apologies are fake words that i create

Джэхён не хороший человек. Он не честный гражданин, плохой муж, и он определённо не хороший отец. Можно было бы подумать, что в свои сорок четыре года он уже сможет взять себя в руки и приложитm максимум усилий к тому, чтобы исправить все свои ранее совершённые ошибки. Но ничего подобного – с течением времени их становится всё больше и больше. Он жадный, и он будет первым из числа знающих его людей, кто самолично признает этот факт. Возможно, всему виной годы работы биржевым маклером, но вместе с тем, глубоко в душе, он знает, что он просто-напросто всегда был таким. Человеком, который берёт, берёт и ещё раз берёт, ни разу не подумав о том, чтобы остановиться и задуматься о том, что, может быть, его действия могут навредить другим людям. По большей части ему просто всё равно. Даже больше – иногда ему кажется, что он и весь остальной мир всегда стояли друг против друга. Но даже обманывая свою жену, изменяя ей с проститутками, ссылаясь на внеклассные занятия их детей, чтобы просто оторваться от реальности под наркотиками, прикарманивая деньги бедных – всё это, по его мнению, не настолько плохо, как то, что зреет в его мозгу уже достаточно долгое время. С точки зрения морали желание трахнуть двадцатилетнего парня в лучшем случае выглядит сомнительно, а в худшем – крайне прискорбно. Но оно всё ещё есть, пусть даже этот мальчишка и встречается с его родным сыном, и уже довольно долгое время. Джэхён думает, что за такое вполне можно было бы угодить за решётку. Поначалу он оправдывал своё влечение к Тэёну, потому что был чётко уверен в том, что ничего и никогда не сделает по отношению к нему – так что и нет ничего плохого в том, чтобы просто восхищаться чужой красотой. Да и тот факт, что он уже давно сбился со счёта мыслей, в которых фигурирует этот парень, тоже не должен иметь никакого значения. Потому что он к нему не лезет, а значит никто ничего и не узнает. Но всё этого было до того, как Джэхён узнал чужую маленькую тайну – Тэён работает в эскорте и его часто навещает один из ведущих инвесторов его компании: Orion’s Den. Юно не новичок в этом довольно знаменитом в особых кругах «джентельменском клубе». На самом деле, их связь куда более тесная – достаточно для того, чтобы он знал некоторые его маленькие тайны, одной из которых и является использование местных стриптизёрш в качестве проституток. Это незаконно, но ведь и Джэхён не играет по правилам – так что сам неоднократно пользовался данной услугой. Именно так он и узнает о маленькой тайне Тэёна, чтобы в конце концов сдаться под натиском собственных желаний и прийти в Four Seasons. Бутылка бурбона, лёд и стаканы уже ждут его на столе. Джэхён поворачивает запястье, расстёгивает пуговицу на манжете. Она соскальзывает ровно настолько, чтобы он мог беспрепятственно взглянуть на циферблат наручных часов, подаренных ему женой на прошлое Рождество. Немного за полночь – его ночной подарок скоро будет здесь. Открутив крышку с горлышка бутылки, он наливает виски в два совершенно одинаковых стакана, кладёт в свой пару кубиков льда. Несколько раз взболтнув содержимое, делает первый аккуратный глоток, невольно наслаждаясь ощущением, с которым обжигающая жидкость стекает вниз по горлу. Прочувствовать вкус он уже не успевает – тишину комнаты разрезает щелчок дверного замка. Кто-то – Тэён – заходит в комнату, и Джэхён закидывает ногу на ногу в молчаливом ожидании. В сознании мелькает смутный вопрос: какова же будет реакция? Испугается ли мальчишка, увидев знакомое лицо? Или же наоборот только удивится? Кто знает, может быть, где-то в глубине чужой души тоже не обошлось без взаимного влечения. Впрочем, ни один из этих вопросов не задерживается надолго. У Тэёна занимает буквально секунду, чтобы завернуть за угол и застыть на месте. По чужому лицу тут же растекается отчётливая бледность, и Джэхён невольно начинает беспокоиться, а не стошнит ли парня прямо сейчас от противоречивых эмоций. Но он всё равно не делает ровным счётом ничего – только ещё один глоток, а затем просто позволяет тишине разлиться между ними, пока Тэён просто смотрит на него, немо приоткрыв рот. И, боже, как же этот мальчишка хорош собой! Джэхён специально попросил его надеть простую повседневную одежду – белая рубашка и чёрные драные на бёдрах узкие джинсы вполне неплохо подходят под просьбу. На его веках заметны коричневые тени, губы влажно блестят в слабом свете. Юно невольно задаётся вопросом, соответствует ли его пожеланиям и то, что скрывается под всей этой одеждой. – Мистер Чон? Голос Тэёна звучит настолько тихо, что Джэхён даже не уверен, слышал ли он его или ему просто показалось. И всё же, парень выглядит абсолютно растерянным и обескураженным, но мужчина солжёт, если скажет, что ему это не нравится. В конце концов, ему приятно осознавать тот факт, что он всё ещё способен заставать людей врасплох. Поэтому он только кивает головой в ответ на обращение, наклоняясь и подталкивая своим стаканом второй – в сторону Тэёна. – Как насчёт выпить? Он замечает, как на этих словах кадык Тэёна дёргается, когда тот с усилием сглатывает и переводит пристальный взгляд на стакан с виски, а потом просто отрицательно качает головой. Он больше не смотрит на Джэхёна, вместо этого предпочитая буравить взглядом пол под своими ногами. Слабый румянец трогает его щёки, и Джэхён улыбается на это ровно настолько, чтобы это можно было заметить. Ему не должно это нравиться, но он всё равно получает какое-то странное удовольствие, заставляя Тэёна чувствовать себя неуютно. Поэтому он смыкает ладони в замок и обхватывает ими колено, всё ещё продолжая просто недвижимо