — Ты серьёзно? — вздохнул я, — Мы же не дети, чтобы страдать этой фигней… — Закрой! — улыбнулась Джейн, заставляя меня прикрыть глаза, погружаясь в темноту. Послышалась какая-то возня и шуршание пакета, видимо того, который она попыталась незаметно пронести. Внезапно, я вдохнул какой-то сладкий и знакомый запах. Открыв глаза, я увидел, что девушка держала перед моим носом бумажный пакет, немного привстав для этого на носочки. Он был до верху наполненный имбирным печеньем. Моим самым любимым печеньем. — Откуда ты знаешь, что я обожаю имбирное печенье? — улыбнулся я, доставая одну штуку и надкусывая. Оно было нереально вкусным. Печенье напоминало мне те редкие счастливые дни, когда мама в детстве готовила мне его на Рождество. — Ну, оно просто моё любимое, я не знала, — в ответ улыбнулась Джейн, и мы засмеялись от настигнувшего дежавю. — Вкусно? — Очень, — ответил я, уже с полным ртом печенья. — Где ты такое купила? — Нигде, я сама его испекла, — ответила она, и я немного удивился. Не думал, что она умеет хорошо готовить… — Так, это ещё не все! Держи, с Днём Рождения! — она протянула мне ту самую коробку с красной лентой. Я взял подарок и пытался понять, что внутри. Я немного потряс коробку, но это мне не помогло. Ухмыльнувшись подписи на упаковке, я разорвал её, увидев Polaroid 636 Closeup. Это, наверное, самый классный подарок, что мне дарили. Я любил фотографировать и снимать ключевые моменты в жизни, но всё это делалось на телефон. А теперь, я мог сохранять воспоминания на фотобумаге. Долго рассматривая подарок и разбираясь, что и как работает, я на пару минут забыл про присутствие Джейн, которая тихо сидела рядом со мной и, подперев ладонью щеку, улыбалась, наблюдая за моей реакцией. — Джейн, спасибо, это… Просто потрясающе, — выдохнул с восторгом я и обнял её. Её улыбка стала ещё шире, и она обхватила мои плечи в ответ. Наверное, ей было слышно, как моё сердце отбивает громкий ритм под рубашкой. Всё таки, наши первые с ней объятия с момента знакомства… Я уже никогда не узнаю, сколько бы мы так просидели, ведь раздался звонок в дверь, напоминающий хрустальный колокольчик, извещающий нас о том, что пришли Николь и Ноа. POV Джейн Я рылась у мамы в шкафу в поисках упаковочной бумаги, которая, вроде, должна лежать тут, где-то в самой заднице. Наконец, моя рука нащупала нужный мне тяжелый пакет, в котором лежали ленты, бантики, оберточные бумаги и ещё множество всяких вещей для красивого оформления подарков. Притащив его к себе в комнату, я прикрыла дверь и взяла с подоконника коробку среднего размера и, взглянув за окно, где деревья были покрыты белым одеялом снега, я решила ещё раз глянуть на содержимое. Аккуратно, чтобы не повредить коробку, я достала новенький Polaroid 636 Closeup, который так и излучал своим внешним видом атмосферу 80-х годов. Я бы и сама не отказалась иметь такой полароид, хотя, если поискать в доме, он наверное был, ведь моя мама фотограф и у неё множество разной аппаратуры. Кстати, именно мама помогла мне с выбором модели и я приобрела эту прелесть, взяв 263$ из своих отложенных денег. На подарки я никогда не жадничала денег. Положив аппарат обратно в коробку, я дополнительно положила туда кассеты и, сев на пол, начала оборачивать его в крафтовую бумагу. Закрепив уголочки скотчем, который я оторвала зубами, я перевязала подарок красной атласной лентой. Повертев в руках презент, я поняла, что чего-то не хватает. Встав с пола, я подошла к столу и порылась в стаканчике с ручками, карандашами и фломастерами, достав оттуда черный маркер. Сняв колпачок зубами, я красивым почерком подписала: «Фотография — это материализация памяти» P.S Только для тебя :)  — Джейн Натали Коллинз (новенькая) Оставшись довольной, я положила коробку обратно на подоконник и включила телефон, который показывал 16:13 ср, 23 декабря. — Наверное, можно начинать собираться, — сказала я самой себе, распуская волосы из тугого хвоста, с которым я ходила весь день. Спустившись вниз, я закрылась в ванной, включила горячий душ и, раздевшись, залезла туда, расслабляя мышцы под струями воды. Когда мыла голову, я немного остудила температуру воды, ведь волосы нельзя мыть под кипятком. Повернув кран до упора, я выключила воду и поставила босые ноги на коврик, заматываясь в махровое белое полотенце. Зеркало запотело, и я нарисовала сердечко. Открыв банку увлажняющего крема, который был на основе козьего молока и включал в себя коллаген и эластин. Я сильный аллергик с самого детства, так что всю косметику и средства для ухода за кожей приходилось покупать с особенной осторожностью. Выйдя из ванной, телу сразу же стало холодно от резкого перепада температуры. В этот момент пропищала духовка, извещая меня о том, что имбирное печенье, которое я поставила примерно 20 минут назад, готово. Переложив его в бумажный пакет, я посильнее укуталась в полотенце, поднимаясь обратно в свою комнату, по дороге суша тканью мокрые волосы, которые из-за воды стали на несколько оттенков темнее. Я практически не сушила свои волосы феном, не хотела их портить и предпочитала, чтобы они высыхали естественным путём. Когда я закончила делать обычный дневной макияж, дополняя его красной матовой помадой, волосы уже были сухие и идеально прямые, хотя когда они были у меня короткие, концы торчали во все стороны, если их не выпрямить. Надев черные обтягивающие джинсы с высокой посадкой, я завязала узелок краями свободной белой рубашки в районе живота, потому что та была слишком длинной. Подвернув рукава и расстегнув первую пуговицу рубашки, я поправила волосы и надела простые белые носки. На часах уже было 17:28, а в доме Вулфардов я должна быть к 18:00 и по сути, я могла уже выходить. Застегнув черный пуховик, я решила обойтись без шапки и шарфа, они не подходили под мою одежду, я взяла подарок под руку и вышла на улицу, где мои щёки сразу же стали багряными от мороза. Погода явно ухудшалась, ведь начался сильный снегопад, а серые облака начали сгущаться.