Мюсли

      Долбаный карантин. Точнее, не так. Долбаный вирус! И человеческий страх, который заставляет всех поддаться стадному «инстинкту» и скупать всё с полок. Из-за этих факторов сейчас я не могу найти свои любимые хлопушки.       Я стояла у практически пустых стендов. На нижних полках лежали дешёвые коробки с мюсли. Это дерьмо я не ем с детства. И сейчас, даже в кризисной ситуации, не собираюсь так низко падать. Мои вкусовые рецепторы слишком избалованы для этого.       Я решила пройти дальше, потом посмотрела наверх, выискивая хоть что-то приличное. В маске скапливался углекислый газ, из-за чего хотелось побыстрее выйти на улицу, вдохнуть свежий весенний воздух. Но улица позже. Сейчас нужно найти хлопушки. А иначе завтрак будет не таким хорошим, каким мог бы быть.       Посмотрев вперёд, увидела единственную коробку, что стояла на полке. Её будто кто-то с небес подсветил для меня. Одна единственная яркая упаковка стояла посреди пустого стеллажа, что сильно выделяло её в супермаркете. Подошла ближе и увидела, что это моя любимая коробка «Чарли».       Улыбка сразу же наползла на моё лицо.       Я протянула руку и схватила картонный прямоугольник, будто получила долгожданный приз в сложном конкурсе. Райское шуршание от сотни маленьких разноцветных шариков вызывало у меня мурашки по телу. Слюни чуть ли не полились изо рта.       Я с гордостью положила коробку в корзинку. Цель у меня. Можно идти по молоко и бегом домой.       Отдел общей продукции сменился молочным. Я проходила возле холодильников, сжимая пальцы, чтобы немного согреть их. Вскоре «Простоквашино» составило компанию хлопушкам. Они тихо ожидали своего часа, пока я стояла в очереди на кассе. — Простите, вы не подскажите, остались ли ещё Чарли? — Внезапно спросил кто-то сзади. Первые секунды я не поняла, кому это адресовалось, но потом обернулась и увидела её.       Миниатюрная, едва дотягивающая мне до груди, девушка вопросительно смотрела на меня. На вид ей было около двадцати. Хотя, это может быть обманкой кукольного лицо с милашным макияжем под маской. Может она старше меня. Но в тот момент я видела лишь совсем молоденькую девочку. — Простите? — Мне нужно было выиграть немного времени, чтобы осознать её вопрос. — Я про хлопья, — она кивнула на мою корзину. — Не видели ещё Чарли? — Извините, я видела только эту коробку. — Оу… Спасибо, — её зелёные глаза полные надежды вмиг погасли и превратились в две поляны грусти.       Внутри груди что-то защемило, заныло. Мне стало жаль её. Но это не моя проблема, что она не успела. А с другой стороны, я же могу прожить без хлопушек день-два. А вот возможность сделать приятное незнакомке предоставляется не каждый день. В крайнем случае, я могу пойти в другой супермаркет… Как и она. И когда я стала такой мелочной и жадной сукой? — Постойте, — я остановила девушку, — возьмите её, — взяв из корзины картонную коробку, протянула её незнакомке. — Что вы, не нужно. — Берите-берите. — Правда, вы не против? — Правда. — Ну это как-то… — Всё нормально. Берите. — Может отблагодарить вас чашечкой кофе? — Хм, звучит интересно. Я Ирис. Ирина, вообще, а так Ирис. — Аля.

***

      Кофе навынос оказался не таким уж и плохим, как я предполагала. Он был натуральным, вручную заваренным. Я сидела на лавочке в парке и наблюдала, как Аля помогла сыну зашнуровать кроссовок. — Прости, — она виновато улыбнулась и отправила мальчишку на площадку, а сама вернулась ко мне. — Ничего. Он славный мальчик и очень похож на тебя, — я отдала ей её стакан. — К счастью. — Когда он подрастет, наверняка все будут влюбляться в него, как в его маму. — Надеюсь, он будет умнее и будет искать того человека, который ради него будет готов отдать любимую еду. — Ради таких людей не жалко и отказаться от самой последней коробки Чарли на земле. — Ну, не так и жалко, если потом эти люди разделят её с тобой. — Это приглашение? — Возможно, — она хитро улыбнулась.       Мне хотелось было что-то ответить, но я не находила слов. Лишь медленно и бессознательно приближалась к ней. Аля поддержала этот порыв. Совсем скоро мы ощущали тепло кожи друг друга. Дыхание щекотало нос и щеки возле него.       Время будто замедлилось. Мы потянулись ещё ближе друг к другу. Она впилась мягкими влажными губами в мои. На этот раз я не тупила, а сразу отдалась нежным чувствам. Нам было все равно на всех окружающих, на крики детей, на горячие стаканы кофе в руках. Была лишь она и её губы. Такие желанные и прекрасные. Но вскоре, с огромной неохотой, нам пришлось оторваться. — Не хочешь заехать ко мне, когда отвезем Диму на английский? — Спросила Аля, опуская взгляд. — С удовольствием.