сидеть на диване в ожидании того, когда парень решится заговорить. Впрочем, много времени это не занимает. – Мистер Чон… Мне очень жаль, – говорит он, наконец поднимая на мужчину затянутые прозрачной дрожащей плёнкой слёз глаза. – Я просто… Мне нужны были деньги, и— Джэхён поднимает руку, останавливая парня, и Тэён мгновенно замолкает. Он знает, что мальчишка лжёт; а ещё знает, что его сын души не чает в нём и нещадно балует. Конечно же, дело не в денежной нужде. Более того, Юно практически не сомневается в том, что Тэён делает это потому, что ему просто-напросто это нравится. – Я здесь не для того, чтобы обличать тебя, – заверяет мужчина, садясь на диване ровно. Тэён прослеживает это движение глазами, ловит очертания чужого уже наполовину твёрдого члена под плотной тканью брюк. Джэхён совершенно не стесняется этого – его намерения ясны и прозрачны, когда они снова встречаются взглядами. Невольно создаётся ощущение молчаливого разговора – одними глазами, без единого слова, но при этом абсолютно полноценно. – Тебя осведомили о моих пожеланиях на сегодняшний вечер? – спрашивает Юно, на что Тэён отвечает коротким кивком. – У тебя есть какие-нибудь возражения? Парень неосознанно прикусывает свою нижнюю губу, задумываясь. Джэхён уже готов снова заговорить, когда в ответ раздаётся простое и лаконичное «нет». – Хорошо, – мужчина улыбается, постукивая подушечками пальцев по подлокотнику дивана. Он ждёт, пока Тэён сам сделает первый шаг, сделает хоть что-нибудь, но тот не торопится шевелиться – будто бы и вовсе застыв на месте. – И? Неужели ты всегда заставляешь своих клиентов, в том числе и тех, кто платит тебе так много, ждать? Или я особенный? – Нет, – Тэён качает головой, затем добавляя: – Мне очень жаль, но— – Никаких «но», – перебивает его Джэхён. – Если хочешь уйти – дверь всё ещё на прежнем месте. В противном случае я рассчитываю получить то, за что заплатил. В ответ на эти слова Тэён снова тяжело сглатывает, и вместе с этим движением у Джэхёна даже проскальзывает мысль, что он действительно может уйти. Конечно же он не будет его останавливать, но одному богу известно, разочарует ли его это. Впрочем, к его удивлению и некоторому волнению, вместо этого парень просто достаёт свой телефон из заднего кармана своих джинсов и подходит к колонкам. Юно наблюдает за ним с восхищённым вниманием – даже то, как Тэён просто быстро пролистывает свой плейлист, выбирая нужную песню, выглядит чертовски хорошо. Телефон ложится на стол с первыми нотами навязчивой мелодии. Когда Тэён поворачивается к Джэхёну лицом, в его взгляде что-то неумолимо меняется. Он больше не смотрит на Ли Тэёна, нет, теперь перед ним стоит TY, парень, за которого люди готовы платить огромные деньги в Orion’s Den. И, конечно же, внутри Юно нет места терпению – только желание поскорее увидеть то, на что он способен. Первый пункт его списка? Стриптиз. Тэён занимается балетом – его тело гибкое, а движения точные и выверенные. Так что нет ничего удивительного в том, что, по общему признанию, Джэхён в своё время оказался очарован его манерой преподносить себя. Тем более, он прекрасно понимает, что подобное играет на руку хорошему шоу; чёрт возьми, он так сильно хочет своими глазами узреть, как одна из его фантазий воплощается в жизнь. Тэён же, тем временем, буквально проскальзывает по комнате, останавливаясь прямо перед Джэхёном, но при этом всё ещё достаточно далеко, чтобы тот не мог дотянуться до него вытянутой рукой. Первое движение – парень откидывает голову назад, подставляя шею под жадный взгляд, и закрывает глаза. С первым куплетом поднимает руку, обхватывая её тонкими, чуть узловатыми пальцами. Самыми кончиками – дорожка по сонной артерии, прослеживая пульс, вниз по ключицам в вырезе рубашки. Джэхён представляет на месте чужой руки свою, и его член твердеет полностью – а ведь Тэён ещё не снял с себя ни одного предмета одежды. Повернув голову в сторону, но при этом всё ещё не разрывая зрительного контакта, парень принимается неспешно расстёгивать пуговицу за пуговицей. С каждым новым обнажающимся участком кожи навязчивое ощущение, будто прямо сейчас Юно открывает долгожданный подарок на Рождество, крепчает всё сильнее. Ему должно быть стыдно за то, как он в открытую возбуждается при виде этого зрелища, но, чёрт возьми, что вообще такое это смущение, когда кажущаяся золотистой в тёплом свете лампы кожа Тэёна так и кричит о желании того, чтобы к ней прикоснулись, попробовали её на вкус. Последняя пуговица, быстрое движение плечами – белая ткань скатывается по рукам и оседает на пол. Тэён следует за ней, опускаясь сначала на колени, а потом опираясь ещё и на руки. Джэхён чувствует, как растёт в нём напряжение, а член в штанах дёргается. Он почти тянется рукой вниз в желании прикоснуться к себе, но вовремя одёргивает себя. Сегодня вечером Тэён должен быть первым и единственным человеком, который будет касаться его. И, глядя на то, как этот парень медленно приближается к нему, он уже буквально готов послать всё это представление к чёрту и взять его прямо сейчас. Оказавшись в непосредственной близости к Юно, Тэён кладёт ладони на его колени и ведёт ими вверх, останавливаясь на бёдрах и, опираясь на них, приподнимается, слегка сжимая пальцы. При этом его губы практически сталкиваются с губами мужчины – быстрее того, чтобы почувствовать и не дать ему успеть отстраниться. Подняв ногу, Тэён ставит её между чужих разведённых в стороны бёдер и ведёт мыском выше, потирая им пах. Джэхён практически стонет, перехватывая чужую лодыжку и тем самым останавливая парня. – Сними его, – просто, но с отчётливыми требовательными нотками говорит парень. Юно быстро проскальзывает языком по пересохшим губам, а затем принимается расшнуровывать чужой ботинок. Вместе с этим Тэён ещё несколько раз нажимает на его пах, и в конце концов Джэхёну приходится прикусить внутреннюю сторону своей щеки, чтобы не дать возможности лишнему звуку покинуть его горло. Закончив, наконец, со шнуровкой, он быстро стягивает ботинок и откидывает его в сторону – на место его Тэён ставит вторую ногу. Действия те же, и всё ещё такие же поспешные. После этого Тэён поворачивается к Джэхёну спиной и расстёгивает ширинку на своих джинсах. Наклоняется, изгибая своё тело в греховную дугу, и спускает грубый материал сначала с ягодиц, а после и вниз по ногам. Дыхание Юно прерывается где-то на полпути – светлая гладкая кожа настолько близко к нему, что всё, что ему нужно сделать, – это только податься вперёд – и он сможет прикоснуться к ней губами, попробовать её на вкус. Но Тэён выпрямляется, сбрасывает штаны полностью, и Джэхёну приходится крепче стиснуть в пальцах подлокотник, чтобы удержать руки при себе. Но вместе с тем ему всё ещё приятно осознавать тот факт, что парень выполнил и ещё одну его просьбу, надев обтягивающее нижнее бельё, слегка приоткрывающее ягодицы снизу, обхватывающее его природные изгибы будто бы вторая кожа светло-голубого цвета, играющая контрастами на его теле. Джэхён так чертовски сильно хочет дотронуться до него, хочет провести руками по задней стороне его бёдер, вверх по аккуратным линиям ягодиц, до изящного изгиба талии, чтобы после обхватить её и притянуть к себе ближе. Но он всё ещё продолжает старательно держать себя в руках, напрягаясь так сильно, что костяшки пальцев невольно белеют – особенно когда Тэён подаётся назад и опускается ему на колени. Юно втягивает воздух через нос резко – Тэён трётся о его член, выгибаясь, и откидывает голову на его плечо. Поднимает руку, заводя её за голову мужчины, зарывается пальцами в его волосы. Джэхён смотрит на него, жадно впитывая в себя вид тёмных, слегка затвердевших сосков и плоского, подтянутого живота. – Вот так хорошо? – Тэён шепчет ему на ухо, прерывисто дыша. И на этом моменте Джэхён замечает, что его член тоже встал, натягивая тонкий материал его белья, по которому уже начало растекаться мокрое пятно. Повернув голову в сторону, Юно задевает кончиком носа чужую скулу, затем чуть отстраняется, заглядывая в это совершенно развратное лицо. Они смотрят друг на друга пристально, чуть прищурившись, а потом взгляд мужчины соскальзывает на губы Тэёна, которые тот подсознательно облизывает острым кончиком языка. Джэхён никогда не целовал ни одного из своих любовников, но сейчас этот принцип летит к чёрту – прежде чем привычка успевает его остановить, он наклоняется вперёд и прижимается губами к чужим. Это едва ли можно назвать поцелуем, но липкий вишнёвый привкус блеска отпечатывается на коже. А потом он делает это снова. Никакой спешки, их губы просто двигаются навстречу друг другу, а потом Тэён опускается ниже. Член Джэхёна снова дёргается, а пальцы, до этого сжимавшие подлокотники, перемещаются на чужие бёдра в желании удержать его на месте. Тихий, едва различимый стон вырывается у него из груди, и Юно скользит языком по нижней губе парня, молчаливо прося углубить поцелуй. Тэён безропотно открывает рот, целиком и полностью позволяя мужчине вести. Впрочем, проходит всего секунда – не больше, – прежде чем Джэхён отстраняется, рывком поднимая Тэёна со своих колен, заставляя его удивлённо вскрикнуть. Впрочем, замешательство на его лице надолго не задерживается. Мужчина сводит ноги вместе, отодвигается в сторону, чтобы освободить больше места, а потом снова дёргает парня на себя, укладывая его себе на колени так, что его собственные упираются в сидение дивана по одну сторону, спина выгибается ровной дугой, а локти опираются на подлокотник. Тэён поворачивает голову, смотрит на него, и Джэхён думает, что это, возможно, самое красивое зрелище из всех, что он когда-либо видел. Чего стоят одни только чужие губы – припухшие, блестящие теперь уже от слюны, а не от блеска, и такие же красные, как спелые вишни. Джэхён ведёт рукой по гладкой горячей коже чужой спины, невольно наслаждаясь ощущением дрожи, пробегающей по телу Тэёна вслед за его прикосновением. – Какое у тебя стоп-слово? Тэён прикусывает свою нижнюю губу, нервно покусывает её, отводя взгляд от чужого лица. Он понимает, почему мужчина задаёт такой вопрос, но всё ещё не пытается дать на него ответ. – У тебя ведь есть стоп-слово, верно? – снова с нажимом повторяет Джэхён. Наконец, Тэён согласно кивает. – Да, конечно. Я— – Так какое оно? – перебивает его Джэхён. Тэён вздрагивает от резкости в его голосе, смотрит на мужчину широко распахнутыми и совершенно неуместно невинными глазами, прежде чем ответить: – Персик. Джэхён не сдерживает улыбку, всё ещё не прерывая зрительного контакта, а потом стягивает нижнее бельё Тэёна вниз, ровно так, чтобы только обнажить ягодицы, но не снять его полностью. Отведя, наконец, взгляд, ведёт ладонью по нежной гладкой коже, сминая в пальцах упругие мышцы. Трогать этого парня чертовски приятно – чужая кожа под пальцами ощущается куда приятнее, чем он себе представлял, и уже только одно это определённо стоит всех тех денег, которые он за него отдал. А ведь в мыслях у него гораздо большее. – Ты понимаешь, почему я это делаю? – спрашивает Юно, наблюдая за тем, как Тэён отрицательно качает головой. – Потому что ты лжёшь. Живёшь двойной жизнью, не заботясь о том, как это может повлиять на других людей. Тэён уже было открывает рот, чтобы сказать хоть что-нибудь в своё оправдание, но вместо слов из его груди вырывается только судорожный вздох, потому что Джэхён опускает ладонь на его задницу. Звонкое эхо шлепка разносится по комнате, перекрывая песню, всё ещё доносящуюся из динамиков телефона парня. – Считай. Вслух. Джэхён сминает горящую после удара ягодицу, и Тэён делает глубокий судорожный вздох, а затем послушно произносит сдавленное «один». Когда мужчина снова опускает руку, удар выходит ещё более сильным. Звук шлепка резонирует от стен, а Тэён открывает рот в немом стоне. Но он продолжает считать, пока Джэхён шлёпает его, после каждого удара осторожно массируя повреждённую кожу его ягодиц. На десятом счёте он, наконец, решает, что этого достаточно, невольно восхищаясь результатом проделанной работы. Задница у Тэёна теперь ярко-красная, и Юно думает, что если бы он не остановился сейчас, то, скорее всего, ещё через пару ударов на коже проступила бы кровь. – Не так уж и плохо, верно? – осторожно убрав упавшие на чужое лицо волосы спрашивает он, и его голос ненамного выше шёпота. Тэён согласно хмыкает, закрыв глаза и прижавшись щекой к подлокотнику. – Ты прекрасно справился, детка. Говоря это, Юно продолжает невольно проскальзывать пальцами по волосам Тэёна, получая неожиданное удовольствие от того, как он льнёт под эти прикосновения. Казалось бы, он мог бы делать это вечно, но прямо сейчас ему хочется двигаться дальше, к самому интересному. – Вставай, – говорит он, легко похлопав Тэёна по ягодицам. В ответ на это прикосновение тот шикает сквозь зубы, но послушно поднимается на ноги. В них отчетливо заметна дрожь, поэтому Джэхён не упускает возможности придержать его за талию, прежде чем медленно стянуть его бельё окончательно. Сбрасывает ненужную теперь ткань Тэён уже самостоятельно, оглядываясь через плечо на мужчину. И тот наклоняется вперёд, оставляя по одному нежному поцелую на каждой из ягодиц парня, невольно отмечая, насколько же горячая кожа под его губами. – Ляг на кровать. Тэён колеблется всего какую-то долю секунды, прежде чем отступает вглубь комнаты, а Джэхён поднимается с дивана. Член в штанах ощущается чертовски неудобно, и он тянется рукой к ширинке, чтобы хотя бы немного ослабить её давление, а затем подходит к колонкам. Взяв телефон парня, чтобы выключить музыку, невольно мельком замечает колонку уведомлений. Несколько сообщений от его сына, и если бы он был адекватным, то их вид наверняка заставил бы его пересмотреть все принятые за сегодня решения. Но он, чёрт возьми, ненормальный, потому что это действует на него совершенно неправильным образом, заставляя желание только ещё больше расти. В каком свете это выставляет его? Однозначно ничего положительного. Как только в комнате снова воцаряется тишина, Юно слышит шорох, с которым сминаются простыни под телом Тэёна, и поднимает руку, ослабляя узел галстука. Сняв его, кладёт на комод, а затем расстёгивает и вторую манжету на рукаве рубашки. Затем вытягивает её полы из-за пояса брюк и оборачивается, чувствуя, как от открывшего перед ним зрелища дыхание в груди мгновенно перехватывает. Тэён лежит поперёк кровати, совершенно беззастенчиво выставив своё тело ему на обозрение, и, чёрт возьми, Джэхён чувствует себя умирающим от жажды – только его жажда вызвана не водой, а одним конкретным парнем. – Мистер Чон? Звук его голоса возвращает Юно в реальность, и он замечает молчаливое ожидание на чужом лице, но всё ещё не хочет упускать этот момент. Чёрт возьми, он хотел бы наблюдать подобную картину каждый божий день. По крайней мере, с такой мыслью Джэхён заставляет себя сдвинуться с места, подходя к краю кровати. Тэён садится на ней, глядя на него. – Джэ, – исправляет он, расстёгивая пуговицы на своей рубашке. – Мистер Чон – мой отец. Тэён улыбается в ответ на эти слова, и Джэхён не может сдержать в себе порыва поцеловать его. Их губы сталкиваются, находят единый ритм движений, и Ли стягивает рубашку мужчины с его плеч, а затем принимается за его брюки. У него явно много опыта в этом деле, потому что с ними он расправляется быстро, стягивая их вниз по чужим ногам. Скидывает их на пол Джэхён самостоятельно, ровно как и обувь. Тэён тянется вперёд (Юно не может не отметить чужой энтузиазм), чтобы снять ещё и чужое бельё, но мужчина останавливает его на полпути. Обхватив пальцами тонкие запястья, Джэхён наваливается на него, заставляя опуститься спиной на кровать. – Кое-кому не терпится? Скулы Тэёна вспыхивают румянцем, и он инстинктивно отворачивается, пытаясь скрыть его. Но Джэхён не даёт ему сделать этого, прижимаясь ближе. Чужое тело податливое и отзывчивое, но мужчина всё равно задаётся вопросом из-за рабочей ли привычки или это просто в его характере. – Скажи мне, люди, с которыми ты спишь, заботятся о твоём удовольствии или только о своём собственном? – Я не имею права говорить о других своих клиентах. – Тяжело сглатывает Тэён. – Значит, нет. – Я этого не говорил. Они смотрят друг на друга, кажется, целую вечность, прежде чем Джэхён говорит: – Так выходит, что всё на равных? Они так же добиваются того, чтобы ты кончил, как это делаешь для них ты? – Да. Джэхён вскидывает бровь. – Лгать плохо. Ты же уже знаешь, к чему это приводит, – говорит он, раздвигая ноги Тэёна и опуская взгляд на его всё ещё алые ягодицы. Тэён прикусывает свою нижнюю губу в попытке подавить рвущийся наружу всхлип, когда прохладный воздух касается его особенно чувствительной сейчас кожи. – Какое это имеет значение? – Никакого. – Джэхён пожимает плечами. – По крайней мере, не сейчас. Но будет, когда я покажу тебе, что ты упускаешь. Не удивлюсь, если после этого ты больше не захочешь ни одного другого клиента. – Он не даёт Тэёну и слова против сказать, отстраняясь от него и опускаясь ниже, к его паху. – Ну же. Разверни свой подарок. Тэён закатывает глаза, но даже Джэхён согласен, что вся эта ситуация удивительно забавная. Довольно дико думать о том, что они действительно могли бы провести праздники вместе, но ведь никто и не узнает о том, что они сделают сегодня. Это волнующе; самое отчётливое и сильное, что Юно чувствовал за очень долгое время. Тэён садится на пятки, морщась от боли в воспаленной коже ягодиц, и зацепляет пальцами резинку белья Джэхёна. Какое-то мгновение он смотрит на мужчину, будто бы ожидая, что тот его остановит или что-то в этом роде, но ничего не происходит, и он просто снимает последний оставшийся предмет одежды с чужого тела. Небрежно отшвырнув его на пол, парень переводит взгляд на пах мужчины – на то, что при правильном раскладе он никогда не должен был увидеть. Джэхён позволяет ему смотреть, прекрасно зная, без какой-либо тени сомнения, что выглядит чертовски хорошо. В конце концов, он всё ещё легко может посоперничать с мужчинами, что вдвое моложе его. Но его нетерпение берёт верх, в то время как Тэён, кажется, и вовсе не хочет двигаться, хватая парня за лодыжку. Чужие брови сходятся вместе на переносице в замешательстве, но Юно не обращает на это никакого внимания, дёргая парня на себя так, чтобы его промежность оказалась на уровне его лица. Осторожно скользнув ладонями по повреждённой коже, Юно раздвигает упругие ягодицы в стороны. Где-то в груди снова перехватывает дыхание – на мгновение мужчина даже поверил, что видит сон, но никак не реальность. – Ты прекрасен, – шепчет он. Опустившись спиной на кровать, Джэхён приподнимает голову, проводя языком длинную неспешную мокрую дорожку от начала ложбинки между чужих ягодиц до мошонки. Тэён вздрагивает, и Юно повторяет это движение ещё раз. Обводит языком анус, а затем нажимает сильнее, позволяя кончику проскользнуть внутрь. Из чужой груди тут же вырывается низкий стон, а капля предэякулята падает мужчине на грудь. Переместив руки выше, он тянет Тэёна назад, заставляя его буквально сесть ему на лицо. Так делать это гораздо удобнее – обхватив губами тонкую кожу, он толкается языком глубже, совершая поступательные движения, пока тугие мышцы полностью не расслабляются. Тэён стонет громко, и его пальцы давят на живот Джэхёна, а бёдра непроизвольно начинают двигаться навстречу чужим прикосновениям. Юно вполне доволен таким раскладом, поощрительно сжимая их и тем самым направляя. – Блять, Джэ, – стонет Тэён, – да, вот так, чёрт возьми. Джэхён хмыкает, чувствуя, как похвала растекается по его венам раскалённым пламенем, и его движения становятся ещё более напористыми. Тэён практически скулит, и следующее, что чувствует мужчина, – это его губы, обхватывающие головку его члена. Бёдра Юно дёргаются, но парень только шире открывает рот, вбирая ствол глубже. Джэхён на мгновение отстраняется, чтобы перевести дыхание, и стонет, когда Тэён обхватывает пальцами основание его члена и принимается ловко двигать запястьем в такт движениям головы. Очередной стон вырывается из его груди, и мужчина сгибает ноги в коленях. От этого резкого движения Тэён давится, но не останавливается. Втянув щёки, он продолжает двигать головой, то и дело с откровенно хлюпающим звуком сглатывая слюну вместе с предэякулятом. Всё это чертовски грязно и заставляет Джэхёна невольно закатить глаза от удовольствия, а пальцами сильнее сжать чужие бёдра – так, что после скорее всего на светлой коже расцветут синяки. Он даже толком не может сосредоточиться на том, как Тэён прижимает свой язык к его члену, а затем опускает голову ниже и полностью заглатывает ствол. В ответ на это действие Джэхён гортанно стонет, чувствуя, как кончик чужого носа буквально касается его мошонки, а горло рефлекторно сокращается вокруг головки члена. Оргазм приближается слишком стремительно, поэтому он подаётся вперёд и сгребает волосы Тэёна в кулак, заставляя его поднять голову. Член выскальзывает из его рта с пошлым хлюпающим звуком. В тот же момент Джэхён отпускает чужие волосы и перехватывает удобнее бёдра, принимая полусидячее положение у изголовья кровати. Хватка крепкая, благодаря чему он легко может удерживать Тэёна в том положении, в котором ему хочется, – по сути, мало что изменилось: только теперь чуть ниже, так, что чужие ладони упираются в матрас между ног Юно. Ли оглядывается через плечо, и Джэхён быстро проходится языком по губам. Они ведь ничего толком ещё не сделали, а Тэён уже выглядит совершенно затраханным. Казалось бы, возбудить сильнее мужчину уже нельзя, но вид расширенных до предела, затопивших едва ли не всю радужку чёрных зрачков, скользких, блестящих от слюны губ и раскрасневшихся щёк справляется с этой задачей полностью и безоговорочно. Вытянув одну руку вправо, Джэхён на ощупь открывает один из ящиков прикроватной тумбочки и, не отрывая взгляда от чужого лица, достаёт оттуда смазку. Чёрт возьми, он ещё никогда не был так благодарен предусмотрительности сервиса love-отелей, как сейчас. В противном же случае всё могло бы на этом и закончиться. Наклонившись вперёд, Джэхён ещё раз коротко прижимается губами к сфинктеру, а затем выдавливает смазку себе на пальцы. Отбросив тюбик на простыни, недолго растирает лубрикант, чтобы разогреть его, а затем поднимает руку и прижимает подушечку указательного пальца к анусу. Едва растянутые языком мышцы рефлекторно сжимаются от прикосновения, и мужчина практически стонет от этого зрелища. В тот же момент в голове проносится немой вопрос: а хотел ли он раньше кого-то настолько же сильно, как сейчас хочет трахнуть Тэёна? Медленно надавив, Юно проскальзывает пальцем глубже, пристально наблюдая за тем, как меняется лицо Тэёна в ответ на это действие: губы приоткрываются в безмолвном удовольствии, а веки опускаются. – Нравится? – Тэён прикусывает нижнюю губу и кивает. – Сколько времени прошло с твоего последнего раза? Приоткрыв глаза, парень выпускает многострадальную губу из хватки зубов, и отвечает: – Около недели. Идеально. Джэхён давит сильнее, проскальзывая пальцем до самого основания, и Тэён хрипло вскрикивает. Движение медленные, поступательные – до тех пор, пока не становятся достаточно свободными; после этого мужчина добавляет второй палец – постепенно учащает ритм, раздвигая пальцы на манер ножниц. Тэён не сдерживается, позволяя себе откровенно пошло стонать каждый раз, когда чуть шершавые подушечки чужих пальцев сильнее давят на тугие нежные стенки. Третий палец – и парень опускает голову; с его губ срывается жалобный стон, а бёдра рефлекторно подаются назад, на инстинкте пытаясь получить больше контакта. Джэхён останавливается, позволяя Тэёну несколько раз самостоятельно насадиться на свои пальцы, а затем снова полностью перехватывает инициативу. Чёрт возьми, ему бы хватило и одного только этого на всю ночь, но он слишком жаден по своей природе – поэтому с каждой минутой хочет всё больше, больше и больше. Убрав пальцы с громким хлюпаньем смазки, мужчина с практически откровенным восхищением наблюдает за тем, как растянутые мышцы сокращаются вокруг неожиданной пустоты. Джэхён хочет попросить Тэёна расслабиться, просто подождать минуту, потому что то, что последует дальше, будет гораздо лучше пальцев, но снова решает промолчать, вместо этого со следующими словами хлопая парня по бедру: – Повернись. Джэхён упирается ладонями в матрас, подтягиваясь выше и садясь ровно, в то время как Тэён следует просьбе и разворачивается лицом к нему. На этот раз никаких указаний не требуется, потому что парень самостоятельно наклоняется, подбирая с простыней тюбик со смазкой, выдавливает немного себе на пальцы и заводит руку себе за спину, чтобы убедиться в своей готовности. Оставшуюся смазку с ладони Тэён распределяет по чужому члену. От ощущения тёплой скользкой влаги и мягкого прикосновения ладони Джэхён шипит сквозь сжатые зубы, чувствуя, как мгновенно напрягаются все мышцы в его теле. Потому что чужие пальцы дразняще проходятся по головке, и ему приходится податься вперёд, перехватывая тонкое запястье, потому что, блять, он не собирается кончить от грёбаной дрочки. В ответ на это действие Тэён ухмыляется, прекрасно понимая, что делает, но послушно прекращает движения. Вместо этого он сдвигается немного, седлая мужчину. Вот оно, думает Джэхён. Всё, о чём он мечтал почти два чёртовых года. – Презерватив? В ответ на это Джэхён едва сдерживает себя, чтобы не закатить глаза. Он знает, что Тэён абсолютно чист, потому что это обязательное правило для его работы, ровно как и регулярные медицинские обследования, и он сам тоже не является счастливым носителем венерического букета. В конце концов, он ни в коем случае не должен случайно заразить свою жену. Она определённо этого не заслуживает. – Его нет, – просто отвечает он, и, да, эти два простых слова звучат слегка самодовольно. – Я не имею права заниматься сексом с клиентами без защиты. – Но я не большинство клиентов, – замечает Джэхён, обхватывая ладонями бёдра Тэёна. – К тому же, я чист. Всё в порядке. – И я вот так просто должен поверить тебе? На каком основании? – фыркает Тэён, изогнув бровь. – Разве я когда-нибудь давал тебе повод не доверять мне? – Джэхён склоняет голову набок, а затем резко отнимает ладони и точно так же резко опускает их на чужие раздражённые недавней поркой ягодицы. Тэён дёргается вперёд и всхлипывает. Озвученный ответ не требуется – Тэён просто молча тянется рукой назад и, обхватив член Джэхёна, послушно направляет его к своему анусу. Головка задевает сжатые края, но парень расслабляется, и она довольно свободно проскальзывает внутрь. Далее он просто медленно опускается вниз, пока полностью не садится на бёдра мужчины, и на этом моменте они оба стонут – практически в унисон. Приятно настолько, что Юно чувствует, как поджимаются пальцы на ногах, а ладони оставляют следы на бёдрах Тэёна от слишком сильного нажатия на их кожу. Мышцы обхватывают его член так туго, что, чёрт возьми, ему даже не хочется двигаться. Не хочется терять это чувство. Но Тэён, судя по всему, не разделяет подобных настроений, потому что вскоре кладёт ладони на плечи Джэхёна и приподнимается на коленях – до тех пор, пока внутри него не остаётся только головка, а затем снова опускается, выбивая из своей груди громкий стон. Уже только по одному его звучанию мужчина понимает, что с первого же толчка касание пришлось прямиком по простате. – Блять, какой же ты большой, – выдыхает Тэён, плавно вращая бёдрами. Джэхён стонет в ответ на эти слова, наклоняясь вперёд – поцелуй выходит страстным и от того совершенно неряшливым и недолгим. Потому что затем он скользит губами вниз по чужому подбородку, шее и ключицам, останавливаясь на груди. Притянув Тэёна к себе ближе, так, что теперь его член оказывается зажат между ними, то и дело потираясь о его пресс, мужчина обхватывает губами один из сосков. Тэён запрокидывает голову назад и зарывается пальцами в волосы Джэхёна. – Посмотри, ты такой чувствительный. – Юно не сдерживает улыбки, зажимая покрасневший и затвердевший сосок между зубами и слегка оттягивая его. Тэён всхлипывает и выгибается в пояснице, а затем ускоряется. Джэхён отстраняется, ловит расфокусированным взглядом чужое лицо, искажённое гримасой удовольствия. Его буквально сейчас используют просто для того, чтобы поскорее достичь разрядки, но, чёрт возьми, у него нет абсолютно никаких возражений по этому поводу. Только не тогда, когда Тэён выглядит вот так: с закрытыми глазами, запрокинутой назад головой и беззащитно открытой шеей, кожа на которой блестит тонкой плёнкой пота, которую хочется тут же слизать. С каждым новым толчком стоны Тэёна становятся всё короче, но громче и чаще, и Джэхён с откровенным восторгом наблюдает за тем, как чужой член от каждого движения трётся об их животы. Чёрт возьми, раньше он никогда даже и мысли не допускал о том, что член может выглядеть хорошо сам по себе, но этот парень однозначно всего за одну ночь смог изменить целый ряд ранее непоколебимых взглядов мужчины. И это не исключение. Он просто-напросто прекрасен во всех отношениях. – О боже, Джэ. Блять, – выдыхает Тэён, резко прикусывая свою нижнюю губу, откидываясь назад и опираясь теперь на бёдра мужчины. Этот угол буквально обнажает целиком и полностью – парень выставляет себя на обозрение Джэхёну, и тот не может сдержать стона от такого зрелища. Ладони сами тянутся вперёд, ложатся на грудь, потирая соски, а затем вновь опускаются на бёдра, частично перехватывая инициативу и помогая направлять движения. – Чёрт, я вот-вот кончу, – говорит Тэён, в очередной раз резко опускаясь на чужой член. Но вопреки своим словам он продолжает всё так же энергично двигаться, ни разу не замедляясь, но следующий толчок получается настолько поспешным, что член Джэхёна выскальзывает из растраханного прохода. Тэён практически скулит в недовольстве, откидываясь назад сильнее, чтобы снова сесть на бёдра мужчины, но теперь немного дальше, чем до этого. Его брови хмурятся в замешательстве и разочаровании от того, как резко всё прекращается, но затем он видит, как тонкие пальцы обхватывают основание члена, и Тэён кончает, пачкая живот и член самого Джэхёна. Но парень на этом не останавливается – вместо этого он снова перемещается выше, собирает на ладонь остатки своей спермы и распределяет её по чужому стволу в качестве дополнительной смазки. На этом моменте мужчине кажется, что он и вовсе где-то в блаженной коме – тотально оглушенный, потому что всё, что он может сделать, – это просто смотреть. Но, чёрт возьми, здесь он с уверенностью может сказать, что ещё никто и никогда не делал с ним ничего подобного. Удовлетворение, испытываемое им сейчас, кажется, взлетает до самых небес, когда Тэён снова насаживается на него до самого основания. Джэхён стонет, но не позволяет ему вернуться в прежний ритм, вместо этого переворачивая их так, что теперь парень оказывается под ним. Закинув ноги Тэёна себе на плечи и практически согнув его пополам, Джэхён наваливается сверху, тем самым делая проникновение ещё более глубоким. Чёрт возьми, как же ему нравится наблюдать за тем, как при этом меняется лицо Тэёна, как беззастенчивая эйфория растекается по щекам румянцем. Первое лёгкое движение – протяжный стон срывается с чужих губ, а затем Юно садится на пятки, обхватывает чужой член ладонью, не собираясь оставлять его без внимания, и ускоряется, надрачивая в такт толчкам. Тэён вскрикивает, зажмуривается, перехватывая запястье Джэхёна, но даже не пытаясь его остановить. Ему просто нужно держаться за что-то. Толчки грубые, бёдра с громкими шлёпками касаются ягодиц Тэёна – ему наверняка больно от этих прикосновений к раздражённой коже. Но парень не возмущается и не пытается отстраниться – он просто стонущий беспорядочный хаос, комок удовольствия, практически задыхающийся и жадно хватающий воздух открытым ртом, с уголка которого стекает тонкая струйка слюны. Джэхён ускоряет движения ладони по чужому члену, а затем внезапно останавливается, потирая подушечкой большого пальца уретру точно так же, как ещё недавно делал сам Тэён, и всё его тело пробивает крупной дрожью. – Блять, блять, Джэ, боже, я…. – Тэён громко стонет, откидывая голову назад. – Сильнее, пожалуйста. Трахни меня, боже… Хочу вспоминать об этом каждый раз, когда я— Он не договаривает, прерванный своим собственным громким всхлипом, полным удовольствия, когда Джэхён нависает над ним и одновременно с этим выходит практически полностью, но только чтобы затем снова резко двинуться вперёд, выбивая из них обоих гортанные стоны. И делает так снова, снова и ещё раз, до тех пор, пока не чувствует, как тугие стенки сжимаются вокруг него теснее, знаменуя второй оргазм. И это ещё одна причина, чтобы начать двигаться ещё быстрее; мужчина захватывает губы Тэёна в поцелуе, но он слишком беспорядочный и торопливый, так что в конце концов они просто хватают губами дыхание друг друга, протяжные стоны от каждого удачного попадания по простате. Тэён впивается ногтями в спину Джэхёна с каждым толчком, кажется, всё сильнее, оставляя краснеющие следы-полумесяцы, и это подстёгивает его только сильнее, потому что так он хотя бы может быть уверен в том, что после этой ночи у него останется хоть и кратковременное, но напоминание о ней и об этом парне. – Как давно ты хотел этого, Тэён? – требовательно спрашивает Джэхён сквозь стиснутые зубы. – Отвечай. – С тех пор, как… – слова прерываются особенно сильным толчком, – с тех пор, как я впервые увидел тебя. В этом деловом костюме. Я хотел, чтобы ты трахнул меня в своём кабинете, перегнув через стол, так, чтобы все в доме могли нас слышать. В ответ на эти слова Джэхён не сдерживает самодовольной улыбки; последний толчок – и Тэён вскрикивает, кончая и забрызгивая спермой свой собственный живот и грудь, но мужчина не останавливается, продолжая трахать его сквозь оргазм и дрожь во всём теле. Горячий узел тугого возбуждения скручивается в низу живота, а ритм толчков становится беспорядочным. Неожиданно для самого себя Юно понимает, что и гонится за разрядкой, и не хочет, чтобы она наступала. Он не хочет, чтобы всё это заканчивалось. Руки Тэёна безвольно спадают с его плеч на кровать, ладони жалобно хлопают по простыне; Джэхён толкается в последний раз, проникая в его тело на всю длину – оргазм накатывает на него, как приливная волна. Разрядка оказывается настолько сильной, что на мгновение перед глазами растекается туман, но, придя в себя, Джэхён обнаруживает, что невольно впился зубами в место между ключицей и плечом Тэёна. Боль приходит быстро, и парень стонет, толкая мужчину в плечи, и тот разжимает зубы. Сейчас на чужой коже быстро наливается красным след от его укуса, но он всё ещё не способен осмыслить даже такую простую вещь. Он делает ещё один пробный толчок бёдрами, но повышенная сейчас чувствительность даёт о себе знать, и мужчина всё же выходит из Тэёна. Но его член всё равно заинтересованно дёргается, пусть и немного жалко, когда Джэхён опускает взгляд и видит, как его собственная сперма тонкой струйкой вытекает из растраханного прохода. Но затем Тэён садится и стонет, чувствуя, как всё тело тут же пронзает резкая боль. Он свешивает ноги с кровати, собираясь встать, но Юно хватает его за руку быстрее, чем он успевает сделать это. – Куда ты собрался? Тэён переводит на него усталый взгляд. На лице читается замешательство. – Одеться. – Зачем? Тэён хмурит брови, на мгновение закрывает глаза и, подняв руки, трёт виски. – Чтобы уйти. Уже довольно поздно. – Моё время – вся ночь, – напоминает ему Джэхён. – Да, но— Джэхёну не нужно пояснений, он и так знает эту историю о том, что на самом деле никто из клиентов не использует свою «ночь» полностью так, как это подразумевается, и на деле всё это необходимо лишь для того, чтобы ещё больше убедить человека в том, за что он платит деньги. Но не в его случае. Юно всегда получает то, за что заплатил. – Нет. Вся ночь – моя, – повторяет он, соскальзывая с кровати. Устало потянувшись, он встаёт напротив Тэёна, протягивая руку и откидывая его волосы со лба, проскальзывая пальцами сквозь влажные от пота пряди, невольно надеясь, что это успокоит его. Он не очень хорош в утешении других людей, но готов попробовать сделать это прямо сейчас. Только один раз; только для Тэёна. – Просто позволь мне позаботиться о тебе, ладно? – Джэхён вскидывает бровь, осторожно оглаживая чужую щёку. – Это самое малое, что я могу сделать. И так тебе не придётся самому заниматься этим позже. Тэён удивлённо смотрит на него несколько секунд, но в конце концов соглашается с лёгким кивком. Джэхён улыбается, наклоняясь и касаясь его губ неожиданно для самого себя нежным поцелуем. Теперь всё куда боле интимно – теперь между ними нет никакого сексуального напряжения, но ему всё ещё всё равно. Он всё ещё наслаждается этим, и, возможно, это большая проблема. Но он подумает об этом позже. Сейчас же он переводит взгляд на след от укуса на шее Тэёна, и, не сдержавшись, осторожно проводит по нему пальцами. Тэён вздрагивает от прикосновения. – Кстати, извини за это, – ему не жаль. – Надеюсь, проблем не возникнет. Тэён только вздыхает и отвечает: – Всё в порядке. Я найду способ скрыть след. – Побудь здесь пока что. Я наполню ванну. Окинув Тэёна взглядом, Джэхён разворачивается к нему спиной и уходит в ванную комнату. Щёлкнув выключателем, слегка щурится на яркий свет. Здесь царит едва ли не стерильная чистота – мраморные столешницы, фарфоровые раковины; мужчина лениво думает, что всё это выглядит слишком уж шикарно для гостиничного номера. А ещё он думает о том, что не согласился бы на нечто более скромное. Пройдя по холодному кафелю, Джэхён останавливается у углового джакузи и открывает воду. Та с шипением вырывается из крана, а мужчина опускается на стоящую рядом скамью из необработанного дерева. Опустив руку под воду, чтобы проверить температуру, Юно настраивает её до оптимальной, а затем наклоняется, затыкая слив пробкой; далее следует соль для ванны из стоящей рядом плоской миски. Высыпав ложку полупрозрачных кристаллов в воду, он поднимается с места, чувствуя, как ненавязчивый запах ароматизаторов касается обонятельных рецепторов. – Знаешь, – начинает Джэхён, стараясь говорить громче шума льющейся воды, – я подумал, если ты голоден, мы могли бы заказать еду в номер или что-то вроде того. Подойдя к раковине, Юно смотрит на своё отражение в зеркале. Сказать, что он выглядит затраханным, это определённо значит ничего не сказать; поэтому он быстро приглаживает растрёпанные волосы и смывает с лица пот. На груди всё ещё заметны подсохшие следы предэякулята, капавшего с члена Тэёна, когда Джэхён вылизывал его, но сейчас это его мало волнует. Гораздо важнее то, что парень всё ещё не ответил ему, и мужчина думает, что либо тот не расслышал, либо уже и вовсе уснул. Не то чтобы он мог винить его за это. – Тэ? Джэхён выходит из ванной и останавливается на пороге, окидывая взглядом пустую комнату. К комоду он практически срывается, но телефон Тэёна исчез вместе со всеми остальными его вещами. Злость и разочарование гремучей смесью поднимаются в груди, и мужчина стискивает челюсти, с силой ударяя кулаками по поверхности комода, сбрасывая с него ранее оставленным им же галстук на пол. Проведя рукам по волосам, чтобы смахнуть наваждение, Юно снова приводит в беспорядок то, что буквально только что хотел исправить, и оборачивается, скользя взглядом по комнате и цепляясь им за клочок бумаги, оставленный на прикроватной тумбе. Подойдя ближе, он поднимает его и вглядывается в два простых, но чертовски горьких слова, в спешке нацарапанных неаккуратным угловатым почерком. «Мне жаль».